Банановое молоко, недоразумения и гадкий хён

Тэмин хорош собой. Хотя можно оставить просто «Тэмин хорош». Во всем, конечно же. Во всех возможных плоскостях и измерениях он достоин только высших баллов. И это вовсе не его собственное мнение, просто факты, ничего излишне амбициозного. Внешность, талант и характер. Все золото. С последним соглашаются не все, но это все зависть и Тэмин им это охотно прощает. А все почему? Потому что его характер зо-ло-то. Благодушный и восхитительный, он просто вспомнит об этом чуть позже. И конечно же, помимо всего прочего, он еще и лучший на свете хён. Для очаровательно Чонина он путеводная звезда на темном небе жизни: проводит с ним время, делясь жизненным опытом, водит по образовательным заведениям и даже временами соглашается посетить места, которые нравятся младшему. Ну разве не идеальный хён? Еще и устроил на подработку, за которую любой первокурсник готов убить. Конечно, любой бы не вытянул подобных нагрузок и вряд ли смог бы танцевать как Чонин. Хотя что говорить, он ведь донсен Тэмина, от него не стоило ожидать меньшего. Он присматривал за младшим с тех пор как ему стукнуло десять и мама запретила завести собаку. Тэмин позже понял, что это был правильный выбор. Чонина не нужно было возить к ветеринару и выгуливать по утрам, а еще он был на порядок милее пса, хотя и пришлось научить его нескольким командам, но Тэмин ведь терпеливый хён, ему все по плечу. С возрастом стало сложнее: Чонин начал задавать вопросы, отказывался купаться вместе и попытался завести подружку. Славные деньки средней школы не были легкими, но приятными определенно. Вопросы благополучно остались без ответов, вдвоем не так ж удобно в ванной, но прелести подружки Тэмин наглядно показал. Естественно, без ее участия. Зачем, если есть по соседству хён, охотно готовый поделиться опытом. Чонин благодарно принимал заботу и был в обоснованном восторге от хёна. Идеальное время должно было продлиться и в университете, в одной комнате и в постоянном контакте с очаровательным донсеном. Но все пошло наперекосяк. Стоило отлучиться на месячные гастроли танцевальной группы и все стало на порядок хуже, чем в старшей школе. - Нет, хён, - первое, что услышал Тэмин вернувшись и попытавшись обнять Чонина, крепко и попутно стягивая с него легкие пижамные штаны. Делая вид, что не слышал, Тэмин запустил ладони под мягкую ткань, касаясь теплой нежной кожи. Он ведь соскучился по своему очаровательному донсену. За этот месяц он вымотался полностью: перелеты, выступления через день и средненький перепихон с тем светленьким с отличным телом, имени которого он сейчас вспомнить не может. Так хорошо вернуться и потискать Чонина, это то, в чем он так отчаянно нуждался. - Я сказал нет, - и Тэмин бы проигнорировал и это, только у Чонина неожиданно крепкая хватка. С заломаной за спину рукой щупать упругую попку не очень получалось и пришлось временно принять во внимание пустяковый аргумент младшего. Временно уж точно. - Не делай так больше. Я сейчас встречаюсь кое с кем и он очень мне нравится. Думаю, мы должны прекратить эту маленькую взаимопомощь, - даже сонный Чонин выглядел угрожающе и звучал весьма убедительно, но Тэмин был шокирован совсем не поэтому. Высвободившись из захвата, он поджал губы и отступил на шаг. Какой-то мутный «он» сумел заполучить его очаровательного Чонина всего за месяц, настолько, что прозвучало слово на «н», а еще это «прекратить» вообще непонятно откуда взялось, ведь раньше отношения этому совсем не мешали. И самое ужасное и предательское… «маленькая взаимопомощь». Совсем не так это называл Тэмин. Порадовать вниманием? Провести приятно время вместе? Побаловать лаской? Определенно да, но не стиснутое жалкое то, что произнес Чонин. - А где мое приветствие? – вместо возмущения произнес Тэмин. - Добро пожаловать домой, хён. Надеюсь, ты хорошо долетел, - Чонин зевнул и мягко улыбнулся, попутно возвращаясь в кровать. Конечно же, Тэмин не стал выяснять отношения и устраивать скандал. Он ведь хороший хён и характер у него золото. Он просто вспомнит об этом подлом акте позже. Это произошло двумя днями раннее и к великому удивлению и возмущению, за прошедшее время Чонин не только не осознал своей ошибки, но и продолжил говорить «нет». Грубо, самонадеянно и глупо. Терпение Тэмина не вечное и два дня это очень и очень долго, если он не может получить не просто то, что хочет, а то что принадлежит ему по праву. Если бы младший знал, сколько ему спускают с рук, он наверняка бы проникся и немедленно извинился, желательно на кровати и без одежды. За это время появился небольшой оправдательный список, конечно же, все это ради Чонина, ведь после он все осознает, а сейчас Тэмин будет понимающим и временно всепрощающим. Пункт первый – усталость. Насыщенный график, включающий пары в университете и интенсивную подработку, не способствует здравым рассуждениям. Пункт второй – новые сигареты. Чонин перешел на более легкие