Мой полицейский

      «Муж»…       Не думал услышать подобное когда-нибудь в свой адрес. Странное чувство. Если опустить, что я все-таки представитель женского пола, то мы с Мичиру еще и не говорили о «супружеской» жизни.       Может она дает понять, что уже пора?       Надо принимать решение и при этом не слишком затягивать.       Тупая боль в плече снова напоминает о ранении. Как же оно некстати! Мэр рвет и мечет, требуя найти преступников, шеф обрывает телефон, справляясь о моем здоровье, важнейший старт на носу. А еще Мичиру хочет отправиться на море. Последний пункт стоящих передо мной задач мне нравится больше всего.       Завтра же иду на работу. Уверен, Мичиру поймет. Чемпионат как-нибудь выиграю, главное добраться до финиша. Мичиру права, если не буду чувствовать себя хотя бы удовлетворительно и не смогу твердо стоять на ногах, то участвовать в гонке просто опасно. Перспектива потерять Мичиру тогда, когда мы только-только открыли свои чувства, меня не радует.       После ужина перемещаемся в гостиную, чтобы выпить кофе или чай и поговорить. За несколько дней это стало нашей маленькой традицией. – Сецуна, а почему бы тебе не открыть свое кафе или ресторан? Твои блюда будут пользоваться успехом. – Знаешь, Харука, я давно думаю об этом. С модельным бизнесом у меня не ладится. Мне больше нравится готовить. Ресторан – это слишком, а вот небольшое кафе было бы в самый раз. Если открывать заведение, то где-нибудь в оживленном месте, чтобы людям было удобно добираться до него. Но аренда помещения стоит очень дорого, я уже не говорю о покупке здания. – Высокая темноволосая девушка вздохнула, словно возвращаясь из мира грез. – Так что придется отложить эту идею и продолжить копить деньги, а пока обучать поваров других ресторанов готовить.       Мысли формируются в окончательное предложение: – Сецуна, а чтобы ты сказала, если у тебя появилось помещение где-нибудь в квартале Асакуса или Амейоко? – Мичиру и Сецуна вопросительно смотрят на меня. Продолжаю невозмутимо пить кофе. – Так что, Сецуна? – Что ты имеешь в виду? – Сецуна заинтересована. – Ты ведь хочешь открыть кафе? – Она кивает. – У меня есть возможность купить помещение для него. Оно будет твоим.       Глаза девушки горят, но она отрицательно качает головой: – Большое спасибо, Харука, но я не могу. – Почему? – Сам подумай. Это очень дорого. Да и с чего бы тебе делать это? – По глазам вижу, что ей очень хочется открыть кафе, но она не примет от меня этого.       Мичиру легонько целует меня и сжимает мою ладонь: – Сецуна, это же твоя мечта? Помнишь, сколько раз ты мне рассказывала об этом? – Конечно, помню. – Девушка задумчиво водит пальцем по краю чашки, рисуя круги. – Но я не могу принять такой подарок, Харука. – Хорошо. Пойдем другим путем. Давай станем совладельцами кафе. Я куплю помещение, а ты будешь заниматься делами кафе. Идет? – В темных глазах снова вспыхнул огонек. – Значит решено. – Спасибо большое, Харука! – Пустяки. – Смущенно улыбаюсь и чувствую, как горят уши.       Мичиру нежно проводит по моей щеке: – Тебе пора спать. Идем, я помогу.       Наблюдаю за тем, как Мичиру разбирает постель. Вот она склонилась, расправляя подушки. При этом полы ее домашнего халатика соблазнительно распахнулись, подставляя моему взору ее красивые ноги.       Чувствую, как участилось дыхание, а пульс бьет по ушам. Делаю глубокий вдох, стараясь успокоиться, но из этого ничего не получается.       