Смерть - это только начало

Когда Джонатан согласился приглядеть за племянником и поехать с ним на горнолыжную станцию в Альпах, он не подозревал, что будет отсиживаться в небольшом лесном домике на склоне гор. Снежная буря застигла их при спуске и Алекс предложил переждать непогоду в так удачно подвернувшейся избушке. Столь сильную метель мужчине еще ни разу не доводилось видеть. Быстро летящие хлопья снега чем-то напоминали ему песчаную бурю в Египте. – Дядя Джонатан, ну что ты прилип к окну? – окликнул его племянник. – Лучше помоги мне с камином. Мужчина отошел от окна и принялся помогать Алексу. Карнахан пытался отвлечься от скребущихся на душе кошек. За долгие годы авантюрной жизни он привык чувствовать неприятности спинным мозгом. И сейчас внутренний голос вопил о надвигающийся угрозе. Джонатан надеялся, что к утру снегопад утихнет и они смогут спуститься к людям. Тогда он сможет расслабиться и больше не вздрагивать от каждого завывания то ли ветра, то ли зверя. Избавившись от промокшей одежды и развесив ее сушиться, пленники непогоды устроились поближе к камину, в котором так весело потрескивали поленья. И вот уже парень привалился к плечу своего дяди и стал мирно посапывать, а мужчина уже подумывал последовать примеру Алекса, когда услышал подозрительный звук, пробивающийся даже сквозь завывание ветра. Мощный удар в дверь заставил парня подскочить и сонно оглядеться в поисках источника шума. Еще один удар и, не устояв от такого напора, дверь слетела с петель, впустив в нагретое помещение снежную вьюгу. Когда снег чуть осел, перед людьми предстали двое незваных гостей. – Я же говорил, что мы можем заночевать здесь, – самодовольно констатировал Имхотеп, разглядывая напуганных давних знакомых. – Ночи доброй, хозяева! – гнусаво протянул Сокол, шмыгая носом. – Позвольте войти. Не ожидая ответа, мужчины вошли в домик, и жрец, взмахнув рукой, вернул дверь в изначальное положение, не забыв ее починить. Подавив желание чихнуть, служитель Хора утомленно присел на стоящую у стены скамью. Он не рассчитал свои силы и потратив слишком много магической энергии сумел заболеть, точно какой-то жалкий смертный. У него болела голова, саднило горло, ломило все тело и безумно хотелось спать. Если бы не его состояние, то спутники бы продолжили свой путь, но египтянин настоял на том, что жрецу необходим отдых. Сокол был вынужден с ним согласиться. Из-за насморка он потерял свой острый нюх, вот так они и оказались на пороге домика, излучавшего тепло. А то, что здесь оказались старые знакомы мумии, так это просто совпадение. Краем глаза заметив, что жрец находится в полусонном состоянии, Имхотеп холодно осмотрел смертных и, заметив, что из старого чайника все еще идет пар, быстро направился к нему. Налил горячую воду в жестяную кружку и, понюхав разные баночки с травами, стоящие на полке, бывший жрец насыпал в горячую воду щепотку подходящей травы и вернулся к служителю. – Пей, – раздраженно велел он, протягивая кружку. – Зануда, – беззлобно отозвался Сокол, мысленно приказывая маске исчезнуть. Когда соколиная голова развеялась, Имхотеп увидел насколько сильно вымотался его спутник. Кожа побледнела, появились синяки под глазами, складывалось впечатление, будто мужчина не спал несколько суток к ряду. – Что будем делать с ними? – спросил жрец Хора, выпивая отвар и кивая в сторону замерших людей. – Вызови сюда своих слуг, пусть приглядят за ними, пока ты отдыхаешь. – Не выйдет. Тут слишком холодно, – поморщился мужчина, разминая болящее тело. – Может, попробуем договориться? Задумчиво посмотрев в сторону подозрительно тихих смертных, бывший жрец уже собирался согласиться, как вдруг дверь с грохотом распахнулась и в домик вломились О'Коннеллы и Ардет Бей. Вновь прибывшие тут же нацелили оружие на Имхотепа и сонного Сокола. – Алекс, с тобой все в порядке? – тут же бросилась к сыну Иви. Осмотрев ребенка и выяснив, что с ним все хорошо, женщина облегченно вздохнула. – Какие же вы шумные, – устало выдохнул Сокол, поднимая голову и оглядывая мутными глазами присутствующих. – Бесит. Гахиджи! Не прошло и секунды, как