Кошка попадает в паутину

Forgive me for my wrongs, I have just begun! Прости меня за все мои грехи, но я только начал! Skrillex & Rick Ross – Purple Lamborghini

Я была почти уверена, что все происходящее – всего лишь сон. Земля очень быстро приближалась, воздух вокруг свистел, я уже могла разглядеть окна в домах. Я кричала, вертелась, пытаясь выровнять свое положение, но безуспешно. Вытягивая руки вперед, словно это могло бы спасти меня, я заметила черные перчатки с когтями, а затем платиновые волосы, которые без конца лезли в рот. Сердце бешено билось, туман рассеивался, обнажая серый асфальт. Готовясь к столкновению с землей, я зажмурилась. Страх схватил меня за горло, голос охрип, поэтому я издавала какое-то шипение. И при всем этом у меня было ощущение, словно я летела целую вечность. Меня будто кто-то столкнул с небес, спина невыносимо болела. Совершенно внезапно меня кто-то подхватил. Я вцепилась руками в плечи человека, все еще не открывая от испуга глаз. Мы покатились по пыльной земле, в голове стучала кровь. Меня держали крепко, всем телом я чувствовала невероятную силу державшего меня. Открыв глаза, я уткнулась в шею Человека-Паука, тяжело дыша и быстро моргая. Все мое тело было сковано, а обстановка вокруг напоминала фильм про постапокалипсис. Земля разверзлась под нами, оттуда шел невыносимый жар. Я дернулась от испуга, а затем проснулась. Я резко открыла глаза, вздрогнув всем телом. Крепко держась за Питера, я не сразу поняла, в чем дело. События вчерашнего дня медленно выстраивались в стройную линию, принося мне головную боль и ненужное с утра беспокойство. Питер лежал спиной ко мне и все еще спал. Я держалась за него, крепко обнимая, уткнувшись куда-то между лопаток. Он был теплый ото сна, я приподнялась на локтях, чтобы заглянуть в его лицо. В этот момент ресницы Питера задрожали, он перевернулся на спину и потянулся, зевая. Я слегка отодвинулась в смущении, надеясь, что он не подумает, будто я смотрела на то, как он спит. — Доброе утро, — мое лицо нещадно покраснело, я поспешила с головой зарыться в одеяло. — Доброе, — я не знала, куда деваться от собственных мыслей. С одной стороны я вновь вспомнила про вчерашнее ограбление, про паническую атаку в подъезде, и все это вгоняло меня в ужасную яму самобичевания и горечи. Но с другой, со мной был Питер, я провела с ним ночь (в самом невинном смысле этого слова), а сейчас он был таким милым и сонным, что я не могла не испытывать нежность. Сегодня он вновь спас меня, согласившись остаться со мной, хотя, в сущности, кто я для него? Одноклассница, с которой он делал проект, соседка по дому, выпадающая из окна, словом, совсем не тот человек, с которым можно было бы разделить постель. Но с каждой секундой, что я смотрела на него, я все больше понимала, что для меня Питер больше не просто одноклассник, не просто хороший парень, с которым я хожу вместе в школу. Больше нет. Сегодня он стал кем-то значимым, кем-то, кто способен меня спасти. Волосы выбились из косы, которую я всегда заплетала на ночь, падая на лицо. Мне физически было очень плохо, поэтому я не стала делать еще хуже и говорить с Питером о вчерашнем. Остаточные чувства после этого странного сна не покидали меня еще очень долго. Я поймала себя на том, что ощущаю неконтролируемый страх, что у меня трясутся руки. Сегодня я спала лучше, чем обычно, но недостаточно долго, чтобы почувствовать физическое облегчение. Проведя ладонью по лицу в попытках избавиться от навязчивого сна, я поднялась с кровати и расшторила окна. На улице было все еще влажно, но от ночной бури не осталось и следа. Небо было ясным и чистым, в отличии от моего рассудка. — Может, не пойдем сегодня в школу? — по счастливой случайности мы проснулись на пятнадцать минут