Смерть - это только начало

Когда Имхотеп и его спутник подошли к ним, Рик заметил, как один из воинов Анубиса, ранее стоящий поодаль, приблизился к существу с птичьей головой и спросил что-то на незнакомом языке. Мужчина почувствовал, как Иви неосознанно еще теснее прижалась к нему, явно понимая, о чем идет разговор. О'Коннелл внутренне напрягся, ожидая худшего. Уж кто-кто, а Имхотеп вряд ли оставит их в живых. Продолжая следить взглядом за разговаривающими в явно раздраженной форме, Рик заметил, как супруга удивленно наблюдает то за мумией, то за неизвестным существом. – Тебе виднее, – отмахнулся Сокол, прекращая спор. – Смотри, как бы твое решение не вышло нам боком. Махнув на прощанье рукой, жрец Хора, не глядя, прошел мимо пленников и вышел из зала. Слыша, как за ним следует Имхотеп, он, не останавливаясь, прошел по лабиринту и, только достигнув выхода из здания библиотеки, остановился. – Неужели ты обиделся? – раздался за его спиной надменный вопрос с легким оттенком глумливости. – Не дождешься, – хмыкнул жрец, пряча под маской улыбку. – Куда дальше? Ты сказал, что знаешь, где может скрываться наша цель. – Следуй за мной, – милостиво отозвался бывший жрец и, обернувшись песчаной бурей, устремился на запад. Для служителя Хора все это казалось какой-то неудачной шуткой его Покровителя и, обреченно вздохнув, он принял обличие птицы. Взмахнув крыльями, Сокол взмыл в небо и устремился в том же направлении, что и его подопечный. *** Когда О'Коннеллы остались одни в помещении, Рик облегченно выдохнул и озадаченно поинтересовался у супруги: – И что сейчас было? Мужчина поднялся с холодного пола и помог Иви встать, все еще настороженно прислушиваясь к окружающим их звукам. Но не услышал ничего подозрительного, лишь мерное потрескивание все еще горящих факелов, да перепуганное попискивание крыс, запрятавшихся в своих укрытиях. – Это просто невероятно! – воскликнула Эвелин, оборачиваясь к супругу. – То непонятное существо предлагало нас убить, а Имхотеп утверждал, что в этом нет никакой необходимости. Рик недоуменно уставился на жену, он никак не мог поверить, что мумия решила пощадить их. Это просто не укладывалось в его голове. Тем временем Иви уже оглядывала стеллажи, продолжая говорить: – Нам нужно найти то, зачем они приходили сюда. Тогда мы поймем, что же они затевают. Рик обреченно вздохнул, понимая, что они вновь вляпались во что-то непонятное. Он поднял с пола свое оружие и обернулся в поисках жены, но та уже скрылась за ближайшими полками. Ему не оставалось ничего другого, кроме как отправиться на ее поиски. Обходя стеллажи с рукописями, мужчина поморщился от сильного запаха затхлости. Пробормотав что-то невразумительное, он замер и прислушался. В нескольких метрах от него раздался приглушенно-возбужденный возглас женщины. – Рик, иди сюда! – воскликнула она. – Ты что-то нашла? – поинтересовался Рик, подходя к супруге и приобнимая ее за плечи. – Да, – возбужденно ответила Иви. – Это тот самый свиток, что держал Имхотеп, когда мы вошли. Мужчина призадумался, пытаясь вспомнить момент, о котором говорила Эвелин. Если ему не изменяет память, то она совершенно права. Именно этот манускрипт с примечательной росписью на пергаменте поднял жрец после их поединка. Осталось только прочесть запись. – И что там написано? – Пока не знаю, – удрученно ответила женщина, но тут же воодушевленно продолжила: – Мне потребуется не так много времени на перевод. Идем. Когда супруги вышли на улицу, то их уже поджидал старый знакомый. Увидев меджая, Рик недовольно поморщился, еще раз упрекая себя, что повелся на уговоры жены и поехал в Египет. – Давно не виделись, Ардет, – радостно поприветствовала воина Иви, улыбаясь другу. Меджай хмуро кивнул в ответ, пожимая руку Рика. – Похоже, мы все здесь по одной и той же причине. Хотелось бы мне, друзья мои, чтобы мы встретились с вами в мирное время. Мужчина проследовал вместе с О'Коннеллами к палаточному городку и выслушал их рассказ. А