Mr. & Mr. Jeon

Утро наступает неожиданно, гасит в себе почти все эмоции, оставляя холодный рассудок и трезвые мысли. Если бы Чонгука сейчас спросили, какую конкретно цель он преследует, вряд ли бы он ответил, потому что с одной стороны он всем сердцем желает сделать Ким Тэхёну невыносимо больно, желает слышать тихий хруст чужих запястий в своих ладонях, плачь и мольбу простить, с другой – ноющая необходимость вернуть себе любимого омегу, прижать к себе и за всё простить. Чон не знает, что он хочет больше, а потому просто действует, просто поправляет свой пистолет, что припрятан за пазухой, в последний раз одёргивает ткань белой рубашки, убеждаясь, что защита не заметна и входит в здание. Наверное, это донельзя глупо, Гук и не возьмётся отрицать, но, да, он не пытается прятаться, он идёт напролом. Не составляет большого труда миновать контрольно-пропускной пункт, очаровательно улыбнувшись девушке, а после забежать в пустой лифт, нажать необходимую кнопку. Остаётся только ждать. Всего двадцать восемь секунд – альфа вёл счёт. Лифт тормозит между этажами. - Разве я не говорил тебе не беспокоить меня на работе? – Голос Тэхёна совсем не дрожит, он спокойный и ровный. И Чонгук улыбается, потому что знает, что обычно это означает то, что омега в шаге от того, чтобы потерять контроль над своими эмоциями. - Ты забыл позавтракать со мной, лисёнок, - Гук пожимает плечами и смотрит в маленькую камеру, что висит в углу кабины. - Всегда ненавидел это тупое прозвище. - Лжёшь. Секунды молчания растягиваются в мимолётные мысли о том, что всё могло быть иначе, если бы они были честны друг с другом с самого начала. - Убирайся из города, Чон Чонгук, пока я не подорвал этот лифт ко всем чертям, - Тэ почти приказывает, но младший лишь отрицательно вертит головой и смотрит нагло, будто вызов бросает, мол, давай, подрывай, если тебе плевать. Чонгук очень боится, что Тэхёну плевать, но когда проходит минута, а за ней вторая и лифт продолжает своё движение, достигая нужного этажа и распахивая свои двери, альфа понимает, что не всё ещё потеряно. Лифт целый, его не скрутили на полу, как только он сделал шаг, но офис абсолютно пустой, лишь холодный ветер гуляет по помещению. Похоже, они перенесли свою базу. Ты опоздал, Чон Чонгук.