раньше будильника, поэтому шанса проспать не было. Хотя я с удовольствием провела бы пару часов в кровати. С Питером, разумеется. — Ты же знаешь, что сегодня мы сдаем проект по биологии, — Питер вовремя заметил, что у него задралась пижамная футболка, и одернул ее. — Иногда ты бываешь страшным занудой, — я не удержалась от улыбки. — Но ладно. Как насчет завтрака? У меня где-то было тесто для блинчиков… — Было бы здорово. Я старательно переводила разговоры в другое русло, пытаясь не касаться событий вчерашнего дня, чтобы он не заметил моего состояния. Это было непросто, но я прекрасно понимала, что Питер всего лишь проявил неслыханную широту души, согласившись остаться со мной. Вчера вечером мне не казалось странным то, что я приглашаю его в свою постель, но сегодня я поняла, что, возможно, Питер не хотел оставаться вовсе, но по своей доброте не смог мне отказать. Мне было неловко, страшно, я впервые настолько оробела перед ним, хотя он со своей стороны не дал мне ни одного повода для подобных мыслей. Я искала спасения и, кажется, нашла его в Питере. Паркер отправился в свою квартиру, чтобы переодеться и умыться, а я в свою очередь разводила тесто для обещанных блинчиков. Не сказать, чтобы на душе было спокойно – я все еще боялась включить утренние новости, но все же гораздо лучше, чем вчера. Я чувствовала себя словно после продолжительной болезни, когда физически ты вымотан, но это приятная усталость, сулящая облегчение. Но его не было. Бывают такие сны, которые ты забываешь сразу же после того, как проснешься, но не этот. Сердце бешено билось каждый раз, когда я пыталась прокручивать моменты своего падения. У меня все еще тряслись руки, я не знала, куда деться от этого ощущения. Не то, чтобы я была суеверной, но этот сон не обещал ничего хорошего. Разливая тесто, я одновременно пыталась краситься. Не знаю почему, но Питер не сбежал, когда увидел меня сразу после пробуждения. Я выглядела словно потрепанный жизнью алкоголик со своими синяками под глазами и серым цветом лица. Оникс постоянно ошивался под ногами, привлекая к себе внимание, но, не получая его в должном количестве, уходил в мою комнату и что-то там швырял. Я боялась смотреть что именно, поэтому старалась спокойно продолжать печь блины. Когда со сковородки был снят последний шоколадный блинчик, когда я докрасила второй глаз, в дверь позвонили. Взяв Оникса на руки, чтобы он не выбежал в подъезд, я впустила Питера домой, неловко ему улыбаясь. Наверно, я никогда больше не смогу относиться к Паркеру так, как делала это прежде. К счастью, наш завтрак не прошел в полном молчании, вопреки мои страхам. Питер нахваливал приготовленные мною блинчики, а я лишь смеялась и говорила, что сделала их из магазинной смеси. От меня не могло укрыться то, что он как-то по-особенному на меня смотрел, словно пытался подметить малейшие признаки надвигавшейся бури. Это слегка напрягало, но я ничего ему не говорила, боясь испортить момент. Но я тоже постоянно прислушивалась к себе, готовясь в любой момент замкнуться и не дать страху взять надо мной верх. Через пару часов должна была приехать мама с дежурства, поэтому кухню я оставила в идеальном состоянии. Запихнув папку с проектом в рюкзак, я закрыла квартиру и спустилась к ожидавшему меня внизу Питеру. К моему удивлению, он был на велосипеде. — Э-э-э… я тут свой велик старый наконец починил, не хочешь прокатиться? — он сконфузился. Неужели боялся, что я откажусь? — Конечно. Я без опаски села на маленький багажник, а затем обняла Питера, чтобы удержаться на велосипеде. Мы медленно тронулись с места, набирая все большую скорость. Нам повезло, потому что на всех перекрестках горел зеленый свет, поэтому нам не приходилось останавливаться. Теплый весенний ветер дул прямо