Приближаюсь к Мичиру и осторожно касаюсь ее руки. Она вопросительно смотрит на меня: – Хару? – Я люблю тебя, милая. – Голос предательски хрипит от желания, переполняющего меня.       Девушка прижимается к моей груди, и я чувствую, как дрожит ее тело: – Ты… ты ранен. – Плевать! Я в порядке. – Расстегиваю пуговицы ее халатика, и его шелковая ткань, едва слышно шелестя, падает к моим ногам. Мичиру предстает предо мной в кружевном нижнем белье. Дыхание перехватывает, ведь я впервые вижу ее в таком виде. Боже! Как она красива!       Непроизвольно сглотнув, расстегиваю крючки бюстгальтера, освобождая грудь скрипачки. Замечаю набухшие соски и осторожно прикусываю один, одновременно лаская другой пальцами. Дыхание Мичиру учащается, ее пальцы пытаются расстегнуть мою рубашку, но все тщетно.       Она легонько отстраняет меня и опускается на кровать: – Иди ко мне.       Быстрым движением снимаю с нее последний кусочек ткани, скрывающий прекрасное тело от моего взгляда. Опершись на правую руку, нависаю над девушкой, целуя ее губы, лицо, шею. Левой рукой нежно поглаживаю грудь моей любимой. Мичиру едва слышно стонет, лаская мою спину. Ее ногти впиваются в кожу, когда начинаю ласкать губами ее соски. Наше дыхание становится рваным и горячим.       Возвращаюсь к ее губам, бархатной коже тела, потом снова прокладываю дорожку поцелуев от шеи до живота и, замерев на пару секунд, продолжаю путешествие дальше. – Хару, я хочу тебя. – То ли стон, то ли шепот.       Накрываю ее губы быстрым поцелуем, снова исследую губами тело, в то время как пальцы осторожно гладят бедра, постепенно приближаясь к сокровенному месту.       Мичиру выгибается от прикосновений к своему телу, заводя меня еще больше. Легонько раздвигаю ее ноги, кончиками пальцев лаская внутренние части бедер. Мичиру касается моей головы, слегка надавливая вниз. Улыбнувшись, целую низ ее живота и медленно вхожу в нее языком.       Девушка приподнимает бедра, руками прижимая мою голову ближе к своему телу. Ласкаю ее языком медленно, постепенно убыстряя темп. Мичиру гладит мой затылок, при этом удерживая меня между своими бедрами.       Дотягиваюсь до ее груди, слегка сжимая сосок одной рукой, в то время как другой ласкаю ее милый животик. Мичиру со стоном откидывается назад, когда я начинаю слегка посасывать клитор.       Чувствую, что она уже готова кончить, и ускоряю движения языком, подводя ее к краю. Еще мгновение и Мичиру, дернувшись от захлестнувшего ее оргазма, замирает, закрыв глаза.       Она похожа на ангела. Такая нежная, такая красивая, такая умиротворенная.       Кажется, что девушка спит, но стоило мне встать, как она коснулась меня рукой: – Ты куда? – Я сейчас. – Скрываюсь за дверью ванной и подставляю голову под струю холодной воды. Надо успокоиться. Успокоиться. Подняв голову, вижу в зеркале отражение Мичиру. Оборачиваюсь. – Зачем встала?       Она подходит ближе, забирает из моих рук полотенце и нежными движениями вытирает голову, затем прижимается обнаженным телом, обжигая сквозь ткань рубашки: – Я люблю тебя, Хару. – Ее голос едва слышен, но он достигает до самого сердца. Не обращая внимания на раны, подхватываю девушку на руки и несу к кровати. – Ты что делаешь?       Аккуратно укладываю ее на шелк простыней и ложусь рядом: – Я никогда не отпущу тебя, милая.       Она тихонько смеется: – Сам напросился, мой Ветер. – Кладу голову ей на плечо, закрывая глаза. Ее губы касаются мочки моего уха, и сквозь дремоту доносится нежный шепот. – Сладких снов, малыш.