Шаг вперёд — тридцать два назад

В субботу вся школа собралась на матче по квиддичу. За завтраком мы подбадривали Поттера, лицо которого было зеленоватого оттенка. Почти вся танц-компания, несмотря на различия факультетов, села вокруг Гарри за гриффиндорский стол. — Ложечку за Ма-а-алфоя, — приговаривала Милли, заколдовав ложку овсянки так, чтобы она врезалась в уклоняющегося Поттера. Итог — Национальный Герой был с ног до головы в овсянке. — Гарри, тебе необходимо поесть, — увещевала Гермиона. — Я читала, что завтрак — это важнейшая составляющая пищевого рациона и… — Может, лучше по рюмашке хлопнем? — прошептал ему на ухо я, отчего Поттер заржал. Заколдованная ложка овсянки воспользовалась моментом, пока рот Гарри был отворён, и закинула туда порцию каши. Поттер выплюнул её в кубок. — Так, этот уже готов, — определила Панси. — Армия, переходим в наступление на Хиггса! Все, радостно выкрикивая какие-то лозунги, переместились за стол Слизерина, рассевшись вокруг тут же подавившегося Теренса. Моран и его друганы тут же показательно отсели подальше, что вообще-то нас только обрадовало. — Мы — армия Красного Креста, и мы пришли тебя подбадривать! — торжественно оповестил Теренса Фэй Данбар, и началось… — А если ты не поймаешь снитч, мы после матча придём тебя ещё и утешать, — предупредил Забини Хиггса, хлопнув того по плечу. В общем, на поле оба ловца сбежали от нас при первой же возможности. Когда мы шли на первую игру сезона, обсуждая с ребятами шансы победы Гриффиндора и Слизерина, я услышал, как кто-то отчаянно закричал: «ВЭЛИАР!». Я тут же завертел головой, пытаясь определить источник звука, но, наткнувшись на недоумённый взгляд Малфоя, понял — голос кричал у меня в голове. И я узнал его. Кричал Мориарти. — Дрей, прошу, прикрой меня! Мне срочно нужно убежать! — взмолился я, оттащив Малфоя от остальных чуть подальше. — Что-то случилось? — Надеюсь, нет, но мне всё равно нужно уйти, — Джеймс в моей голове не прекращал кричать. — Окей, будь осторожен, — кивнул мне Драко и поспешил догонять топающих на поле учеников. Я же как можно быстрее побежал в сторону от поля, чтобы меня невозможно было увидеть с трибун — лишнее внимание мне ни к чему. С размаху перепрыгнув границу аппарации, я в полёте произнёс заклинание, настраиваясь на Джейми. Хлопок — и передо мной стоит мужик, направляя на меня дуло пистолета. Я быстро осмотрелся — трое странных мужчин в костюмах, включая того с пушкой, в каком-то безлюдном грязном переулке зажали двух пареньков, один из которых — мой брат. Пистолет был до моего появления направлен на Джима, стоящего позади меня. Прямо лихие 90-е! И при чём тут Джейми?! Я поморщился – пахло горелым, причём буквально. В воздухе неизвестно почему витал достаточно уловимый запах гари, но ничего, что было бы объято пламенем, я не заметил. Впрочем, я отвлёкся... — Опаньки! Добрый день, джентльмены! — я взмахнул рукой, и пистолет вылетел из пальцев мужчины, перекочевав в мою раскрытую ладонь. Бывший владелец пистолета смотрел на меня буквально квадратными глазами. — Я одолжу, хорошо? А то Вы им так махали, так и застрелить кого-нибудь можно! — Ты ещё кто такой? — грубо спросил второй, потянувшись к нагрудному карману своего пиджака. Ещё взмах рукой — и я уже держу две пушки. Адреналин в моей крови бурлил, заставляя магию целиком и полностью мне подчиняться. — Итак, давайте я объясню вам положение вещей, джентльмены, — начал я толкать речь. — Я не волшебник, а только учусь, поэтому, если кого-то я ненароком пристрелю — уж извиняйте. Чтобы избежать непоправимого, вы сейчас молча разворачиваетесь и уходите, забыв про меня и про этих двух мальчишек. А если ретроградной амнезией из вас тут никто не страдает, то я могу ему её обеспечить. — Ты кто такой? — прохрипел первый мужик, с ужасом