Сквозь судьбы 45

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Роулинг Джоан «Гарри Поттер», Риордан Рик «Перси Джексон и Олимпийцы», Пулман Филип «Тёмные начала», Волков Александр «Волшебник Изумрудного города», Гарри Поттер, Как приручить дракона, Риордан Рик «Герои Олимпа» (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Персабет. Полумна|Рольф, Тайсон|Элла, Нико, Кларисса|Крис, Калео, Талия, Рейна…где реально, где нет: Ромиона, Джейсон|Пайпер\Гарри|Джинни/Фрэнк|Хейзел, Лаванда/Перси\Астория\Драко/Аннабет\Невилл\Ханна, Персей Джексон, Аннабет Чейз
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Драма, Фэнтези, AU, Мифические существа, ER (Established Relationship), Учебные заведения, Первый раз, Дружба
Предупреждения:
OOC, Underage, Беременность
Размер:
планируется Макси, написано 424 страницы, 31 часть
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Превратности судьбы не заставили полукровок озлобиться против мира и богов, что возлагают на плечи своих детей тяжелейшие испытания. С весёлым спокойствием и надеждой вчерашние герои Олимпа смотрят в будущее и продолжают смеяться, дружить, любить… Какой же станет их дальнейшая жизнь, если в их реальность ворвётся Хогвартс, Пыль и прочая магия…
(Персабет. Отношения Персабет, развитие их в смеси с другими мирами)

Посвящение:
Особое посвящение тем персоманам, кто тоже 18-го августа отметил день рождения книжного героя ярче и веселее, чем своё собственное в этом году…
Рыбьим мозгам и Воображале, чьи отношения не перестают меня вдохновлять с Лабиринта Смерти)

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Море Персабет. Море романтики. Автор предупредил.
Фэндомы будут добавляться по мере повествования. Для понимания происходящего не обязательно быть хорошо знакомым со всеми из них, основной упор на Персабет... ну и других полукровок. Всех упоминаемых персонажей других фэндомов не перечисляю, так как их и правда немало, в основном, это будут главные герои разных произведений.
Начинаю завязку с Хогвартса (почти классика этот кроссовер), смешанного из книг, фильмов и информации с сайта pottermore, курируемого Роулинг. Не люблю Ромиону, поэтому просто не буду трогать эту парочку.

Главы буду выкладывать по субботам. Всегда открыта замечаниям и предложениям.

Глава 28 Перси

16 июня 2018, 22:07
Примечания:
Хотелось бы поблагодарить всех тех, чья поддержка помогла мне собраться с силами и закончить эту главу. Низкий поклон за все тёплые слова и волшебные пинки!
Приятного чтения!
Воздух из лёгких вырывался облачком сизого пара, мгновенно уносимого пронизывающим до самых костей ветром, заставляя Перси зябко ёжиться. Как будто ему было мало того, что приходилось щуриться! Впереди, насколько хватало глаз, раскинулся ослепляющий океан хрустально-чистого снега; лишь вдали черной полосой лес разделил землю и затянутое дымкой небо. Сын Посейдона уже какое-то время целенаправленно пёр через это поле, оставляя за собой траншею в неглубоком слое снега, и с каждым шагом всё больше жалел, что не стал звать своего братца-циклопа на помощь. Ему сейчас как никогда не хватало Миссис О’Лири с её прекрасными способностями! Утро выдалось, мягко говоря, холодным, морозным и не располагающим к долгим прогулкам на открытом воздухе, хотя стоило признать, эта свежесть весьма бодрила. Вот только брюнет рассчитывал на совсем другую зиму во Франции – мягкую и ласковую - ведь у него появились некоторые планы на приближающиеся каникулы. Но, возможно, низкие температуры стоило списать на крайне раннее время суток. Солнце лишь только-только показалось над горизонтом, затерялось в сплетённых тоненьких веточках деревьев и седых рассеянных, как вата, облаках. Мутное небо над головой парня ещё хранило густой и глубокий цвет ночи с крапинами сияющих звезд, а вдали переходило в бледно-розовый, пронизанный скупым светом холодного зимнего светила.
Перси не сомневался, что в Шармбатоне все по-прежнему нежились в тёплых кроватках, наслаждаясь последними предрассветными сновидениями. Но сам он пробивался через негостеприимный полусонный лес, а теперь упорно брёл по занесённому этой ночью снегом полю, мечтая поскорее расправиться с ещё одним делом и успеть вернуться до пробуждения друзей. А главное, до пробуждения Аннабет. Ему совсем не хотелось оказаться под её прищуренным оценивающим взглядом, способным вытащить из него все секреты; он предпочёл бы сжать мудрую блондинку в своих объятьях, чтобы почувствовать её родное прикосновение и убедиться, что она в безопасности. Но пока он даже не приблизился к тому, чтобы закончить это задание.
Джексон не помнил, чтобы монстры когда-либо доставляли столько хлопот, даже у них на родине он за всю свою весьма насыщенную жизнь не сталкивался со столькими проблемами от тварей мифологического мира.
И во время войны с Кроносом или Геей – в конце концов, тогда в принципе велись военные действия; но даже в такое время чудовища не стремились вмешиваться в жизнь смертных, пусть и одаренных магическими способностями. А теперь он постоянно слышал о монстрах, угрожающих или хотя бы причиняющих неудобства волшебникам.
Определенно, за всем этим хаосом должно скрываться что-то очень… кошмарное, иначе бы не вызывало столько тревоги у сына морского бога. Но пока брюнету оставалось подавить гложущее его чувство беспокойства и выжидать, когда незримый враг сделает следующий ход. Перси сильно сомневался, что группа не смирившихся с поражением пожирателей смерти могла вызвать подобный переполох, ведь они узнали о существовании мифологического мира гораздо позже, чем начали происходить все эти случаи и нападения.
Наконец, Джексон снова оказался под ажурной тенью покрытых инеем деревьев и начал свои поиски в спящем лесу. Ему было крайне необходимо как можно скорее найти крылатое чудовище уже в течение месяца атакующего любых забредших в эти места прохожих. И сыну Посейдона было глубоко наплевать, что это было за создание, его единственной целью было выследить и уничтожить то, что представляло для других опасность.

В очередной раз ему показалось, что он вёл себя слишком жестоко в не продлившейся долго схватке. Он казался самому себе чрезмерно беспощадным, свирепым; его неистовые удары разорвали визгливую тварь на куски, оставив его одного, задыхающегося, на пустой просеке между застывшими деревьями. Тусклые облака замерли на бесцветном небе, затих ветер, и не дрожала ни одна веточка; стояла пронзительная, давящая тишина, в которой с трудом приходящий в себя Перси чувствовал себя загнанным чудовищем. Мощные волны ярости и желания крови, накрывавшие его и бросавшие в пучину безжалостной жестокости, уже не впервые погружали его сознание в серую дымку, притупляющую все чувства и лишавшую окружающий мир красок.
Серый.
Цвет глаз его возлюбленной.