***

И снова Чонгук играет роль таинственного грабителя из какой-то чёрной комедии, вот только в этот раз он не пытается вглядываться в тёмные окна чужого, маленького домика, он сразу вскрывает замок. Замок, к удивлению, поддаётся почти мгновенно, и парень проскальзывает внутрь помещения. Дом, в который он забрался, совсем маленький, Чон даже сказал бы – уютный, прихожая плавно перетекает в коридор, в конце которого винтовая лестница на второй этаж. Альфа по памяти делает пару шагов и застывает, потому что с лестницы спускается хозяин дома, тот, кажется, только что поднялся с кровати. Не то, чтобы Чонгук совсем уж недолюбливал Чимина, в конце концов, тот был лучшим другом его мужа, но они не ладили и это факт. Чону было трудно смириться с некоторой взбалмошностью рыжеволосого омеги, никогда нельзя было быть уверенным, что тот выкинет или скажет в следующую минуту, но Тэ к нему прислушивался и это не могло не пугать порой. Когда тайная жизнь супруга раскрылась, сразу стало ясно, что и этот ненормальный Чимин к этому причастен, во всяком случае, эта работа оправдывала странный характер. На Паке одна лишь безразмерная футболка, которая едва прикрывает нижнее бельё, он сонный и весь растрёпанный, однако совсем не пугается, когда видит в своём коридоре чужого человека. Омега потягивается, зевает и прислоняется плечом к стене, складывая руки на груди, и Чонгук понимает, что его неожиданный визит вовсе не является таковым. - Мне нужно поговорить с Тэхёном, - говорит альфа, попутно проигрывая в голове все варианты возможной драки с конкурирующим наёмником. Коридор узкий, всего две двери, одну из которых младший уже миновал, на стене висят огромные часы и больше ничего нет, слишком маленькое и неудобное пространство для драк. - Тогда ты явно ошибся домом, - расслабленно говорит Чим. Коридор освещается одним уличным фонарём, свет от которого падает через единственное окно в прихожей, и Чон может лишь догадываться о том, что омега улыбается привычно насмешливо. Чонгуку никогда не нравился Чимин, а сейчас тот и вовсе выводил из себя своей расслабленностью и безразличием к тому, что перед ним, так на минутку, киллер из конкурирующей компании, который может… - Вы ведь работаете вместе, да? Я могу убить тебя прямо сейчас. – Гук усмехается и не может не наслаждаться чувством лёгкого превосходства, ведь он сильнее и в данной ситуации лучше подготовлен, и они оба это знают. - Можешь, - соглашается Пак, кивая, а после его губ вновь касается насмешливая, беззаботная улыбка, - но я этого делать не советую. - Почему? За спиной слышится знакомый, едва различимый щелчок и плохое предчувствие расползается холодом по всей голове. - Потому что я размажу твои мозги по стене быстрее, чем ты успеешь достать своё оружие, - знакомый голос с нотками хрипотцы отлично вписывается в тёмное пространство и напряжённость момента. - Мин Юнги. – Спокойно выдыхает Чонгук, медленно поднимая руки так, чтобы их было видно. - Следовало догадаться. – Сам себя ругает младший, но это не значит, что он принимает своё поражение, нет, однако, отрицать тот факт, что он сейчас не в выигрышной ситуации, глупо. Двое против одного. Исход известен, как ни крути. - Тэхёна здесь нет, так что проваливай, Чон Чонгук, - старший альфа шутить не намерен, и младшему ничего не остаётся, кроме как медленно развернуться, меняясь с Мином местами, сделать пару шагов и ухватиться за ручку двери. – Когда люди запутываются, они возвращаются к началу, - говорит брюнет, прежде чем буквально вытолкнуть Чона из дома и закрыть за ним дверь. Юнги вздыхает, а в следующее мгновение едва не теряет равновесие, когда на его спину запрыгивает совсем не лёгкая тушка рыжеволосого омеги, тот обвивает руками за шею и смеётся весело, что-то тараторя про то, что его малыш настоящий мужчина, от которого колени подгибаются. Мин мысленно проклинает Чонгука, потому что он Чимина полчаса успокаивал и спать укладывал, а теперь всё заново.