и это все из-за недостатка никотина, поэтому с его языка теперь срывается всякая гадость типа «нет, хён». И третий, но самый весомый пункт – это все виноват Син-Син, рядом с которым в какаотоке у Чонина стоит сердечко. Какой-то появившийся из ниоткуда подозрительный тип, укравший внимание его ранимого и чувствительного донсена. С ним Тэмин решает разобраться позже, а пока необходимо вразумить Чонина, для их обоюдного удовольствия и душевного равновесия. Поэтому момент выбран самый удачный – в последний день подработки, когда младший слишком устал, чтобы сопротивляться и по крови еще гуляют остатки адреналина. Чонин валяется на кровати и лениво листает телефон, глаза полуприкрыты, на пухлых губах легкая улыбка, а шорты немного натянуты. Задраная футболка открывает вид на нежную полоску кожи и все это выглядит как однозначное и очень явное предложение. Лучше не придумаешь, но действовать нужно наверняка, поэтому вместо того, чтобы привычно лечь рядом и прокомментировать сначала стояк Чонина, а после обхватить его пальцами и начать надрачивать через одежду, Тэмин решает сделать все по серьезному. - Что это у тебя там? – подойти почти незамеченным и забрать у уставшего Чонина телефон проще простого. - Ничего! – слишком бурная реакция и слабые попытки вернуть мобильный только разжигают интерес. – Хён, отдай! – Чонин приподнимается и тянется в тщетной попытке достать. - Я не очень в этом хорош, но надеюсь тебе понравится? – читает вслух кусок переписки Тэмин, одной рукой отпихивая младшего, а второй листая телефон. – О, что же здесь? Видео? Давай вместе посмотрим. - Нет, хён! Это моё, верни! – по щекам Чонина расползается румянец, стекая на шею. Он настойчиво цепляется за чужую руку и пытается тянуть на себя. - Ооо, миленько, - задумчиво произносит Тэмин, прикипая взглядом к начавшемуся видео. Картинка начинается с ладони, плавно и медленно скользящей по возбужденному члену. Смазка пачкает пальцы и они ведут выше. Камера трясется немного, сбивая фокус, но все равно отчетливо видно тугие мышцы пресса и то, как ногти несколько раз проходятся по аккуратным вызывающе торчащим соскам. Кадык под кожей двигается, а пальцы очерчивают подбородок и касаются губ. Язык влажно скользит по кончикам, игриво и совсем легко. Видео заканчивается мягкой смущенной улыбкой и коротким сообщением после. - Хочу вместо пальцев твой член, - это, конечно же, Тэмин тоже озвучивает. - Это частная переписка! Отдай! – смущенный Чонин – один из самых чудесных. Он уже не пытается забрать мобильный, только обижено дует губы и обхватывает руками колени. - Ну ты же мне ничего не рассказываешь, так что приходится узнавать самому, - Тэмин пожимает плечами, - например, что твоего партнера зовут Син-Син и его сексуальные ролики действительно оставляют желать лучшего. - Он мой парень, - Чонин хмурится, наверняка зная, что неправильно было умалчивать такое от хёна, даже если его не было в стране, это ведь все отговорки, - и мне очень даже нравятся такие ролики, - а это уже тише, с опущенным взглядом. - Реальный? Или вы только по сети развлекаетесь? – надежда, сладкая и такая заманчивая, на то, что это просто онлайн отношения зарождается в голове у Тэмина. - Хён, конечно он реальный, - надежда умирает так же быстро, как и появилась, - Син учится на втором курсе, - дальше –хуже, оказывается этот некто еще и из университета, - но у нас было не так много времени, еще и подработка, а у него фестиваль и проект и… - О, так вы еще не перепихнулись? – Тэмин мастер такта, но реакция просто прелестная. Чонин тяжело вздыхает и мотает головой, прижимая колени ближе к груди. Такой беззащитный и изголодавшийся по ласке, непонятно почему он не сдался в первый же день. Тэмин знает, что младший любит прикосновения и то, что терпеливым его назвать сложно. - Почему? – разговор был отличной идеей, которую он вычитал в каком-то женском журнале во время перелета. Чонин не говорит «нет», когда Тэмин опускает ладонь ему на плечо, не сопротивляется, когда его обнимают и даже прижимается ближе. - Он мне очень нравится. Не хочу все испортить, - доверчиво расслабляясь, Чонин позволяет перетянуть себя на колени. Медленно и осторожно, Тэмин поглаживает его по спине, нарочно поддевая футболку и касаясь обнаженной кожи. - Что плохого в сексе? Если вам обоим хорошо, то это не проблема, но если ты сомневаешься… - Я хочу, черт, очень хочу, - Чонин шумно выдыхает когда чужие пальцы поддевают резинку шорт, - но с Исином я все должен сделать правильно. Он особенный, - тихий всхлип и Тэмин чувствует, как дрожат бедра младшего. Так расточительно заставлять это чувственное тело сдерживаться, особенно ради чего-то эфемерного и глупого. - Конечно хочешь, - собственный голос становится ниже, выдавая возбуждение, - я знаю где, - приподнять немного и стянуть шорты, - я знаю как ты хочешь, - Тэмин поглаживает выступающие косточки на бедрах, трет чувствительную кожу, нарочно избегая прикосновений