Джексон медленно выдохнул, приободренный этой мыслью, всё ещё дрожащими пальцами сжимая рукоять Анаклузмоса, чьё приглушённое сияние пробивалось через пелену жажды убийства. Воображала наверняка не захотела бы, чтобы он мстил за её боль. Но он сам хотел этого. Он хотел, чтобы каждый виновный пожалел о том, что Аннабет пришлось страдать. Пожалел о её ранах и шрамах. О её похищении. Неукротимых кошмарах. Слёзах. Обо всём том, с чем ей пришлось столкнуться в последнее время. Мягкий свет совершенно не греющего солнца пробился через его тёмные мысли. Уже утро. Ему пора было возвращаться. К ней. Одна только мысль о Воображале вызвала на его губах улыбку. Да, пора возвращаться.
***
Во французской школе чародейства и волшебства властвовала предпраздничная суета. Девушки в изящной голубой форме танцующей походкой порхали по коридорам, бросая на брюнета любопытные взгляды. Преподаватели выглядели менее благосклонно, недовольно поджимая губы и вскидывая подбородки. Но Перси всё это мало волновало. Он почти бежал, торопясь в комнату, где должен был в этот момент мирно спать, а не блуждать по окрестностям в поисках монстров для хорошей драки, даже если за это полагалась достойная награда. Ему оставалось надеяться, что Чейз не станет его ни о чём спрашивать с первой же секунды, дав ему достаточно времени на создание хорошей отговорки; врать ему не хотелось, но пока он слишком стеснялся заговорить о пришедшей к нему уже достаточно давно идее. Оставалось надеяться, что ей понравится его сюрприз. Но вопреки всем надеждам, первое, что он услышал, переступив порог спальни Талии, было коротким предложением из трёх слов. «Где ты был».
И даже то, что вопрос был задан мужским голосом, ничуть не улучшало ситуацию, в которой оказался сын Посейдона. Он медленно обвёл взглядом комнату в поисках Аннабет, игнорируя любопытство Джейсона, а в следующую секунду с удивлением обнаружил свою драгоценную блондинку всё ещё спящую и одиноко съёжившуюся под одеялом.
Ласково разбудив дочь Афины и избежав всех неудобных вопросов, Перси даже не думал о том, что Мойры вдруг проявили к нему свою благосклонность таким развитием событий. Скорее он поверил бы, что ему опять готовят чертовски неудачный сюрприз.
***
Попрощавшись с Джейсоном и Талией, чей невозмутимый вид мог поставить под сомнение реальность ночного разговора, пара вернулась в Хогвартс, полный гомонящей толпы и рождественского духа.
- Похоже, не мы одни забыли слово «учёба», - покачала головой Аннабет, лавируя между не слишком спешащими на занятия волшебниками.
- Кхм, - кашлянул брюнет, - я надеюсь, что мы и не будем о нём вспоминать, - невинным взглядом уставившись в потолок, сообщил сын Посейдона, когда они выбрались в небольшой пустынный коридор.
- Не переживай, Рыбьи Мозги! – рассмеялась девушка, - я уже говорила на эту тему с Макгонагалл. – Перси тут же перевёл заинтересованный взгляд на блондинку, - она, конечно, колебалась по началу, но когда я заверила её, что мы будем находиться в школе, пока не удостоверимся в полной безопасности Хогвартса, оттаяла. И оставила дальнейшее обучение на наше усмотрение, сказав, что каждый из полубогов может выбирать, как поступит дальше.
- Хейзел наверняка захочет остаться студенткой Хогвартса, ей здесь нравится. Учитывая её способности, как ученицы Гекаты, и плюс, - Джексон замялся, но закончил, так как они были одни, - её отставание во времени…
- Ей здесь комфортно, - согласилась дочь Афины.
- Что ж… а мы? – осторожно спросил брюнет, с нетерпением и долей опаски ожидая услышать мнение его девушки. На самом деле, ему было всё равно. Здесь. Дома. Или ещё на каком-нибудь другом континенте. Но он ни за что не хотел покидать Аннабет.
- Я не знаю, - с горечью призналась Чейз, - я тоже не знаю. Пока мне бы хотелось оставить всё как есть. Но тогда я не могу представить, что ждёт нас дальше…
- Новый день. – Ухмыльнулся Перси, понимая, что она говорила о совсем другом, но оставляя эту сторону вопроса, и притянул блондинку в свои объятья, - не беспокойся, нас ждёт новый день.
***
Перси никак не ожидал, что в это время, когда уже должны были начаться занятия, они встретят на тихом балкончике Пайпер, хмуро наблюдавшую за рвущим ветви ветром. Она выглядела очень хрупкой и ранимой, а главное, что в глазах её читалась глубокая обида, словно она чувствовала себя преданной. Но стоило ей заметить полубогов, как её губы растянулись в приветственной улыбке. Вот только Джексон мог быть хоть глупцом, хоть слепым, но он ощущал, что с ней что-то не так. Жаль, что дочь Афродиты не спешила поделиться с ними своими чувствами.
Аннабет на несколько мгновений обняла подругу, а затем отступила, тут же ловя ладонь брюнета, что заставило парня усмехнуться, но Чейз не обратила ни малейшего внимания на свои инстинктивные действия, уже сосредоточившись на болтовне. И Джексон мог бы откровенно заскучать, если бы не замеченная случайно мимолетная грусть и боль в глазах Маклин, которая заставила его пристально наблюдать за мимикой и жестами девушки Грейса, в попытке разгадать причины её разочарования. Но больше Пайпер ничем не выдала себя, заставив брюнета сомневаться в том, что ему показалось, он увидел.
Но возможно всё дело в рождественском бале, до которого оставался лишь один последний день?
- Как там Джейсон? – непринуждённо поинтересовалась потомок чероки.
- Прекрасно! – без задней мысли отозвался сын Посейдона, - ему, наконец, выпала возможность отлично выспаться! – девушка вздрогнула, потянулась к перу в волосах, но тут же улыбнулась:
- Здорово. Кстати, все костюмы уже прибыли, а ещё оказалось столько желающих, чтобы я сделала им причёски…
- Значит, тебя займут на весь завтрашний день.
- Да. Хорошо, что завтра нет тренировки по квиддичу, погода пока больше не позволяет. Но, Аннабет, не переживай, для тебя я найду время! И даже не пытайся отвертеться! Я уже придумала подходящую тебе укладку!
- Как скажешь! – в итоге не стала спорить Чейз.
- Надеюсь, что хотя бы мне удастся избежать подобной участи? – криво улыбнулся брюнет.
- Посмотрим! – в один голос заверили его обе девушки.
Совсем позабыв об учёбе, все трое направились в спальню Аннабет, бурно обсуждая предстоящее мероприятие. Проскользнув незамеченными в башню Равенкло, а затем и на женскую половину, полубогини преисполнились чувства предвкушения, а Перси продолжал молчаливо сопровождать их, наслаждаясь нежностью и уютным теплом, которые дарила ладонь его возлюбленной в его руке; и никто совсем не ожидал столкнуться в самой комнате с ещё одной прогульщицей.
