Обратно
17 апреля 2018 г., 10:56
Трап еще не убрали, когда морского цвета дама дернула вас за рукав. Она сказала, что глупость все произошедшее, что суть она поняла:
— Надо было просто спуститься к ней. Зачем искать, она везде, она меня видит! — глаза женщины помолодели, а лицо ее в полутьме приобрело румянец воодушевления, на фоне зеленого света напоминавший кровавые разводы, — Если вы дадите мне скафандр, вам вернется сполна.
И больше вы не говорили. Так прошла пара дней. Курс прямо до Лондона. Если дотянете, если повезет, нужно ее пожизненно в тот отель, где находят покой озверевшие от заманчивых страхов подземноморья. И вам там место. Нечего водить людей на смерть. Лечь время в койку и ждать своего костра.
Корабль скрипит и поддакивает. Он стар, как вы, его родные окна тоже не ждут, тоже потушены лампы, тоже опущены занавески. Пусты детская комната и родная кровать. Пусты сухие доки.
Вы думаете, считаете свою бухгалтерию. Если вернетесь, продадите, будет полтысячи.
Но то будет. Сейчас хоть душу продавай.
Вы приказали потушить фонари, идете тихо, не тратя лишнего, ни в один порт не заходите. Команда в ужасе от ночи и моргающие звезды над покрытыми головами сверлят им темя и спины. Спать нельзя, есть нельзя, работать во тьме страшно.
Раздался шлепок, крик пассажирки, всплеск. Вы резко открыли дверь и тяжело зашагали по палубе.
Женщину трясло. Она, согнувшись, вжалась в стену, как можно сильнее отдалившись от борта. Ее юбка была мокрой, как и рябые доски. Женщина скрывала за паучьими пальцами лицо. Шапка юнги валялась у края борта. В воде никого.
— Монстр! Щупальце! — она разогнулась, подлетела к вам и вцепилась со всей мощью одеревневших костяшек, с глазами забывшего про вид еды кота, — Почему вы не заходите в порты? О днище трется какая-то бестия. Я слышу, она стучится! И это не нежно, это не волна моей Леди! Вас сожрут.
Она выделяет последнее с нажимом. Тогда вы понимаете, что она впервые на объятом ужасом корабле. Говорите, что останавливаться и менять курс корабль не будет, что до Лондона три дня пути. И подчеркиваете, что главное и единственное — держать себя в руках.
— Вас сожрут, если вы меня не отпустите к ней.
Еще раз смотрите на ее руки.
— Я не толкала его за борт, — говорит вам она.
Вы говорите, что не спрашивали этого, и ведете ее в трюм за скафандром.
Корабль тряхнуло так, что вы впечатались плечом в обшивку. Матрос докладывает — туман прямо по курсу. Вы говорите, что принесете жертву Шторму, указывая на надевающую снаряжение женщину. Она молчит. Подчиненный успокаивается, но виду не подает, снимает шапку, его плечи опускаются, пока из-за спины тащится ползучая белая хмарь. Вы командуете зажечь огни, матрос удаляется.
Неприкаянная ныряльщица затягивает пояс.
— На спуск, — говорит она и проходит мимо со шлемом в руках. Вы не можете поймать ее лица, но подошвы ботинок для хождения по дну с таким сокрушительным грохотом вбиваются в ступени, что напоминают извращенный набат. Вам кажется, что его слышно в Лондоне. И, тем более, на дне.
Сидя на спусковой доске, вы договариваетесь о подъеме. Женщина говорит, что вы хороший человек и друг. Она не получает ответа. Пальцы в водонепроницаемых перчатках перехватывают канаты. Неприкаянная ныряльщица в нетерпении смотрит на воду, успокаивая дыхание. Над поверхностью воды начинает казаться, что под костюмом другой человек. Вы решаете, что каждому комфортно в своей среде и отходите в каюткампанию. Через 20 минут женщина либо вернется, либо Шторм проявит благодетельность.
Оба варианта ошибочны. Потому что, выходя на палубу через полчаса, вы видите серебряную утварь, диски и ножи которым место в руках музейных фанатиков. В рельефах вам знакомо очертание безглазого черепа. Драгоценное из-за своих веков старье матросы ожидаемо снимают с опущенной ранее в воду доски. Шланг все еще в воде. Он не натянут. Веревки откреплены. Касаясь воздухопровода, рука не встречает препятствия, и, смотав его, всем видно лишь открученный клапан.
Туман впереди чернеет. Вы надеетесь, что трясущийся матрос не впадет в буйство, что остальные не кинут вас за борт.
Через мгновение, мягкая черная волна нежно бьется о борт. Туман спадает, команда видит огни. Перед вами снова испещренный лавками и голодным народом Вулфстак. На два человека меньше, но люди оборачиваются, ваш корабль снова в порту, что за чудо.
Осталось решить: уйдете ли вы в отель или найдете себе нового пассажира. Очень возможно, адмиралтейство заинтересовано в отчетах о состоянии порта Сердолик.
Возможно, старость еще не так близко. Недостаточно для трезвого разума.