к члену, - вот здесь приятно, правда? - Ммм, нет, не надо, я... – пытаясь найти опору, Чонин в итоге только раздвигает ноги чуть шире и вцепляется в чужие плечи, чтобы удержаться. - Расслабься, тебе это нужно, всего чуть-чуть, - пальцы щедро размазывают смазку по всей длине члена, надрачивая сразу контрастно резко. Под ладонью пульсирует и Чонин сладко прогибается навстречу ласке. - Тэмин-хён, прекрати, - это все еще «нет», но тело уже охотно соглашается на все, что угодно. То, как Чонин тяжело дышит и сжимает пальцами ткань футболки, как пытается продлить удовольствие, раздвигая ноги, - все это несомненно свидетельство победы. Окончательной она становится, когда Тэмин замечает, что они в комнате больше не одни. Он узнает лицо, подтверждая по шокированному взгляду, что это и есть тот самый Син-син. Как удачно получилось, ему определенно везет, и вместо того, чтобы начать оправдываться или хотя бы прикрыть происходящее, он только довольно ухмыляется. - Упс, кажется, я не закрыл дверь, - а это чтобы привлечь внимание увлеченного Чонина. Он тоже ведь должен быть наказан за то, что вместо того, чтобы дождаться хёна нашел себе первого попавшегося и придумал нечто «особенное», а после говорил все те гадости, которых Тэмин уж точно не заслуживает. Это не дикая одержимость, нет-нет, они только хён с донсеном, довольно близкие, но все же. Свобода выбора? Пожалуйста. До тех пор пока этот выбор одобряет он сам. Новый парень? Да без проблем. Но это не должно быть в ущерб тому, чего хочет Тэмин. Воздержание? Это тоже можно. Как маленькая игра, чтобы усилить удовольствие вполне неплохая идея. Он лучший на свете, всепозволяющий хён, который любит баловать Чонина когда ему нужно, даже если он сам не произносит ни слова. Идеально же. И совсем непонятно то, как ведет себя младший после того, как за Син-Сином закрывается дверь. Вообще, как-то слабовато получилось, устроил бы уродливый скандал, может полез бы в драку, а вот это вот несерьезно и совсем не весело. Зато Чонин реагирует слишком бурно. Вместо того, чтобы продолжить на том месте, где они остановились, он неловко сползает обратно на кровать, пытаясь попутно натянуть шорты. Возбуждение совсем ему не помогает и это напряжение ведь должно найти выход… Поэтому, как заботливый хён, Тэмин обхватывает чужое запястье и тянет на себя обратно. - Ну куда ты? – пытаясь скрыть недовольство в голосе, он довольно мягко задает вопрос. - Не трогай меня, - Чонин произносит тихо, но отчетливо, и это совсем отличается от предыдущих «нет». Каждое слово пропитано холодом и больше похоже на угрозу. Тэмин на автомате разжимает пальцы, шокировано наблюдая за тем, как младший поправляет одежду, обувается, берет сигареты с зажигалкой и останавливается всего на секунду. Ну вот, одумался, понял и сейчас будет мило извиняться… - Какой же ты, хён, мудак, - бросает усталое и это совсем неправильно. Чонин, его Чонин не должен быть таким. Подхватывая что-то с тумбы, младший с силой хлопает дверью и оставляет Тэмина наедине с безграничным недоумением. Это совсем не то, чем должен был закончится этот вечер. Да, возможно было бы немного неловко. Первые пару минут. А потом они бы продолжили чудесное совместное времяпровождение, отпраздновав возвращение Тэмина и окончание подработки Чонина. Реакция младшего не имеет под собой никакого основания и чем больше об этом думать – тем более иррациональным и жестоким кажется его поведение. Чувствовать неопределенность Тэмин не любит и решив, что это целиком и полностью вина Чонина и его недопартнера, он помечает произошедшее как «неприятность, которую он припомнит позже». В конце концов, это же просто неловкая ситуация, в которой вообще-то он главный пострадавший, а значит остается просто донести это до непутевого донсена, когда тот успокоится и хорошенько над всем подумает. Чонин отходчивый и завтра уже все будет в порядке. Но идеальный план дает сбой. Наступает завтра. Наступает послеавтра. Ничего не меняется. Чонин смотрит волком стоит подойти ближе, не разговаривает и вообще делает вид, что он один в комнате. Даже не здоровается и не останавливается поболтать в университете. После некоторых наблюдений Тэмин приходит к абсурдному, но очевидному выводу – его игнорируют. Считают за пустое место, умножают на ноль и забывают о его существовании, что само по себе раздражает невозможно, но это ведь даже не высокомерные старшекурсники, это Чонин, его послушный и отзывчивый Чонинни. - Пошли в бильярд? Молчание в ответ. - Я сегодня задержусь, буду поздно. Никакой реакции. - Подрочу на твои трусики? Это тоже не срабатывает. Доставать окружающих Тэмин умеет и делает это с превеликим удовольствием, но здесь все иначе. Каждый отказ нещадно бьет по его ранимому сердечку, а еще Чонин невозможно упрямый, что сейчас совсем не к месту. Они могут соревноваться довольно долго, что по правде и собирается делать Тэмин, если бы не случайно оброненная фраза управляющим их