Победитель. Любой ценой.

На вокзале нас встречает толпа журналистов, в этот раз ни один из нас не заговаривает с ними, не улыбается, не машет камерам. Мы быстрым шагом идем к машине, которая отвезет нас прямиком в Центр подготовки, где трибутов забирает команда подготовки. Я иду в свой номер, усаживаюсь за стол и пытаюсь понять, что делать дальше. Нам не выиграть эти Игры просто так, нам нужна стратегия, хорошая стратегия, в которой один из моих ребят победит. Но у меня нет ни одной идеи, как это сделать. Но есть другая, более важная проблема: я не знаю, кого мне спасать. И нет ни одного человека, с которым я мог бы разделить этот выбор. Меня тянет выпить, но я обещаю себе оставаться трезвым до конца дня. Чтобы не думать о баре в номере, я решаю навестить Китнисс и Пита. Я заглядываю к Китнисс, когда вся команда подготовки причитает о том, что ей предстоит снова скоро отправиться на Арену, Эвердин растерянно смотрит на них, только и делая, что передавая салфетки. «Несправедливо, ужасно, бесчеловечно» наперебой твердят они, пока Китнисс уговаривает их продолжить подготовку. В комнате Пита полнейшая тишина, его команда молча выполняет свою работу. И я даже не знаю, что хуже – причитания в комнате Китнисс или гробовая тишина у Пита. В любом случае, ничего из этого не отменит Игры. Мы все собираемся за большим столом на обеде, где для нас приготовили запеченный фазан в сияющей россыпи похожих на драгоценные камни мармеладок, и миниатюрные копии настоящих овощей в растопленном масле, и картофельное пюре с петрушкой. На сладкое подают дольки фруктов, которые нужно макать в жидкий шоколад. — Между прочим, что ты наденешь на нас на Открытие? Каски с лампами или живое пламя? — интересуется Китнисс, покончив с обедом — Что-нибудь в этом роде, — загадочно отвечает Цинна. Трибутам пора облачаться в костюмы. Когда все расходятся, и я остаюсь один за столом, ко мне подходит Финник. -Хеймитч! – приветствует он, широко улыбнувшись, - Все еще ментор Дистрикта 12. -Финник! Уже трибут Дистрикта 4, - в тон ему отвечаю я, - Вижу, возвращение на Арену не огорчает тебя. -Лучше, чем одна победа, может быть только две победы! Хотел познакомиться с твоими легендарными трибутами, но не успел. Надеюсь, доведется поболтать с ними до Арены. -О, Китнисс обожает новые знакомства, - с сарказмом бросаю я, - Особенно с теми, кто скоро будет пытаться ее убить. -Ну, мы ведь еще не на Арене. Да и в этом году можно понадеяться на то, что старые приятели не воткнут нож в спину, - подмигивает Одейр, - Пойду готовиться, чтобы затмить экраны копитолийцев. Старые приятели. Финник прав, большая часть трибутов этих Игр не первый год знают друг друга и на Арене будут держаться вместе. Не знаю, какая у нас будет стратегия, но мои подопечные должны завести друзей, чтобы повысить свои шансы на выживание. Китнисс, конечно же, будет против, поэтому Питу придется стараться за них обоих. Впервые за долгие годы я иду на Открытие, а не смотрю его по телевизору или валяюсь где-то пьяный. Для менторов отведена отдельная ложа, я прихожу к самому началу, как только ворота открываются, публика взрывается аплодисментами, для них – это лишь очередное шоу. Процессия движется к Большому городскому кругу, каждую пару трибутов показывают крупным планом на огромных экранах, но вид у некоторых просто жалкий, к тому же только единицы машут публике или проявляют хоть какой-то интерес к происходящему. Некоторые дистрикты пытались украсть идею наших стилистов с прошлых Игр. Оснащенные