Три желания для мистера Совершенство.

Ни один даже самый назойливый лучик солнца не смог пробраться в комнату нашего героя, чтобы насолить ему с самого утра. Шторы на окнах были завешаны настолько плотно, что солнце просто оставило все попытки попроказничать и позволило Гене отдохнуть и выспаться. Когда парень, наконец, проснулся, он одним движением сел на кровати и осмотрелся. Не обнаружив в комнате никого, кроме себя любимого, он с облегчением выдохнул и снова откинулся на мягкую подушку, которую приобрел пару дней назад по хорошей скидке. — Приснится же такое, — и правда, Гена впервые видел столь реалистичные сны, впервые помнил каждую деталь его персонажей. — Тебе надо больше отдыхать, — успокаивал он сам себя, сладко потянувшись и укутавшись в одеяло по самый подбородок, — демон Слава. Докатился ты, приятель. Что завтра? Обнаружу в ванне русалку? — в голос засмеялся хозяин квартиры, в которой, по его мнению, он находился в абсолютном одиночестве. — Ты больной что ли? — из-за дверного косяка выглянула до боли знакомая удивлённая физиономия, — ты с кем тут разговариваешь? — непрошеный гость уже стоял в комнате напротив кровати и держал в руках бутылку с остатками чего-то едко-синего на самом донышке. Гена жалобно проскулил. Это звук, сопровождающий кончину последней надежды. Он накрыл лицо одеялом и пробубнил что-то невнятное. — Редкая дрянь, — поморщился Слава, без спросу плюхнувшись на кровать рядом с Геной, едва тот успел убрать из-под приближающейся задницы свою руку, — что это? — Жидкие химикаты, — хмыкнул тот, нервно откинув одеяло и отпихивая парня от себя, — Никиту бабушка на дачу попросила купить. — Когда взгляд Гены, наконец, обратился на жидкость, точнее на то, что от неё осталось. Он резко вырвал практически пустую бутылку из рук Славы и принялся размахивать ей у самого его лица, — они же ядовитые, ты что, прочитать не мог на этикетке что ли? — Сначала добродушный хозяин квартиры взволновано приложил руку ко лбу парня, затем к щекам. — Нужно позвонить в скорую, — Гена то ли дело уже навострил лыжи к телефону, в надежде, что этого сумасшедшего попросту увезут куда-нибудь в неизвестном направлении, как Слава одним своим двухметровым шагом пересек расстояние от кровати до двери и преградил ему дорогу, встав прямо в дверном проеме. О том, что Слава совершенно не переживает о состоянии своего здоровья, Гена понял по искривившейся в усмешке улыбке. Только сейчас он заметил, что на парня надеты солнцезащитные очки: — Если ты думаешь, что в них смотришься круче, то это не так, — парировал тот, сделав еще пару безуспешных попыток обойти преграду. — Глаза болят, — спокойно объяснил новоиспеченный демон, не давая Гене обойти себя. Если бы вы не знали всей ситуации, вы бы наверняка решили, что наши герои репетируют вальс или ещё какую чепуху. — Для меня слишком тяжело постоянно находиться в светлом помещении. Поэтому мне нравится тут, — он кивнул в сторону спальной комнаты, где окна были плотно занавешены шторами темно-бордового оттенка. Со стороны это звучало как предложение переехать спать в зал, что Гена намеренно проигнорировал, решив что этот сумасшедший завладеет его комнатой только после того, как переступит через его труп. — Да будет тебе известно, что я практически бессмертен! — гордо похвалился тот. — Гену же заинтересовало слово «практически». Значит, есть все же способ избавиться от этого засранца. — Меня нельзя убить жалкими детскими игрушками, ведь я… — монолог о себе любимом прервало громкое назойливое урчание в животе молодого человека. Надо же, от голода не застрахованы даже посланники ада. Гена лишь самодовольно улыбнулся. — Так и будем танцевать вальс до вечера? — намекая Славе, чтобы тот уступил дорогу. Юноша послушно