Моя чёрная душа

      Пока Кристина, убаюканная музыкой жениха, дремлет на широкой, застеленной шелками кровати, сам он неподвижно стоит у французского окна, выходящего на ухоженный сад. Напряженный взгляд Эрика направлен в ночное, усыпанное звездами небо, а мысли заняты грядущими бегами.       Призрак отчетливо осознает, что это последняя их с Кристиной спокойная ночь, не отравленная страхом за свободу и собственную жизнь. Уже на рассвете кони будут запряжены и они вместе отправятся навстречу светлому будущему. Эрика страшит лишь время, которое они вынуждены будут провести в пути — даже по самым позитивным расчетам Эрика, в Российскую Империю им придется добираться больше суток. Больше суток по холодным осенним улицам без крова над головой.       Изначально Эрик думал о Германии. При большом желании, они оказались бы там уже на следующий день. Но куда им было идти в чужой стране? В Российской Империи была дальняя родня Элизабет, готовая помочь им в первое время на новом месте, да и сам Эрик по молодости любил бывать в этой необъятной стране и знал город, в который они с Кристиной решили отправиться.       Тяжело вздохнув, Призрак отворачивается от окна и переводит взгляд на тихо посапывающую Кристину. Он медленно подходит к постели, невольно засматриваясь на ее безмятежное лицо, украшенное нежной улыбкой. Эрику хочется, чтобы она улыбалась так всегда, а не только лишь будучи погруженной в какие-то далекие светлые сны.       Как можно осторожнее, чтобы не разбудить невесту, Призрак опускается на свободную половину постели, не отводя взгляда от Даае. Девушка тотчас льнет к его поджарому телу, упираясь кончиком носа в его привычно прохладную шею. — Так и не уснул? — спрашивает она хриплым голосом мужчину, не открывая глаз. — Не могу перестать думать о завтрашнем дне, — шепчет он ей в ответ, бережно приобнимая здоровой рукой за талию. — Не обращай внимания, я просто полежу рядом.       Несмотря на мрак, стоящий в спальне, Эрик замечает на себе укоризненный взгляд прищурившейся девушки. Она недовольно фыркает и жмется теснее к его груди. — Тебе нужны будут силы, Эрик, — продолжает негодовать Кристина, ощущая его размеренные поглаживания на своей спине.       Он заторможено кивает, не прекращая убаюкивающе гладить невесту, однако сон окончательно от нее отступает. Приподнявшись на локтях, она вполголоса обращается к мужчине: — Мне так страшно, что произойдет что-нибудь плохое… — Я приложу все усилия, чтобы этого не случилось, — успокаивает ее Эрик, сжимая пальцами ее округлое плечо. — Верь мне, Кристина. — Я верю, — кивает девушка. — Просто эта неизвестность… Я не хочу уповать на то, что неприятности обойдут нас стороной, и не хочу жалеть потом о том, чего не сделала раньше.       Серьезность, сквозящая в ее светлых глазах, поражает Призрака, и, машинально понизив голос, он уточняет у нее: — Что ты бы хотела сделать раньше?       Девушка прикусывает нижнюю губу и отводит взгляд, а затем робко отвечает: — То, что последует за этим.       Не дав Эрику ответить, Даае подается вперед и, сняв треклятую маску с его лица, накрывает безжизненные губы чувственным поцелуем. Ее тонкие руки тянутся к его костлявой шее и нерасторопно ее обвивают, вынуждая мужчину наклониться ближе к ней и углубить поцелуй. На какое-то время Призрак выпадает из реальности и теряет контроль. Придерживая Кристину за талию, он опускает ее на мягкий матрац, а сам нависает сверху над ней, становясь коленями по обе стороны от ее бедер. Его взгляд хаотично скользит по ее укрытому лишь тонкой сорочкой телу и он с трудом удерживается от того, чтобы не наброситься на единственно желанное тело. Прикрыв глаза и сделав глубокий вдох, он шепчет на ухо Даае: — Мы не можем рисковать так сильно. Ты поправилась совсем недавно и…       Он не успевает договорить о том, как это опасно в ее положении. Девушка приставляет палец к его горящим от ее поцелуев губам и в тон ему отвечает: — Я не прощу тебя, если ты сейчас остановишься.       