Лавгуд с покрасневшим лицом, шмыгая носом, сидела на своей постели, прижимая к себе подушку и отчаянно сдерживая слёзы.
- Луна! – воскликнула Чейз, пораженно застыв на пороге.
- П-привет, - губа девушки предательски задрожала. Затем она обреченно выдохнула и печально улыбнулась, собираясь с силами, - всем привет. Рада вас видеть.
- Полумна, - Пайпер подбежала ближе и села на краешек кровати когтевранки, - что случилось? – Перси подумывал оставить девушек посекретничать, но уходить снова от Аннабет не хотелось, ему итак пришлось оставить её утром; так что когда дочь Афины двинулась вперёд, потянув его за собой, он послушно шагнул к постели колдуньи.
- Как бы… - неземная чародейка непривычно нахмурилась, нервно перебирая пальцами и подыскивая нужные слова, - бал. Завтра. А Рольф… Рольф…
- Он не пригласил тебя!? – возмутилась Маклин. И даже яростно стукнула кулачком по одеялу, впрочем, не проявляя ни малейшего интереса к тому, а кто вообще такой этот Рольф, - Глупец! Подлец!
- Это поправимо! И впереди ещё есть время, - вступилась Чейз, мягко погладив подругу по колену, - может, он просто ищет подходящей возможности. А ты закрылась тут…
- Н-нет, - замотала головой Лавгуд, а затем ещё тише призналась, - он пригласил меня! – её глаза в этот момент сверкнули, как поверхность небесной луны, отразившей солнечный свет.
- Тогда в чём проблема? – растерялась дочь богини любви и красоты, переглядываясь с второй полубогиней.
- Я отказалась.
Эти слова Полумны привели в недоумение всех троих подростков. Перси подумал, что, возможно ему послышалось. Видя вытянувшиеся лица друзей, Луна повторила:
- Я отказалась. Случайно, - добавила она, - он теперь не будет со мной дружить? – хлюпнула она носом, посмотрев почему-то на Джексона, словно он мог отвечать за весь мужской род. Её серебристые глаза полные невыразимой скорби чуть не заставили парня попятиться.
- Дружить? – вскинула брови Пайпер. Уголки её губ дрогнули в еле удерживаемой улыбке.
- О, для тебя это впервые, конечно, ты растерялась! – огорчённо заметила Аннабет, забираясь на одеяло с ногами.
- «Впервые» - это вовсе не оправдание глупости! – возразила волшебница, отвергнув удобную отговорку, - чувства не подвергаются контролю разума, и наоборот тоже не должно быть.
- Ну, знаешь, я порой рядом с Перси теряю и рассудок, и голову, и всё на свете, хотя по рождению обязана быть крайне умной, сдержанной и всё прочее.
- Впервые дружить? Ну-ну, – с усмешкой и недоверчивым взглядом певуче уточнила Пайпер, скрестив руки.
- Пайпс, у кого из нас мама – дочь богини любви? Рольф ей нравится! – Чейз легко щёлкнула девушку с вечно изменчивыми глазами в плечо.
- Очень нравится, - со вздохом подтвердила Лавгуд, опустив подбородок на подушку.
- Так, парни на выход! – взяла всё в свои руки Маклин, неожиданно подскочив и начав выталкивать Перси из комнаты, - пошустрее!
- Эй, Пайпер! Погоди-ка! – попытался безрезультатно воспрепятствовать столь бесцеремонному обращению Джексон.
- Отставить разговорчики! И вообще, у нас ещё запланирована примерка нарядов, остальные вот-вот должны подойти, так что соизволь без лишнего шума покинуть спальню! – фактически избавившись от сына Посейдона, Пайпер повернулась, подбадривая Луну, - мистер Саламандер ещё пожалеет! Вот увидишь!
О чем ещё придётся жалеть бедному парню, Перси не мог догадаться, ведь сама Луна отказалась пойти с Рольфом, но благоразумно промолчал. Дверь захлопнулась перед его носом, отрезая от представительниц прекрасного пола. И ему ничего не оставалось, как отправиться на поиски Фрэнка. Если у них действительно примерка, то все полубогини будут этим заняты до самого вечера, так что и Чжан определенно будет вынужден скучать в одиночестве. А учитывая наступающее Рождество и зимние каникулы, никакого срочного домашнего задания не привидится.

- Персей Джексон, - вежливо и тихо позвала девушка, когда шагая по пустынным коридорам и насвистывая бессмысленную мелодию, брюнет уже приближался к выходу на облюбованный дворик, - мы не могли бы поговорить несколько минут? Это очень важно.
- Хорошо, Лаванда. – На согласии сына Посейдона никак не сказался спокойный тон Браун. Или её покрасневшие от очевидных рыданий глаза и щёки. И ему было фиолетово, какие невероятные причины могли побудить её к этой беседе. Но взгляд у гриффиндорки был как у побитой собаки… очень виноватой собаки. И именно эта смесь решительности, смирения и угрызений совести, отразившихся на всём её облике, побудили парня уделить ей внимание.
- Где-нибудь, где нас никто не услышит, - добавила волшебница, а потом опомнившись и смутившись, уточнила, - можно у всех на виду. Где угодно. Просто, я не хочу, чтобы меня услышали другие, пока ты не вынесешь вердикт.
- Вперёд, - Перси выразил всё удивление лишь вздёрнутыми бровями, после чего, предложил колдунье покинуть замок и пройти в небольшой дворик, в котором постоянно устраивались тренировки полубогов. Пока они сделали несколько шагов по хрустящему снегу, оба собирались с мыслями. Джексон убеждал себя, что это всего лишь беседа, что колдунья ничего страшного вновь не планировала, и ему не стоило опасаться её выходок. Но всё же оставался настороже, напряженно ожидая от ведьмы подвоха.
- Некоторое время назад ко мне подошли очень важные люди и сказали, что теперь настал мой черед, - ни с того ни с сего начала Лаванда, судорожно путаясь в словах, - сначала я испугалась. В коридоре больше никого не было, но потом я узнала двоих из отряда мракоборцев, так что внимательно слушала, когда они убеждали меня, что индивидуально разговаривали со всеми учениками Хогвартса. У меня не было причин не верить. Даже когда они задавали странные вопросы о полубогах.
Сын Посейдона с мрачным предчувствием внезапно подумал о том, что судя по всему, их так называемым предателем, человеком, выдавшим все тайны врагам, оказалась не разобравшаяся в ситуации Лаванда Браун.
- Сейчас я понимаю, как сильно ошибалась! – словно в подтверждение его мыслей сокрушалась гриффиндорка, - но тогда мне казалось, что их главный очень внимательный и удивительный маг, что он действовал законно и с разрешения Макгонагалл и всех возможных начальств, ведь он - представитель министерства…
- Мистер Саламандер? – пораженный Джексон с шумом втянул воздух.