в лицо, мне так хотелось, чтобы так было всегда. Мы рассекали по лужам, пару раз случайно облив прохожих, но добрались до школы куда веселее и быстрее, чем обычно. Почти у самой школы нас нагнала серебристая «Ауди» без крыши, в которой, конечно же, сидел Флеш Томпсон. Он свистнул, а затем прокричал: — Эй, Фелиция, не хочешь выбрать более комфортный транспорт? — он подмигнул, а я скривилась. Каждый чертов раз я говорила себе, что, возможно, Флеш не так уж и плох, возможно, я отчасти виновата в том, что он так ко мне обращается, но все же каждый раз убеждалась, что он меня бесит. — Прости, Флеш, но я выбираю куда более надежного водителя, — с этими словами я прижалась к Питеру сильнее. Исключительно чтобы подразнить Флеша, конечно. Питер ничего не сказал, лишь начал крутить педали сильнее. До начала занятий оставалось еще целых двадцать минут, поэтому мы с Питером, Недом и Мишель образовали небольшой кружок возле закрытого класса. По счастливой случайности у нас у всех сейчас была биология, да еще и первым уроком, так что я всерьез рассматривала возможность уйти домой сразу же после ее окончания. — Слышали, что вчера случилось? — Мишель показала всем свежий номер The Daily Bugle. Я напряглась, потому что на первой странице была огромная фотография меня в костюме Черной Кошки и Человека-Паука. Пока я придумывала повод, чтобы куда-то отойти, Мишель продолжила: — Неудавшееся ограбление в банке, окончившееся пятью жертвами! Говорят, что там были и Человек-Паук со своей напарницей, Черной Кошкой, кажется. — Ты думаешь, что это они виноваты в произошедшем? — Нед метнул странный взгляд на Питера, который отчего-то побледнел. С моего лица, могу поспорить, тоже схлынули все краски. — Не знаю, насколько глубока их вина, пусть в этом разберется полиция, но то, что написано здесь, — ЭмДжей ткнула пальцем в заглавную страницу номера, — это отвратительно! Это издание и раньше не отличалось особой тактичностью, но здесь они просто превзошли себя! — Дай посмотреть! — мы сказали это с Питером одновременно. Смутившись, я хотела уступить ему, но он дал понять, что я могу взять первая. — После всего того, что эти двое сделали для города, они смеют писать о них такое! — пальцы не слушались, поэтому найти нужную страницу было проблематично. Наконец, открыв нужный раздел, я жадно принялась читать: «Небезызвестные герои Нью-Йорка, Человек-Паук и Черная Кошка, которые приобрели популярность благодаря своим подвигам, вновь отличились! Вчера в главном офисе Bank Of America произошло вооруженное ограбление. Преступники ворвались в здание около четырех часов дня, сразу же взяв в заложники всех находившихся внутри людей. Полиция Нью-Йорка прибыла через семь минут, тут же вступив в переговоры с грабителями, которые требовали отпустить их с деньгами, предоставить вертолет и свободное небо, чтобы переправиться через границу с Мексикой. Очевидцы сообщают, что в банке также появлялись Человек-Паук со своей напарницей, которая в сети получила имя Черная Кошка. Вмешавшись не в свое дело, эти двое заставили грабителей применить оружие, что привело к жертвам. Какую ответственность понесут эти «народные герои»? Об этом далее...» Больше я читать не смогла. В глазах моментально защипало, в горле начал собираться ком, мешавший дышать. Я молча протянула газету Питеру, изо всех сил стараясь сдержаться и не выдать своего состояния. Мне стало еще хуже, чем было вчера. Питер пробежался глазами по странице, а через несколько секунд отдал номер Мишель. — Они не могут спасать всех, — меня поразил голос Питера. Он будто испытывал то же самое, что и я, хотя мне казалось, что это невозможно. — Вот и я говорю об этом, — Мишель сильно негодовала. Мне не впервой было слышать от нее жалобы на всякие газетные