Новенький

— Чего? — не понял Вершинин, а я, заметив, что Танитрий возвращается быстро вернула телефон на место. Маршалл. Этого просто не может быть… Таня же не могла, нет! — Потом. — бросила я и допила свой кофе. — Ну, что, вы точно не будете ещё картофан? — поинтересовалась появившаяся Танюха, держа в руках ещё две упаковки с едой. Антон отрицательно помотал головой, все ещё прибывая в недоумении с моего поведения. Я тоже ответила отрицательно, а Таня начала ворчать, мол, чего это мы такие «малоежки» не разговорчивые. Антон-то понятно — он почти всегда такой на людях, а я старалась не палиться. Не смогла больше сидеть вместе со всеми и решилась уйти. — Ребят, ладно, я пойду, мне ещё с Лори надо гулять. — под простым предлогом собралась я. — Хорошо посидели. Ещё увидимся! — Ну давай, — кивнула подруга. — Покеда! — Дима просто помахал рукой, не в силах говорить из-за набитого рта. Только я взяла рюкзак со стула, как Вершинин схватил меня за руку. — Я с тобой. — Тоха встал и размял спину. — До скорого! — махнул он рукой трапезничавшим и сам потащил меня на выход. Оказавшись на улице, парень едва ли не прижал меня к стенке. В глазах читался дикий интерес, а мою руку продолжали сильно сжимать. — Что значит «маршалл»? — спросил ничего не понимающий Антон. — О чем темнит Таня? — Тоже мне, — фыркнула я. — Добытчик информации, блин. Ты в курсе вообще, что у Перова погоняло Маршалл?! Его между собой его люди так называют. — из меня вышел бы прелестный гопник! Да! Следующие три минуты я наблюдала как офигевает Вершинин. Глаза, и без того огромные, теперь стали просто колоссального размера. — И да, отпусти меня пожалуйста, ты мне сильно сжимаешь руку. — Ой! — воскликнул Тоха. — Прости… — он поцеловал меня в лоб, отчего по коже побежали приятные мурашки. Вдруг Вершинин достал телефон и начал набирать номер. — Ты кому звонишь-то? — спросила я, попутно думая о том, как Танька могла связаться с этим извергом и что мне теперь делать. — Андрею. — не глядя бросил парень и уже было собирался нажать кнопку вызова, но я не позволила. — Давай не сейчас? — я накрыла своей ладонью телефон и без усилий забрала его у Антона. — Пожалуйста. Пошли лучше на крышу? Давно там не были. Он согласился, и уже через тридцать минут мы были на заветном островке спокойствия, лишенном проблем и раздражителей. Наша лавка так и стояла направленная в сторону заходящего солнца, но сейчас мы не смогли бы любоваться закатом, ведь время-то лишь половина третьего. Вершинин сразу уселся, откинувшись на спинку и достал из кармана пачку сигарет. — Не против? — спросил он меня. — Если только мне тоже дашь. — пожала плечами я, будто то, что я собиралась сейчас делать было в порядке вещей. — Окей, тогда убираю. — невозмутимо сказал Вершинин, чем только разозлил меня. Нет, ну правда! Я же не маленький ребёнок и не ему решать что мне можно, а что нет. — Блять, да почему?! — не выдержала я. — Ну в конце-то концов! Тебе-то какая вообще разница?!.. — Мне есть разница! — грубо прервал меня Тоха. — Если тебе на себя насрать, то это не значит, что остальным тоже! И думаю, ты забыла что бывает за нехорошие слова. — Так и скажи, что сигареты жалко! — проигнорировала я последнее предложение и поняла, что меня опять понесло. Блин. В ответ я получила не самый ласковый взгляд и заметила, как парень убрал пачку обратно. — А тебе на себя тоже насрать?! Если так, то мне — нет, и ты тоже не будешь кури… Договорить Антон мне не дал. Схватив мою руку, он уронил меня к себе на колени, держа уже обе руки. — Успокойся, дикая, — засмеялся он. — Лучше давай рассказывай, что там с Перовым. — Нет! Давай решим вопрос с твоими дурацкими сигаретами! — продолжала возмущаться я, сидя на Тохе. — Я тоже хочу! Пообещай, что потом точно дашь! Пару секунд я сердито смотрела на пацана, но вдруг он притянул меня к себе и просто поцеловал. Долго, приятно, чувственно. Так, что у меня все мысли из головы пропали, и осталось лишь одно непонятное, но обалденное ощущение какой-то свободы. Почему именно свободы? Сама не знаю. Да это уже и не важно. Обняла Антона, прижавшись к нему как можно крепче, и поняла, что ему опять-таки удалось успокоить мой строптивый характер. Почувствовала, как он обнял меня в ответ. И так хорошо-хорошо