- Нет-нет. Мне говорили, что мистер Саламандер - лишь отвлекающий маневр. Чтобы вы не заметили настоящих мракоборцев, которые всё время стояли на страже школы, чтобы защитить её… - она колебалась, прикусила губу…
- ..от нас, - закончил брюнет, поняв, как именно можно было ввести в заблуждение эту особу. Всего лишь убедить доверчивую и добрую девушку в нависшей над школой угрозе, от которой она может спасти учеников.
- Не всех! – тут же возразила она, - мне говорили, что лишь некоторые из вас примкнули к пожирателям смерти, что нужно вычислить именно опасных врагов, вскрыть предателей, пока они не натворили ещё больше бед, не заманили никого в свои лживые сети. Поймать лишь тех, кто несёт всем опасность и смерть.
- Аннабет, - догадался Джексон. Действительно, никто больше его блондинки не мог считаться для Браун злодейкой.
- Угу, - не стала отрицать волшебница, - мне сказали, что если все данные подтвердятся, то она… в смысле.. ну… что... В общем, подозревалось, что она – родственница Волан-де-Морта. И всё в этом духе. Я не могла не поверить им, Перси. Они говорили так убедительно и при этом были важными лицами в Министерстве, я узнала некоторых по фотографиям в газетах, так что я охотно отвечала на любые вопросы, уверенная, что каждый волшебник в тайне уже общался с ними, так что скрывать было нечего. Я не хотела ничего дурного, честное слово, Перси! Слышишь? Не хотела! – на глазах у неё выступили обиженные слёзы, тут же замёрзшие на холоде и покрывшие светлые реснички тонким инеем, губы задрожали, но стиснув кулачки, она старалась удержать предательские рыдания.
- Я тебе верю, - Перси взял её ладошки в свои и сжал в поддержке, надеясь, что она сможет рассказать ему ещё хоть что-нибудь важное; ему нужны были имена. Он надеялся, что в его взгляде не отразились ни злость, ни желание мести, ни жалость. Сейчас ему нужно было держать себя в руках, ведь он прекрасно понимал, что наивную непреднамеренно очарованную им самим волшебницу просто напросто использовали. И она достаточно наказана.
- Но когда похитили вместе с Аннабет Хейзел, и при этом Макгонагалл вела себя так, словно действительно была не в курсе, я начала сомневаться. А потом… всё это, - девушка взмахнула высвобожденной ладонью, подразумевая василиска, настоящих мракоборцев, забравших целую группу связанных последователей Волан-де-Морта, окаменевшую дочь Плутона, - всё это… Мне жаль. – Лаванда на миг прервалась, прямо посмотрев в глаза сына морского бога, затем тихо продолжила, - а сегодня ночью ко мне снова обратились за помощью. Но клянусь, я не настолько глупа! Я не стала им снова слепо верить, как бы мне… как бы я не хотела…
- Как бы ни хотела избавить меня от этой ужасной блондинки? – фыркнул сын морского бога. Гриффиндорка робко улыбнулась, не отрицая, но всё же её глаза говорили о том, что ей жаль.
- Я как-то отвязалась от них, и всё же… Мне страшно. На самом деле, я сливала информацию пожирателям смерти, верно?
Брюнет осторожно кивнул.
- Но мы не можем быть уверены наверняка, - начал было он, но тут же был прерван немного истеричным смешком Браун.
- Конечно, можем! Я предала школу и всех своих друзей! Я подвела всех вас! Из-за моей глупости пострадали невинные! – волшебницу прорвало, и Джексон схватил её за плечи и встряхнул, стараясь привести в себя.
- Послушай меня! Лаванда! – её имя из его уст внезапно заставило колдунью пристыженно умолкнуть, - видят мойры, я больше кого бы то ни было хочу, чтобы все, из-за кого пострадала Аннабет, были уничтожены. Желательно, моей собственной рукой. Но даже я не считаю правильным наказывать тебя. Ты ведь никому не желала зла, так? – он ещё раз встряхнул её, добиваясь ответа, и колдунья судорожно закивала головой, но тут же нахмурилась, - разве что Аннабет, но ты считала её злобной ведьмой, фактически чудовищем, так что это не считается, - не слишком довольно заключил сын Посейдона. – У твоих поступков были благородные в общем-то мотивы, ты пыталась поступить как лучше. И ни в чём не виновата. А теперь соберись с мыслями и подумай, можешь ли ты рассказать мне что-нибудь полезное. Чтобы мы раз и навсегда смогли обезопасить школу.
- Вряд ли мне было позволено увидеть какие-то секреты, - прошептала гриффиндорка, - но я готова описать всё, что только смогу.
- Вот и прекрасно, - с облегчением выдохнул Перси, - а теперь давай вернёмся в школу. Нам нужно позвать остальных, в том числе директрису и мистера Саламандера. Но я обещаю, что никто не причинит тебе вреда, - клятва вырвалась у него почти случайно, но не вызвала никаких негативных эмоций. Это было правильно. И сын Посейдона не собирался отступаться от своих слов.
***
Оставив недоумевающую Макгонагалл с поникшей ученицей, без каких-либо пояснений Перси рванул в спальню Аннабет, надеясь, что они вернутся вовремя, как раз когда соберутся все те, кто должен услышать признание Браун и решить, что с этим делать дальше. Джексон очень спешил, так что не слишком задержался у дверей спальни, торопливо стукнув дважды для соблюдений приличий и тут же проскочив внутрь.
И сразу же оказался в незнакомой вселенной.
Вся комната была завалена горой платьев, тканей, украшений и аксессуаров, сумки и туфли перемежались с кружевами и мехами, на подносе с фруктами кокетливо соседствовали подвязки для чулок, и если бы последние не свисали с этого же стола, вряд ли Перси их опознал. Гомон и весёлый смех за несколько секунд прекратился, пока сын Посейдона с всё больше поднимающимися бровями осматривал настолько изменившееся помещение, что оно показалось ему совершенно чужим.
- Разве дверь не была заперта на ключ? – кажется, поинтересовалась Хейзел.
- Я заходила последней и закрыла, - ответили ей с другого конца комнаты.
- Видимо нужно было баррикадироваться. – Голос показался знакомым. Кто-то из волшебниц? Брюнет сейчас ни в чём не был уверен. Привлечённый вопросом Хейзел он заметил позади между девушками особенный силуэт. Волосы Аннабет были небрежно собраны в подобие пучка, но сильно растрепались и отдельные пряди укрыли её плечи и ключицы, и Джексон мог рассмотреть лишь мельком, что она одета во что-то серое, как сгустившийся туман, стелющийся над поверхностью озёр в холодном свете пробуждающегося солнца.
Заметив, как парень вытянул шею, чтобы разглядеть за остальными девушками свою возлюбленную и её наряд, Пайпер с расчёской в руке бросилась ему наперерез, снова выгоняя из помещения и игнорируя все его заверения в том, что он совершенно ничего не видел. Даже краем глаза. В позеленевших глазах Маклин вспыхнула настоящая ярость.
