Сын киллера

За год произошло многое. Себастьян все-таки провстречался какое-то время с мамой Алоиса, но потом разбежались. А дети и знать не знали, что будет. Они, конечно, сильнее сдружились со всем этим, и расставание родителей на их дружбу не повлияло. С двенадцатилетием стал проявляться интерес к противоположному полу. Вот что действительно стоило внимания. И не просто к девочкам. Сиэль и Рональд стали испытывать симпатию к своим подругам. Рональд к Мейлин, а Сиэль к Зигги. И только Алоис вышел исключением. Его девочки не привлекали. Не испытывал он к ним интерес. Сиэль не знал, как подступиться к девочкам, из-за чего решил спросить совета у родителя. Тот настоящий ловелас. Уж сколько женщин он соблазнил, не сосчитать. Поговорить мальчик решил за ужином. — Пап, а что делать, когда нравится девочка? Вилка с накрученным на нее спагетти не дошла до рта. С приподнятой в удивлении бровью, Себастьян посмотрел на сына. — Ты уже девочками интересуешься? — Ну, — Сиэль смущенно почесал щеку, — наверное. — Время так быстро бежит, — невольно усмехнулся Себастьян. Поднесенную небольшую порцию он прожевал и отложил столовый прибор. — Кто же тебе нравится? — Зиглинде, — тихо признался Сиэль, при этом жутко краснея. Хорошая росла девочка. Черноволосая красавица. Одни глаза чего стоили. И удивительно то, как такие крохи, используя косметику, могут выглядеть на шестнадцать-семнадцать лет. — И ты хочешь начать с ней иную дружбу? — с хитрой улыбкой спросил родитель, отпивая немного чая. — Я не знаю, нравлюсь ли я ей… но хотел попробовать. Можно? — Не меня спрашивай. Но если хочешь все понять, просто поговори с ней. — А как с ней заговорить на этот счет? — Для начала убедись, что вас никто не будет отвлекать или подслушивать. Скажи, что есть важный разговор и отведи в уединённое место. Там-то и скажи, что она тебе нравится. А после можешь предложить встречаться.  — А если ее пригласить в гости? — Так будет даже проще, — согласно кивнул старший Михаэлис. — И помни, нельзя на нее давить. Если сразу не ответит, значит, требуется время. — Хорошо, — слабо улыбнулся Сиэль. — Спасибо за совет.

***

На следующий день, после занятий, Сиэль ожидал на территории школы, недалеко от ворот, когда Зигги освободится. По четвергам у параллельного класса на одно занятие больше. И вот, когда вышла знакомая фигура, он помахал ей рукой. Зигги заметила стоявшего мальчика и в ответ, с улыбкой, помахала рукой, немного ускоряя шаг. А как дошла, поправила лямку рюкзака и улыбнулась другу. — Ты что же, меня ждал? — Пошли ко мне есть пирожные? — перекрыл своим вопросом, немного смущенно улыбаясь. — С радостью! Сиэль предложил подруге понести ее рюкзак, чтобы иметь возможность поухаживать. С легким подозрением поглядев на друга, и что-то в голове для себя решая, она протянула предложенное и со свободой размяла руки. Днем отца не было дома. Работы у него с каждым годом становится все больше. Порой мог и на целый день пропадать, отключив мобильный. Никто не помешает. — Заходи. Как джентльмен, Сиэль помог снять ветровку и повесил в шкаф. И подобные знаки внимания все больше вызывали подозрения. Зигги с легким прищуром следила за другом, пыталась что-то для себя открыть, внимательно изучая новое поведение, и приходила все больше к выводу: Сиэль ухаживает за ней. Ухаживает, как молодой человек. Сидя за столом и попивая чай, она ощутила на себе слишком пристальный взгляд. — Сиэль, — наконец подала голос, облизывая пальцы в крему от пирожного. — Ты сегодня странно себя ведешь. — Скажи, тебе кто-нибудь нравится? — скромно и немного смущенно спросил Сиэль. Решился-таки. — Да, есть один мальчик, — кивнула Зигги, странно улыбнувшись. В зеленых глазах загорел озорной блеск. — Правда? — Ага. — И кто это если не секрет? — Это ты, — тихо призналась зеленоглазка, не переставая улыбаться. Сиэль покраснел еще гуще, с радостью смотря на подругу. Он не мог поверить, что все так обернулось. — А я тоже тебе нравлюсь, верно? — поинтересовалась, словно добить хотела. — Твои ухаживания не были такими уж незаметными. Ты никогда не таскал мой рюкзак и не помогал снять вещи. — Ты мне нравишься… — Значит, теперь ты мой парень? — слишком уверено и, с одной стороны, наивно «спросила» Зигги, прикасаясь к руке друга. — Если позволишь, — заулыбался Михаэлис. — Не думала, что когда-нибудь наша дружба перейдет на новый уровень, — тихо хихикнула зеленоглазка. И вскоре отпустила руку Сиэля, возвращаясь к недопитому чаю. — Я немного нервничаю и рада. И… для меня все это впервые. — Для меня тоже, — Сиэль смущенно почесал затылок. — И я не совсем знаю, как надо себя вести, поэтому, если что-то не так, скажешь? — Просто будь собой, — так же смущённо улыбнулась Зигги. — Ну и… мне понравились твои знаки внимания. Это очень приятно. — Я готов носить тебе портфель. Хочешь еще пирожное? — Нет, спасибо, я уже съела достаточно. — Хорошо. Давай тогда потом вместе сделаем уроки.