в помещении появились непонятно откуда взявшиеся воины Анубиса и, подняв свое оружие, окружили людей. – Ты же говорил, что не можешь их призвать? – удивленно приподнял бровь Имхотеп. – Да? – как ни в чем не бывало удивился жрец. – Не то чтобы я не мог их призвать, просто на это требуется огромные затраты энергии. Служитель Хора зевнул и встряхнул головой, пытаясь прогнать сонливость. Но понимая, что толку от этого не много, он повернулся к своему помощнику и приказал: – Пока я отдыхаю, выполняй распоряжения Имхотепа. Ясно? – Слушаюсь, – отозвался Гахиджи, поклонившись. Добравшись до единственной кровати, Сокол улегся на нее у тут же уснул, уже не заботясь ни о чем. Тем временем шакалоподобные воины подтолкнули Рика и Ардета к остальным, не забыв при этом забрать оружие. Бывший жрец дождался, когда слуги Анбиса освободят ему место и разойдутся по углам, и только потом подошел к пленникам. – Вот что вам не сидится на месте? – спросил он, не ожидая ответа. – Сидели бы дома, ан нет, надо путаться под ногами. – Что ты затеваешь? И кто это? – поинтересовался Рик, стараясь найти пути спасения. – Вас это не касается, а насчет твоего последнего вопроса, смертный, спроси у своего друга меджая, он уже, наверное, все понял, – ухмыльнулся Имхотеп и отошел к столу. Он сел на стул и с любопытством наблюдал, как супруги недоумевающе уставились на друга. Меджай же в свою очередь старался не смотреть на своих товарищей. Первые подозрения у него возникли, когда О'коннеллы рассказали ему о странном спутнике мумии. Когда же он увидел трансформацию женщины в мужчину, а потом еще и маску, то все его сомнения развеялись. Ардет не мог лишь понять, почему служитель Бога сотрудничает с отступником. Именно поэтому он решил дальше следовать с супругами. Мужчина сам хотел спросить об этом служителя. И вот, когда у него представилась такая возможность, жрец Хора уснул. – Что ты преследуешь? – решительно спросил меджай, смотря Имхотепу прямо в смеющиеся глаза. – Тебя это не касается, воин, – холодно ответил Сокол за своего подопечного. – Не путайся у меня под ногами. Вновь прикрыв глаза, жрец искренне надеялся, что на этот раз его не разбудят. Как же ему хотелось, чтобы Амизи сейчас оказалась подле него. Она бы с легкостью сумела восстановить его силы. Одно присутствие этого прекрасного цветка дарило покой душе Сокола. Мысленно улыбнувшись, жрец представил образ служительницы Изиды. Миниатюрная брюнетка с зелеными глазами всегда мило улыбалась, даже слегка стеснительно. Когда Сокол впервые с ней встретился, он даже не подозревал что так сильно привяжется к новой жрице Богини. Почувствовав, что словно теплая маленькая ладошка прошлась по коротким волосам и остановилась на разгоряченном лбу, мужчина облегченно ощутил прохладу. Он, наконец-то, сможет нормально поспать. Резко распахнув глаза, Сокол сел на кровати. Оглядевшись по сторонам, он заметил сбившихся в кучку смертных, укрытых какими-то тряпками, своих воинов и дремавшего на стуле Имхотепа. Поднявшись с жесткой койки и надев диадему, мужчина осторожно сделал первый шаг. Слабость не ощущалась, его организм полностью исцелился, а магическая сила восстановилась. «Амизи», – улыбнулся жрец под соколиной маской. – Как себя чувствуешь? – отвлек его от раздумий тихий вопрос его подопечного. – Спасибо, мамочка, отлично, – хмыкнул в ответ служитель Хора, потягиваясь. Раздраженно вздохнув, бывший жрец встал с неудобного стула и размял затекшие за ночь мышцы. Стараясь не производить много шума, мужчины отворили дверь на улицу и вышли на свежий воздух. За ночь метель хорошо занесла видимые тропинки и создала новые глубокие сугробы, причудливо сверкающие в лучах солнца. Прохладный колючий воздух приятно щекотал кожу. Довольно улыбнувшись под маской, Сокол вздохнул полной грудью, наслаждаясь прохладой. Не то чтобы он любил подобный климат, но жара пустыни иногда сводила его с ума. Ведь когда-то, давным-давно, еще до своей смерти, он жил в подобном месте. Прошел уже год с тех пор как их племя отсоединилось от остальных кельтов и переселилось на британские острова. Теперь у Бранна