лампочками костюмы трибутов из Третьего дистрикта, выпускающего электротехнику, хотя бы имеют какой-то смысл. Но для чего скотоводы Десятого, нарядившиеся коровами, нацепили пылающие пояса? Неужели чтобы поджариться? И вот появляется повозка Двенадцатого и зрители взрываются восторженными криками. Лица трибутов почти полностью скрыты под слоем трагических бликов и черных теней. Легкое золотистое свечение костюма мягко разгорается, превращаясь в оранжево-алый цвет. Они выглядят как пылающие угли, только что вынутые из печи. Цвета поднимаются и опадают, движутся и перемешиваются, в точности как на угольях. У Китнисс на голове черная полукорона, пылающая точно ее докрасна раскалили, бросает чудные блики на разукрашенное лицо. Сегодня Китнисс действительно огненная девушка. Несмотря на бурную реакцию публики, ни один из моих трибутов даже ухом не поведет. Китнисс напряженно смотрит куда-то вдаль, делая вид, будто нет ни публики, ни трибун, ни всеобщего сумасшествия. Этот тот редкий случай, когда она может открыто показать свое отношение к происходящему. Сноу произносит ежегодную мерзкую речь и ни один зритель не может уйти, пока президент не закончит, но стоит заиграть финальной музыке, я направляюсь на нижний этаж Тренировочного центра, куда возвращаются все колесницы. Когда я вхожу трибуты только прибыли, на пути к своим ребятам я замечаю Рубаку и Сидер. Кроме того, что я хочу поздороваться с давними приятелями, нужно познакомить их с Китнисс и Питом, пора начинать заводить им союзников. -Это было отвратительно, - говорю я, зная отношения бывших менторов к Играм, пожимаю здоровую руку Рубаки и киваю Сидр. -Твои ребят были великолепны, - с неподдельным восторгом говорит Сидр, - ваш стилист чертов гений. -Да, это похоже на Цинну, - подтверждаю я, - Кстати, о моих ребятах, давайте я вас познакомлю,- Одиннадцатые охотно соглашаются и я веду их к нашей колеснице, чтобы представить. Прежде чем кто-то из моих трибутов успевает сказать хоть слово, Сидер ласково обнимает Китнисс, затем Рубака обхватывает ее здоровой ручищей и смачно целует прямо в губы. Эвердин изумленно шарахается в сторону. Я довольно смеюсь, Пит тоже находит это забавным. Пока Пит болтает с Рубакой и Сидер, я оглядываюсь по сторонам: как менторы-победители, так и игроки стоят небольшими группами, переговариваются, ведь они хорошо знакомы друг с другом. В это время являются служители Капитолия и велят нам пройти к лифтам. Пожалуй, их раздражает панибратство среди участников, которым, кажется, наплевать на Голодные игры. Мы разделяемся и едем на свой этаж, в последний момент в мой лифт забегает сияющая Эффи. -Хеймитч, я повсюду тебя искала! Ты так быстро ушел с Церемонии, к нашим ребятам уже выстроилась целая очередь спонсоров! Я составлю для тебя расписание встреч на все ближайшие дни. -Хорошо, Эффи, - без колебаний соглашаюсь я, ведь спонсоры – это то, что нам очень нужно, - Распиши мой день по-максимуму, я готов весь день терпеть мерзких капитолийцев, чтобы получить их денежки. -Для тебя ты слишком позитивен, Хеймитч, - отмечает Эффи, и я понимаю, что действительно в приподнятом настроении, - Сколько ты уже выпил? -Ни грамма за сегодня. Смотри, у нас уже есть спонсоры, осталось завести немного друзей, а дальше мы что-нибудь придумаем, - с этими словами мы выходим из лифта, где встречаем Китнисс и Пита, которые тоже только что приехали. Я спешу поделиться с ними хорошими новостями о спонсорах, когда вижу на входе в столовую до боли знакомое