выпуски, особенно на The Daily Bugle, однако сейчас она была зла, как никогда. — Только эти придурки написали о них подобное, остальные же издания приводили статистику известных общественности спасенных ими людей, оправдывали Паука и Кошку, но только эта жалкая газетенка решилась обвинять их! — Да брось, они же и раньше ничего лестного о них не писали, — высказался Нед. — Да, но зачем перегибать палку? В этот момент мы с Питером встретились взглядами. Я испугалась того, что увидела в его глазах, потому что в этот раз острее, чем обычно, почувствовала, что мы с ним близки как никогда. Словно он был со мной все это время, словно переживал то же, что и я с Пауком. Наконец, учитель открыл кабинет, куда начали медленно, словно сонные мухи, заходить ученики. Я встрепенулась, прогоняя наваждение, а затем взялась покрепче за лямку рюкзака и оторвала взгляд от лица Питера. Решено, уйду сразу же после этого урока. Сдав проект, я плюхнулась на парту вниз лицом. Мишель пыталась меня как-то растолкать, но безуспешно. Мне было до того плохо и морально, и физически, что я просто не могла себя заставить хоть что-то делать. Внезапно сердце забилось быстрее, на меня вновь начал находить приступ неконтролируемой паники. Пытаясь его побороть, я лишь сильнее распаляла этот огонь. В конце концов, я подняла руку и попросилась выйти. — Иди, Харди, но не забудь вернуться. Я почти выбежала из кабинета, напоследок поймав на себе настороженный взгляд Питера. Даже не знаю, хотела бы я, чтобы кто-то был со мной в данный момент. Мои шаги отдавались эхом в пустых коридорах, я бежала в сторону спортивной раздевалки для девочек, надеясь найти там укрытие. Оперевшись спиной о железные шкафчики, я тяжело дышала. Перед глазами плясали какие-то точки, мне казалось, будто я в каком-то бреду. Теряя связь с реальностью все сильнее, я пыталась сконцентрироваться на белом свете электрической лампы, но у меня ничего не выходило. В ушах стучала кровь, я всеми силами пыталась остановить подступающую паническую атаку. Внезапно входная дверь в раздевалку хлопнула, послышались чьи-то шаги. Мне показалось, что они мужские, но тот, кто их издавал, определенно крался. Затем послышался такой звук, будто дверь подперли чем-то. Ничего не видя перед собой, я задержала дыхание, не желая выдавать своего присутствия. Но это все было зря. Шаги усилились, этот таинственный кто-то подходил все ближе, пока я не оказалась прижатой к железным шкафчикам. — Ну что, попалась, детка? — меня всю затрясло от голоса Райана. Паника все нарастала, прямо сейчас я не могла контролировать себя. — Что тебе нужно? — мой голос дрожал, но вовсе не от страха. Лицо парня было так близко к моему, что я могла разглядеть каждую ресничку на его глазах. От него пахло сигаретами, меня вообще воротило от Райана, поэтому я попыталась отвернуться. — Разве не понятно? — он сжал кисти на обеих руках. Райан нагнулся к моему лицу, а затем провел по обнаженной шее носом, вдыхая так шумно и гадко, что мне становилось дурно. Но я ничего не могла поделать. — Давно уже на тебя смотрю, пытаюсь привлечь внимание, как какой-нибудь влюбленный мальчишка, но тебе все равно. Неужели я недостаточно хорош для нашей звездной девочки? Меня вновь затрясло, все его прикосновения казались грязными и противными. Хотелось отпихнуть от себя разгоряченное тело, но я не могла даже двинуться, обездвиженная панической атакой. Его движения воскрешали в памяти те ужасные дни, когда я находилась под влиянием токсичных отношений. По щеке медленно покатилась одинокая слеза, я всхлипнула, не в силах сдержаться. — Мне нравится, как ты плачешь, Фелиция, — с этими словами он задрал мою юбку, проводя своими длинными пальцами по оголенному бедру. Вздрогнув всем телом, я разом пришла