оглядывая мою фигуру в школьной форме. Это я ещё без мантии был, бугагашеньки. — Я — тот, под чьей защитой находится Джеймс Мориарти, и, думаю, это всё, что вам необходимо знать. Третий, до сих пор не предпринимавший никаких действий, мужчина резко выхватил свой пистолет, но я среагировал вовремя — взмахом ладони отправил его на прямое столкновение со стеной. Врезавшись в неё спиной, тот упал на колени. — Ещё вопросы? — я вздёрнул бровь в лучшей манере своего наставника. Мужики оказались сообразительными — подхватив третьего под руки, они покинули переулок. Вздохнув, я опустил подрагивающие руки, в каждой из которых был зажат пистолет. Развернувшись к Джиму, я обнаружил на его лице вид всемирной вины и бесконечного раскаяния. Ну да, ну да… Я перевёл взгляд на его друга — он был старше, чем показался мне вначале. Лет 18-20 на вид, щуплый, блондинистые редкие волосы, карие глаза, одет в школьную форму, на носу «ботанские» очки. Посмотрев на свои руки, я с отвращением отбросил оба пистолета. — Парень, ты нас спас! Чёрт возьми, да ты просто дар небес! — истерически захохотал незнакомец. — Это ты втянул в это Джеймса? — холодно спросил я у парня. — Что? — Я спрашиваю, — угрожающе прищурился я. — Это ты втянул Джеймса в это дерьмо? — Ну, не то чтобы втянул… — заикаясь, выдал он. — Я просто… Он сам согласился! Я резко приблизился к парню и, рывком схватив того за воротник двумя руками, прорычал ему в лицо: — Ну-ка повтори! — Я не думал, что так всё выйдет! — трясущимся голосом убеждал меня парень. Несмотря на то, что я был ниже его практически на две головы, он испугался. — Увижу тебя рядом с ним — закопаю! — я отбросил его от себя и отряхнул руки, а затем повернулся к Мориарти. — Джеймс, мы идём домой. Тот, не возражая, пошёл следом за мной, но я отметил, что оружие, выброшенное мной, пропало. Маленький паршивец. Переулок находился недалеко от нашего дома — я выучил этот район, пока жил тут с Джейми. Всю дорогу мы молчали, и, только когда мы уселись за кухонным столом — каждый со своей чашкой ромашкового чая, я вздохнул: — Ну, я жду объяснений, Джейми. Тот отхлебнул чаю и без единого выражения на лице принялся рассказывать. Как парень по имени Стивен — тот, что был с нами в переулке — принял его в математический кружок. Для младшеклассника участие в таком кружке было необычно и очень престижно. Стивен был в последнем классе, в этом году должен закончить школу. И именно он рассказал Джеймсу, как-то проводив его домой после заседания кружка — было уже поздно — о том, как можно быстро заработать деньги. Нелегальные подпольные казино, где Стивен частенько появлялся со своими друзьями. «Мы давно искали такого гения, как ты, Джеймс», — сказал ему тогда, сверкая глазами, Стивен. Они научили Джеймса играть в некоторые игры, где необходимо было считать карты, и отправились с ним в одно такое казино. Маленький мальчик вроде Джейми был их фишкой, ведь дети не допускались в подобные заведения. Но репутация Стивена, его связи очень им помогли — двери казино были распахнуты для Мориарти. Раз, второй, третий — Джеймс выигрывал большие суммы, оставляя соперников ни с чем. Многие пытались сбить Джеймса с пьедестала, на который тот забрался так резво и, как многие полагали, незаслуженно. Ещё бы, парень едва десяти лет отроду разносит в пух и прах бывалых игроков! Но внешность Мориарти была обманчива — он, сверкая насмешливой улыбкой, ни разу не проиграл. Одному из крутых ребят не понравилось, что его обул сопляк, и он решил разобраться с ним своим способом. Взяв двух ребят, он выцепил Джейми и Стивена, когда они шли из школы, и затащил в переулок для разборок. Дальше я видел. — У тебя же есть деньги, Джеймс, — тихо сказал я, когда братишка закончил говорить. — Их должно было хватить как минимум до конца года. Если