***

Все оказалось проще. Куда проще, чем предполагал Сиэль. И он, со своей подругой, весело провел время. Перед уходом Зигги не стала просить провожать ее до дома. Они поцеловались. В щёчку. На губах мальчишки не переставала сиять улыбка. До тех пор, пока домой не вернулся отец. Грязный, с порванной, местами, одеждой, и длинной царапиной на всю правую щеку. Повезло, что Зигги уже ушла. Сиэль не хотел бы, чтобы она видела его родителя в таком состоянии. — Пап, как ты? — Все хорошо, — натянуто улыбнулся тот, медленно стягивая с себя куртку. И любое, даже самое осторожное движение, вызывало боль в покалеченном теле. — Давай помогу, — с хмурым видом вызвался помочь. — Бросай ты уже эту работу телохранителем. Я не хочу тебя потерять. — И на что мы будет жить? — задал риторический вопрос Себастьян, принимая помощь сына. А тот знал, что ничего другого, что обеспечивало бы им хорошую жизнь, мужчина не мог делать. Сиэль помог отцу добраться до гостиной, чтобы там можно было обработать раны. — Я боюсь потерять тебя и остаться один. — При мне всегда твой оберег, — улыбнулся мужчина, показывая названную вещь. — И я тебе обещал, что не умру. — Знаю, но ранения с каждым разом все хуже и хуже, — Сиэль покачал головой. С таким отцом он уже прекрасно научился оказывать первую помощь. Стоило снять верх одежды и открылась полученная красота. Все тело в синяках и царапинах. — Еще четыре года я не смогу нигде работать, — покачал головой Сиэль. — Тогда бы тебе не пришлось браться за сложные случаи. — Обещаю, на следующий год я возьму перерыв. Денег хватит, чтобы спокойно прожить три года. Пока сын смывал грязь, осторожно прикасаясь к покалеченному телу, Себатьян, стараясь абстрагироваться от боли, коснулся макушки мальчика и с лаской потрепал. — Как прошел разговор с Зигги? — решил сменить тему. — Я тоже ей нравлюсь, — невольно улыбнулся Сиэль. — Она согласилась быть моей девушкой. — Неужели я дожил до этого дня? — шуточно возвел глаза к потолку. — Мой сын обзавелся подружкой. — Папа! — возмутился Сиэль. — Не говори такие смущающие вещи. Тихий смех последовал после брошенного возмущенного комментария. Себастьян еще немного потрепал сыну волосы и отпустил, не мешая обрабатывать раны. К делу вскоре подошла заживляющая мазь. — Я не знаю, как ведут себя пары в моем возрасте. Какие ещё знаки внимания можно уделять, кроме ношения портфеля? — Делать ей комплименты, держитесь за ручки. Если хочешь, можешь поцеловать. — В щёчку считается? — Можно так же руку. Или в губы, — стал прикидывать варианты Себастьян, не веря, что действительно учит сына ухаживанию за барышнями. И оглянуться не успел, как его малыш повзрослел. — В руку? Так же в древности делали. — А дамы до сих пор без ума, — по секрету ответил, подмигнув. — С другой стороны, возможно, тебе еще рано такое проворачивать. — А когда можно? — Сиэль не отвлекался от лечения и продолжал слушать очень внимательно. — К шестнадцати годам попробуй. — Думаешь, мы будем еще к этому времени вместе? — Все зависит от вас, а не от моего мнения, — улыбнулся и тут же нахмурился, когда