на вопрос знает ли он, что это было за существо с головой птицы, Ардет Бей лишь пожал плечами, уходя от ответа. Также меджай сообщил им, что прибыл сюда сразу же, как только ему сообщили, что видели странную песчаную бурю в этом районе. – Мы подозревали, что рано или поздно Имхотеп вернется. Поэтому следили за последним местом его смерти, но так ничего подозрительного и не заметили. Не представляю, как он сумел вернуться в мир живых. – Ничего, мы еще его догоним, – обрадовала его Иви. – Мне потребуется время, дабы я сумела перевести записи с древнеегипетского. Сказав это, женщина ушла в одну из палаток, оставляя мужчин провожать ее хмурыми взглядами. Оставшись одни, они как-то странно переглянулись, вспоминая, к чему приводит прочтение старых рукописей. – Будем надеяться, что в этот раз она никого не разбудит, – нервно рассмеялся Рик, с тревогой поглядывая на палатку, где скрылась его жена. *** Паря в лазурном небе под палящими лучами солнца, Сокол отмечал путь, уводивший путников далеко вглубь материка. Песчаные барханы окружали все видимое пространство пустыни. Лишенная растительности земля была покинута, уже давно не встречались стойбища кочевников. В давние времена здесь начинались запретные земли, куда запрещено было ступать простым смертным. Лишь жрецы, да фараоны могли посетить эти земли. Служитель Хора стал догадываться, куда они направляются, а когда он узрел еле видимый оазис, то его догадки подтвердились. Слегка изменив курс, он устремился к маленькому зеленому материку в этом песчаном океане. Нагнав Имхотепа, жрец снизился и, достигнув травы, превратился в человека. Его спутник, тоже приняв человеческий облик, поправил плащ и пошел в чащу оазиса. Следуя за своим подопечным, Сокол старался не отставать от него и в то же время не забывал оглядываться по сторонам. Ему доводилось слышать ранее об этом месте, но бывать – никогда. Ходило много легенд о местном хранилище. Говорили, что лабиринты были столь запутанны, что даже магические существа могли заблудиться и остаться там навечно. Имхотеп остановился у каменных глыб, образующих вход в подземелье. За его спиной притормозил жрец, изучающе выглядывая из-за спины мумии. – Я надеюсь, ты здесь уже был? – поинтересовался Сокол, вглядываясь в непроглядную тьму, царившую внизу. Тьма была столь густа, что казалось, будто она щупальцами обволакивала каменные ступени, уходившие глубоко вниз. Воздух был напряженным и вибрировал от перенасыщения магическими потоками. Тьма была живой и жаждала заполучить новую добычу. – Испугался? – съязвил бывший жрец, спускаясь во тьму. – Еще чего, – недовольно отозвался мужчина. Будь на то его воля, он бы предпочел устраивать поиски иным способом, и уж точно не спускался бы в древние хранилища, носившие дурную славу даже среди служителей Богов. Лучше бы он вновь воспользовался магией крови и затратил на ритуал оставшиеся после первого раза силы. Но выбора не было, и его никто не спрашивал. Поэтому Сокол спустился вслед за своим подопечным и оказался в кромешной тьме. Даже его магическое зрение не помогало. Он был словно слеп, лишь внутреннее чутье вопило, советуя убираться подальше. Мужчина почувствовал, как что-то схватило его за руку и крепко сжало запястье. – Побуду временно твоим поводырем, – издевательски-благосклонно сообщила тьма голосом Имхотепа. В следующее мгновение нечто потянуло служителя вперед, уводя в неизвестном направлении. Прислушавшись к тишине, Сокол наконец-то распознал еле слышные шаги своего подопечного. – Я погляжу, ты здесь уже бывал, – пробормотал жрец Хора, следуя за невидимым спутником. – Было дело, – напряженно отозвался тот, мысленно отсчитывая шаги. – Не отвлекай меня. Медленно пробираясь сквозь сгустки тьмы и обходя ловушки, Имхотеп крепко сжимал руку жреца. Когда ему сказали, что его готовы простить и что ему требуется лишь найти шумерского колдуна, мужчина удивился. Когда же ему сообщили, что его будет сопровождать один из верховных жрецов, то