Сделай это вкусно.

Майлз старательно мылся, а если точнее - обливался гелем для душа в ванной комнате, будучи уже дома у Уилла. - Вау, - вдыхал он полной грудью аромат. Гель был явно парфюмированный. Какой-то невероятный аромат из табачных нот, ванили и чего-то неуловимо притягательного. - Блять, - огладил он руками шею, провел по груди и вдоль ребер к прессу, разнося по всему телу запах, который напрямую ассоциировался с Хоупом. Закрыв глаза, он четко представил его образ. Очень хотелось, чтобы капли воды стекали по его татуированному телу, ледяные глаза пожирали желанием напрочь. А его голос - подкашивал колени. Апшер ощутил острую необходимость Уилла в душевой кабинке с ним. Вполне ожидаемо, что у Майлза встал. Парень с секунду рассматривал вставший член, усмехнулся, представив как он выглядит со стороны, а потом выключил воду, наступив одной ногой на ванный коврик, другой замерев в душевой. Пришла мысль окатить член холодной водой, но стояк немного спал сам от такой возможной угрозы. Апшер обмотал полотенце вокруг бедер и, пройдя мимо зеркала, внезапно решил, что он выглядит просто отлично, чтобы заняться сексом с Уиллом. Здесь и сейчас. - Думал тебя смыло, - сказал великан, орудуя ножом на кухне. - Я не наелся яичницей у Эдди и Вея. Обычно съедаю сразу сковородку такого, а не какую-то ее часть, но сам понима ... - парень замолчал, потому что Майлз дернул его за локоть, заставив развернутся. И поцеловал так жарко, что у иллюзиониста, державшего пачку бекона в одной руке, а нож в другой, разжались руки. Которая с ножом - в первую очередь. Здоровенный японский сантоку бесшумно разрезал воздух и воткнулся в деревянный паркет. Прервавшие поцелуй парни с круглыми глазами смотрели на него сверху. - Ошалеть, - наклонился Апшер и с небольшим усилием вытащил нож. - Наверное острый, - дурацки хихикнул он, осторожно положив на разделочную доску. - Уилл, - обратился он к парню. - Давно хотел сказать, что хочу тебя. - Я понял, - Хоуп протолкнул колено между ног журналиста, вызвав у того прерывистый вздох. - А что еще? Майлз догадывался, что "грязные разговоры" - фетиш Хоупа. - М-м-м, не знаю, - хитро прищурившись, сцепил парень руки вместе за шеей великана. - Может быть, шептать твое имя и просить тебя сделать сильнее "здесь" или потрогать "тут"... Парень взял Уилла за кисти, положив его руки себе на талию. С удовольствием отметив, что тот не стал стесняться. Хоуп отодвинул пальцем заправленный край полотенца, оставив журналиста обнаженным. С нажимом оглаживал обнаженный живот, чувствуя, как напрягались и расслаблялись от прикосновений мышцы. Широкие ладони не опускались ниже, едва задев линию паха, он тут же перемещал их выше. Майлз смотрел в глаза Уиллу не отрываясь. Ледяные, хищные, невероятные. Уилл говорил, а Апшер со всем соглашался. Глаза журналиста были влажными, а зрачки расширенными. Дыхания частым, а желание, распространившееся где-то в животе, чувствовалось уже горлом. Майлз готов был поклясться, что может кончить, стоит Хоупу сказать. - Уверен? - спросил иллюзионист, нависнув над парнем, когда тот внезапно пролез под его рукой, облокотившись руками о кухонную тумбу, встав спиной. - Первый раз все же, может ... Уилл выпустил воздух сквозь сжатые зубы, когда Майлз по кошачьи изогнулся под ним. - Первый? Так я был прав, ты девственник? - посмотрел из-за плеча журналист, поиграв бровями. - Тише-тише, подожди ... Апшер не ожидал, что придется прогнуться еще ниже, опустившись на локти. Потому что Уилл, гребаный Уилл, укусил его за шею. Не сильно, но достаточно, чтобы желание попросить еще - застряло в сжатых губах. Иллюзионист раздвинул коленом ноги Майлза. Целовал, кусал, гладил и говорил, словно читал заклинание о том, как будет брать Апшера. Небольшая заминка - Уилл достал из "аптечки" в шкафу смазку и презервативы. Еще несколько минут шипения журналиста от растяжки, и поцелуев от великана, а затем все, что было на столешнице, включая солонку, чашки оказалось на полу. Хоуп не обманул - Майлзу нравилось, не передать как нравилось, что парень делал с ним. Как входил в него - медленно, дав отдышаться и тут же быстро. Прижимал к себе, положив руку тому на живот, что чувствовалось в разы, просто а-хре-неть как хорошо. Апшер понял тех нарисованных девочек из японской порнухи, когда высовывается язык и закатываются глаза. Он едва сдерживался, чтобы не сделать так же. А потом он вырвался сам, вскочив на пустую тумбу. И Уилл все понял. Хоуп обхватил Майлза одной рукой за подбородок, не позволяя отвернутся, второй придерживал за поясницу и трахал так, что журналист почти скулил его имя - "Уилл". Апшер кончил в следующие несколько секунд, смотря в хищные глаза. Спустя несколько толчков иллюзионист вжался в него, стиснув зубы, шумно выдохнув парню между ключицей и шеей. На следующее утро, проснувшись и поспешив в ванную, Майлз первым делом открыл мессенджер в телефоне, зайдя в диалог с Вейлоном. Проигнорировав присланный от него пост выше, напечатал: - Мы ебались. Парк появился в сети незамедлительно. Сообщение было просто прочитанным с минуту. Несколько минут спустя напротив "Вейлон Парк" было уведомление "печатает" и исчезало. Как будто тот печатал и стирал. А потом наконец отправил: - Да. Апшер захлопнул себе рот рукой - сдержать вырвавшийся смех, дабы не разбудить Хоупа. - "Свечку держал?" - напечатал ответ. - Я там был, тупица. И ты тоже. Майлз моргнул. А. Возможно, сообщать такое лучшему другу стоило в другой форме. Между ними был когда-то "один единственный раз". Сейчас Вей его не так понял. Прежде чем журналист успел набрать ответ, от Парка пришло сообщение: - Повторим? Майлз прижал ладонь ко рту.