Риск под подозрением
27 февраля 2020 г., 16:10
…Вежливо проводив Майкла Риска до выхода из участка, Ник Уайлд вернулся в «клоповник». Бен Когтяузер сидел закрыв лапами морду.
— Ну, и долго будем изображать вселенскую скорбь?
— Ты не понимаешь, Ник… — провыл гепард, не отнимая лап. — Всё кончено…
— Что кончено?
— Всё! Она пропала, может быть, она в лапах маньяка, но у неё есть парень! Он заботится о ней, они в кино ходят…
— Ты сам себя слышишь, идиот? Флавия может быть в беде, а ты стонешь, что кто-то назвался её парнем!
Гепард уронил лапы на стол и жалобно заморгал, глядя на суровую морду лиса.
— Встать! — внезапно заорал тот. Конечно, получилось не столь впечатляюще, как у капитана Буйволсона, но тоже весьма грозно. Бен рефлекторно вскочил, вытянулся по стойке «смирно».
— Отставить сырость разводить, офицер Когтяузер!
Пару мгновений они смотрели друг на друга.
— Ну, что, пришёл в себя? — обычным тоном поинтересовался Ник. Бен кивнул. — Тогда пошли работать.
Пока они шли, Ник набрал номер Наоми.
— Привет, дорогая.
— Привет. Соскучился?
— Вроде того. Слушай, у меня такой вопрос. Ты случайно не знаешь такую… Анну Белофф?
— Анну Белофф? — она немного помолчала. — Да вроде нет… А почему ты решил, что я могу её знать? Кто она? Мне начинать ревновать?
— Ну, что ты… Просто у нас ориентировка на неё. А она из Тайга-сити. Это же твой родной район.
Наоми рассмеялась:
— Ты думаешь, я знаю всех зверей в Тайга-сити?
— Ну, ладно, не знаешь, так не знаешь. Ладно, не буду отвлекать. Пока.
— До вечера, Ник.
— Да, конечно, — но он спохватился: — Э! Наоми!
— Да?
— Я не смогу вечером. У нас тут что-то вроде аврала… Извини.
— Ну, что ж, — погрустнел её голос, — работа есть работа. Тогда позвони завтра.
— О’кей, — Ник хотел нажать «отбой», но вдруг заметил, с какой печалью вслушивается в разговор Бен.
— Нет, нет, погоди ещё! — вдруг вскричал он даже неожиданно для себя самого. — Наоми!
— Да? — она тоже удивилась. — Дорогой, с тобой точно всё в порядке?
— Знаешь… Я был бы очень рад, если, придя сегодня домой, застал бы там тебя, — выпалил лис.
— Ух ты… Ты серьёзно, Ник?
— Абсолютно. Ключ в горшке с деревом у крыльца. Вот, теперь пока. Целую.
Лис убрал телефон в карман. Гепард опустил голову. Некоторое время они шли молча.
— Знаешь, Бен, оказывается, давать советы куда легче, чем самому им следовать.
— Мама в таких случаях говорит: «Чужую беду хвостом размету, а к своей — головы не приложу».
— Мудрая у тебя мама.
…Полицейские Первого участка сновали по району, опрашивая всех владельцев и посетителей кафе, баров, развлекательных заведений. Но в два часа они вернулись в участок с пустыми лапами: никто не видел ни одну из трёх девушек. Теперь оставалась надежда только на профайлера. Таких специалистов не было в обычных полицейских участках, они были только в следственных структурах высокого уровня. Поэтому всем было интересно, как им будет помогать такой «небожитель». Но в лекционном зале сидел только Буйволсон. И был он ещё более хмурый, чем утром.
— А где профайлер? — не сдержался Волкас.
— Садитесь, — сказал капитан и прошёлся перед картой с фотографиями жертв. — Профайлера не будет. У неё что-то там случилось, передали только вот это краткое заключение, — помахал он листом факса. — Кто-нибудь хоть что-то нарыл?
Буйвол внимательно оглядел подчинённых. Все вздыхали и мотали головами:
— Ничего, сэр.
— Это плохо, овода мне в ухо… Ладно, вот что сообщает нам специалист о возможном кандидате в наши клиенты. Все свои мысли не держите при себе. Сразу говорите, если знаете кого похожего.
Он нацепил очки и прочёл: «Изучив предоставленные документы (протоколы осмотра мест происшествия, заключения о вскрытиях, протоколы опросов семей и знакомых жертв) в качестве эксперта-профайлера, предварительно могу сообщить следующее:
Жертва — самка, травоядная, некрупная, возраст от 21 до 25 лет, если вид мелкий — возможно старше, до 30 лет. Живёт в полной семье, малочисленной. Получает высшее образование. Замкнутая, несмотря на приятную внешность, неуверенная в себе.