корпуса общежития. - Ли Тэмин, жди на следующей неделе нового соседа, документы подам на днях и вроде проблем никаких не должно быть. - Какие документы? Какой новый сосед? – он совсем не понимает о чем идет речь и за последние дни подобное уже порядком поднадоело. - Ну как же. Твой сосед, парнишка первокурсник занес бумаги сегодня, с запросом на переселение. Запросом. На переселение. Пока Тэмин идет на тренировку, в голове эхом раздаются эти несколько слов, раз за разом на вечном повторе. В итоге он сворачивает не туда и вместо танц зала попадает в мастерскую к скульпторам. Растеряно улыбаясь, пытаясь вспомнить за чем он вообще сюда шел, он просто выходит обратно на улицу и прислоняется к нагретой солнцем стене. Запросом. На переселение. Чонин переезжает. Бросает его, даже не сказав об этом. Из-за дурацкого пустяка, случайности, которая даже не была спланирована. Удачной конечно, но это ведь просто… просто какой-то парень, которого они даже не знали пару месяцев назад. С которым, наверное, даже ничего не получится. Так почему? Что за херня вообще? Тэмин пропускает тренировку, поджидая Чонина в комнате. Сегодня он просто обязан будет выяснить в чем дело, ведь дальше так не может продолжаться, ведь дальше может ничего и не быть. И это определено будет не весело. - Какого черта, Чонин? – первый вопрос с порога и чисто риторический. В ответ раздражающее молчание, даже не удостоил взглядом. Спортивная сумка с тихим стуком опускается на пол, а младший ведет себя с преувеличенным спокойствием. - Ты переезжаешь? Перегрелся на тренировке что ли? – а вот у Тэмина со спокойствием проблемы, зато с силой все в порядке. Он хватает Чонина за грудки и встряхивает. Слышится треск ткани и усталый вздох. - Переезжаю, - короткое и бесцветное. - Почему? – самоконтроль летит к чертям и придумать бы обходной план, чтобы остановить младшего от совершения огромнейшей ошибки в его жизни, но Тэмин слишком вымотался и раздражен происходящим. - Исин сказал, что ему нужно время, чтобы обдумать произошедшее. Я решил, что мне тоже нужно на это время. - А что произошло-то? Какое еще время? Зачем? – Тэмин чувствует себя будто на другой планете, пытаясь разговаривать с внеземным разумом. - Проблема в том, что ты даже не понимаешь, хён, - Чонин отцепляет чужие руки от своей футболки, а после стягивает ее через голову. В ванной загорается свет и звучит шум воды. Пару секунд спустя, Тэмин понимает, что проблема не в этом. Нет-нет. Все гораздо проще и если Чонин не хочет по хорошему, то не стоит его жалеть. Не стоит паниковать и опускаться до такого жалкого поведения как сейчас, он просто добьется желаемого тем способом, который считает самым эффективным. Как и всегда. - Хён поиграет с тобой, паршивец, так и быть, - Тэмин улыбается и выуживает из чужой сумки телефон. На то, чтобы найти и добавить себе нужный номер уходит не больше минуты и к моменту, когда Чонин выходит из душа, его мобильный опять покоится в сумке, а лучший в мире хён благодушно напевает себе под нос. Теперь все будет так, как он решит и больше никаких идиотских мыслей о том, что стоит уважать чужие чувства. Он здесь хён и знает как будет лучше. Чонина никто спрашивать не собирается. Добыть номер Чжан Исина удается практически моментально, а вот на то, чтобы разузнать о нем побольше уходит немного больше времени. Вернее на то, чтобы разузнать что-то полезное, а не бумажную чепуху из его личного дела, добытого в административном корпусе. Учится нормально, конкурсы, фестивали, есть даже пара приглашений от агентств. Бла-бла-бла, какой он молодец. Откладывая папку, Тэмин закатывает глаза. Ничего полезного. Хотя и то, что удалось выудить из местных сплетников нельзя считать выигрышным билетом. Невольно удивившись открытости Син-сина, он остался только с этим чувством, так как больше ничего и не известно точно. Конечно, дикие слухи о его отношениях разнообразнейшего толка оказались довольно пикантными, но как для открытого гея это считай что ничего, учитывая отсутствие очевидцев. По всему получалось что Чжан Исин отличный парень и это совсем не то, что нужно, как и новая информация о том, что ко всему прочему он еще и довольно пунктуален. Вон сидит и как ни в чем ни бывало пьет свой кофе и спокойно ждет его, Тэмина, собственной персоной. Опаздывающего на сорок минут. Умышленно, конечно же, но эффекта пока никакого: ни раздражительности, ни злости или разочарованности. Только периодические взгляды на экран мобильного. Еще пять минут спустя он что-то набирает и телефон Тэмина крякает входящим сообщением. «Мне скоро нужно будет на тренировку, поэтому давай перенесем на другой раз». Вот же заноза. Тэмин цокает языком и покидает свое временное укрытие за странной абстракцией, результатом полета фантазии кого-то из студентов-скульпторов. Это вообще-то ненормально и возмутительно, быть таким спокойным, когда кто-то так откровенно и нагло опаздывает. Входя широким шагом в кафе, Тэмин, как