дело подошло к обработке на шее. Он задрал голову, чтобы сыну было удобнее. — А у тебя какие отношения были самыми долгими? На ум приходила только Ангелина. С этой женщиной, экстравагантной и очень страстной в постели, Себастьян пробыл дольше всего. Но в его сердце не было места любви. Единственным исключением вышел сын. — С мамой Алоиса. — Но вы и месяца вместе не были! У меня папочка не для примера на долгую любовь. — Прости, Пчёлка, — виновато улыбнулся Себастьян. И припомнил давнее ласкательное прозвище сына, которое не упоминал уже очень давно. — Все равно ты лучший папа на свете! Лучший папа на свете не убивал бы людей ради денег. Сегодня, выполняя очередной крупный заказ, он не избежал передряги. В здание, в котором он присутствовал для устранения цели, заложили бомбу. Взрыв унес жизни многих людей, в том числе невинных. И сейчас, по новостям, должны транслировать ужасное происшествие. Себастьян же чудом выбрался оттуда живым. — Готово! Сиэль довольно осмотрел свою работу. Ему в пору на врача идти с такими навыками. Но он понимал, что на это у него душа не лежит. — Теперь отдыхай, а я принесу тебе поесть. — Спасибо, — благодарно кивнул. И пока сын не ушел, притянул к себе и поцеловал в висок за хорошо проделанную работу, и в целом за заботу о старике. — Пап, — смутился ребенок. — Сиди спокойно. Не напрягайся. Мальчик поднялся с дивана и направился на кухню. С взрослением подобные жесты со стороны родителя стали очень смущать. Он ведь, в конце концов, не маленький, чтобы целовать. За готовкой он выбросил лишние мысли из головы. Не мастер, но приготовить омлет с беконом и томатами, и нарезать салат вполне мог. Сгрузил на поднос тарелки с вкусным обедом, чашку с чаем, печеньем, и направился в гостиную. К тому времени отец лежал на диване и смотрел телевизор. — Тебе помочь сесть? — Сиэль поставил поднос на журнальный столик. — Я не настолько беспомощен, — тихо хмыкнул мужчина, делая звук тише. А затем резко принял сидячую позу, прикрыв один глаз. Лучше ощутить резкую боль, чем постепенно нарастающую. — Не подрывайся так! Ты не беспомощный, но тебе тело нельзя травмировать! — Я понял, не ругай меня больше, — как маленький, улыбнулся Себастьян. Они будто местами поменялись. И несмотря на полученные увечения, мужчина очень любил заботу сына. — Получил раны, получай и нагоняй, — вздохнул мальчик, подавая поднос. Аппетит не на шутку разыгрался. Время восьмой час, а перекус Себастьян делал лишь в обед, на скорую руку. После плотного ужина потянуло в сон. Усталость брала своё. Сиэль принес одеяло и мягкую подушку. Папа всегда ночевал в гостиной, когда сильно уставал или приходил в плачевном состоянии. Это стало привычкой. Почти клюя носом, Себастьян немного приподнялся, когда попросил сын, и лег уже на мягкое. Затем его укрыли одеялом. Перед этим он успел снять штаны. — Я оставлю графин с водой, если ты проснёшься ночью. — Да. Спасибо, — тихо пробормотал мужчина, не открывая глаза. — Спокойной ночи, Пчёлка. — Спокойной ночи. Сиэль вышел из комнаты, выключая свет, чтобы тот не мешал спать.