тебе нужно ещё, надо было просто сказать мне… — Ты не понимаешь, Вэл, — дёрнул головой Мориарти. — Дело не в деньгах. Дело именно в игре — она захватывает, я чувствовал адреналин в своей крови. Это… невозможно описать словами. — Именно поэтому ты так истошно вопил, зовя меня? — Думал, ты не услышишь с такого расстояния, — хмыкнул Джеймс, ни капли не смутившись. — А вдруг не услышал бы? Джеймс не ответил, только потыкал чайной ложечкой заварку в своей чашке. — Джейми, я хочу, чтобы ты пообещал мне кое-что, — твёрдо сказал я, и братишка поднял на меня взгляд. — Ты никогда больше не сядешь за карточный стол. — Хорошо, — у Джима было такое лицо, будто он проглотил лимон целиком. — Вот и чудненько, — заключил я, поднимаясь из-за стола. — Мне надо бежать, я навещу тебя, когда смогу. — Хорошо, — повторил Джеймс, даже не посмотрев на меня. Я обогнул стол, подходя к Мориарти, и обнял его. — Я очень испугался за тебя сегодня. Что бы ты ни думал, ты для меня очень дорог, и я не хочу тебя потерять, — тихо сказал я ему. — Боюсь, мне придётся запастись успокоительными, гадая, что ты ещё можешь выкинуть. Джейми лишь уткнулся лицом мне в живот, недовольно ворча. Я фыркнул и погладил его по голове. Не удержавшись, я поцеловал темноволосую макушку и аппарировал прямо из квартиры, так как время поджимало. Оказывается, матч только-только закончился, и мне удалось смешаться с толпой покидающих стадион учеников. Найдя среди них Драко, я пробился к нему. — Ну что? — тронул я за плечо блондина. Дрей, обернувшийся на мой голос, только возвёл глаза к небу. — Он его ртом поймал! Представляешь? РТОМ! — Э-э-э… — А ещё Снейп пытался убить Гарри! — возникла рядом Гермиона Грейнджер. — Говорят же тебе, это не он! — застонал Драко. — На поле было слишком много народу, мы просто физически не могли проверить всех! А Снейп ему, может, наоборот, помочь пытался! — О да! — Фыркнула Гермиона. — «Снейп» и «помочь» — понятия диаметрально противоположные. Кстати, Вэл, где ты пропадал? — О, я, аки Бэтмен, на крыльях ночи спасал двух мальчишек от вооружённых бандитов! — криво усмехнулся я. — Очень смешно! — поджала губы Грейнджер. — Ты ведь не нарушал школьные правила? — Ребята, надо устроить очкарику тёмную! — меня и Драко с размаху обнял за плечи пробившийся к нашей группке сзади Блейз Забини и, сверкая заговорщеской лыбой, пояснил. — А то с таким талантищем он у Слизерина все матчи выиграет! — Даже не надейся! — рассмеялся Фэй, подошедший к нам одновременно с Блейзом. — Нашего очкарика крышует Дамблдор! — Кажется, у нас нет шансов, — притворно вздохнул Забини, отпуская нас с братишкой. — Ну, вам остаётся только присоединиться к всеобщему празднованию дебюта Золотого мальчика, — подмигнул нам Данбар. — А давайте отпразднуем его в нашей стукнутой на голову компании! — воодушевился Дрей. — Отличная идея! — поддержал его гриффиндорец. — И что это вы там замышляете? — раздался слева от нас голос Гарри. — А тебе всё расскажи, — сверкнула глазами Гермиона. — Это сюрприз! — Ого, я на это не подписывался! — округлил глаза Поттер в напускном ужасе. — Так, сломанный телефон! За работу! — хмыкнул я. — Оповещаем всех и вся о Великом Сюрпризе! Фэй, Блейз и Герми, переглянувшись, отстали от нас, пытаясь прорваться к нашим друзьям из клуба. Когда мы вошли в замок, все ребята дружно прошествовали в Большой Зал на ужин. Дрей чуть попридержал меня и Гарри у дверей и всё же задал вопрос, который, как я успел заметить, его мучал всю дорогу. — А серьёзно, Вэл, где ты был? — У брата, ему нужна была… кхм… помощь, — отмахнулся я, но, судя по прищуру моих друзей, их этот ответ не удовлетворил. — Как знаешь, — пожал плечами блондин, и мы двинулись на ужин, расходясь к своим факультетским столам. За столом Слизерина творилось что-то странное. Учитывая