ни в чем ни бывало направляется к Исину и тут же усаживается напротив. - Я тоже буду кофе, - наглость вообще-то не недостаток, а вполне себе талант, особенно когда хочешь вывести кого-то из себя. Вместо возмущений и требований объясниться чертов Син-Син только спокойно кивает. И молчит. Молчит и просто спокойно ждет, не спрашивая даже зачем его сюда позвали. Ткнув пальцем в первое попавшееся на картонной стойке на столе, Тэмин складывает руки в замок и переключает все свое внимание на Исина. - Как у вас дела с Чонином? Слышал что-то не ладится, - беззаботно и сразу подступая к сути дела, ведь, судя по молчанию, на вежливый разговор ни о чем парень не настроен. - Все нормально, - сухо и коротко, так, будто ему все равно, хотя Тэмин точно знает, что это не так. Он видел взгляд в тот день, когда их с Чонином застали за приятным времяпровождением, и он был каким-угодно, но точно не равнодушным. - Вот как, - тянет Тэмин, - а Чонин так не думает. Знаешь, он временами довольно замкнутый и не говорит, но по нему всегда видно, что что-то случилось. Исин продолжает молчать, но заметно, как он пытается скрыть интерес, отпивая из стакана кофе. Если он уже пришел, когда его позвал хён Чонина, то это определенно интересующая его тема. - Я желаю ему самого лучшего, поэтому мне больно смотреть на то, как мой дорогой донсен переживает, - театральный вздох получается у Тэмина на десять из десяти. – У Чонина есть небольшой пунктик, о котором он никому не рассказывает, но это так. Из-за него ему сложно строить отношения. Пальцы плотно сжаты вокруг картонного стакана, на нем остается несколько вмятин, стоит Исину опомниться и отпустить его. - Скорее всего именно поэтому у вас не было секса, - финальный выстрел. Тэмин доволен результатом, наблюдая за тем, как парень напротив него начинает хмурится и уже не выглядит таким невозмутимым как парой минут раньше. Вместо того, чтобы продолжить, Тэмин мучительно долго дует на свой только что принесенный ореховый капучино и, только после того, как делает глоток, отставляет его. Эффект достигнут и теперь Исин весь во внимании, хотя и пытался выглядеть безразличным с самого начала. - Чонин очень чувствительный и, как бы так сказать…боится, что что-то не будет соответствовать его ожиданиям, - Тэмин отворачивается к окну и продолжает, точно зная, что будет услышано каждое его слово, - поэтому обычно я пробую вместо него сначала и оцениваю. Моему мнению Чонин всегда доверяет, мы знаем друг друга с детства и я знаю что ему понравится, а что – нет. Возможно, Тэмину кажется, но он слышит нервное постукивание пальцев о поверхность стола. Он только в начале пути к цели и такая реакция его более чем устраивает. - Если конкретнее, то прежде чем попробовать новый бургер, Чонин всегда дает мне укусить первым, - расслабленный тон и ни намека на то, что это ложь чистой воды. – В отношениях так же – сначала я пробую нового партнера Чонина, а потом он сам. Ох, как бы Тэмину хотелось, чтобы все было именно так. Удалось бы избежать моря проблем и получить немного удовольствия в процессе. Но Исину знать об этом совсем не обязательно. Он напряжен, вертит в руках пустой стакан и то и дело посматривает на телефон. - То есть если ты хочешь стать ближе к Чонину – то тебе придется переспать со мной, - подводит итог Тэмин и уже готовится обстоятельно аргументировать почему и каким образом вообще все это возможно, как его перебивают. Заготовленная заранее речь с жизненными примерами и вескими доводами оказывается бесполезной. - Хорошо, я согласен. Напиши мне время и место как определишься, а сейчас мне действительно пора бежать. Кажется, я уже опаздываю, так что извини, я уйду первым, - Исин оставляет на столе купюру за кофе и поспешно покидает кафе, оставляя Тэмина наедине с колоссальным недоумением. То есть это как. Это что же. Исин согласен переспать с ним. Без скандала, оскорблений и демонстративного выливания стакана воды. Вот так просто. Будешь конфетку? Да, давай. Черт, а ведь все так и было. И теперь неясно, то ли нервничал Син-син потому что это был довольно деликатный разговор, то ли потому что элементарно опаздывал и торопился уйти. Ощущения у Тэмина довольно неоднозначные. По сути он достиг желаемого, но все настолько отличалось от того, что он себе представлял, что именно он чувствует себя обманутым. Это странно, очень странно. Нервно разрывая салфетку на маленькие кусочки под недовольным взглядом официантки, он все же решает, что план удался. Осталось только довести дело до конца и Чонин, разочаровавшись в своем «особенном», опять вернется в теплые надежные объятья хёна. Тэмин кутается в легкую ветровку, с недовольством поглядывая на затянутое тучами небо. Еще вчера ничего не предвещало, а сейчас отчетливо чувствуется приближение грозы. Обычно ему плевать, так как перебежки от общежития к нужному корпусу не занимают много времени и даже гроза не помеха тренировкам, но сегодня все не