Перси поспешно отвернулся и отступил, решив переждать бурю за дверью.
Само платье ему ещё предстоит увидеть завтра. А выбор цвета достаточно очевиден. Но, честно говоря, сам он для Воображалы выбрал бы немного более тёмный оттенок, чтобы подчеркнуть глубину её глаз. Отразить эту гремучую смесь серебра, грозового неба в шторм, опасных скал и мягкого лунного света.
Но, конечно, ничего он не видел. Честно-честно.

В конце концов, о важном разговоре с Лавандой он почти позабыл.
Но было ещё слишком много незакрытых вопросов, так что ближе к ночи девушкам пришлось оставить подготовку к празднику, когда за ними прислали вестника. Не слишком интересуясь, по какой причине лишь некоторых из них пригласили к Макгонагалл, все дамы дружной стайкой выпорхнули из когтевранской башни и направились к кабинету директора, продолжая неистово дискутировать и мечтательно обсуждать предстоящее торжество.
Глава школы и мистер Саламандер потрясенно встали со своих мест, с недоверием встречая ввалившуюся пёструю толпу, сопровождаемую ужасным многоголосьем; многих волшебниц сын Посейдона узнавал лишь смутно и не смог бы даже назвать по имени. Минерва Макгонагалл растерянно обвела всех недоуменным взором, представитель министерства магии медленно осел обратно в кресло, ошеломленно осматривая многочисленную компанию, пока его взгляд не упал на Полумну. Перси заметил, как молодой человек подавил тяжёлый вздох и спокойно откинулся на спинку кресла, прикрыв веки, чтобы спрятать свои бушующие эмоции. И Джексон не мог не испытывать искренней симпатии к этому магу, безвинно попавшему в немилость к нескольким особам из-за незначительного недоразумения.
- Вы что-то хотели, профессор? – перекрывая гвалт, обратилась к директору Чейз.
- Мистер Джексон попросил собраться нас! – нахмурилась дама, - кажется, появилась важная информация.
- О! Тогда остальным надо подождать в стороне, да? – задала вопрос одна из когтевранок, если верить её галстуку, повязанному на предплечье. Опомнившись, колдуньи и полубогини стали переглядываться, пытаясь решить, кому из них нужно было остаться. В подобной ситуации Перси не считал приемлемым обличить Лаванду, ещё минуту назад сжавшуюся в тёмном дальнем углу, а теперь решительно расправившую плечи. Но дрожащие пальцы и покрывшиеся красными пятнами пухлые щёки выдавали её испуг, и внезапно приняв решение, Джексон быстро, прежде чем успел передумать, пояснил:
- У нас есть свидетель, который случайно слышал разговоры наших врагов.
- Случайно услышал? – недоверчиво переспросил мистер Саламандер, мгновенно подобравшись.
- Абсолютно верно, - во взгляде сына Посейдона мелькнула угроза, - и на основании этих показаний можно сделать вывод, что мы поймали далеко не всех пожирателей смерти. Ну и как я и говорил раньше, за ними должен быть кукловод. И этот кто-то тоже на свободе.
- А нельзя было отложить этот раз’ово’р на ‘два ‘дня?! – вспыхнула Габриэль, шагнув ближе к брюнету и с каждой секундой всё больше сбиваясь, а затем и вовсе перейдя на французский.
- Что она хочет? – Перси разыскал в толпе Пайпер, понадеевшись на её перевод.
- Вкратце, что ты испортил ей весь бал, - пожала плечами Маклин, явно опустив очень много слов в эмфатической речи разъярённой француженки.
- Давайте все успокоимся и просто будем настороже, - постаралась призвать к порядку защебетавших девушек директриса, - надеюсь, эта угроза не проявит себя в ближайшие дни?
- Ох, кажется, злодеи забыли оповестить нас, когда планируют жуткое внезапное нападение, - сыронизировал брюнет, - пойду, спрошу их о дальнейших планах!
- Поменьше сарказма, Рыбьи Мозги! – улыбнулась Аннабет, взяв его под руку, чем мгновенно сосредоточила всё внимание парня на собственной персоне, - думаю, мы и прежде не были беспечными. Так что повышенная бдительность не сыграет особой роли, советую всем расслабиться и наслаждаться Рождеством. А мы поинтересуемся, почему призраки стали так плохо выполнять свою работу.
Приняв предложение дочери Афины, как руководство к действию, колдуньи устремились в собственные спальни; полубоги вышли последними. И почти сразу же обнаружили ожидающую их Лаванду Браун, неловко теребившую свой красно-золотой галстук.
- Идите вперёд, - сориентировалась Чейз, кивнув остальным.
- Мы сами побеседуем с привидениями, - предложила Хейзел.
- Тогда до завтра, - не стала отказываться блондинка. Они подождали, пока полукровки скроются из вида, после чего в ожидании посмотрели на гриффиндорку.
- Ты…ты сказал, - забормотала Лаванда. Аннабет с удивлением посмотрела на замявшегося брюнета, и в её дымчато-серых глазах Перси прочитал вспыхнувшее осознание.
- Уверена, ты поступил правильно, - улыбнулась дочь богини мудрости, а затем крепко обняла его за талию, позволив облегченно выдохнуть, - ты что, мог подумать, будто я буду сердиться?
- Я просто не был уверен, что вообще стоило сделать в сложившейся ситуации. И я не должен был принимать решение в одиночку, но действовать нужно было быстро.
- Значит, она сама призналась? – уточнила Чейз, наконец, обратив своё внимание на закусившую губу ведьму.
- Её обманули, - подтвердил Джексон.
- Я была там, в подземелье, когда вас уже похитили! – выпалила Лаванда, - но всё ещё охотно верила их словам, что вы – воплощение зла! И ничего не сделала, чтобы спасти вас! Но клянусь, о Хейзел или Василиске я ничего не знала!
- Я слышала, как там убеждали девушку в правильности её поступков, - тихое признание полубогини заставило замолчать и чародейку и сына Посейдона, - меня назвали родственницей Волан-де-Морта, верно? И обещали, что весь магический мир не забудет твоей благородной храбрости, я правильно услышала?
- Да, - сквозь снова выступившие слёзы шепнула Браун.
- Значит, ты действовала во благо всех волшебников, - заключила Аннабет.
- И одновременно преследуя личные интересы, - робко улыбнулась колдунья, бросая на Перси взгляды из-под ресниц. – Я постараюсь вспомнить что-нибудь важное и если что сразу же найду вас. И…спасибо, что дадите мне ещё шанс. – Гриффиндорка уже собралась уходить, когда Чейз окликнула её:
- Лаванда, ты же не собираешься пропустить грядущий бал, правда?
- Ни за что! – распрямившись, гордая волшебница игриво взмахнула длинными волосами, на глазах превращаясь в прежнюю яркую и обворожительную кокетку Лаванду Браун, специализирующуюся на любовных чарах.