то, что на этом факультете в принципе не принято выносить на всеобщий обзор свои проблемы, сторонний наблюдатель вряд ли бы заметил напряжение, скопившееся над слизеринцами. Я видел, что ребята из клуба не особенно огорчены тем, что победа сегодня досталась не им. Но остальные, коих было большинство (и все они были со старших курсов), явно были недовольны. Напряжение витало над нами до самой гостиной, куда мы пошагали после ужина. Тогда-то и разразилась первая гроза. Вроде всё начал Моран, сказавший нам что-то едкое в виде упрёка. Его подхватили ребята постарше — хм, а Себастиан зря времени не терял, не особенно волнуясь о том, что он не вхож в наш кружок. Кажется, он и его компашка обзаводились знакомствами со старшекурсниками, давя на тему нашего общения с гриффиндорцами и неподобающего для слизеринца поведения. — Это всё Блэк со своей самодеятельностью! Я говорил, Маркус, что это не доведёт до добра! — высказался парень курса четвёртого или пятого, обращаясь к нашему старосте. Взглянув на Флинта, я чётко понял — он тоже недоволен ситуацией. — Это всего лишь игра, и устраивать войну внутри факультета из-за проигранного матча как минимум неразумно, — попытался отбиться я, но волна возмущения уже набирала свою силу. — Заткнись, Деррек! — крикнул Джейсон. — Если бы ты нормально защищал кольца, мы бы не проиграли с таким позорным счётом! — Вообще-то ты, Джейсон, мог бы и сбить парочку гриффиндорцев сегодня бладжером, если бы не сдружился с ними, и тебе не было их так жаль! — воскликнула какая-то девочка, тоже старшекурсница. — А всё из-за этого выродка, бастарда, — выплюнул Моран, презрительно глядя на меня. — Что ты сказал?! — Ну-ка повтори! — Я тебе сейчас наваляю! О, как много у меня друзей. Вот только их рвение было некстати — завязалась драка. И не только между нами, но и старшекурсники тоже сцепились не на жизнь, а на смерть. Дрались врукопашную, поэтому я несильно отхватил — всё же уроки времён приюта мне помогли. Но Теодор Нотт всё же успел съездить мне кулаком по лицу, пока я отвлёкся на какого-то второкурсника. Не успел я опомниться, как его уже оттащили Гойл и Кребб. — ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! Все замерли, вздрогнув от этого яростного громогласного окрика. В дверях стоял профессор Снейп и окидывал нас пылающим взглядом. — Флинт, объяснитесь! — хлёстко и зло. — Это из-за него, профессор, — тяжело дыша, Маркус указал на меня. — Все, мягко говоря, недовольны сегодняшней игрой. — И вы обвиняете в этом первокурсника? — прошипел Снейп. Я кожей чувствовал его злость и еле сдерживал порыв поёжиться. — Тренироваться к следующему матчу будете вдвое больше. А сейчас все разошлись по своим комнатам, и не дай Мерлин кто-то ещё раз попробует затеять драку на моём факультете! Флинт, с Вами я переговорю позже и передам через Вас остальным время отработок в наказание за то, что вы тут устроили. Блэк, за мной! Снейп резко развернулся, взмахнув полами мантии, и покинул гостиную. Переглянувшись с Драко, я поспешил за своим деканом.

***

— Блэк, мне всё чаще кажется, что с Вашим исключением испарятся все проблемы, — уже не так зло, как несколько минут назад. Мы вновь в кабинете профессора Зельеварения. Я — вновь с покаянно опущенной головой, он — вновь недоволен. — Думаю, этому предположению недостаёт аргументации, сэр, — неуверенно отвечаю я, разглядывая свои ботинки. — Неужели? — язвительно бросает он, усаживаясь за свой стол. — Подойдите. Я медленно, словно к эшафоту, подхожу к его столу и замираю, всё также глядя куда угодно, но не в глаза своему декану. — Знаете, Блэк, я уже жалею, что имел глупость поддержать Вас в этой безумной идее. Вы — ребёнок, и для Вас, безусловно, фраза «мир во всём мире» пока что не является ни парадоксальной, ни саркастичной. Вы хотели как