Смерть - это только начало

Выйдя в пустынный коридор, жрец вдохнул чуть прохладный воздух, так разительно отличавшийся от того, то царил в зале. Камни приятно холодили ступни, остужая их после горячего песка. Масляные светильники вдоль стен хорошо разгоняли мрак, царивший в их мире. Но этого света было не достаточно, чтобы увидеть изображения жизни египетской, запечатленных на стенках дворца. Добравшись до развилки, Сокол остановился в раздумьях. Вначале он предполагал сразу же отправиться к себе, но сомнения, поселившиеся в его душе, не давали покоя. Поэтому он решил навестить одного важного обитателя Подземного Царства и направился в южную часть дворца. Достигнул цели жрец быстро и нерешительно замер перед тяжелой каменной дверью. Не то чтобы он побаивался обитателя южных палат, но уж точно не хотел злоупотреблять доверием. Приведя мысли в порядок, Сокол осторожно постучался. Монолитная плита отъехала в сторону, пропуская гостя в помещение. В комнате стоял полумрак, рассеиваемый лишь двумя светильниками, стоящими по углам дальней стены. Напротив двери стоял каменный трон, на котором восседал высокий мужчина с головой осла и огненной гривой. Когда дверь за его спиной закрылась, жрец спросил, приложив левую руку к груди: – Дозволено ли мне обратиться, господин Сет? – Проходи, Сокол, – поприветствовал вошедшего служителя Бог и, дождавшись когда гость подойдет ближе, продолжил: – Я погляжу, ты носишь мой подарок. Спрятав руку в плащ и плотнее закутавшись в него, жрец Хора ответил: – Это было бы не уважение с моей стороны, если бы я не носил Ваш дар. Тем более мне доставляет удовольствие видеть ревность Вашего подопечного, – усмехнулся мужчина, открыто смотря Богу в рубиновые глаза. – Ты слишком строг к нему, это же моя прерогатива, – рассмеялся Сет. – С чем пожаловал? – Я пришел по поводу Имхотепа. Что-то тут не так, – задумчиво ответил жрец. – Вы не в курсе, что затевает наш Мудрец? – Не имею ни малейшего представления, – скучающим тоном произнес Бог. – Это же твоя работа – раскрывать интриги. Вот и займись этим. – Да, – лаконично ответил Сокол, поклонившись. – Что-то еще? – с любопытством в голосе спросил Сет, наклонив голову. – Вы не могли бы проследить за своим слугой? Я опасаюсь, что он удумает вставить мне палки в колеса. От хохота Бога, разнесшегося по помещению, даже пламя нервно задергалось в чашах. – Об этом можешь не беспокоиться. Если это все, то лучше тебе побыстрее покинуть эту часть дворца. Мой племянник не отличается особой терпеливостью. Уж чем-чем, а терпеливостью его Покровитель действительно не отличался, поэтому поклонившись на прощание, Сокол покинул покои и направился к себе. Здание располагалось в северной части Подземного Царства и предназначалось для слуг Хора. Сокол являлся хранителем Северных Врат, связывающих мир живых и мир мертвых, поэтому предпочитал жить именно в этом здании. Хоть обычно верховным жрецам было дозволено размещаться во дворце поближе к своим Покровителям, хранители же врат предпочитали находиться вблизи от места своей основной работы. Замерев перед кедровой дверью, ведущей в его комнату, мужчина прислушался. Сомнений быть не могло, у него гости. Открыв дверь и пройдя в покои, Сокол холодно спросил: – Что ты тут забыл, Осел? Парень, лежащий на его постели с закинутыми за голову руками, недовольно поморщился. Его песочно-русые волосы выбились из конского хвоста, а коричнево-красные глаза подозрительно хитро следили за действиями вошедшего мужчины. – Ты так груб, Сокол. Что ты такой злой сегодня? – смеясь, протянул молодой жрец Сета и, поправив схенти, сел на кровати. – Я всегда такой, если ты не заметил, – равнодушно отозвался Сокол, вешая свой плащ на спинку стула. – Так что ты тут забыл, Огненогривый? – вопросительно приподняв бровь, повторил свой вопрос хозяин комнаты. – Просто хотел поздравить с повышением, – с