***
Они неторопливо возвращались в спальню полубогини, держась за руки и наслаждаясь опустившейся на замок ночной тишиной. Запахи хвои и шоколада заполнили опустевшие коридоры. Светильники отбрасывали дрожащие тени, а в окна пробивался лунный свет, белый, как редкие хлопья снега, медленно и неохотно опускающиеся на землю.
– Я удивлена, что Уилл всё ещё здесь, - нарушила тишину Аннабет.
- Он остался присматривать за пациенткой и изучать местную медицину, - ответ был давно заготовлен.
- Я вижу, как он смотрит на Лиру. – Чейз приостановилась, посмотрела на него так проницательно, как могла лишь та, кто была уверена в том, что ему всё известно. Кто видела всё насквозь, но терпеливо ожидала, когда наступит момент для честных признаний.
- Он расскажет позже, - серьёзно заверил её Перси.
- Что ж, мы все ждём, - улыбнулась Аннабет, ступив на первую ступеньку винтовой лестницы, ведущей в их башню, и останавливая расспросы.
- Значит, ты будешь в сером? – невинно поинтересовался Джексон, легко меняя тему.
- Не видел ничего? – с укором переспросила блондинка, намекая на его заверения в этом, когда его выставили из комнаты.
- К сожалению – нет.
- Не переживай, мой наряд более чем достойный.
- Ни на минуту и не сомневался! Уверен, что мне все парни будут завидовать!
- Тебе? – вскинула брови девушка, - О! Ты полагаешь, что я пойду с тобой?
- «Полагаю»? – опасливо уточнил брюнет, - в смысле..?
- Ну, я не помню, чтобы ты меня куда-нибудь приглашал, - пожав плечами, дочь Афины спокойно двинулась вперёд, оставив поражённого в самое сердце Джексона.
***
Вряд ли стоило назвать приятным сюрпризом приезд делегации из Дурмстранга. Во-первых, Перси уже был предупреждён об этом Талией, так что событие было лишено эффекта неожиданности. А во-вторых, бешено ворвавшуюся в их мирную обстановку Ла Ру парень не относил к категории особо «приятного». Но под испытующим и насмешливым взглядом дочери Афины признался самому себе, что рад встрече с друзьями.
И с появлением яростной энергии Клариссы карусель событий ускорила свой ход. Брюнету казалось, что его подхватило неудержимым вихрем, который стремительно закружил его, похищая все оставшиеся до бала часы и минуты. И вот уже они скромной мужской компанией стояли у подножия огромной лестницы в холле, ожидая появления своих спутниц и нервно одергивая галстуки, воротники и рукава непривычных официальных костюмов.
- Как думаете, они ещё долго? – переступил с ноги на ногу Фрэнк. Недавно примчавшийся Джейсон бросил взгляд на часы и вздохнул. Окружающие студенты Хогвартса обсуждали похожий Святочный Бал, произошедший несколько лет назад.
- Если учесть, что во-он та счастливая чародейка, сбежавшая с лестницы минуту назад, была шестьдесят четвертой волшебницей, воспевающей дифирамбы искуснице Пайпер, сотворившей чудо с её волосами, то ждать осталось недолго. Сами девушки собираются не так уж долго. – По крайне мере, в это хотелось верить.
- Надеюсь, - сглотнул Крис. И словно в подтверждение предыдущих слов наверху показались возбуждённо переговаривающиеся Хейзел и Лира в похожих покроем золотистых вечерних платьях. Только у дочери Плутона наряд был немного более светлого тона, что дивно сочеталось с её кофейного оттенка кожей.
- Что скажете? – рассмеялась Левеск, покружившись и продемонстрировав сверкающий подол, расшитый бронзовой канителью.
- Чудесно! – похвалил сын Посейдона, заметив, что смущённый Фрэнк не смог бы сказать и слова.
- Не знаю, как бы мы справились без дочери Афродиты! – Лира замерла рядом с Уиллом, неуверенно косясь на целителя, всё ещё «присматривающего за пациенткой» и, конечно, именно по этой причине являющимся партнёром Сирин на этот вечер.
- Вряд ли вам пришлось бы иметь дело со всей той толпой волшебниц, что нахлынула к вам, если бы не способности Пайпер, - Джексон шутливо закинул руку на плечо Хейзел, чувствуя себя крайне свободно.
- Слушай, Аквамэн, - раздражённо отдёрнул полы пиджака Джейсон, - а где страдания, муки и нервы в нетерпеливом ожидании любимой девушки?
- Вот-вот, - пробурчал расхаживающий рядом неизвестный колдун. Затем на его побелевшем лице проступила паника, - я забыл букет в комнате!
- А что, - не преминул поинтересоваться сын Посейдона, - цветы обязательны?
- Если ваша спутница Габриэль Делакур?! – в священном трепете выпалил маг.
- Спокойно, дружище, - Перси смело шагнул к незнакомцу, - что она больше любит: розы, лилии, может быть, ирисы? – с полминуты ему не отвечали.
- Вообще-то ландыши, - с надеждой воззрились на Джексона, уже вращавшего на руке шар из воды.
- Хорошо, что не какие-нибудь заумные клемантисы, которые я даже примерно не представляю, как выглядят. Значит, ландыши…как-то так? – в руках сына Посейдона оказалось несколько растений из воды, но чародей внезапно отпрыгнул, - что? По-моему, похоже.
- А не…большевато?
- Пожалуй, - согласился брюнет и снова сменил форму жидкости, создав десяток уменьшенных цветов, - так лучше? – бутоны больше не были размером с голову, а стали похожи на вырезанные из хрусталя крошечные колокольчики, - вообще-то классная идея. Держи.
- А оно не разобьётся? То есть, не разольётся? – аккуратно принял получившийся букет нервный маг. Перси отмахнулся от него, уже задумавшись над созданием других водяных цветов. Вчера он сотворил несколько кувшинок, чтобы получить прощение и согласие своей девушки стать его дамой на этих танцах. Естественно, что они всё равно бы пошли вместе, но официальное приглашение добавляло шарма вечеру.
В этот момент Джексон обнаружил, что пока он был занят букетами, к ним присоединились Астория и Кларисса, на которую ошеломлённо уставился Родригез, кажется, даже не моргая и не дыша.
- Крис, ты чего замер? Что-то случилось? – уголки губ сына Посейдона дрогнули в насмешливой ухмылке. В ответ он получил ряд бессвязных звуков, - что? Кларисса в платье? Да, удивительно… Но не в обещанном же Пайпер розовом, - его ехидный тон немного привёл сына Гермеса в себя, и он сверкнул рассерженным хмурым взглядом. Вообще-то, дочь Ареса в роскошном узком алом платье в пол смотрелась крайне непривычно. Без своей неизменной банданы, с собранными волосами, маникюром и, Перси было страшно поверить, кажется, косметикой её вполне можно было бы не узнать, если бы не несколько маленьких деталей. Её взгляд по-прежнему оставался убийственным, выражение лица – угрожающим, и даже художественно выбившиеся из прически острые локоны напоминали о кинжалах и стрелах.