Призрак смиряет Кристину выразительным взглядом — она невинно улыбается в ответ, проводя плавно кончиками пальцев по его обнаженной расстегнутой рубашкой груди. Он аккуратно перехватывает ее руку и подносит ее к своим губам, чтобы запечатлеть на запястье нежный поцелуй. — Расслабься, позволь мне вести, — шепчет он своим бархатистым баритоном, обдавая ее чувствительную кожу горячим дыханием.       Девушка смиренно кивает, опускаясь на многочисленные подушки и глядя на Эрика из-под пушистых ресниц. Ему отчаянно не хочется причинять ей и каплю боли или даже дискомфорта. Она кажется ему настолько хрупкой и утонченной, что одно его неверное движение сломает ее изнутри. Потому Эрик решает взять все в свои руки и дать Кристине то, чего она так жаждет, пускай и не совсем так, как это виделось ей.       Он прижимается к ней всем своим телом и вовлекает в пьянящий поцелуй — их языки сплетаются, неустанно двигаясь навстречу друг к другу, и они не сдерживают синхронного, словно нарочито идеально звучащего стона. Отпрянув с неохотой от сладких губ невесты, Эрик опускается к ее вытянутой навстречу его ласкам шее — она непроизвольно запускает руку в его темные волосы. Его дразнящие легкие поцелуи заставляют Даае выгибаться в спине от наслаждения и стискивать пальцами его пряди.       Не отрывая рук от тела Кристины, мужчина спускается к ее ногам, покрывая поцелуями все ее бледное тело. Его ладони мягко поглаживают нежную кожу ее голеней, пока губы касаются легкими поцелуями хрупких лодыжек, а затем и стоп — он ощущает, как по коже невесты бегут колющие мурашки.       Из груди Даае вырывается сдавленный, сладкий стон и она сминает пальцами простынь. Она ощущает, как ласки Эрика перемещаются к ее бедрам и, ей кажется, окончательно теряет голову. После всего, что сделал с ней Рауль, она была уверена, что не сможет ощущать чужих прикосновений не испытывая при этом страха, что будет дрожать от предвкушения боли и отбиваться от настойчивых рук. Но с Эриком не происходит ничего подобного. С ним она ощущает себя хрупким инструментом, вверенным умелому и бережливому музыканту. С ним она не боится никакой боли.       Призрак мягко разводит ноги девушки в стороны, удобнее устраиваясь между ними, и неспешно покрывает поцелуями внутреннюю сторону бедра — Кристина поджимает пальцы ног от сладостного предвкушения. Его влажный язык невыносимо медленно скользит меж ее половых губ, нарочито часто задевая чувствительный клитор и заставляя невесту извиваться на постели от наслаждения совершенно новыми для нее ощущениями.       Под звуки собственного имени, издаваемые в экстазе Кристиной, Эрик спустя некоторое время добавляет к языку и пару пальцев. Он начинает двигать ими предельно осторожно и неглубоко внутри ее узкого влагалища, ища угол, доставляющей ей наибольшее удовольствие. В какой-то момент Даае заходится несдержанным стоном и мужчина поднимает на нее горящий страстью взгляд.       Его золотистые глаза сталкиваются с ее широкими, темными даже во мраке спальни зрачками. Не прекращая глядеть на лицо Кристины с нескрываемым желанием, Эрик припадает губами к налившемуся кровью и пульсирующему клитору и легонько его посасывает, вознося ее на пик блаженства. Девушка содрогается всем телом и сладостно стонет, кусая раскрасневшиеся губы.       Призрак запечатлеет нежный поцелуй на ее покрытом испариной и совсем еще немного округлившемся животике и обнимает Кристину поперек груди, прикрывая глаза и усмиряя свое сбившееся дыхание и накатившее возбуждение. Немного погодя девушка чуть приподнимается на подушках и обращается к жениху севшим от стонов голосом: — А как же ты, Эрик? Это ведь лишь позволило мне понять, что я готова к большему… — Я сполна насладился тобой, — с улыбкой отвечает он, крепче прижимая девушку к себе. — А остальное подождет… Мы должны убедиться, что ни малышу, ни тебе ничто не угрожает.       Разочаровано выдохнув, Кристина согласно кивает и устраивается напротив Эрика, заглядывая в его янтарные глаза. Прежде, чем провалиться в сон, она кладет ладонь на его впалую щеку и нежно шепчет: — Пообещай мне, что у нас все только впереди.       Его тонкие губы трогает кроткая улыбка и, прижав невесту к своей груди словно маленького ребенка, он вполголоса отвечает: — Обещаю.