стало, что больше вообще ничего не хотелось, кроме как сидеть так вечно. Просидели мы так минут десять, когда я решила продолжить разговор. — Когда меня принесли в какую-то комнату, охранник вышел, предварительно что-то напечатав на стоящем там компьютере, а пока его не было, я успела прочитать. Речь шла обо мне, а собеседник охранника звался Маршалл, которого он называл босс. Босс там один и это Перов… — То есть Танюха связалась с их шайкой? — посмотрел на меня Вершинин и когда я кивнула, выдал: — Пиздооос. Завтра едем к Митину разбираться. — устало вздохнул Антон и уткнулся мне в шею, вызывая табун мурашек у меня. Я кивнула. — Знаешь, то, что они пока лишь подают признаки серьезного настроя ещё не самое страшное. Страшно будет, когда люди пропадать начнут. — немного помолчав, добавил Антон. — В смысле? — не поняла я. — Ты хочешь сказать, что они скоро начнут зверствовать, пробивая себе путь наверх? — он кивнул. — Наконец-то до тебя дошло, что это все не просто так. — усмехнулся парень, поражая меня своей невозмутимостью. — Тогда я не понимаю почему ты так спокоен?! — воскликнула я. — А разве мы можем что-то изменить? — Конечно! Для чего тогда Митин учит всем единоборствам, стрельбе и прочему? Просто так?! — Что бы в крайнем случае остаться в живых! Стася, это холодная война и пока Перов не решит действовать, наивно полагая, что власть уже рядом, нужно терпеливо ждать и готовиться к худшему, поэтому пока что нет поводов для паники. Разве что слабое беспокойство. — И знать, что может погибнуть уйма людей это ещё не самое страшное? — сипло проговорила я. — Но пока никто не погиб! — как-то жалостливо ответил Вершинин. — Пока! Я вздохнула, обдумывая. Зачем я вообще во все это ввязалась? Ахах, интересно, сколько раз я задавала себе этот вопрос? И каждый раз таки находила положительную причину. — А что лично для тебя самое страшное? — неожиданно для себя спросила я Антона. Тот неопределенно пожал плечами. — Предательство, наверное… Смерть близких. — Тоже самое. — шепотом сказала я. На крыше мы провели ещё часа полтора, любуясь панорамой города, разговаривая о чём-то и много-много обнимаясь. Вспомнилось, как в последний раз, когда мы были здесь, я чувствовала сильную недосказанность, зато теперь все наоборот. Зная, что друг от друга нет секретов, что мы можем поговорить на любую тему, мне становится необъятно хорошо. Спустившись с многоэтажки, пошли гулять по городу. И снова я вспомнила как мама меня никуда не отпускала, ссылаясь на то, что кругом маньяки. Сейчас вряд ли меня испугает какой-то мужик с ножиком… Хотя, что я вообще смогла сделать, когда на меня напал тот охранник? Скулить, кричать и плакать? Да уж, Комарова, уроки арниса от Митина «пошли» тебе на пользу… Шатались по улицам долго, ели сладкую вату и пару раз издалека видели Танитрия. Испугавшись, что заметят, прятались в каких-то кустах, после чего неистово хохотали. Обошли весь город и даже пешком дошли на окраину, к берегу реки, где по воде запускали плоские камешки. Я спросила у Тохи на счёт его папы, мол, не волнуется ли он. Насколько я знаю, Вершинин старший сейчас по командировкам не ездит — отпуск у него, вот и сидит в «родном» доме. Как оказалось, совсем не волнуется, зная, что сынуля с десяти лет шастает по городу и знает каждый уголок. Он даже не против того, чтобы Антон по ночам гулял, а меня в своё время, как я уже сказала, даже в городе не отпускали походить… Домой я пришла в одиннадцатом часу, заботливо провожаемая Тохой до самого подъезда. Папа прислал СМСку, что у него задерживают рейс и он прилетит завтра-послезавтра. Облегченно выдохнула — не придётся отчитываться за прогулы в школе. Маясь от безделья, выпила большущую кружку чая и, затащив на кровать Лори и обняв собачонку, легла спать. *** Утро добрым не бывает и ничего не помогает. Антон разбудил меня криком раммшайна на звонке и я, подпрыгнув с испугу, уронила телефон с кровати. — Вставай и открой мне дверь, чучундра. — в трубке тут же зазвучали гудки и я, матерясь себе под нос и запахнувшись в халат, поперлась открывать двери. — Антон, ну жёваный крот, в такую рань! — начала ворчать я, увидев довольную физиономию Вершинина. — Время десять, а я не завтракал! — улыбаясь во весь рот, заявил Тоха. — Так