Близкие противоположности.

Остаток дня прошел в праздности. Последний день свободы, в конце концов. Как отец семейства и обещал его младшему представителю, по возвращении Диму и Ксюшу ждал действительно большой торт, в основном состоящий из воздушного, моментально таящего во рту, но приторно сладкого крема. Подросток с недоумением смотрел на Илью, уплетавшего эту сахарную бомбу с изумляющим энтузиазмом, на более спокойных Марию и Станислава, с умилением родителей, чье дитя сделало первый шаг, наблюдавших за этим поросенком. Помнится, когда он сам шел в первый раз, Илья было около месяца, поэтому особо возиться в будущим школьником настроения и времени ни у кого особо не было, хотя на первое сентября Мария и прослезилась. Станислав успел купить ему портфель еще до рождения Ильи. Дима тогда от счастья себе места найти не мог, в такой восторг его привели спортивные машины, приклеенные на него. Купить все принадлежности, которые ему могли бы понадобиться. вызвалась Ксюша, которой в качестве подарка племяннику, родители выделили деньги. Несколько часов они выбирали «самые классные» тетради, альбом, ручки, карандаши, краски, и, конечно, дневник. Да, он был в такой же эйфории, что и Илья сейчас. Зачем только взрослые так обманывают детей? — Не нравится торт? — эти слова вывели Диму из состояния полудрёмы. Он перевел взгляд на девушку, в тот момент как раз подносящую ко рту кусочек десерта. Когда он исчез, студентка облизнулась. Похоже, она тоже была на стороне потенциальных диабетиков. — Задумался. — Ксюша, сколько у тебя завтра пар? — Мария наконец вспомнила о гостье. — Расписание пока примерное, будет меняться еще. Но пока на среду три пары, окно, и еще две. — Ничего себе. Они решили вас сразу замучить. Это ж во сколько ты домой придешь? — В пять-шесть. Ничего, мы справимся. Говорят, до второго курса доживает меньше половины, но я точно буду среди тех, кто это сделает. К тому же, у мальчиков будет время спокойно сделать уроки в своих комнатах, не будут мешать друг другу. — Дима, проследишь, чтобы Илья сделал уроки. Ксюше нужен будет отдых, а потом тишина, — возражать отцу подросток не рискнул. — Я оставлю на обед борщ, разогрей и накорми брата. Ты теперь за него отвечаешь. «Шикарно, блин. Еще нянькой я не работал. Чёрт, он теперь полдня на мне будет… Что я такого сделал, чтобы заслужить это?» — Ксюш, ты же придешь покушать? У тебя как раз окно. Говорят, от еды в столовых гастрит делается. А тут борщик домашний. — Спасибо, тёть Маш, Если нам не придумают занятие, обязательно приду. — Заодно и посмотришь, чтобы мальчики не бездельничали. «Будто это что-то изменит. Такая наивная.»

***

На следующий день все заботы о младшем брате легли на плечи Димы. И он не был в восторге от этого. Подростку пришлось за руку отвести его в школу, потому что с него взяли обещание, а после пятого урока так же отвести его домой, не мешая ему нести ахинею. Он был не в самом плохом расположении духа — учителя не стали грузить с первого же дня. Очередное сочинение о том, как он провел лето, и сможет делать, что захочет. Уже дома подросток позвонил матери, сказал, что все живы-здоровы, дал и ей получить дозу детского бреда и сказал, что пообедают с Ксюшей. Мелкий ушел рисовать закорючки в тетрадях, а Дима решил пройти уровень-другой. Через полчаса Илья пришел к нему в комнату и стал ныть, что хочет есть. — Да скоро уже придет Ксюша и покормит тебя. Пока не суйся на кухню. — Но Ди-и-и-им! — Ты уже сделал уроки? — ответ был довольно строгим. — Нет, — обиделся школьник. — Ты ж такой довольный был, что в школу ходишь. Иди и работай. Топнув ногой, Илья с недовольным фырком вышел. Минут через пять стало слышно, как определенный некто хрустит печеньем. Дима уже хотел пойти втык сделать, но тут зазвонил его телефон. «Дим, привет. Вы уже дома?» — Да. Ты идешь? Мелкий мне мозг уже выел. «Я как раз по этому поводу. Нас добровольно-принудительно на экскурсию отправляют. Разогрей борщ, пожалуйста. Я вечером приду. Извини» «Великолепно…» — Удачной экскурсии. «И вам удачи. Пока…» Пошли гудки. — Мелкий, оставь печенье в покое! Щас есть будем. — Ксюфа идет?! — взвизгнул он, продолжая хомячить. — Нет, она вечером придет.