он готовился встретить ненависть и презрение. А встретившись с Соколом, Имхотеп удивился. Нет, не так. Он был ошарашен. Жрец не показывал свое презрение и не выказывал своего явного превосходства над отступником. Нет, Сокол был лишь слегка раздражен и не более того. Он словно изучал своего новоявленного напарника, пытался понять причины. Имхотеп сам не понимал, почему так поступает. Он мог бы бросить жреца в этом мраке и сбежать. Но мужчина упрямо шел вперед и, не отпуская руку спутника, чувствовал ответственность за Сокола. Еще несколько поворотов и они, наконец-то, выбрались из сгустков тьмы. Тут же зажглись настенные факелы, освещая пустой коридор. – Нам еще далеко? – холодно поинтересовался жрец, быстро пряча отпущенную руку под плащ, где осторожно потер нагретое запястье. – Нет, мы уже почти пришли, – отозвался спутник, осторожно ступая по каменным плитам, показывая тем самым безопасный путь. Двигаясь по коридору, мужчины соблюдали напряженную тишину. Каждый думал о своем и не хотел первым нарушать негласно установленные границы. Давно мучивший вопрос вертелся на языке и Имхотеп размышлял, как бы поделикатнее спросить. – Сокол? – позвал он тихо, надеясь, что его не услышат. – Хм? – отозвался жрец, удивленно приподнимая бровь под маской. Втянув носом воздух, он еще больше удивился. От мумии исходил запах любопытства, напряжения и неуверенности. «Какое занятное сочетание, – мысленно присвистнул жрец, следуя за подопечным. – Вот так сюрприз». – Я так понял, ты всегда предпочитаешь работать один? – начал издалека Имхотеп, но не удержался и спросил, резко тормозя: – Почему у тебя нет напарника? Служитель Хора остановился и недоуменно склонил голову, неотрывно рассматривая стоящего перед ним мужчину. Чего-чего, а такого вопроса он не ожидал. – У меня скверный характер, – совершенно серьезно ответил Сокол. – Я обычно работаю с Шакалом, но даже он не в состоянии долго терпеть мои издевки. Равнодушно пожав плечами, он обогнал спутника и зашагал вперед. Не то чтобы его задел этот вопрос. Просто это напомнило ему один разговор с Покровителем, состоявшийся совсем недавно. Великий Хор был недоволен его поведением и скверным обращением со служительницей Сехмет. А что Сокол мог поделать? Коли эта женщина липла к нему и вешалась на шею. Мужчина предпочитал работать один, так как всегда знал, что рассчитывать можно только на себя. Если бы он следовал иным принципам, то уже давно бы погиб на очередном задании. А пока он успешно выполняет все поручения, его не будут сильно осуждать за его нрав. – Кстати, – остановился Сокол и обернулся к своему спутнику. – Почему ты уверен, что мы найдем здесь след Шайгал'тана? – Тут хранится один артефакт, необходимый для ритуала «Ночь магии», – пояснил Имхотеп, обходя замершего мужчину. Не прошло и двух секунд, как случилось непредвиденное. Одна из древних ловушек активировалась, и в то же мгновение в незваных гостей полетели копья. Служитель, защищенный своим плащом, даже не сдвинулся с места. Копья, не долетев до оперения, вспыхивали, и на песчаный пол оседал уже пепел. Имхотепу повезло куда меньше. Одно из копий проткнуло его грудную клетку, застряв в его торсе. Там, где древко соприкасалось с плотью мужчины, кожа истлевала, показывая истинную сущность мумии. Бывший жрец озадаченно уставился на торчащее из его груди копье, недовольно скривившись. За его спиной раздался смех, гулко разносившийся по каменному коридору лабиринта. Обернувшись, он увидел, как Сокол согнулся пополам и пытался бороться со смехом. Он привалился к стене и, стараясь унять смех, наблюдал, как Имхотеп постепенно принимает свое обличие. Зрелище было еще тем. – Великие Боги! – выдохнул жрец, отсмеявшись. Подойдя к мужчине, служитель Хора поудобнее схватился за древко копья и выдернул оружие из тела спутника. Нанесенное повреждение даже и не думало затягиваться. Тогда Сокол поднял правую руку и положил ладонь на рану, что-то шепча при этом на неизвестном