что вперёд на кухню! — встав в позу супергероя, он «полетел» к холодильнику. — А ты не сильно наглый? Я вообще-то только что с кровати слезла! — продолжала бухтеть я, заправляя постель. — Не только ты тут есть хочешь! Я бы ещё спала, но нет! Надо было же в десять утра поднять! Пиздец блять! — со злостью встряхнула плед и подоткнула его под матрас. Наклонилась за упавшей подушкой, как вдруг получила шлепок по мягкому месту. Мгновенно выпрямилась и возмущённо уставилась на парня. Он уже спер из моего холодильника приготовленный вчера бутер и довольно его жевал. — Нет, я не сильно наглый. И папа ещё спит. Так что дома мне готовить завтрак некому. — он усмехнулся и оперся плечом на шкаф. — Оно и видно. — пробурчала я, за что получила ещё один шлепок. Метнула в Вершинина злобный взгляд и убежала в ванную одеваться. Заметно повеселела, когда войдя в комнату, увидела, как Тоха возится с Лори. Упитанная собачатина самозабвенно трепала его за футболку, пока парень тыкал её в бока и хватал за лапы. Тихо прокралась к холодильнику, вытащила оттуда какие-то мюсли и, залив их молоком, села завтракать. — Про меня забыла? — Антон сел за стол, отделавшись от щенка, и лукаво посмотрел на меня. — Забыла. Совсем. — кивнула я и съела ещё одну ложку жидкого недо-супа. — У тебя есть ещё еда? — надув губы, совсем по-детски прохныкало это дитё. — Что найдёшь там, — указала пальцем на «хранилище снежинок». — Все твоё. И да, я уже смирилась с тем, что ты съедаешь все мои вкусняхи! — Лублу тибя! — донёсся до меня приглушённый голос, собственно уже из самого холодильника. Таким образом, Вершинин съел ещё бутер с нутеллой, два вишневых йогурта и выпил мой молочный коктейль с ванилькой (!!!), кстати, теперь он мне должен, и теперь валялся на диване, пока я домывала посуду. — Митин СМСку прислал. — заявил «отдыхающий». — И чего там? — Говорит сюрприз какой-то. Попросил поторопиться. — я, вытирая руки полотенцем, подошла к нему и несильно пихнула коленкой в бок. — Пойдём. Попросил же поторопиться, а ты развалился как… — Как кто? — усмехнулся Антон. Вместо ответа накрыла ему лицо ставшим влажным полотенчиком и ушла в прихожую одеваться. Через десять минут мы были уже на улице и спешили к остановке, а в голове у меня стала крутиться одна назойливая мысль. Я вспомнила, когда Тоха приехал за мной. Приехал. Сам. И теперь я не понимала почему. Почему сам. Да. Раньше даже никто не заикался о том, чтобы дать ему машину, да притом одному, а тут на тебе. Пока я думала и грызла при этом ноготь, подошёл нужный автобус. — Помнишь, когда ты меня забрал от Перова? — заходя в узкие двери, через плечо спросила я. — Да. — Почему ТЫ был за рулём? И вообще один в машине? Разве Андрей не должен был обезопасить своего «приближённого»? — начала сыпать вопросами, желая как можно быстрей разобраться с очередной фигней. Или не фигней. Не знаю. — Да я сам вызвался, — пожал плечами Вершинин, отдавая мелочь за проезд. — Митин зубами скрипел, мол куда ты лезешь, опасно, тебе семнадцать… Ну, а я его выбесил и он плюнул. И в принципе, Перов и так получил, что хотел, ему не нужен был лишний напряг, а так он хоть на меня посмотрел. А я на него. — парень наигранно улыбнулся и скрестил пальцы сердечком. — Плюс, опыт с машиной все равно не помешает. — И давно ты умеешь ездить? — Лет с четырнадцати, папа тогда ещё начинал учить. Потом и Митин, и снова папа. И вот что вышло. — Спасибо ещё раз, конечно, но больше так не делай! Я серьезно. Это же опасно, как бы банально не звучало! — нахмурилась я, а Антон лишь махнул рукой. Тоже мне, крутой пацан! Все ему по барабану, ага! Проехали остановки три, прежде чем я заметила, что на меня как-то озираются люди. Даже с неким отвращением отходят в сторону и кидают осуждающие взгляды то на меня, то на Тоху. Терпела не долго и в конце концов спросила у Вершинина. Тот лишь отстранил меня чуть назад. — Где высокий воротник? — шипяще спросил меня он. И тут до меня дошло. Видно же синяки на шее из-за расстёгнутой куртки!!! Быстро застегнула молнию и как можно выше натянула короткий воротничок от кожанки, но все равно стояла заслоняемая Антоном и сгорала со стыда. Наконец мы доехали до штаба и уже подходя ко входу в здание, во мне задергалось неприятное чувство, что что-то