в себя. На меня накатила невиданная до этого злость. Я со всей силы отпихнула его от себя, заставив Райана удариться о дверцы железных шкафчиков. Разом оказавшись около парня, я схватила его за голову, а затем несколько раз приложила о свое колено лицом. Хотелось бить его все сильнее и чаще, Райан пытался оказывать мне какое-то сопротивление, но я была до того сильна и в ярости, что у него не было никаких шансов совладать со мной. На серую кафельную плитку брызнули первые капли его крови. Райан схватил меня за руку, пытаясь ударить в живот, но я вывернула его кисть, заставляя парня издать крик, а затем заехала коленом прямо в пах. Безудержная ярость застилала мне глаза, я больше ничего не видела, кроме его разбитого лица. Наконец, я отошла к противоположной стене, переводя дыхание. Райан опустился на пол, закрывая свое лицо ладонью, и с ненавистью смотрел на меня. Я подошла к раковине, чтобы смыть с колен и ладоней его кровь. На какое-то время раздевалка наполнилась звуками тяжелого дыхания, жужжания старой лампы под потолком и журчания ржавой воды. — Прости, но у меня аллергия на парней с именем Райан. Когда я вышла из раздевалки, предварительно убрав швабру от двери, то практически сразу же прозвенел звонок. Наверняка я выглядела дико, потому что люди то и дело оборачивались на меня, но меня мало заботил собственный внешний вид в данный момент. Кое-как пригладив растрепавшиеся волосы, я приложила ладони к щекам, как будто это могло унять румянец. Меня все еще дико трясло, поэтому у меня не было никаких сомнений насчет того, что прямо сейчас я должна покинуть школу. — Тебя проводить? — Питер во второй раз решил проявить неслыханную заботу обо мне, но мне это не было нужно. — Нет, — я мотнула головой, складывая тетради в рюкзак. Пожалуйста, не задавай никаких вопросов, потому что я не выдержу и просто взорвусь. — Хорошо, — он кивнул, хотя явно не был удовлетворен таким ответом. — Спасибо, — кажется, я сказала это вслух, потому что Питер казался действительно удивленным. Я не помнила, как добралась до дома, но обнаружила себя рыдающей в душевой кабине, пытающейся оттереть грубой мочалкой эти ужасные прикосновения со своего тела. Полтора года непрерывной борьбы со своим прошлым и токсичными воспоминаниями были стерты одним наглым мудаком, который решил, что женщины созданы лишь для удовлетворения физических желаний. Меня колотило от злости, липкие прикосновения Райана все еще чувствовались по всему телу. Господи, как удержаться и не убить его после такого?.. Кожа на теле раскраснелась от слишком сильного трения, в ванной комнате стоял густой пар. Я не стала одеваться в домашнюю одежду, сразу же нацепив парик и весь остальной костюм. Руки тряслись, но прямо сейчас мне было необходимо найти Человека-Паука. У меня было ощущение, что если я этого не сделаю, то просто умру. И вовсе не важно то, что я понятия не имела о том, где искать Паука, но меня что-то влекло на улицу, прочь из дома. Еле вставив линзы трясущимися руками, я взобралась на подоконник. В этот момент Оникс смахнул со стола мою косметичку, из которой тут же все высыпалось. — Плохой, плохой кот! — сложив все обратно, я бросила на кота огненный взгляд. Оникс же, будучи довольно гордым, обиженно развернулся и ушел в сторону кухни. Издав непонятный, но страшный звук, я бросилась к окну и взобралась по стене на крышу. Конечно, никто меня там не ждал. Побегав еще минут пятнадцать по городу, в пустой надежде встретить Паука, я присела на одну из многочисленных пожарных лестниц. Тело все еще трясло, но все же не так сильно, как до этого. Райан получил свое сполна, осталось только удержаться и не придушить его в одном из школьных углов. В конце концов на одной из крыш мелькнула знакомая красно-синяя