лучше, и с лёгкого согласия директора, пытаясь сплотить всех студентов в школе, сами того не понимая, развязали войну на собственном факультете… Да уж, как я это прошляпил — до сих пор не понимаю! По идее, всё должно было получиться замечательно, только я не учёл, как обычно, человеческий фактор. За это и поплатился. Прав Снейп — я идиот. Странно только, что Дамблдор дал мне свободу действий. —…с его идеалами и стремлением к всеобщему благу… Снейп, похоже, припас для меня не самую лучшую новость — вон как вступление затягивает! А старикан со стремлением к всеобщему благу — это да… Так вот, странно, что старый маг, привыкший просчитывать на пять ходов вперёд, так лоханулся. Теоретически, он должен был сразу понять, насколько провальный мой план, и… Я вскинул глаза на продолжавшего что-то говорить зельевара, поражаясь собственной тупости. Рёбанный йод! — Простите, что? — Упс. Шокированный тем, что его прервали таким бесцеремонным образом (похоже, последнее восклицание я изрёк вслух), Снейп разглядывал меня как душевнобольного. Со стажем. Впрочем, сейчас важно не это. Дамблдор согласился на образование факультатива под давлением обстоятельств — факт. Но позже, когда у него была на то возможность — и далеко не одна — он не стал предпринимать попыток помешать мне. Я так обрадовался, что обыграл Дамби, и даже не счёл нужным разобраться в мотивах директора, которые, несомненно, имели место быть. — Блэк? Наверняка, Дамблдор предвидел, что всеобщая дружба продлится ровно до того момента, пока какое-нибудь важное событие не напомнит студентам о принадлежности к какому-либо единственному факультету. Таким событием стал матч по квиддичу. И какой матч! Слизерин против Гриффиндора — издревле враждующие факультеты. — Блэк! Кто бы ни выиграл — проигравшие обозлятся и, естественно, найдут на ком эту злость выместить. Всё же вражда факультетов пестовалась тут поколениями. И какой-то зарвавшийся первокурсник, решивший это изменить, сразу же огребёт по самое первое число от обозлённых студентов. Но не потому что им его политика не нравится, а потому что он имел глупость выделиться, и до матча по квиддичу главным событием было именно создание нашего кружкА. Сближение факультетов завершилось дракой. Как это символично. — БЛЭК! Неужели они не могут понять, что гораздо выгоднее сплотить факультеты? Они же слизеринцы! Они должны — обязаны! — думать о связях, об открывающихся возможностях при падении «Железного занавеса», которым оградили зелёный факультет. Они должны понимать, что для них это невероятная удача — вот так легко и быстро наладить отношения со студентами всей школы (пусть пока только младших курсов, но всё же!). И самое обидное, что меня эти морды аристократичные и слушать не пожелают… Стоп! Меня — не пожелают, но вот… — Мистер Блэк, если Вы сейчас же не перестанете взглядом сверлить стену за моей спиной, я воспользуюсь легилименцией, и вытряхну Ваш мозг наизнанку, но узнаю, о чём Вы так напряжённо рассуждаете! А вот это вряд ли. — Профессор! — по-моему, получилось слишком радостно — Снейпа аж передёрнуло, но я, давя лыбу во все тридцать два, продолжил. — Профессор Снейп! У меня к Вам есть деловое предложение! — Если это насчёт Вашего кружкА, Блэк, то лучше подумайте дважды перед тем, как озвучивать своё предложение, — я почувствовал, как раздражение Снейпа начинает медленно на меня давить. Чёртова связь! — Потому как я Вам уже говорил, но, вероятно Вы не расслышали, забивая свою пустую голову мыслями поважнее — Ваш факультатив будет закрыт. — Что? — какого фенантрена?! — Рекомендация директора, с которой я после того, что увидел в гостиной, полностью согласен, — припечатал Снейп. — Профессор, давайте я всё же озвучу парочку своих мыслей, а Вы сами решите, стоят ли они реализации или нет, — быстро