сделал шаг в сторону. Если бы автор имел хоть малейшую возможность не дать Гене попасть на кухню, он бы обязательно ей воспользовался. Но, к сожалению, автор волен лишь повествовать, и наш гостеприимный хозяин все же оказался на кухне. Если теперь её можно было так назвать. Гена даже произнести ничего толком не мог, осматривая руины былой роскоши. Если бы хозяин квартиры не находился бы всю ночь в своей обители, он бы решил, что здесь прошла самая грандиозная вечеринка, на которую его, почему-то, не пригласили. — Я искал, что бы пожевать, — практически шепотом произнес Слава, прижимаясь к стенке, если в случае неконтролируемого гнева Фарафонов схватит что-нибудь тяжелое, он бы смог улизнуть. — И ничего не найдя, пожевал мою кухню, — на автомате произнес Гена, не отрывая взгляда от сахарницы в вытяжке, — у меня один вопрос. Как? — Я ничего не разбил, — радостно сообщил Слава, улыбнувшись. Гена лишь смерил его скептическим взглядом, покосившись на разбитую вазу, которую ему подарили на прошлый день рождения. Она была ручной работы, чёртов гад. — Ну, сегодня. Эта ваза упала вчера. Я слега промазал, — Гена прикусил губу, раздумывая, куда именно попадают за убийство демона. — Довольно разводить антимонии. Собирайся. — замогильным голосом протянул Гена, нервно поправив футболку. — Мы идем в магазин. Если бы Гена встретился взглядом со Славой, он бы заметил что последний совершенно не испытывает чувства вины по отношению к Гене в силу своего безалаберного поведения, а скорее наоборот. Он доволен результатами. Конечно, он рассчитывал, что увидев хаос, который Слава так старательно устраивал всё утро, Гена в ту же секунду распрощается с ним, выполнив условия в три желания. У Гены адово терпение, но и оно не вечно. Облокотившись плечом на стену, Слава с любопытством наблюдал, как разгневанный увиденным бедламом в квартире, Гена раздраженно отбрасывает футболку, одну за другой, пока полка в шкафу не оказывается пуста: — Ну же, Гена, — мелодично пропел Слава, но собеседник даже не повернулся, продолжая заниматься своими делами, — у всех есть желания, может, заветная мечта. Тот, кому слова были адресованы что-то буркнул про себя, но отвечать не стал, — давай, что ты хочешь? Хочешь счёт в банке? А может последнюю модель крутого спортивного автомобиля? Легко, Гена. Хочешь известную модель в жёны? А квартиру в центре Лос-Анджелеса? Смотри сколько предложений. Неужели соблазн не пересилит твои страхи? — лукаво улыбнулся Слава, наконец стянув свои очки. Здесь, в тёмной комнате, в них не было надобности, и Гена встретился взглядом с парнем, в чьих глазах запрыгали огоньки интереса и азарта. Повисла тишина. Гена задумался. Слава затаил дыхание в ожидании. Ещё чуть-чуть и Гена скажет да. — На белую, — пропустив мимо ушей все выше сказанное, Гена любезно протянул Славе футболку самого большого размера, который только был в его шкафу. Мило улыбнувшись он сообщил, что сейчас найдёт ещё и брюки. Для такой тактики Слава был слишком самоуверенным и наглым, так что не так уж и просто вывести его из себя. Просто пожав плечами, Слава взял вещи и удалился в зал. *** — Я, кстати, даже не спросил, чем вы питаетесь там? — настороженно заговорил Гена и Слава, волочащийся рядом, лениво перевел на него взгляд, — надеюсь, не человечиной? — Мы себя тоже не на помойке нашли, знаешь ли, — фыркнул тот, поправив очки, — мой напарник, например, вегетарианец. — Можно взять пиццу, — предложил Гена, резко свернув влево, что Слава, не успев среагировать, едва не снёс его с ног, — нам сюда. И ты отдавил мне ногу. — Если бы дешёвые понты издавали свет, Москва была бы самой яркой точкой планеты, — задумчиво заключил Слава, рассматривая огромное многоэтажное здание, которое занимало чуть