фигура. Мигом встрепенувшись, я вскочила и ловко перепрыгнула туда, где заметила Паука. Увидев меня, он остановился. Что-то во всех его движениях напрягло меня, было в них нечто враждебное, что ли. — Привет, — расстроенная от своих наблюдений, я не теряла надежды на то, что мне всё-таки показалось. — Не думал, что ты так быстро сдашься, — у Паука был разочарованный голос. Я приподняла бровь, теряясь в догадках. — О чем ты говоришь? — Не делай вид, будто не понимаешь, — он покачал головой, а затем достал откуда-то мобильный телефон. — Я надеялся, что ты полна искреннего желания измениться, покончить с воровской жизнью, а ты при первой же неудаче сдалась! — Я не понимаю, — растерявшись, пробормотала я. — Тогда потрудись объяснить вот это. Казалось, Паук сейчас злился настолько сильно, что его ничто не волновало, кроме обвинений в мой адрес. Сердце так и ухнуло в пятки, когда я увидела видео на его телефоне. Там была я, в этом не было никаких сомнений. Все действие происходило в каком-то мелком отделении банка или же в ломбарде. Я, или тот, кто выглядел в точности, как я, подошел к окошку и, угрожая пистолетом, начал вымогать деньги. Испуганная кассирша тут же выложила толстые пачки купюр, а преступник, сложив их в мешок, скрылся. Девушка выглядела в точности как Черная Кошка, но я была уверена, что никогда не совершала ничего подобного. — Это не я, — я замотала головой, беспомощно глядя на Человека-Паука. Мысли спутались, как я могла делать что-то, а потом не помнить об этом? — Я завязала с кражами! — Прости, но это видео говорит обратное, — кажется, он был разочарован. Вспыхнув от возмущения, я не сразу сообразила, что говорить дальше. — Честно, я не ожидал такого. Я думал, что ты исправилась, но, как видно, натуру не переменишь. — Ты так легко обвиняешь меня в этом, даже не пытаясь поверить мне хоть на долю секунды! — я распалялась все больше. — Я действительно завязала с воровством, меня кто-то подставил! — я почти умоляла Паука. — Пожалуйста, верь мне! — Прости, но я не могу спорить с такими доказательствами, — злость вновь закипала во мне. Возмущение, негодование, обида застилали глаза, я не могла поверить, что Паук так быстро разочаровался во мне даже толком не разобравшись в ситуации. — Просто скажи, что ты никогда не верил в меня, — я стиснула зубы так, что, казалось, они сейчас раскрошатся. — Никогда не верил, что я смогу стать достойным напарником! — Это не так, — он тоже начинал злиться. — Но, знаешь, помня о твоих прошлых делах очень трудно не поверить этому видео! — Что ж, — я подошла к самому краю крыши, — надеюсь, мы больше никогда не встретимся. Ты только что обрел себе нового врага. Я спрыгнула вниз, цепляясь когтями за соседние крыши. Что мне делать дальше? К кому идти? Должна ли я действительно вернуться к воровству, раз даже Человек-Паук никогда не верил в то, что я могу измениться? Обида на него была такой большой, что, казалось, даже если он принесет мне голову того, кто подставил меня, то я не смогу его простить. Черт возьми, Паук никогда не собирался мне помогать, потому что всегда думал, что я не смогу измениться! Неужели я всего лишь воровка? Пришлось принять единственно правильное решение: обратиться за помощью к Майклу. В зале как всегда пахло потом и железом. Мне больше не к кому было обратиться за помощью, хотя к Майклу тоже идти было совестно, потому что я не была на тренировках уже две недели. Однако он встретил меня радушно, даже, кажется, был рад мне. Наверно, он был одним из немногих, кто хотел видеть меня живой. — Надо же, какие люди! — я не решилась его обнять, потому что он только что участвовал в спарринге и был очень потным. Видя это, Майкл рассмеялся, а затем протянул мне свою крупную смуглую ладонь. — Ты чего не