Tobias Sammet in Wonderland

      Alice Cooper:       Лес заканчивался. Деревья постепенно становились ниже и… культурнее? Создавалось впечатление, что здесь за растениями кто-то ухаживает. Со временем на нашем пути стали попадаться не только приведенными в божеский вид деревья да ухоженная, словно аккуратно подстриженная, трава, но и кустарники, которым была придана форма гитар, ударных установок, микрофонов и прочей атрибутики рок-н-ролла, а так же наиболее узнаваемых рок звезд. К тому же встречались живые изгороди остриженые таким образом, что являли собой целые панорамы сцен из легендарных песен великих рокеров. Не узнать «Лестницу в небо», например, было просто невозможно: странный крупнолистный кустарник, которому была придана форма внушительных массивных ступеней, круто уходивших ввысь, возвышался над всей остальной растительностью и устремлялся… кажется, прямо в небеса! Потом моему взору предстал «растительный» «Меч в камне», увидев который Тобиас восторжено прошептал: «Экскалибур». И я был немало удивлен, когда увидел сцену из одной моей песни: компашка одичавших школьников, радостно раскидывающая тетради с учебниками и прочие школьные принадлежности, смачно избивая фигуру какого-то взрослого который, как я понял, являлся кем-то из преподавателей.       Мы шагали вперед по ухоженным дорожкам, так напоминающим нотные станы, любуясь на все эти красоты. В какой-то момент увидели очень страные вещи: некоторые пеньки были осторожно подструганы и, каким-то образом расположены так, что очень напоминали неплохие ударные установки, нечто подобное собой являли и грибы, растущие у дороги. Эти красоты удивляли и восхищали, не менее чем живые изгороди подобные идентичным «украшениям» в «Сиянии» Стивена Кинга»…       Все эти странные растения, пеньки и грибы были очень чуднЫ и я уже начал думать, что их внешний вид являлся вполне нормальным для этих краев (а так же грешным делом задумывался: на опасны ли они), но тут, стоило нам свернуть за угол, нашим взорам предстал никто иной, как Легендарный Ди Снайдер в полном своем сценическом образе «Уродливой Сестры», с упоением подстригающий один из кустов, придавая ему форму великолепной Ливерпульской Четверки.       Джаггер ошарашенно застыл на месте, из-за чего Тобиас врезался в него на полном ходу и недовольно заматерился.       — Ди? — удивленно спросила Кортни — А что ты здесь делаешь?       Снайдер обернулся на нас и вдохновленно сказал:       — Я завязал с музыкой, друзья мои! Когда я попал сюда…я понял, в чем было мое настоящее призвание…я должен сделать этот мир прекрасным! — он вскинул руку вверх, сверкнув огромными ножницами.       — Эм… это очень хорошо, — произнес Мик, стараясь придать своему голосу как можно больше доброжелательности, как если бы он разговаривал с потенциально опасным психом, имеющим склонность к насилию, одновременно стараясь потихонку улизнуть от вокалиста Твистед Систер.       И Джаггеру почти удалось скрыться, когда Ди внезапно с гордостью сказал ребятам:       — Я еще и прически делать могу! Да и по дереву вырезать тоже умею мастерски!       — Круто, чувак, прямо как Эдвард руки-ножницы! — восторженно воскликнул Томми.       Снайдер гордо задрал голову. Краем глаза он покосился на недоделанный куст и с прищуром заправского маньяка подстриг выбившийся листочек.       — Слушай, Ди, — мягко начала Кортни — А как нам дойти до короля? — башенки замка уже, вроде, виднелись за вон теми кустами, нам оставалось совсем чуть-чуть до пункта назначения.       — О, это легко! — отмахнулся Снайдер — Идите через ворота славы, так вы попадете в основной город, а после сможете легко срезать путь через нотный рынок.       Я покосился на Джаггера, что постепенно удалялся от нашей компании в сторону тех самых ворот, на которые указывал вокалист Систерс.       — Да, спасибо, Ди… — поблагодарил я — Не будем больше тебя отвлекать от твоего…       — По-моему, ему уже все равно, — шепнула мне Кортни.       И правда, Снайдер уже увлеченно достригал нос одного из «лиственных Битлов».