издевкой промурлыкал юный жрец. – Теперь ты у нас стал нянькой для мумий, которых ты так терпеть не можешь. Сокол удрученно покачал головой и, сев на постель, откинулся на прохладные простыни. Эта духота когда-нибудь сведет его с ума. Даже присутствие его законного врага не раздражало так сильно. Законного врага. Все именно так. Как же смешно звучит «законный враг». Если уж быть точным, то просто навязанный устоявшимися правилами. Все привыкли, что Сет и Хор враждуют, поэтому и их первые помощники должны себя точно также вести. С предыдущем служителем Бога Пустыни и Хаоса Сокол был в мирных отношениях, а вот Огненогривого был не прочь придушить. – Давай мы в следующий раз продолжим, я даже согласен на поединок. А сейчас я хотел бы побыть в тишине, – тихо сказал мужчина, устало прикрывая воспаленные веки. – Чтоб тебя, – озлобленно раздалось над самым ухом. – Когда-нибудь я тебя убью. Огеногривый встал с кровати и, подхватив лежащий рядом черный льняной плащ, покинул покои. Впрочем, не забыв бесшумно прикрыть за собой дверь. Сокол наконец-то остался в долгожданной тишине и облегченно вздохнул. Взмахом руки он потушил все светильники, погружая комнату во тьму. У него было немного времени перед встречей с Имхотепом. Пусть самая малость, но перед, явно нервозным заданием, стоит отдохнуть. «Вот же ж, гаденыш. Сумел-таки испортить настроение. Ну я ему еще это припомню, – раздраженно думал мужчина. – Его ревность к своему Покровителю когда-нибудь сведет меня в могилу». Когда Сокол уже задремал, в дверь тихо постучались. Мужчина сел и поправил первым делом диадему, и только затем хрипло отозвался: – Проходите. Дверь отворилась, в проеме показалась крупная фигура предводителя армии Анубиса. Пригнувшись, он прошел внутрь и, затворив дверь, вновь погрузил покои во тьму. Во мраке поблескивали его глаза, и почти отчетливо виднелись отливающие сталью серповидные лезвия двустороннего топора. – Господин? – почтительно позвал воин. – Уже пора, Гахиджи? – спросил жрец, мановением руки зажигая пламя в светильниках. – Да. Мужчина поднялся с постели и накинул на плечи плащ, огляделся в поисках серповидного меча, подаренного Хором. Золотой хопеш стоял у изголовья кровати, прислоненный к стене. Сокол прикрепил меч к поясу, надев поверх схенти. Служитель замер посреди комнаты и сосредоточился, прикрыв глаза. Теплое свечение, исходящее от диадемы, окутало голову мужчины. И в следующее мгновение сияние трансформировалось в голову сокола, покрытую клафтом. Теперь жрец был полностью готов к бою и защищен от любых неожиданностей. Маска Бога-Покровителя и плащ из перьев служили великолепной защитой как от физической атаки, так и от магической. – Идем, – тихо распорядился жрец Хора и покинул комнату. Гахиджи пошел следом, лишь на шаг отставая от своего господина. Пару тысяч лет назад Великий Анубис за оказанную жрецом услугу подарил чужому подопечному возможность отдавать приказы своей личной армии. С тех пор Гахиджи служил Соколу. – Пока меня не будет, приглядите за Вратами, – велел мужчина, не оборачиваясь. – Слушаюсь, – отозвался воин. Под Вратами подразумевалась трехметровая каменная арка, открывающая проход. На самой вершине арки были выбиты иероглифы, складывающие в сопутствующие слова. У каждых Врат они были своими, а на Северных надпись гласила: «Если не исправишь зло, оно удвоится». Именно с этим напутствием жрец Хора отправлялся на задания. Северные Врата находились не далеко от комнаты Сокола, поэтому идти пришлось не долго. Достигнув цели, воины остановились. – Удачи, – сказал Гахиджи. Жрец, не оборачиваясь, кивнул и, дождавшись, когда иероглифы загорятся белым светом двинулся к арке. Он помахал на прощание рукой и прошел сквозь арку, ведущую в мир живых. Оказавшись по ту сторону врат, он очутился в пустыне под палящим солнцем. – Ты заставил меня ждать, служитель...