в форме? — Да я не на тренировку, — я отвела взгляд, чтобы не смотреть ему в глаза. — Мне нужна твоя помощь. — Для тебя все, что угодно, — мы сели на узкую деревянную скамейку у стены. Впереди маячили фигуры мужчин, которые нещадно били боксерские груши. Память тут же вырисовывала картины того, как я делала то же самое часами напролет, пока не валилась от усталости. Все для того, чтобы исправиться, чтобы избавиться от позорной метки воровки, но оказалось, что это никому никогда не было нужно. — Я знаю, что все еще поддерживаешь контакты с черным рынком, — я не знала, откуда начать. Все-таки Майкл не знал о другой стороне моей жизни, поэтому мне следовало быть особенно осторожной, дабы не выдать себя. — Мне нужно узнать, есть ли такой человек сейчас в Нью-Йорке, который, как бы сказать... умеет перевоплощаться в других? Сначала он молчал, а потом внимательно посмотрел мне в глаза. В приглушенном свете спортивного зала они хитро блестели, я вся внутри сжалась. — У Кошечки проблемы, да? — он широко улыбнулся. Я задохнулась. — Как ты?.. — Это было нетрудно, — Майкл вновь довольно улыбнулся, обнажая крупные белоснежные зубы. — Сначала до меня дошли слухи о том, что знаменитая маленькая воровка перестала совершать свои вылазки, затем ты попросила тренировать тебя. А когда ты начала заниматься с шестом, который появился у Черной Кошки, то тут у меня в голове все сложилось, словно пазл, — заметив мое выражение лица, он добавил: — Не волнуйся, я никому не расскажу, это полностью твое дело. — Спасибо, — я выдохнула. В мои планы совершенно не входило то, что о том факте, что я и Кошка – это одна и та же личность, кто-то узнает, но произошло то, что произошло, поэтому мне нужно было просто смириться. — Я уже смотрел утренние новости, там вовсю мусолят ограбление, которое ты якобы совершила, — Майкл отвернулся, направляя взгляд на ринг. — The Daily Bugle уже сделали тебя врагом всего города, ты знаешь об этом? — Знаю, — я вновь стиснула зубы. — Так у тебя есть предположения, кто бы мог это сделать? — Есть, — Майкл кивнул. — Давно уже ходил слух о том, что в русской мафии есть особый наемник, который может полностью копировать внешность совершенно любого человека, будь то мужчина, женщина или даже ребенок. Он всегда работает вместе с братом, бывшим военнослужащим. Возможно, тебя кто-то заказал. И этот кто-то очень серьезный, потому что услуги этого «хамелеона» очень и очень недешевые. — И как мне его найти? — Это уже совершенно другой вопрос, — Майкл усмехнулся. — Но будь осторожна. Они люди серьезные, с ними никаких шуток. Просто постарайся не лезть на рожон, хорошо? Я конечно понимаю, что ты довольно-таки сильная, но эти люди гораздо сильнее. Уже дома, пересмотрев видео несколько раз, я поняла, в каких местах этот самый наемник выдал себя. Во-первых, я совершенно не умею владеть огнестрельным оружием, а во-вторых, я правша, а не левша. Не знаю, как Паук не заметил таких очевидных вещей, наверно, просто не захотел. Нашел отличный способ избавиться от проблемной напарницы. Что ж, я была гораздо лучшего мнения о нем. Я злилась на Паука настолько сильно, что почти не контролировала себя. Временами, правда, хотелось вновь найти его и доказать, что ограбление совершила вовсе не я, но гордость была сильнее. Если он такого мнения обо мне, то я готова доказать его поступком. Хотелось быть плохой настолько, насколько это вообще возможно. Все мои самые ужасные качества грозились выйти наружу, а мне не хотелось сопротивляться. Что ж, если в меня никто не верил, то нет смысла притворяться тем, кем я никогда не была. Была воровкой, есть воровка, воровкой и умру. Взглянув на себя в зеркало, я поправила воротник отцовской куртки. Я выглядела сейчас совершенно по-другому, нежели