выговорил я и, заметив, что Северус уже готов разразиться целой тирадой, добавил. — Только можно пропустить ту стадию, где Вы рассказываете, какими недалёкими были все мои предки, и как я не подвёл их, пойдя по тому же пути? Просто, в таком случае, мы же тут до утра застрянем… — Блэк, Вы — самое невозможное, наглое и страдающее отсутствием инстинкта самосохранения существо, — выдал Снейп с чувством — он кайф от этого ловит что ли? Странно, но зельевар, вываливая на мою голову эти оскорбления, не злился и — прости Господи — практически улыбался! Кажется, его заинтриговали мои возможные идеи… или само наличие их в моей темноволосой головушке. — Пожалуй, теперь Вы можете продолжать, — усмехнулся Северус, глядя, как на моём лице расцветает хитрая улыбка. Минут через десять, когда я уже расписал профессору не только сам план, но и возможности, которые он открывает, Снейп смотрел на меня очень странно. Изучающе, словно препарируя взглядом. Если бы я не занимался окклюменцией и не знал бы точно, что Северус не предпринимает попыток ворваться в мой разум, я бы предположил совершенно обратное. — То есть, Вы, Блэк, предлагаете мне произнести речь? — вкрадчиво уточнил зельевар. — Ну, Вы неплохо уловили суть плана, сэр, — я вообще-то довольно долго насчёт этого распинался! — Не наглейте, Блэк, — поморщился Северус и бросил взгляд на часы — до отбоя оставалось около получаса. — Извините, сэр, — тут же включил заднюю я. Если Снейп сейчас согласится, то наш кружок не придётся закрывать. Стоит быть повежливее. — Ваше предложение имеет смысл, — задумчиво протянул Снейп, всё ещё не отрывая от меня взгляда. — Но, скажите на милость, кто Вам помогает? — Э-э-э? — высокоинтеллектуально протянул я. — О чём Вы, сэр? — Не думайте, что если Вы — идиот, Блэк, то окружающие Вас люди — тоже, — раздражённо ответил мне зельевар. — Я в жизни не поверю, что такие… — Северус повёл рукой в воздухе, будто подбирая слова. — Такие социальные эксперименты пришло в голову проводить первокурснику. Вам для таких идей не хватает, как минимум, жизненного опыта. Ну, и мозгов, естественно. Поэтому я спрашиваю — кто Вам помогает? — Вы явно меня недооцениваете, профессор, — улыбнулся я. Вышло немного нервно, потому как я не думал, что мои действия немножко выходят за рамки возможностей одиннадцатилетнего пацана. — Не хотите говорить, — кивнул Снейп задумчиво, по-своему расценив мой ответ. — Что ж, Ваше право. Вот только... я хочу задать Вам один вопрос, но, Блэк, я рассчитываю на честный ответ. — Хорошо, — я подобрался и приготовился просто ко всему. К возможному ментальному вмешательству тоже. — Поверьте, мне абсолютно не улыбается Вас обездвиживать, искать артефакт, позволяющий защищать разум, а потом ломать Ваши хлипкие щиты... — по мере того, как Снейп будничным тоном обьяснял мне, что, в принципе, я перед ним полностью беспомощен, моя спина покрывалась липким потом. — Поэтому я хочу, чтобы Вы сказали мне правду. Чёрт, да что же он такого собирается спросить? От напряжения я был готов выложить ему уже абсолютно всё, что бы он там ни хотел услышать. А потому его вопрос вогнал меня в ступор. — Вы знакомы с человеком по имени Дэниел Оушен? Я моргнул. Подумал, что мне послышалось. Моргнул ещё раз. — Знаком ли я лично с Дэниелом Оушеном? — решив, что слух меня подвёл, всё же переспросил я. — Почему Вы так удивлены? — Снейп сейчас походил на взявшую след гончую и ловил любое выражение на моём лице. — Э-э-э... извините, сэр, — неуверенно произнёс я, вспоминая, что до этой картины кинематограф ещё не дошёл, а значит, это просто невероятное совпадение. — Но единственный Дэниел Оушен, которого я знаю, является героем фильма... не помню какого, если честно. Я успел только мысленно похвалить себя за то, что не выдал названия, — ибо по нему Снейп