наречии. Имхотеп почувствовал, как под пальцами жреца сосредотачивается тепло и постепенно разливается по изувеченному телу. Рана тут же начала затягиваться, а плоть стала трансформироваться в привычную человеческую кожу. – Так намного лучше, – констатировал Сокол, убирая руку от мужчины и отходя на пару шагов назад. – Продолжим? Добравшись до конца лабиринта, они оказались в небольшом помещении. По углам комнаты стояли масляные светильники, их свет лишь слегка рассеивал мрак. В центре стоял небольшой постамент, освещенный солнечным лучом, каким–то образом проникавшим столь глубоко в подземелье. – Чаша пропала, – зло прошипел Имхотеп, разглядывая камень в центре. *** Ардет Бей вошел в палатку, где расположились О'Коннеллы и, подойдя к склонившимся над рукописью супругам, сообщил: – Только что прибыл гонец и сообщил, что наши воины видели песчаное торнадо недалеко от Каира. – Что ему там понадобилось? – удивленно поинтересовался Рик. – Неужели хочет покинуть страну? – Не знаю, друг мой, – покачал головой меджай. – Вы разобрались с записями? Иви утомленно поправила непослушную прядь волос, убрав ее за ухо. Взглянув на мужчин, она довольно улыбнулась. О небо, разломись пополам И распахни врата в иномирье. Пусть то, что сокрыто от глаз, Пусть то, что забыто давно Вернется в час судный из Бездны. И воспрянет ото сна зверь ужасный, Обнажит свои клыки и пойдет по земле, Сея страх и проливая реки крови. Падут горы и вспенятся воды океана, Разрушая все на своем пути. – Я так понимаю, что в древности было пророчество о месте, где можно открыть проход между мирами и призвать сюда зло. – И где это место находится? – тут же задал вопрос Ардет. – Судя по описаниям, содержащимся в свитке, а также по расположению звезд, – задумчиво пробормотала Эвелин, изучая указания. – Это Альпы. – Ох, не нравится мне это, – посетовал Рик, недовольно поглядывая на жену. Не стоило ей читать всякие пророчества. Вдруг это было каким-нибудь заклинанием. Интуиция подсказывала, что им еще аукнется прочтение этой рукописи. А мужчина привык доверять своим чувствам. Во время службы в Иностранном легионе она часто спасала ему жизнь. Так что, не доверять интуиции не следовало. О'Коннелл мысленно помолился всем известным Богам, дабы они помогли им, и вышел следом за меджаем и Иви. Им следовало поторопиться, если они хотят догнать Имхотепа и его союзника. *** Молодой жрец торопливо шел по прохладным коридорам дворца, направляясь в покои своего Покровителя. Он остановился перед нужной дверью и почтительно постучался, дождался разрешения и затем проскользнул в приоткрывшуюся дверь. Оказавшись в темных покоях, Огненогривый подошел к трону и преклонил колени перед сидящим Богом. – Вы вызывали меня, Повелитель? – раболепно спросил служитель, не смея поднять взор на своего хозяина. Скрепив руки в замок и оперев на них подбородок, Сет изучающе рассматривал своего подчиненного. Хоть его слуга и был достаточно взбалмошный, но в силе и хитрости ему не занимать, а значит он должен справиться с тем заданием, что ему хотят поручить. – Да, – ровно проговорил Великий Сет, наклоняясь к своему жрецу. Подцепив кончиками двух пальцев подбородок юнца, Бог приподнял голову служителя так, чтобы бы их глаза оказались друг напротив друга. Повернув немного свою звериную голову, Повелитель Пустыни внимательно посмотрел своими рубиновыми глазами, словно проникая в душу жреца. Зрительный контакт длился лишь мгновение, но Огненогривому показалось, что прошла целая вечность. Отпустив подбородок юноши, Сет вернулся в прежнее положение и продолжил: – У меня есть для тебя задание. Отправляйся на поверхность и проверь хранилище, где содержится Книга Мертвых и Книга Ра. Последнее время там слишком часто видели подозрительных личностей. – Слушаюсь, Покровитель, – промолвил жрец, поднимаясь с колен. Выпрямившись, он приложил правую руку к груди, где располагалось сердце. И почтительно поклонившись, благоговейно прошептал: – Я не подведу Вас.