был новый дом, новая жизнь. После смерти жены он впервые почувствовал себя живым в этом незнакомом мире. Здесь приходилось постоянно бороться за выживание. Одно дело охота, но присутствовали и стычки с местным населением. Никто не хотел отдавать свою территорию без боя. Со временем местные племена их приняли и иногда заключали с иноземцами союзы. Бранн никогда не лез в дела вождя, хоть и был иногда не согласен со взглядами своего старшего брата. Воин предпочитал проводить все свободное от войн время на охоте. Так от него больше будет пользы, да и братец не впутает его в свои планы. Вот и сейчас сидя в засаде с юным Галвином, Бранн старался отогнать ненужные мысли и сосредоточиться на охоте. Покосившись на юнца, мужчина скривился. – Если ты не угомонишься, мы упустим добычу, – тихо прорычал Бранн. Его совершенно не радовало, что в помощь ему дали Галвина. Мальчик был еще не опытен, а провал в сегодняшней охоте был не допустим. Последние несколько дней охотники не приносили крупною дичь, и племя начало голодать. Так что, это дело чести – принести домой мясо. Юнец недовольно насупился, но перечить старшему товарищу не рискнул, поэтому замер, стараясь больше не производить постороннего шума. Бранн напряженно замер, прислушиваясь к звуку леса. Почудилось или нет? Он вслушивался, пытаясь понять, что это за источник шума, так быстро надвигающиеся на них. Что-то большое и быстрое приближалось к ним. Достаточно громкий топот двигался прямо на них, он сопровождался повизгиванием. Но вот к первому источнику присоединился новый. Тихое ржание коня было чуть вдали, но стремительно настигало добычу. И вот, уже спустя мгновение, на охотников из кустов выскочил огромных размеров вепрь. Он обезумивши несся на Галвина. Мужчина не долго думал, его действия скорее основаны на инстинктах. Бранн резко подался вперед и оттолкнул юнца в сторону, чтобы тот не пострадал. Но сам он уже не успевал убраться с дороги напуганного зверя. Мгновенная острая боль пронзила его тело, когда клыки вепря впились в плоть мужчины. Мощное животное отбросило в сторону помеху и, не замедляясь, продолжило свой путь. Ударившись о ствол дерева, Бранн упал на землю. Тело не слушалось, и сознание упорно ускользало. С трудом открыв глаза, он поднял голову. Стекающая по черным волосам кровь застилала глаза, мешая рассмотреть, где его подопечный. Когда он увидел, что юнец отползает в кусты, то хрипло выдохнул, поморщившись от боли в сломанных ребрах. «Уцелел», – мысленно порадовался мужчина. Он уже собирался позвать Галвина, но замер с открытым ртом. На поляну выскочил громадный конь, неся на себе большого человека с соколиной головой. Всадник даже не притормозил, лишь мимолетно взглянул на изувеченное тело охотника и помчался в погоню за удирающим вепрем. Вновь оставшись в тишине, Бранн закашлялся и ощутил, как стал захлебываться собственной кровью. Нет, он понимал, что рано или поздно умрет, но предполагал, что это произойдет на поле боя. Предполагал, что смерть будет более достойна, чем эта. Легкий шелест выдернул его из марева мыслей. Подняв тяжелую голову, сквозь пелену, застилающую глаза, мужчина увидел, как Галвин испуганно смотрел на него и отступал подальше. Воин хотел было позвать юнца, но вновь закашлялся. Тогда он протянул к напарнику окровавленную руку, только юноша, напуганный еще больше, развернулся и побежал прочь. – А напарник ли? – с трудом проговорил Бранн, понимая, что от такого сопляка ждать помощи нет смысла. Рядом раздалось цоканье и, подняв вверх голову, мужчина увидел того же странного всадника. Существо спрыгнуло с белого коня и приблизилось к человеку, изучающе поглядывая на него. Охотник чувствовал, как нечто проникает в него, точно что-то ищет, роется в его мыслях и воспоминаниях. Но вот все прекратилось, и существо наклонилось к нему, протягивая руку. – Идем со мной, воин, – послышался мягкий голос в голове у человека. – Идем? – вывел его из воспоминаний голос напарника. Да, теперь Сокол мог с уверенностью сказать, что считает Имхотепа напарником, но ежели он ошибся... если он ошибся, то лично обезглавит предателя.