***

Когда люди запутываются, они возвращаются к началу. Высокие потолки, утончённые, резные колонны с золотистой лепниной и отражающими вставками, мягкий свет, что исходил от огромных хрустальных люстр, приятно обволакивал большое пространство, заполненное множеством столиков из красного дерева. На белых скатертях стояли только изысканные блюда и высокие фужеры с красным вином или шампанским. Тэхёну нравился этот ресторан, здесь всегда играет прекрасная музыка, здесь чувствуешь себя принадлежащим тому миру, что обычно крутили в выходные по маленьким телевизорам в их приюте. В этом ресторане, что располагался на углу одной из центральных улиц Сеула, четыре года назад, Чон Чонгук встал на одно колено и под мелодии Шопена попросил Тэхёна разделить с ним всю его жизнь. В этом ресторане, что пестрил на улице яркой, неоновой вывеской с каким-то мудреным названием на французском, Тэхён сказал да. Да свадьбе, да их совместной жизни, да всему, что связано с младшим. Всему. Так почему они теперь враги? Почему Киму дали двадцать четыре часа, чтобы устранить Чон Чонгука, словно тот бесполезная букашка на лобовом стекле? К слову, из двадцати четырёх часов осталось около пяти. Омега близок к провалу своего задания как никогда, но он не торопится это исправлять, он сидит в этом ресторане, пьёт своё любимое шампанское и ждёт, когда Гук сам найдёт его и даст повод убить себя, потому что иначе Тэ не может. - Сегодня такой дивный вечер, а вы одни и грустите, - к столику подходит молодой мужчина. На нём дорогой костюм, вкусный парфюм, аккуратно уложенные волосы и довольно притягательная улыбка, но в нём нет и капли чего-то особенного. – Могу я присесть? Тэхён дежурно улыбается, ему приятно внимание, но он намерен отказать, однако не успевает, так как за спиной едва слышные шаги, тонкий шлейф знакомого запаха и такой родной, завораживающий голос. - Надо же, мы ещё не успели развестись, а ты уже нашёл себе новую жертву, - с усмешкой говорит Чонгук, кладя ладони на плечи омеги, из-за чего тот спешно дёргается. Любое прикосновение может заставить передумать. Незнакомец спешно извиняется и уходит, оставляя супругов. Чон обходит столик и садится напротив. Кажется, будто воздух вокруг электризуется и с каждым вдохом становится всё труднее сохранять спокойствие. Тэ очень хочется схватить своё оружие и стереть эту нагловатую ухмылочку с лица мужа. - Я не собираюсь разводиться с тобой, - Ким кладёт руки на стол, опирается на них и наклоняется ближе, растягивает губы в лисьей улыбке, - я убью тебя, и получу компенсацию, как вдовец. – Тэхёну противно от собственных слов, но иначе никак, ему необходимо дать понять альфе, что тот для него ничего не значит, хотя это откровенная ложь. Омега не желает ломаться, он вспоминает об обиде и злости, о всей той лжи, что разлилась между ними огромным потоком, уводя по разные стороны. Чонгук усмехается, не веря ни единому больному слову. Его лисёнок всё ещё упрямится, отталкивает, забыл, наверное, о том, что Чон тоже упрям и такие детские угрозы не способны его напугать. - Потанцуй со мной. Тэхён думает, что это провокация, но отказать значит признать своё поражение и оголить свои чувства, а ему необходимо сохранять невозмутимость, поэтому он едва заметно глубоко вдыхает и соглашается, вставая и вкладывая свою ладонь в руку альфы. Чонгук молча ликует, дёргая старшего на себя, он кладёт свободную руку тому на талию, втягивая носом любимый запах, который чувствует даже сквозь духи. Тэ вздыхает. Чонгук никогда не танцевал с ним раннее, и, честно, ему представлялось, что его милый, местами застенчивый альфа, в танце выглядел бы, как маленький медвежонок, но нет. В Чоне чувствуется стальная уверенность и твёрдость, и это притягивает, Ким вдруг вспоминает, каково это – тонуть в своём партнёре, желать его не только душой, но и телом. Он вспоминает те безумные, сводящие с ума чувства, которые накрывали с головой, когда они только познакомились, и резко дёргается назад, вырываясь из чужих рук. - Тэхён, - голос младшего звучит почти взволнованно, он делает шаг за своим мужем, но тот лишь отмахивается и убегает. Гуку показалось, что на мгновение в чужих глазах, цвета карамели, проскользнул любимый лисёнок, но уже через пару секунд он в этом сомневается, потому что в его пиджаке что-то тикает. Он едва успел скинуть пиджак на пол. Дымовая шашка. Отвлекающий манёвр. Чонгук выбегает из ресторана, успевая увидеть ускользающего омегу в толпе. Тэхён снова оттолкнул его, а ведь альфе почти удалось вытащить наружу своего лисёнка. Гук окончательно запутывается, а ещё эта шашка его чертовски разозлила, поэтому он совсем не думает, когда выталкивает какого-то беднягу из машины и угоняет чужой автомобиль. Альфа намеривается набрать заученный наизусть номер и сказать всё, что думает, но его опережают. - Я собираюсь поехать домой и сжечь все твои подарки, - спокойно сообщает Ким. - Не посмеешь, - шипит Чон, - раз я их покупал, то мне и сжигать. - Тогда тебе лучше опередить меня, Кролик, - хмыкает омега и отключается. Чон с силой бьёт руль, усмехается над самим собой и ослабляет свой галстук. Они оба направляются домой, вернее в то место, которое называли своим домом, в то место, в котором были самые счастливые моменты, в то место, в котором они сегодня раз и навсегда поставят точку в своих отношениях.