ли не целый квартал. Чтобы пересечь одну только парковку, им понадобилось минут пятнадцать, не меньше. Слава дважды обо что-то споткнулся, потому что всё время таращился на здание торгового центра и совсем не смотрел себе под ноги. — Ты видел, двери сами мне открылись, — радовался Слава. — Даа, когда я последний раз тут был, город выглядел иначе. — Насколько иначе? — Гену забавляла сложившаяся ситуация. Он словно ребёнка впервые взял на прогулку, а тот и радуется всякой мелочи без разбора. — Ну, как тебе сказать… Последний раз, когда я тут был, я едва не вляпался в лошадиное…. — Я понял, можешь не продолжать. Нам сюда. — А хочешь, я сделаю это здание твоим? — На кой-чёрт оно мне сдалось? — Усмехнулся Фарафонов, взяв тележку для продуктов и скинув туда рюкзак. — Библиотека продуктов, — с заносчивым лицом знатока, заключил Слава, — я в восторге. А что это? — Славу немного понесло, когда они попали в первый ряд, где были расставлены банки и бутылки, наполненные разноцветными жидкостями, которые так привлекали его внимание, — химикаты? — Да, только нам их толкают как питьевые напитки, — хмыкнул тот, — ты не пил колу? — Из всех ярких и цветастых скляночек, Гена достал бутылку с коричневой жижей и протянул её Славе. Демон явно не оценил поступка, осмотрев внешний вид бутылки и поморщившись. — Что-то цвет у неё не располагает. Это точно можно пить? — Слава аккуратно взял бутылку в руки, словно боялся обжечься. Гена кивнул, и Слава покорно закинул бутылку в тележку, где пока ещё ничего не лежало. — Отлично, моя первая покупка. — Гена было хотел возмутиться, что эта покупка принадлежит тому, кто за неё платит, то бишь ему, но не успел, потому что это исчадье ада растворилось в отделе со сладостями. И пока Фарафонов разборчиво выбирал каждый из оказавшихся в его тележке продуктов, Слава просто стаскивал в тележку, как в гнездо, всё что видит. Ёршики, соевое мясо, крем для депиляции. Закатив глаза, Гена шёл по следам, выкладывая всё обратно на полки. В списке запрещённых для демона мест — магазин занимает первое. — Слава, — Фарафонов с горем пополам вырвал из рук уже откушенный пончик, — нельзя тут ничего есть, пока не купишь. — Обиженный и оскорбленный, Слава оставил откушенный пончик с бананом на месте, сгрёб с полки десяток не распакованных и зашагал дальше. — Почему я не могу попробовать то, что я всё равно куплю? — зудел над ухом парень, пока Гена вчитывался в срок годности молока, — Гена, а, Гена. — Мм, — без интереса отозвался тот, перебирая молочные продукты. — Можно взять творожный сырок? — Да. — А два? — Да. — А три? — Да хоть сорок три, отвали, дай вспомнить, что я ещё не купил, — Фарафонов целенаправленно зашагал к крупам, а Слава с энтузиазмом опустошал отдел сырков. — А хочешь, — Гена от неожиданности чуть не выронил пакет с гречкой, — загадай гречневое поле? Давай засеем гречкой Москву, только скажи, и я исполню. — Я пошел. — Куда? — Туда, где тебя нет, — фыркнул Гена, представляя, что бы было, если бы не его стойкость и сила воли. — Гена, я тебя умоляю, загадай машину, — взвыл Слава, когда они, расплатившись на кассе, затолкали все покупки обратно в тележку и уже направлялись к выходу, — я не хочу тащить всё это домой, да еще и на своих двоих. — Ты же утверждаешь, что ты демон. Давай, сотвори свою абру-кодабру, сейчас самое время, если ты не заметил, — Гена указал рукой на гору сделанных Славой покупок, — вперёд. — Пока ты не загадаешь свои дурацкие три желания, я не могу ничего сделать, — выпалил парень и мигом поджал губу. По лицу его стало понятно, что он явно взболтнул лишнего. Повисшую атмосфера молчания разбавила забавная мелодия, извещая Фарафонова о входящем вызове: — Да, алло, — Гена достал из кармана джинсов мобильный телефон, время