так. Подумав, что лучше поторопиться, пока Исин не передумал и Чонин не упаковал окончательно вещички, он в экстренном порядке начал поиски уединенного местечка. Так как сроки были кратчайшие, то пришлось тащиться к Кибому с дизайнерского и припоминать ему бутылку красного, привезенную из Испании, которую тот благополучно присвоил на одной из студенческих вечеринок и даже умудрился обвинить Тэмина, что тот, мол «оставил в доступном месте». Ага, в шкафу за коробкой со старыми вещами, самое очевидное где люди хранят алкоголь. У Кибома нюх на алкоголь, а у Тэмина талант к вымогательству, поэтому он сейчас мерзнет под мастерской дизайнеров, ожидая свою жертву. Гаденькое «никаких пятен подозрительного происхождения», брошенное в спину только испортило настроение еще больше. Как-то все не клеится. Вроде бы как планировалось, но мутное чувство внутри становится только сильнее. Отвратная погода, Чонин, все еще не разговаривающий с ним, какое-то слишком легкое согласие на секс от Исина и еще этот гаденький комментарий Кибома. Это все стресс, он самый, а от этого и легкая паранойя. Встряхивая головой, он нащупывает в кармане презервативы и смазку. Уже все решено и это всем остальным стоит переживать. По одной простой причине – он самый лучший Ли Тэмин, у которого характер золото и память охренительно хорошая. Исина он встречает кривоватой улыбкой и ушлым комментарием: - Давай быстрее. Еще немного и мою кобру не спасет от холода даже милый капюшончик. В ответ Исин коротко кивает и проходит в приоткрытую для него дверь. Девочки и те, кого ты собираешься ударить ножом в спину, - вперед. Как и ожидалось, в мастерской дизайнеров такой же пиздец, как и у них в голове. Подозрительные пятна? Да они бы не заметили и ведро разлитой спермы среди всей этой дикой смеси психоделической фигни разных направлений. Любые пятна будут менее странно выглядеть, чем свисающие около двери кукольные головы вместо звоночка. Теперь понятно, почему никто не занимает по вечерам это местечко. Рулоны ткани, бумага и выкройки равномерно расположены по всем поверхностям мастерской, но внимание Тэмина привлекает один из крепких широких столов. Подойдя к нему, он облокачивается и ищет взглядом своего сегодняшнего партнера. - Иди сюда и устраивайся поудобнее, - о да, отодрать драгоценного Син-Cина прямо здесь отличная идея. - Да, сейчас, - Исин неспешно обходит помещение, осматриваясь, и в конце концов подцепляет из кучи лоскутков длинный и узкий кусок ткани, - если ты не против, то мне хотелось бы использовать это. - Без проблем, пока это не костюм чужого или те жуткие свисающие с потолка штуки, - легко соглашается Тэмин, похлопывая по столу рядом с собой. Если паршивец хочет быть связанным, то стоит уважать его желания. Шаг за шагом Исин подходит ближе и не похоже, что он передумал или волнуется. Любопытный взгляд чувствуется на коже, то, как он скользит по лицу, шее, рукам, упираясь в скрытые тканью участки. Тэмина изучают, с интересом, и он позволяет себе то же самое. Син-син красивый, в этом нет никаких сомнений: гармоничные черты, острые скулы, изящный изгиб шеи. Под одеждой угадывается тренированное тело. Одна из причин, почему Тэмин всегда не против развлечься с кем-то своей же специальности. Если бы не обстоятельства, возможно, Тэмин запомнил бы его имя совсем по другой причине. Лакомый кусочек, которым он сегодня с удовольствием отужинает. Исин касается его первым, мягко дотрагиваясь до чужой руки кончиками пальцев. Гладит, нажимает на костяшки и двигается выше, чувствуя пульс на горячем запястье. Рукав ветровки задирается совсем немного. Теперь хочется ее снять и Тэмин делает шаг навстречу, прижимаясь телом к чужому и одновременно стягивая одежду. Не хочется терять тепло, а еще возможность очертить прикосновениями тугие мышцы, которые пока скрыты тканью. Но это ненадолго. Еще будет возможность рассмотреть все, разложив Исина на этом самом столе, обнаженного и беззащитного, а после отыметь его хорошенько, с завязанными глазами и просящего еще и еще. Тэмин облизывает губы, жадно скользя к поясу джинс. Раздеть и немедленно. Предвкушение щекочет легкой дрожью, накапливается в крови. Все же Чонин не уделял ему должного внимания последние дни и вместо того, чтобы снять напряжение с кем-то еще, заботливый хён вынужден был заняться делами сердечными. Не своими, нет, и вообще-то их разрушением. Дыхание касается губ, слегка сбитое и горячее. Исин закусывает губу, застенчиво опуская ресницы. Очаровательно. Милый сладкий мальчик. В поцелуе Тэмина самодовольная улыбка и настойчивое движение пухлых губ, он получит свое и не оставит ни крошки. Влажные и чувственные движения языка, покорно приоткрытый рот и первые вязкие капли возбуждения. Целуется Исин нежно и тягуче, а еще чудесно смущается, перехватывая чужие руки, расстегивающие пуговицу и ширинку. Ну же, не стоит, ведь ему определенно есть что показать. Тэмин опять чувствует прикосновение к запястьям