***

Время подходило к шести. Мария и Станислав уже вернулись, проконтролировали все. Дима получил выговор за оставленную немытой посуду, Илью похвалили за его каракули. Все как обычно. Старший ушел к себе в комнату, сославшись на то, что не дописал сочинение, к которому еще не притрагивался. Похоже, было время начать. Ему не потребовалось много времени, чтобы по схеме, работавшей несколько лет, наврать с три короба на полторы страницы. Почерк стал более корявым но… а чего ожидать после перерыва в 3 месяца? Сойдет. Как раз в это время хозяйка дома повелительным тоном «попросила» его сходить в магазин за хлебом. Уже возвращаясь из продуктового, подросток заметил среди высыпавших на улицу детей и бабулек парня с девушкой, в которой узнал Ксюшу. Она успела прошмыгнуть в подъезд за минуту до Димы, который с каким-то странным чувством провел взглядом подозрительно улыбавшегося ухажера. Оставив покупку на кухне, белобрысый прошел в ванную помыть руки. Там он застал свою соседку. Она как раз только закончила умываться и вытирала лицо пушистым полотенцем. — О, привет. Уже вернулся? «Этот вопрос должен был спросить я» — Ты тоже. Как день прошел? — Я устала, как собака. Экскурсия в морг была. Нам сказали, что те, кто не могут на трупы смотреть, должны забирать документы. Как понимаешь, мне не до обеда было. Фу, господи. У них есть банка с пятимесячным ребенком. Лера там чуть сознание не потеряла. — Хорошее начало года. Боевое крещение. — Именно. Фу, боже. Все, не спрашивай, пожалуйста. Я с утра ничего не ела, и, если буду вспоминать, желудок отторгнет и ужин. — Сама пришла? — Хах, Дима. Нам с Лерой в одну сторону. Она живет на несколько домов выше. Шли вместе с ней и ее братом. Он меня практически до дверей провел и пошел дальше. Дим, тебе, правда, не надо играть роль моей мамы. — Я так похож на тетю Свету? Та не в жизнь! Хорошо, что ты не одна шла. Не прицепятся всякие… — Ага. Сделал уроки? — Да, — устало выдохнул он по привычке. — Отлично. Мойся, и идем кушать. Меня уже убивают касатки в животе.

***

За столом девушка воздержалась от детального рассказа о том, чем сегодня занималась ее группа, но когда дошли до чая, ей задали вопрос о домашнем задании, который отвлек ее от торта. — Да, нам доклад надо на завтра приготовить, а мой ноутбук… Ну как назло, в первый же день упал, теперь живет своей жизнью. Я в ближайшее время договорюсь с кем-нибудь, чтобы посмотрели. Дим, можно я твоим попользуюсь немного? — Конечно, можно, Ксюша, — будто бы вопрос был задан той, кому семейство было обязано ужином. — Да, — недовольно глянув на мать, сказал подросток и продолжил ковырять вилкой в креме, пока не вспомнил что-то важное, что заставило его очень быстро выйти из-за стола, пробормотав невнятное «спасибо». Каждый предоставленный по большей части себе подросток знаком с тем чувством, которое резко накрыло его. Нечистая совесть. Секреты. История браузера. Иными словами, он ринулся заметать следы. Таким образом в распоряжение студентки ноутбук попал практически в том же виде, в каком его подключали пару лет назад. Но оказалось, что он транспортабелен только на длину провода. В противном случае его максимум как печатную машинку можно использовать. Таким образом брюнетка на вечер осталась в комнате Димы. Илью оттуда выгнала Мария, а хозяин комнаты, который не горел желанием, чтобы кто-то рыскал в его вещах, не пожелал выходить. Ксюша была только за — он и так оказал ей услугу, одолжив ноутбук. К тому же, он всего лишь продолжал читать, ни разу не прервав ее работы. Если бы не взгляд, время от времени скользивший по ее фигуре, можно было бы подумать, что он напрочь забыл о ее присутствии и все глубже уходил во вселенную рыцарей, магов и различных сказочных тварей. С тех пор, как он оказался ее частью, подросток стал переживать происходящее в ней более эмоционально. Не из-за того ли, что стал ассоциировать себя с главным персонажем? Главное, не потерять себя при этом.