от времени посматривая на Славу, сделал пару шагов в сторону, пока тот разглядывал конфетки, рассыпанные по разным прозрачным ящичкам. Славин взгляд привлекли красочные мармеладки и шоколадные шарики. Заметив заинтересованный взгляд потенциального клиента, девушка лет двадцати, стоящая за прилавком о чем-то мило поинтересовалась у Славы, а тот, в свою очередь, широко улыбнулся и пальцем указал на маленькие конфетки. Гена, говоря по телефону, время от времени наблюдал, как у молодых людей завязывается разговор: — На милую морду этого демона ещё кто-то покупается, — пробубнил тот и в трубке его явно не правильно поняли, — да, представляешь, — подобно самой ярой городской сплетнице, Гена уткнул свободную руку в бок и уже обратился к собеседнику на другом конце провода, — брат троюродный приехал вчера, ага, как снег на голову. Увидишь, как приедешь. А, ты уже. Мы выходим. — С вас триста рублей, — не успел Гена и рта открыть, как девушка за прилавком протянула ему чек, указывая пальцем на Славу с кульком в руке. — Спасибо, — поблагодарила она, когда Гена выдохнул, безнадёжно взглянул сначала на кулек, потом на свои деньги и протянул ровно триста рублей девушке. — Идём, — нас ждёт такси, — одной рукой толкая тележку, другой придерживая Славу, чтобы тот по дороге, не дай бог, снова чего не купил, например ролекс за пол миллиона долларов, они, наконец, покинули злополучный торговый дом. Возле машины, чуть левее от главного входа, стоял высокий парень лет двадцати пяти, не больше, и заинтересованно тыкал в телефон. Если бы ребята прошли мимо него тихо и сели в машину, то он, вероятно, даже ничего и не заметил бы. Но, узнав в стоящем парне лучшего друга, Гена громко завопил, прибавив в шаге: — Огромное спасибо, что смог помочь нам довезти все это, — Гена указал на гору пакетов, из-за которых практически не видно виновника всей этой свистопляски, — а вот и Слава. Тот, чьё имя было названо, обошёл тележку и подошёл чуть ближе, приспустив очки, и окинул Никиту далеко не дружелюбным взглядом. Когда последний протянул Славе руку, тот еще пару минут смотрел в глаза Никиты, не отрывая взгляда, затем опустил взгляд на протянутую ладонь, призадумался, но руку всё же пожал. Это был не тот Слава, с которым Гена только что воевал в магазине за банановый пончик. Тот словно натянул защитную броню, а лицо его не выражало ничего. Слава не произнёс ни слова, только кивнул и снова облачился в свои тёмные очки. Было не ясно, куда именно сейчас смотрит Слава и о чём он думает. — Я смогу не только помочь довезти, ещё и доесть смогу помочь, — рассмеялся Никита, — помогая закидывать пакеты в багажник, словно не заметил всего того, что только что произошло. Когда последний пакет был укомплектован, парни сели в машину и Фарафонов сообщил водителю точный адрес: — Так откуда ты к нам пожаловал? — Обратился к Славе Никита, сидя на переднем сидении, и рассматривая парня в зеркало заднего вида. — Прямиком из ада, — с полной серьёзностью заявил тот. Гену аж передёрнуло. — То есть из Хабаровска, — тут же исправил положение парень, — он не очень любит место, в котором родился. — Заметно, — рассмеялся Никита, на что Слава тоже ответил улыбкой. Кажется, поняв, что Никита совсем не представляет опасности, он окончательно расслабился, — по случаю знакомства я захватил с собой пару бутылок рома. Я надеюсь, у вас будет что перекусить? — Я тоже надеюсь, — возмутился Фарафонов, вспомнив, сколько всякой херни набрал его спутник, — зато у меня дома новый ёршик. — Это надо обмыть, — улыбнулся Слава, лукаво покосившись на Гену, — может чего ещё пожелаешь, нового. — Не дождёшься. А Никита, довольный жизнью, сидел на переднем сидении, предвкушая очень весёлый вечер и ни о чем не подозревая.