и видимо у парнишки пунктик, потому что оно не исчезает и становится только крепче даже когда Тэмин отстраняется. - Мне нравится, но…- он опускает взгляд и в момент, когда он видит вместо пальцев ленту, стягивающую руки, его настойчиво разворачивают и подталкивают к столу, - что за… - Ты же сказал, что не против, - шепот щекочет ухо, дыхание оседает на шее, а на плечи однозначно нажимают. Горячее тело прижимается сзади и Тэмин чувствует, как в него упирается сзади чужой стояк. - Я передумал, - сглатывая, Тэмин пытается скрыть легкую панику в голосе, - и на счет позиции я тоже не согласен, - он, лежащий на столе грудью со связанными руками как-то не очень вписывается в ожидаемое «хорошенько оттрахать Син-Сина, чтобы ходить потом не мог». - Слишком поздно, - Исин любовно поглаживает бедра, задирает футболку, - а на счет позиции, то могу поставить тебя на колени, но на полу холодно, Тэмин-хён, - добавляет после и он готов поклясться, что в голосе слышится язвительность. - Еще чего,- пытаясь подняться, Тэмин чувствует на пояснице давление, - не хочу значит не буду, - так-так, больше упрямства и никаких поддаваться на прикосновения чужих ладоней, разминающие, сильные и приятные. - Ох, - звучит разочарованное, - тогда думаю нам стоит остановиться, это ведь все-таки не изнасилование, - в противовес только что сказанному Исин поддевает резинку легких штанов и слегка их приспускает. - Вот и хорошо, а теперь будь послушным мальчиком и давай поменяемся местами, - не смотря на слова Тэмин напрягается. - Вообще… - задумчиво тянет Исин, - или так или никак, - он проводит пальцами между обнаженных ягодиц, совсем легко, а после отстраняется, - но если ты не хочешь, то не буду заставлять, здесь ведь все добровольно. А теперь давай снимем вот это, - вместо того, чтобы обойти и развязать ленту, Исин наклоняется, вжимаясь членом, и тянется к чужим запястьям. Это определенно не то, что нужно Тэмину, чтобы настаивать на своем. Не приятный вес сильного тела на своем, нет-нет. Девственность во всех возможных проявлениях давно его не обременяет и проблема совсем в другом. Есть существенная разница между тем, чтобы ты кого-то поимел и поимели тебя. На счет второго у Тэмина на порядок больше требований и Син-Син не очень подходящий вариант. Настрой, право выбора, сама ситуация, - все хуже не придумаешь. Поэтому, конечно же, Тэмин соглашается. - Я хотел дать тебе больше шансов, чтобы понравитсья Чонину- прогибаясь, он подтягивает руки к себе, не давая Исину дотронуться до ткани на запястьях, - но, похоже, ты просто не удержался передо мной. Син-Син не отстраняется, только замирает на мгновенье, а после касается дыханием шеи. Широкий влажный мазок языка и зубы сжимаются на нежной коже. Укус на загривке горит. Тэмин сдерживает вздох и продолжает, пытаясь сохранить как можно больше нахальства в голосе. - Не могу тебя винить, - да, как можно вообще устоять перед ним. Это, конечно же, вполне естественно, запасть на такого роскошного парня, - но сразу скажу, что это первый и последний ммм… - стоит сразу поставить на место и вообще-то последующему стону там совсем не место. Исин оставляет еще один укус на плече, весьма ощутимый даже через ткань футболки. Руки оглаживают бока, спускаются на талию. Крепкая хватка на чувствительной коже и Тэмин больше не чувствует тепла прижатого тела, зато на сознании ярким пятном отпечатываются настойчивые движения чужих бедер. Все еще полностью в одежде, Исин трется возбужденным членом между обнаженных ягодиц. Жесткий шов впивается в нежную кожу, натирает и оставляет ни с чем. Тэмин сжимает губы, шумно тяжело дыша, но не произносит ни звука. Мальцу придется постараться, хотя сколько бы усилий он ни вкладывал, единственное, чего он не дождется – это нетерпеливых просьб. О нет, этого не будет. Обе ладони удерживают бедра на месте, а через мгновенье одна исчезает, оставляя горячий след, который наверняка после нальется синим. Тэмину хочется повернуться, посмотреть что происходит, но он не может даже пошевелиться и руки беспомощно скользят по поверхности стола. Секунда-вторая-третья. Звонкий звук шлепка разносится по мастерской, а за ним следует удивленный вскрик. - Ты… - Тэмин чувствует, как разливается обжигающее тепло по коже, но не успевает сказать больше ничего, как его перебивает звук следующего шлепка. Хлесткие и звонкие, один за другим, они мерно отпечатываются на ягодицах. Сначала одной- после другой. Печет ноющей болью и жар пачкает щеки, то ли от стыда, то ли от возбуждения. Слишком сильного для подобной ситуации. Пытаясь елозить и уворачиваться, Тэмин делает только хуже, задевая членом край стола. Прикосновение мимолетное, незначительное, но дразнящее. Он возмущен. Смущен. И да, заведен, очень и очень. Шлепки он не считает, только напрягается, когда они заканчиваются и повисает густая тишина. Ягодицы полыхают жаром, чувствительные до предела и наверняка завтра именно Тэмин будет тем, кто не