когда готовилась к ночному патрулю с Пауком. Во мне появилось нечто стальное, холодное, черты лица будто стали острее. Прикрепив маску к лицу, мне осталось только надеть линзы, но их нигде не было. Обшарив все в поисках пластиковой коробочки, я обнаружила ее полностью распотрошенной за диваном. — Оникс!!! Кот лениво зевнул, совершенно не волнуясь о том, что это была последняя пара линз в моем арсенале. Решив, что ничего страшного не случится, если кто-то увидит меня с синими глазами, а не с зелеными, я выбралась из окна. Было темно, город горел неоновыми красками. Я жадно вдыхала теплый воздух, пусть и чувствовала только выхлопные газы. Сейчас мне не хотелось воровать, но я должна была сделать что-то такое, что принесло бы Человеку-Пауку кучу забот. Выбрав небольшой клуб, я стала ждать. Ко входу подъезжали дорогие автомобили, их владельцы кидали ключи служащим и заходили внутрь, в основном в обнимку с какой-нибудь девушкой, конечно. Но одна тачка привлекла мое особое внимание. Этот автомобиль был восхитителен, у меня мгновенно загорелись глаза, как только я его увидела. Матовое черное покрытие Lamborghini Murciélago приковывало к себе взгляд, рев двигателя заставлял появляться тысячи мурашек на моей коже. Ничего же страшного не случится, если я покатаюсь пару часов? — Позвольте, — я перехватила ключи в воздухе, когда владелец кинул их служащему. Молниеносно заскочив внутрь, я тут же завела автомобиль и с визгом стартовала на огромной скорости. Водила я плохо, но умела. Этого было достаточно. Да и какая к черту разница, насколько хорошо я умела водить, если машина все равно не моя? Выехав на центральные улицы, я не снижала скорость. Почему-то я чувствовала себя пьяной, хотя я ни капли в рот не брала. Прежняя вседозволенность кружила голову, к чему было сдерживаться все это время? В салоне играла крышесносная музыка, которой я подпевала во весь голос. Вжимая педаль газа до упора, я неслась по улицам, неумело заворачивая на поворотах. Мне плевать, если в утренних новостях будут опять показывать сюжеты о Кошке-преступнице, потому что жители города не ценили хороших поступков, которые я совершала. Я та, кто я есть, и пусть теперь Паук попробует меня остановить! Конечно, очень скоро за меня взялись патрульные машины. Я смеялась в голос, глядя, как они пытались нагнать меня. Машины впереди расступались, я чувствовала просто зверский прилив адреналина, мозг будто бы совсем отключился. Уличные огни падали на панель управления, на кожаный руль. В зеркало я видела, как мое лицо подсвечивалось фиолетовым из-за неоновых огней. В один момент я услышала глухой звук, будто кто-то приземлился на крышу. Человек-Паук попытался пролезть в салон, чтобы ухватиться за руль, но я резко его крутанула, чтобы скинуть это насекомое с машины. «Пауки не насекомые, а членистоногие», – в голове пронеслась фраза моего бывшего напарника. В зеркало заднего вида я увидела, как он упал где-то в районе мусорных баков. Этого мгновения, когда мое внимание не было сосредоточено на дороге, хватило, чтобы какая-то белая машина подрезала меня и спровоцировала столкновение. Раздался ужасный звук, мне показалось, что мне заложило уши. Из-за того, что я не смогла вовремя вывернуть руль, сработали подушки безопасности, в которые я уткнулась лицом. В голове звенело, перед глазами плясали какие-то цветные точки. Кажется, я была ранена, потому что чувствовала горячую кровь на своем виске. Меня начало невыносимо тошнить, но я не могла пошевелиться, чтобы выбраться из машины. Именно в этот момент меня охватил животный страх, весь ужас произошедшего встал перед глазами. Как я могла такое совершить? Пострадал ли кто-нибудь, кроме меня? Кто-то грубо выволок меня за плечи из автомобиля, а затем я отключилась.