- Прекрасно выглядишь, - всё ещё немного дёргано отозвался Крис на вскинутую бровь дочери Ареса.
- Эй. Это ведь по-прежнему твоя девушка, - Джексон закинул руку на плечо Родригеза, - и какой бы на ней не был наряд, её внутренний мир не меняется, она остаётся собой при любых обстоятельствах. А всё это...лишь платье. Лишь ещё одна сторона. Разве нет? Или скажете, я не прав? – брюнет с кривой ухмылкой обратился сразу ко всем присутствовавшим.
- Посмотрю я на тебя, как ты будешь философствовать, когда увидишь Аннабет! – Кларисса сложила на груди руки, отвечая ему таким же насмешливым взглядом.
- Пфф! – отмахнулся сын морского бога, - как будто я ни разу в жизни не видел её в платье! - вообще то над этим стоило задуматься, так как единственный раз, который приходил ему на ум, датировался несколько летней давностью... На острове Цирцеи. А вчера он не смог ничего разобрать кроме цвета. Наверное, ему стоило прокрутить в голове сказанные им же только что слова, чтобы впитать в себя их смысл и подготовиться к фантастическому зрелищу. Ла Ру прищурилась и медленно расправила руки, постучав по бедру.
- Посмотрим! – решительно заявила она и повернулась, кажется, чтобы связаться с Пайпер. Сын Гермеса, только вернувший душевное равновесие и шагнувший к своей девушке, чуть не споткнулся и снова застыл. Перси из любопытства проследил за его взглядом. Спереди платье Клариссы закрывало даже ключицы, сглаживая мускулистость её фигуры, зато сзади не оставляло простора воображению – вырез, если его так вообще можно было назвать, заканчивался только на пояснице, оголяя полностью всю спину. И сейчас Крис уставился куда-то в район лопаток своей воительницы.
На секунду Перси представил, что его может ждать нечто подобное и тут же растерял весь свой боевой пыл. Несмотря на то, что они с Аннабет дважды были более чем близки и постоянно вместе спали, ему ещё не доводилось видеть её обнажённой спины, лишь касаться, и он не был уверен, что готов к подобному испытанию на глазах у всей публики. И почему-то появились сомнения, сможет ли он оставить в живых всех, кто хотя бы посмотрит на его возлюбленную, если она облачится во что-то столь же откровенное.
Брюнет опустил веки, пряча за ресницами горящие изумрудами глаза, и снова натянул улыбку. Не стоит беспокоиться раньше времени. Нужно просто ждать, когда она спустится. Вполне возможно, что это будет скромный костюм в спокойных серых тонах…
Но его ожидания не оправдались.
Девушка с живописно уложенными набок золотистыми локонами, стоявшая на вершине лестнице, воплощала образ новорожденной богини любви и красоты. В платье синий, голубой и лазурный цвета смешивались с малахитовой бирюзой, создавая ощущение океанических вод, переходящих вместо подола в жемчужного оттенка морскую пену. Работа была настолько искусной, что Перси почудился шум прибоя, платье шипело, искрилось, как живые потоки воды. Наверное, именно так из морской пучины рождалась Афродита.
Джексон не пытался думать, был ли это специально продуманный образ или девушки лишь хотели создать эффект морских волн, близких его любимой стихии, но платье восхитило сына Посейдона. А потемневший взгляд девушки заворожил и напомнил, что уже слишком долгое времени у них не было ни малейшего шанса побыть по-настоящему наедине. И всё же… это была его Аннабет. Его Воображала.
В шортах и лагерной футболке или доспехах для битвы, в повреждённой и окровавленной в схватках одежде или строгой школьной форме, в фантастическом платье с идеально подобранным ансамблем украшений или обнажённая под струями грозовой бури… она всегда была его Воображалой. И если, чёрт возьми, не осознавшие этого простого факта волшебники сейчас же не отведут взгляда от её крайне удачного декольте, он вырвет им глаза!
Сдвинув брови, Перси подал руку блондинке, притягивая к себе ближе и сверкая угрожающим взглядом.
- Спасибо, что хоть спина закрыта, - еле слышно проворчал он себе под нос, когда приобнял дочь Афины за талию.
- Я не поняла, - блондинка нахмурилась и скрестила руки, - тебе что-то не нравится?
- Ты великолепна. Я почти потерял голову.
- Лишь «почти»?
- В последний момент я вспомнил, что ты не слишком балдеешь от почти-безголового Ника и решил, что свою нужно держать на плечах. Но я сражён, - заверил Джексон, заметив разочарованное выражение лица Клариссы и улыбающуюся Луну, момент появления которой он даже не заметил. Кажется, осталась только Пайпер.
У него было совсем немного времени до прихода Маклин, чтобы взять себя в руки.
Сын Посейдона старался выглядеть расслабленным, но Аннабет легко ощущала его напряжение. Она ласково погладила обнимающую её руку, привлекая внимание брюнета к своей персоне, и с немым вопросом в глазах посмотрела на него.
- Всё точно в порядке? Мне казалось, что это платье – как воплощение морских волн, тебе понравится…
- Оно бесподобно, - выдохнул Перси, а затем поднял руки, - только позволь я кое-что немного поправлю. - И он снова возвал к своим способностям, создавая на обнажённых ключицах цепь из водяных цветов и старательно расправляя её по кромке ткани.
- Готово! – довольно заключил он. На Чейз по-прежнему было платье без рукавов с классическим верхом сердечком, но теперь зона декольте растворялась в линиях полупрозрачных водных лилий. С секунду девушка в смятении изучала преобразившийся наряд, а затем подняла на брюнета изумлённый взгляд.
- Ты серьёзно? Перси, ты… ты..! – и дочь Афины безудержно рассмеялась, заставив парня смутиться, - собственник, оказывается! Хочешь, я схожу за кофтой? – спросила она, когда смогла успокоиться.
- Не надо, - буркнул Джексон, представляя, что итак уже покраснел, как помидор.
- Так всё-таки проняло! – победно воскликнула Кларисса, заметив, как притих брюнет.
- Конечно, проняло! – огрызнулся Перси, - вот только, видимо, не одного меня! – он намекнул на некоторых других парней, которые также встретили появление его девушки восхищенными взглядами. Аннабет снова рассмеялась, чуть не задыхаясь, и крепче прижалась к нему; и продолжала веселиться, пока к ним не присоединилась Пайпер в невероятном серебристо-фиолетовом наряде.