сможет сидеть. Он невольно задерживает дыхание, не зная, что может произойти дальше, немного боясь и предвкушая тоже. Поэтому, когда воспаленной кожи осторожными поглаживаниями касаются пальцы, Тэмин вздрагивает. Успокаивающая ласка распаляет сильнее, и он нарочно раздвигает ноги и подается вперед, потираясь возбужденным членом о твердый край. Хватка на бедрах слабеет и тут же ладонь возвращается, нажимая на поясницу и заставляя прогнуться. - Сейчас, потерпи немного, - произносит Исин, а после знакомо шуршит упаковка. Прохладное и вязкое стекает между ягодиц, по яйцам, смешивается с его собственной смазкой и пачкает даже бедра. В тугую дырку настойчиво проталкивают палец, а после сразу второй, не дожидаясь пока Тэмин расслабится. Глубоко дыша, он концентрируется на жарком возбуждении и тянущем чувстве заполненности. В последний раз это было пару месяцев назад и неловко признавать, но Тэмину этого немного не хватало, хотя позиция подающего ему все равно нравится на порядок больше. Исин растягивает настойчиво и методично, трахая пальцами в медленном и глубоком ритме. Привыкнуть окончательно не получается. Конечно же, никакого предупреждения нет и с губ Тэмина срывается судорожный всхлип, когда он чувствует, как вместо пальцев, его натягивают на член. Длинный и плавный толчок, а после Исин практически полностью выходит, чтобы опять повторить движение. Он не торопится и не теряет контроль, в отличии от Тэмина. Приходится сжимать губы и впиваться в ладони ногтями, чтобы не стонать и не всхлипывать. Ощущений слишком много и они слишком разные, чтобы сосредоточиться и не поддаться полностью происходящему: горящие огнем ягодицы, напряженная спина, дрожащие ноги и легкое покалывание на кончиках пальцев. Исину стоило завязывать ленту не так плотно, стоило подумать об удовольствии партнера тоже и вообще им стоило поменяться местами. Потому что это неправильно и совсем не то, что планировал Тэмин. Чужие ладони оглаживают внутреннюю часть бедер и приходится сдерживаться, чтобы не попросить коснуться там, да-да, чуть ниже и посильнее. Исин наклоняется слегка, делая проникновение еще глубже. Входит до основания и подается обратно, замирая каждый раз на мгновенье и оставляя внутри только головку. Разрывает от неловкости и желания. Тэмин скребет ногтями по столу и пытается сам насадится на член, намекая, чего хочет. Быстрее, жестче и давай-ка закончим уже с этим. Слушаться Исин не намерен. Вместо того, чтобы ускориться, он притягивает к себе вплотную, прижимаясь грудью к спине Тэмина и замирает в такой позе. Не двигается и чувствуется только как пульсирует его член внутри, глубоко и горячо. Стон громкий и возмущенный срывается с губ Тэмина. По телу проходит волна дрожи, когда его член обхватывают пальцы. Сжимают слегка, взвешивают на ладони влажные тугие яйца. Этого много, больше, чем он был готов выдержать. Царапина, легкая и невесомая, оставленная на влажной чувствительной головке, оказывается последней каплей. Боль зудит на грани с возбуждением. Тело прошивает судорожным удовольствием и бедра беспорядочно толкаются вперед, пытаясь продлить удовольствие. Сперма толчками выливается, пачкая сброшенную на пол ткань. Из горла вырывается еще один стон, вымученный и усталый. Исин ждет, пока Тэмин окончательно расслабится, а после напоминает о себе, двигая бедрами. У него все еще стоит и стоит крепко. У Тэмина нет больше сил, и он ждет чего-угодно, но только не того, что Син-Син выйдет из растянутой дырки и отстранится. Сзади слышится недовольное шипение и звук застегиваемой молнии. Опять что-то шуршит, а после бедер касается что-то влажное. Сознание отмечает странно знакомый запах. Химический цветочный запах салфеток, которые продают в круглосуточном на территории студгородка. На чувствительную попку натягивают белье и свободные спортивные штаны, а давление на запястьях слабеет. Ладони и пальцы покалывает сильнее от притока крови. Тэмина осторожно приподнимают и слегка трясут. - Ты в порядке? – Исин выглядит обеспокоенным и от этого накатывает волна раздражения. Вот же паршивец. - Да пошел ты, - в сердцах выдает Тэмин и отпихивает от себя чужие руки. Нихрена он не в порядке и вообще-то не должен после такого. Он собирается возмутиться еще, может выдать пару ласковых, сказать какую-нибудь гадость и демонстративно уйти, но, когда он наконец собирается с мыслями, дверь в мастерскую хлопает, а жутковатые кукольные головы покачиваются на веревочках, свисая с потолка. Ну, он все же переспал с Исином. Доказательств полно: следы укусов, алеющие ягодицы и яркие запястья. Осталось подать все это блюдо под правильным соусом Чонину. Плевать, запал на него чудесный Син-Cин или нет, такого он спустить с рук не может и дело уже не только в любимом донсене, теперь это личные счеты. Чем дольше Тэмин думает о произошедшем – тем больше злится. Это был не секс для взаимного удовольствия. Его поимели. Качественно и жестко. Теперь его очередь.