Убийца — самец, хищник, некрупный, живёт один, есть машина. Возраст от 25 до 35 лет. Может вести себя вызывающе. Желает самоутверждения любой ценой. Предположительно: специфические моральные принципы, основанные на «ценностях древних хищников».
Предварительное заключение составил
Профайлер 2 категории Ф.Р. Лонгтэйл».
Капитан Буйволсон обвёл своих подчинённых взглядом поверх очков.
— Ну? У кого какие мысли?
Полицейские переглядывались. Ник медленно поднялся со своего места, но не успел раскрыть пасть. Капитан посмотрел на него, потом в документ и промолвил:
— Кстати. А где это наша Лонгтэйл? Что-то я её не наблюдаю. Заболела что ли?
— Сэр, — отозвался Бен, — а она… Ну, пропала.
— Что-о? И вы только сейчас мне об этом сообщаете?
— Так мы сами не знали, сэр, — Ник заторопился выручать друга, — мы думали, может домой поехала и задержалась… А сегодня пришёл зверь и подал заявление о её пропаже.
— Ну, этого только нам и не хватало… Значит, берите фото Лонгтэйл и ищите её тоже. Ладно, что по тому психу? Есть у кого какие мысли?
— Я вот подумал, сэр, — заговорил обстоятельный Рыксон, — раз он выбирает жертв из тех, кто получает высшее образование, может, стоит побольше внимания уделить местам, где тусуются студенты?
Буйволсон кивнул:
— Да, присмотритесь к университетскому городку, кампусам, институтам и близлежащим кафешкам.
— Ночные клубы, дискотеки? — спросил Гризелли и подмигнул МакРогу.
— Нет, не больше, чем обычно. Если жертва — домашняя девочка, в клуб она, скорее всего, не пойдёт. Что ещё? Офицер Уайлд, ты сказать хотел что-то?
— Да, сэр. Это по поводу того зверя, что заявил о пропаже Лонгтэйл. Мне кажется, он похож на описание профайлера.
— Да? Кажется тебе? — буйвол посверлил лиса взглядом. — А твоего «кажется» для ареста достаточно?
Ник помотал головой. Сотрудники смотрели на него с сочувствием.
— Тогда бери напарника, средства для слежки и последите за ним незаметненько. Всё равно других кандидатов пока нет. Ладно, идите, работайте. Гризелли, МакРог, возьмёте координаты объекта у Уайлда. Сейчас дуйте спать, а вечером в восемь смените его на наблюдении.
…Двое суток полицейские вели наблюдение за Майклом Риском, сменяясь через восемь часов. Волкас-Рыксон дежурили с 6 утра до 14, Уайлд-Когтяузер — с 14 до 22 и Гризелли-МакРог — с 22 до утра. Его образ жизни казался им очень скучным, особенно ночной смене. Утром он шёл пешком в колледж, благо, тот находился всего в трёх кварталах от его дома. В обед на полчаса выскакивал в кафе неподалёку. Вечером в компании пяти-шести студентов возвращался домой. Через полтора-два часа молодые звери уходили, а Майкл оставался дома до утра.
— Может, он всё-таки не маньяк? — спросил Ник, из машины снимая на камеру, как весело смеющиеся подростки покидают подъезд дома, где жил Риск. От скуки он ещё и крупно фотографировал их морды.
— Я не знаю, — хмуро пробурчал Когтяузер. — Но он всё равно ужасно подозрительный. И что, интересно, эта толпа у него дома делает?
— Да ясно, что! — отмахнулся лис. — Он же учитель. Зачёты принимает. Или дополнительные занятия с двоечниками проводит… Или вообще репетиторствует. Ладно, детёныши ушли, значит, отдыхаем до смены. Ты поглядывай на всякий случай, а я посплю. О’кей?
Сменившись, лис и гепард отправились в участок. Пока Ник скидывал на компьютер отснятое видео и распечатывал фотографии, Бен перечитывал заключение профайлера. Оба уже мечтали, как отправятся по домам отдыхать. Но тут раздался громоподобный топот, и в «клоповник» ворвалась бледная Хоботовски.
— Мальчики, а где шеф?
— Понятия не имею, — в один голос отозвались Бен с Ником и переглянулись. — Разве он не ушёл домой?