мог бы проверить и, соответственно, фильма не найти — но тут меня поразило разочарование, что отразилось на лице Снейпа так явно. — Вы уверены? — уточнил он, но без особой надежды. — Да, сэр, — виновато кивнул я, не понимая, что вообще сейчас произошло. Этот Оушен ему денег что ли должен? — Извините. Снейп лишь мотнул головой и спокойно продолжил: — Вернёмся к Вашему плану. То, что Вы предлагаете, будет сложно реализовать по причине того, что директор Дамблдор думает, будто Ваш кружок уже очень скоро завершит своё существование. Тем более, Вы внесли много смуты в ряды студентов моего факультета, и я не уверен, что одной вдохновляющей речи будет достаточно. — Никто и не говорил, что будет просто. Но, мне казалось, Вы — не из тех, кто боится трудностей, сэр, — я склонил голову набок, наблюдая за реакцией моего учителя. То, что я сейчас сделал — очень грубая и прямая попытка манипуляции. В универе нам рассказывали об этих приёмах — да, юных фармацевтов учат с помощью психологических ловушек толкать лекарства. А сейчас мне нужно, чтобы Снейп толкнул речь. Невелика разница. Вот только двойной шпион со стажем вряд ли пропустил мою уловку, и теперь у ситуации два варианта развития — либо меня похвалят за попытку, либо наорут за то, что посмел использовать это на Снейпе. Я надеюсь на первый вариант. — Кто бы за Вами ни стоял, Блэк, он явно хорошо Вас подготовил, — приподнял уголок рта в подобии улыбки Северус, глядя на меня, но в глазах его веселья не было. — Я согласен произнести эту речь для моих студентов, но с одним условием. Я напрягся. Знаете, от жителя подземелий, целыми днями общающимся с ядами и прочими прелестями в пробирках, ожидать можно чего угодно. Особенно после тех заявлений о моей ментальной незащищённости. — Вы расскажете мне, куда Вы сбежали с сегодняшнего матча, — Снейп откинулся на спинку стула, ехидно улыбнувшись. — Вы ведь не думали, что я не замечу Вашего отсутствия? — Нет, сэр, я не настолько наивен, — сглотнув, сказал я, лихорадочно пытаясь придумать правдоподобную историю. — Отлично, мне интересно будет послушать Вашу ложь, Блэк. Я вскинул на него глаза, делая вид, что озадачен его словами. Хотя делать вид труда не составляло — это и так было недалеко от моего истинного состояния. То есть узнать об Оушене для него было важнее, чем о моих коварных похождениях? А ведь я вверенный ему студент... Ладно, сейчас не об этом. Мозг, думай! Чувствую себя как на экзамене по химии… — Хорошо, — я тяжело вздохнул, будто приготовившись каяться во всех своих смертных грехах. — Но… Вы же не подадите прошение о моём исключении после этого признания? — Думаю, что ещё не время, — хмыкнул Снейп. — Если не учитывать то великое множество проблем, которое несёт с собой Ваше присутствие здесь, оно делает школьные будни… забавными. Вау. Такого ответа я не ожидал. Но, если я не подниму челюсть с пола и не начну свою исповедь сейчас же, Снейп может и передумать. — Я был на третьем этаже в запретном коридоре, сэр, — зажмурившись, выпалил я. Зажмурился я ещё и потому, что боялся, как бы Северус не прочёл в моих глазах, что ни в каком коридоре я не был. — И что Вы там забыли, позвольте спросить? — я приоткрыл один глаз. Снейп злым не выглядел, да и связь пока не подавала сигнала, что нужно бежать и колотить себе гробик. — Я… Я связал Ваше… кхм… ранение и единственную явную угрозу в Хогвартсе, — начал сочинять я. — Тем более, Гарри рассказал нам о свёртке, что в его присутствии забрал из Гринготтса Хагрид… И мы решили, что что-то, укусившее Вас, охраняет этот свёрток на третьем этаже. Теория была достаточно зыбкой, — я запнулся, думая, не сболтнул ли чего лишнего. — До этого момента, сэр. — Убедились в её достоверности? — поддел меня Снейп. — Более чем, сэр, — выдохнул я. Похоже, мне поверили. — Я