лицо. Проследив за моим взглядом и поморгав от удивления, Эффи жизнерадостно щебечет: — Кажется, в этот раз вам подобрали сочетающийся комплект! Нас встречает рыжеволосая безгласая девушка, которая была здесь в прошлом году, рядом стоит молодой человек, разумеется, тоже безгласый — и тоже рыжеволосый. Это Дарий, который вмешался в порку Гейла. Я готов застонать от того, что с ним сделал Капитолий, превратил в вечного молчаливого раба. Но я не могу сказать ни слова, как и не могу оторвать от него взгляд. Но мне приходится, и тут я вижу, что Китнисс тоже узнала его. Я цепко хватаю ее за запястье, предостерегая от необдуманных поступков, но она, видимо, и не собиралась, потому что лицо ее выражает полную растерянность. Я веду ее по коридору подальше от Дария, и только через несколько минут, придя в себя, Китнисс начинает вырываться, сначала я не позволяю этого сделать, но видя отчаяние на ее лице, отпускаю. Эвердин опрометью бросается в свою комнату, я слышу щелчок замка. Во время ужина, пока мы обсуждаем Открытие, Китнисс не говорит ни слова и молча ковыряется в тарелке, в какой-то момент она роняет на пол тарелку с горошком и лезет под стол, чтобы убрать, в это же время Дарий бросается собирать раскатившиеся горошины. Эффи квохчет: — Китнисс, это же не твоя работа! Они оба выползают из-под стола, Китнисс выглядит совершенно разбитой, возможно, Сноу того и добивался, делая Дария нашим слугой. Когда все отправляются смотреть повтор Открытия, Китнисс втискивается на кушетке между Цинной и мной. Едва заканчивается сюжет, она встает и, поблагодарив Цинну с Порцией за великолепную работу, уходит к себе. Эффи напоминает: за завтраком будем обсуждать стратегию тренировок. Пит общается со стилистами и Эффи, а я размышляю, когда лучше поговорить с ним о союзниках. Лучше сначала обсудить это с ним, чтобы он помог мне убедить Китнисс, но спустя какое-то время Пит говорит, что устал и отправляется спать. Ладно, зайду к нему с утра перед завтраком. На следующий день я просыпаюсь позже, чем планировал, первая мысль – позавтракать чем-нибудь из мини-бара, но я гоню эти мысли, переодеваюсь и иду к Питу, но на мой стук никто не отвечает. Я нахожу его в столовой, Мелларк сидит в одиночестве, без особого интереса жуя омлет. -Где Китнисс? – спрашиваю я, Пит только пожимает плечами, - Ладно, даже к лучшему, что ее нет. Я размышлял о нашей стратегии на этих Играх… -У нас будет стратегия? - ухмыляется Пит, - Лучше подумай о том, как тебе вытащить Китнисс живой. Снова. -Заткнись и слушай, - раздраженно говорю я, - Вам нужно завести союзников, на Китнисс я даже не рассчитываю, но вот ты должен подружиться с победителями прошлых лет. Чем больше людей не будет хотеть убить вас в первую секунду Игр, чем лучше. -Значит, я должен лицемерить перед этими людьми? – выпаливает Пит, - Притворяться, что мы друзья, а потом убить? По-твоему, Китнисс слишком хороший человек, чтобы так себя вести? -Китнисс не умеет специально заводить друзей! -О, ты, наверное, недооцениваешь ее актерский талант! – Мелларк явно раздражен, я рассчитывал на бОльшее понимание с его стороны, - Фальшивые улыбки, фальшивые слова, фальшивое предложение пожениться, теперь ты говоришь, что нам надо завести фальшивых друзей? – тараторит Пит, - Да и каждый из них будет стараться прикончить нас на Арене, пожимая руки здесь! - Черт возьми, Пит! Ты злишься не на того человека! Это не я отправил тебя на Арену. Дважды. Это не я хочу, чтобы ты врал, предавал и убивал. Но, если ты хочешь, чтобы