— Да нет, он уже вторую ночь тут ночует… Ладно, наверное, в кабинете у себя…
Слониха исчезла и вопрос «А что стряслось?» не услышала. Лис и гепард снова переглянулись, понимая, что отдых пока отменяется. В коридоре снова раздался топот, уже в два раза громче. Открылась дверь и осунувшийся, даже с виду уставший буйвол пропустил в комнату встревоженную, всхлипывающую антилопу средних лет:
— Проходите, усаживайтесь, мэм. Когтяузер, тащи бланк и заполняй. Итак, мэм, назовите фамилию и имя вашей пропавшей дочери.
— Сэнди. Сэнди Карпентер. Антилопа куду. 22 года, — и она всхлипнула.
Бен низко склонился над бланком, пряча взгляд. Ник с сочувствием и тревогой на морде подошёл ближе. Франциска замерла в дверях.
— Хорошо, что вы пришли к нам сразу. Когда пропала ваша дочь?
— Она пришла после занятий, она учится в университете, первый курс. Пришла, поужинала и сказала, что ей надо выйти на пару минут. Было полдевятого вечера, ещё не поздно, и я разрешила.
— Ей кто-то позвонил?
— Да! — антилопа затрясла головой. — Был звонок. И она ушла. И не вернулась, — она залилась слезами. Ник сбегал и принёс ей воды.
— Но ведь прошло не так много времени, мэм. Почему вы забеспокоились?
— Ах, сэр, вы не знаете мою девочку! Она такая милая, такая послушная, такая домашняя! Она всегда предупреждает, если задерживается даже на полчаса. У моего мужа, отца Сэнди, больное сердце, она ни за что не будет его волновать.
— Вы звонили ей, конечно?
— Нет. Она ушла без телефона, ведь она ушла ненадолго.
— А где её телефон? — встрепенулся Ник.
— Да, сэр, вот он, — миссис Карпентер достала телефон из сумочки и подала ему. Лис быстрым движением фокусника надел на лапы перчатки, взял телефон и принялся в нём копаться.
— Кто ей позвонил перед уходом? — продолжил спрашивать буйвол.
— Я не знаю, она не сказала, — антилопа растерянно взглянула на лиса.
Ник покачал головой:
— Номер не определился.
— А её друзьям вы звонили? Может быть, её парень?..
— Она очень замкнутая, у неё всего одна подруга, я звонила ей, конечно. Она ничего не знает. А парня у неё нет… По крайней мере, она мне не говорила, что с кем-то встречается. Скажите, вы же найдёте мою девочку? — мать обвела полицейских умоляющим взглядом.
— Конечно, найдём, — твёрдо сказал молчавший до этого Бен. — Напишите здесь свой адрес и телефон, а также адрес и телефон подруги вашей дочери.
— А фотографии Сэнди у вас с собой нет? — спросил Буйволсон.
— Да, я взяла с собой, возьмите, пожалуйста.
Она подала фотографию. Капитан посмотрел на изображение хорошенькой молодой антилопы с красивой сизой шёрсткой, трепетными большими ушами и выразительными глазами.
— Размножь, — он сморщился, словно от боли, и подал фото лису. Тот шагнул к копировальному аппарату.
— Стоп, шеф… — внезапно сказал Ник. — А у меня есть фото этой девушки! Вот, смотрите, я нащёлкал сегодня, — лис разложил на столе снимки молодых зверей, которые навещали Майкла Риска. — И вот ещё, вчерашние, — он прибавил к ним ещё несколько, в том числе фото самого Майкла, а ещё подсунул туда же фото Флавии и фото трёх жертв.
Все четверо склонились над столом, разглядывая их. Слонихе было проще, она смотрела сверху.
— Вы знаете кого-то из этих зверей, миссис Карпентер? Может, видели где? Посмотрите повнимательнее.
Пока антилопа рассматривала фото, Буйволсон отошёл и шёпотом велел Хоботовски сообщить дежурным, чтобы срочно тащили Риска в участок.
Миссис Карпентер узнала на фотографиях только преподавателя истории Майкла Риска. После того, как Хоботовски с сочувствием на морде проводила антилопу, уверяя, что всё будет хорошо и дочка обязательно найдётся, в участок ввалились МакРог и Гризелли.
— Ну? — уставился на них Буйволсон. — Давайте сюда этого мистера учителя. Пусть расскажет, почему вокруг него звери пропадают.
— Э-ээ… сэр, а он сам тоже… — пробормотал носорог.
— Сэр, объекта дома не оказалось! — сказал волк.
Все ошарашено воззрились на них.
— А вы-то там зачем находились?! — взревел буйвол. — Для красоты, что ли?!
— Ну, так он же обычно до утра носа не высовывал из дома…
— Идиоты, — выдохнул капитан. — Но съёмку-то вы вели?
— А как же! — МакРог протянул камеру.