Наконец, распахнулись огромные двери, впуская всех в торжественно украшенный зал, в одном из углов которого возвышалась гигантская пушистая ель, укутавшая помещение густым хвойным ароматом. Вместо факультетских столов в Большом зале появилось множество маленьких столиков, посредине оставили пространство для танцев, на месте, где раньше стоял стол преподавателей, была устроена сцена для музыкантов. Играла приятная мелодия, наверняка, тщательнейшим образом отобранная строгой и благонравной директрисой. И хотя Перси вновь чувствовал себя неловким тринадцатилетним мальчишкой, путающимся в собственных ногах, он не собирался оставлять никому другому шанса пригласить его девушку и, преодолевая дрожь в коленях, повёл Воображалу на тур вальса. Традиционного и скучного; романтичного и завораживающего…

Они танцевали, общались с друзьями и шутили, поздравляли всех знакомых и просто наслаждались вечером, который не загонял их в рамки. Праздник, особый рождественский дух, прощающий все обиды и недопонимания; возводящий мосты даже над пропастью холодной ненависти и безразличия. Последний день перед каникулами, на которые все разъедутся по домам, дающий возможность побыть с дорогими друзьями. Вечер, способный смягчить самое каменное сердце и зажечь искру на месте пепелища. И даже после выхода на сцену популярной в магическом мире музыкальной группы «Ведуньи» и смены антуража на более яркий, сохранилась та неповторимая тёплая аура, привносимая особенным духом рождества, исключительно светлым и домашним.
Словно весь пантеон богов и сами мойры лично решили создать особый уголок мира, подобный острову Калипсо Огигии; место, которое не могут затронуть никакие бедствия, и теперь олимпийцы хранили покой своих детей. Всё было так похоже на сон! Сказочный, страстно желаемый, как глоток воды для странника в пустыне, и такой же недостижимый. Место, где никогда не нужно опасаться нападений, где есть описываемый всеми писателями простой мир и уют, погружающий душу в тягучую пелену блаженного покоя и наслаждения, когда можно без страха закрыть глаза и забыться. Лишь мечта, Рай, Элизиум на полчаса.
Дом.
Сыну морского бога казалось, что он впервые открыл для себя, какого это, забыть обо всех угрозах и просто вместе со всеми отдаваться безудержному веселью. Впервые увидел, как погруженное в полумрак помещение освещается золотым сиянием свеч и украшавших ель шаров, а не привычным бронзовым свечением Анаклузмоса. Впервые окунулся в незнакомый праздничный вихрь. Впервые видел безудержно смеющуюся Аннабет, похожую на русалку, которой подарили лишь одну единственную ночь, и теперь она на всю дальнейшую жизнь стремилась напитаться обычным человеческим счастьем. И Джексон, погрузившись в эти ощущения, с восхищением следовал за блондинкой, не имея возможности отпустить её от себя.
Потому что дочь Афины была частью его дома.
Перси видел, как Астория со вздохом приняла руку Драко, в очередной раз пригласившего её на танец, словно и не было всех предыдущих отказов. Видел внимательно наблюдавшего за каждым своим шагом Невилла, осторожно ведущего симпатичную блондинку с Хаффлпаффа, и сияющую улыбку Лаванды в насыщенно-розовом платье. Видел робкие переглядывания Уилла и Лиры, потеплевший взгляд Минервы Макгонагалл; впервые после ухода Коннора улыбнувшуюся Габриэль, которая отставила бокал и отправилась зажигать. Здесь не было места для скуки, тоски или тревожных переживаний. Его друзья могли без опаски наслаждаться этим праздником…
И он видел, как в самом центре зала кружились вместе Джейсон и Пайпер, похожая на королеву бала и с такой сверкающей счастливой улыбкой, какой он не замечал с её дня рождения. Перси слышал шепотки со всех сторон о том, настолько восхитительную пару составили Грейс и дочь Афродиты, насколько хороша собой эта сверкающая живая барби.
- Пайпер произвела фурор! – довольно произнесла Аннабет, также заметившая повышенное внимание к подруге.
- Мне кажется, словно она оттаяла после долгой зимы, - признался брюнет, искренне радуясь за друзей.
- Да, она уже долгое время ходила понурая, а теперь снова наслаждается жизнью, - согласилась Чейз, - жаль только, мы так и не узнаем, что с ней происходило. – Немного молча понаблюдав за парой, дочь Афины повернулась к своему кавалеру и задумчиво добавила, - главное, чтобы это её состояние не обернулось лишь временной оттепелью.
И именно в этот момент по залу разнёсся тихий ропот. Мгновенно обернувшись в поисках источника шума и уже почти обнажив оружия, готовые к худшему полубоги обнаружили развеивающего сообщение Ириды Грейса. Блондин быстро чмокнул Пайпер, пытавшуюся что-то сказать, и тут же рванул к замеченному приоткрытому окну, взлетая и покидая помещение у всех над головами. А Маклин осталась стоять в одиночестве в середине зала в прекрасном платье, которые она так не любила, с нелепо зависшей рукой в воздухе под перекрёстными взглядами толпы. Перси пораженно вдохнул, внутренне ругаясь на сына Юпитера, так некрасиво кинувшего свою девушку в середине танца.
Было видно, что расстроенная Пайпер с трудом сдержала свои эмоции и собралась покинуть бал, чтобы больше не видеть всеобщей жалости. И Джексон опасался, что они с Аннабет могут не успеть её перехватить. Внезапно дочери Афродиты протянул руку Гарри Поттер; уже находившие поблизости полубоги услышали, как он с участливой улыбкой пояснил своё предложение:
- Мне не впервой танцевать с подругами, чтобы поднять им настроение.
- Спасибо, - еле выдавила из себя девушка, чьи потухшие глаза неожиданно стали бледно-голубыми, как горный хрусталь.
Сын Посейдона облегченно выдохнул, признавая, что, кажется, всё обошлось. Он был несказанно благодарен Гарри за этот решительный шаг.
Он потянул за собой Воображалу, отступая от танцующей пары и уводя блондинку подальше от толпы в более тёмную часть комнаты.
- Кажется, это была оттепель, - тяжело прошептала Чейз.
- Надеюсь, ты хотя бы не мучаешься угрызениями совести?
- Я поторопилась с выводами. Как говорят, накаркала. Сглазила. Прогневила судьбу, возможно, - печально улыбнулась дочь Афины. – Рыбьи Мозги, не дёргайся, я знаю, что моей вины здесь нет. Просто обидно за Пайпер.
Перси крепче сжал ладонь блондинки, и развернул её к себе, надеясь отвлечь от грустных мыслей и, наконец, решиться на долго обдумываемый и тщательно планируемый шаг.
- Давай отправимся на каникулы в путешествие? – Джексон даже сам не знал, было это предложение, вопрос или требование. И пояснил, - две недели. Франция. Конечно, зима не самое подходящее время для туристической поездки по этой стране, но я уже примерно проложил маршрут. – Чейз медленно моргнула, но видимо дар речи так и не вернулся к ней. Все непойманные враги, шпионы, сражения, грозящая опасность и беспокойство отошли на задний план, растворившись в свинцовых глазах Аннабет. Сын Посейдона оглядел самую лучшую, самую родную и прекрасную девушку в непривычном и завораживающем платье, словно сотканном из морских волн, и, собравшись с духом, закончил, - можем отправляться хоть завтра утром. Только мы вдвоём. Только мы.