так понимаю, бесполезно просить Вас не рассказывать об этом Вашим друзьям? — Они уже знают, сэр, — я покаянно опустил голову. Жду. — Что ж, Блэк, Вы свою часть договора выполнили, — профессор поднялся из-за стола. — Думаю, что с моей частью тянуть не стоит. Идёмте. И мы покинули кабинет Ужаса Подземелий, направившись в гостиную Слизерина. Из огня да в полымя. * * * — Каждый из вас, кто имеет честь называть себя слизеринцем, знает главные наши качества. Хитрость, изворотливость, умение ориентироваться в сменяющихся, словно калейдоскоп, событиях. Поэтому многие нас опасаются, считая по праву опасными противниками. Снейп собрал весь факультет — от первого до седьмого курса — в гостиной, и теперь мы, стоящие полукругом, внимаем грозному голосу нашего декана. У меня даже мурашки по коже побежали, честное слово. — Но сегодня вы разочаровали меня своим поступком, — припечатал Снейп, окинув каждого пылающим взглядом. — Надеюсь, среди вас нет недоумков, считающих, будто я говорю о матче, который, к слову, прошёл ужасно. Но это полбеды, это — Ваша недобросовестность и лень на тренировках, не более. То, что вы посмели устроить после — гораздо хуже. — Как вы могли заметить, ситуация в школе относительно отношений между факультетами начинает меняться, — если бы не гостиная, можно было подумать, будто мы находимся на лекции. Голос Северуса из грозного перешёл в менторский, словно он объяснял неразумным детишкам, как им выжить в этом большом мире. — Неважно, благодаря кому, но она изменяется. Вы, слизеринцы, должны были уже просчитать, что такое положение вещей сулит вам гораздо больше возможностей, если бы мы, как и прежде, были «злым» факультетом за железным занавесом. Но что сделали вы? Вместо того чтобы ухватиться за эту возможность, вы чуть не упустили её вовсе из-за своего идиотизма. — Вместо того, чтобы налаживать связи, повышать свой авторитет среди других факультетов, пытаться втереться в доверие, вы начали крайне неразумно противиться сложившейся ситуации, — вкрадчиво продолжал Снейп, добавив в голос угрожающих ноток. — Клуб четырёх факультетов для вас — отличная возможность повернуть происходящие в школе изменения в свою пользу. И если вы окажетесь неспособны понять это, предпочитая держаться за традиции, то моё хорошее отношение к вам, как к слизеринцам, будет утеряно навсегда. Подумайте над этим, а сейчас — всем спокойной ночи. Взмахнув полами мантии, Снейп покинул гостиную, оставив студентов в ступоре. Я практически слышал, как в их головах щёлкали шестерёнки. Ну, думаю, профессор Снейп свою часть договора выполнил на отлично. Ибо если уж это не сработает, то у меня больше нет идей. — Блэк, — я поднял глаза на подошедшего ко мне парня. Вроде, его звали Деррек, это он был одним из тех, кто сегодня начал гнать на наш кружок. — Я хочу извиниться за сегодня. Ты, наверное, очень умён, если такую схему провернул. Я имею в виду, даже до меня не сразу дошёл весь смысл твоих «мир-дружба-жвачка». Ты далеко пойдёшь, парень. Он похлопал меня по плечу и направился к комнатам. Это он решил, что я из каких-то своих корыстных побуждений развёл такую деятельность? Интересно, а мою дружбу с Гарри они как объясняют себе? Лично я ещё ни одного упрёка по этому поводу не слышал — значит, как-то не очень хорошо объясняют. Драко, стоявший рядом с разинутым ртом, схватил меня за рукав и потащил в нашу комнату. Пролетая (спасибо, Дрей) мимо Морана, я злорадно отметил неверие, злобу и досаду на его аристократичной физиономии. Выкуси, пипидастр! Как только дверь в нашу комнату захлопнулась, меня оглушил малфоевский вопль: — Что это, твою мать, было, Блэк?! Я пожал плечами, прикидывая, сколько выводов за эту ночь вынесет для себя зелёный факультет. Живём, братишка. Мы ещё покажем Дамби, что нас не так просто заткнуть.