выжил хотя бы один из вас, тебе придется это делать! -Ладно, если это поможет спасти Китнисс… - начинает Пит. -Китнисс, Китнисс, Китнисс – перебиваю его я, - союзники помогут и тебе дольше продержаться на Арене. Где, в конце-концов, подевалась Эвердин? Я иду к ее номеру, рассерженно барабаню в дверь и приказываю сейчас же идти к завтраку. Когда я возвращаюсь, мы с Питом сидим в тишине, я верчу браслет, подаренный Эффи, Пит смотрит в куда-то в даль. — Ты опоздала! — рявкаю я, когда Китнисс наконец-то приходит. — Прошу прощения. Еле встала после целой ночи многоязычных кошмаров. — она старается говорить как можно враждебнее, но голос предательски вздрагивает. Я хмурюсь, нам предстоит сложный разговор, и я сменяю гнев на милость. — Ладно, забудем. Итак, во время сегодняшней тренировки перед вами стоит две задачи. Во-первых, продолжайте разыгрывать безумно влюбленных. — Ясное дело, — бросает Китнисс. — И, во-вторых, заведите друзей. — Нет, — ожидаемо вырывается у Китнисс. — Я никому не верю, большинство из них не выношу, и лучше уж нам остаться вдвоем. — Я тоже так говорил, — начинает Пит, — но… — Но этого недостаточно, — напираю я. — На сей раз вам потребуется куда больше союзников. — Почему? — возмущается Китнисс. — Потому что преимущество — не за вами. Ваши соперники знают друг друга много лет. Думаете, кто станет их первой мишенью? — Мы. И как ни крути, старой дружбы нам не пересилить, — роняет Эвердин. — Для чего и стараться? — Но вы — настоящие бойцы. Любимцы публики. А значит, можете стать желанными союзниками. Если только сами дадите понять, что готовы работать в команде, — поясняю я. — То есть ты предлагаешь связаться с профи? — с отвращением выпаливает подопечная. — А разве мы не стремились к этому с самого начала? Сделаться профи? — парируя я. — Но команду сколачивают еще перед Играми. В прошлый раз Пит чудом пробился туда. Китнисс какое-то время молчит и смотрит на Пита, ища в нем поддержки, но Пит не говорит ни слова, тем самым давая понять, что он на моей стороне. — Другими словами, ты предлагаешь объединиться с Брутом и Финником, я не ослышалась? — Необязательно, — пожимаю плечами я. — Пожалуйста, выбирай сама. Нынче все — победители. Лично я предложил бы Рубаку и Сидер. Финника тоже не стоит сбрасывать со счетов. В общем, найдите кого-нибудь, кто может вам пригодиться. Помните, перед вами уже не кучка дрожащих от страха детишек. Эти люди — опытные убийцы, как бы плохо ни выглядели некоторые из них. Китнисс выжидающе смотрит на меня, но я лишь киваю ей, тем самым еще раз подтверждая, что мои слова не подлежат обсуждению, в итоге Китнисс обещает мне постараться, но в ее голосе я не слышу большого энтузиазма. Что же, с ней все прошло ровно так, как я думал. Эффи приходит за трибутами довольно рано, но я вмешиваюсь и не даю ей проводить их до зала: не хватало еще им, самым юным участникам, заявиться в компании няньки, когда важно, напротив, показать всем, как они уверены в себе. Приходится Эффи ограничиться проводами до лифта. Сопроводительница возвращается ко мне и начинается рассказывать о встречах со спонсорами, которые ждут меня сегодня. Но мои мысли сейчас совсем о другом. Мелларк совсем не думает о себе, а думает только о том, как спасти Китнисс. Китнисс думает о том, как спасти Пита. Я думаю о том, как спасти трибутов, каждый из которых готов умереть, чтобы спасти другого. Как тут не выпить? Но вместо этого, я, как образцовый ментор, иду готовиться к многочисленным встречам со спонсорами.