не то будет. Ощущения, как я поняла в дальнейшем, меня не подвели. Внутри нас встретили девчонки из моей группы по арнису, видимо, только с тренировки. Эх, совсем я забросила это дело, пора бы вернуться на круги своя. Так же по пути на второй этаж встретился Сокол. Он тоже только приехал, призванный незамысловатой СМСкой, и теперь мы втроём стояли у знакомой двери. — Чувствую, этот сюрприз мне определенно не понравится… — произнесла я и мои слова эхом отразились от стен коридора. — Ладно, что уж, идемте. Я распахнула двери и зажмурилась от яркого солнечного света, заливающего всю комнату. Тут же на меня дунул сквозняк и я поежилась, похоже, что Андрей опять сидит в холоде, проветривая «на благо здоровью». — Приветствую! — привычно радостный голос Митина разнесся по всему помещению. — И тебе всего хорошего! Андрей, хоть осень и тёплая, но не июль же! — пробурчала я, проходя прямо к окну и продолжая жмуриться от всё ещё непривычно яркого света. — И что за сюрприз? Зачем надо было торопиться? — разворчалась я, кое-как закрывая форточку и поворачивая ручку затвора. Куртку сняла, но она тут же была возвращена на место Антоном, который напомнил мне, почему на меня в автобусе смотрели как на прокажённую. Господи, ну как можно было про такое забыть?! В этом вся я, блин. — Ну вот сейчас и увидишь. — хлопнул в ладоши мужчина и сел на своё кресло. — Присаживайтесь, ребятки. Пару минут он что-то печатал в своём телефоне, после чего отложил и довольно оглядел нас, ничего не говоря. Повисло напряженное молчание и странная пауза, как вдруг снова открылась дверь и на пороге появилась девушка. Очень высокая блондинка, ростом примерно с Тоху, была в темных джинсах и в красной, облегающей внушительное всечтоможно, водолазке. Пухлые малиновые губы, большущие голубые глаза, очерченные скулы… Ну прям кукла Барби. Невольно сравнила себя с ней, и результат оказался не утешительным. На ее фоне я меркла, скорее даже исчезала, и казалась какой-то деревенской дояркой Глашей. Проследила за взглядом Антона, который не сводил заинтересованный взгляд с Барби. Внутри ни с того, ни с сего заворочалась ревность, причём дикая, а он всего лишь посмотрел на незнакомку. Так вот значит как это бывает… Ну и зачем она здесь, интересно?! Да уж, офигитительный сюрприз! Опять зашевелилось то неприятное чувство, что я испытывала перед тем, как войти сюда. — Знакомьтесь, это Каролина. Наш новый преподаватель по тайскому боксу! — Я КОралина. — учтиво поправила Митина Барби, дёрнув бровью. — Можно просто Кора. Всем доброго утра! — лучезарно улыбнувшись, она оглядела нас и пристроилась с краю, через три стула от Сокола. Мы по очереди представились, а я уже мысленно впадала в депрессию от того, как на фоне этой куклы Антон станет меня критиковать, какая я стремная, в итоге бросит, а я буду плакать. Пипец что ревность с бабой делает! Я уже какую-то фигню начала думать! -…И мне восемнадцать. — донёсся до меня обрывок ее рассказа. О, совершеннолетняя, а значит все можно! Презрительная язва внутри меня включилась и все больше захватывала разум. Антон продолжал смотреть на «новенькую», а во мне почему-то все закипало. Едва усидела до конца ее монолога, сердито буркнула своё имя в знак приветствия и начала отрывать заусеницу, всем своим видом показывая, что мне абсолютно на всё и всех пофиг. Ещё минут тридцать Митин что-то глаголил, Коралина ему отвечала, иногда своё слово вставлял Сокол, а Тоха вызывал во мне целый океан беспокойства. Все время он молчал, изредка поглядывая то на меня, то на эту Барби. Хотелось вскочить и крепко так его встряхнуть, крикнув, что я не позволю ему уйти к этой шаболде! Мотнула головой. Будто кино сейчас посмотрела. Ревность… Что-то меня сильно она долбанула. Уже додумываю то, чего нет, злюсь, просто так обзываю Кору. Так. — Андрей, есть кофе? — не выдержав, я поднялась со стула и прошла к месту, где обычно наливали чай, собственно сам кофе, и где всегда были конфеты в вазочке. — Да, там в нижнем ящике. — ответил Митин и вернулся к своему разговору с новоиспечённой сотрудницей. Налила себе покрепче, бухнула в кружку аж четыре кубика сахара и громко все это перемешала, звеня ложечкой по чашке. Ушла к дальнему окну, отстранённо слушая голоса и обжигаясь напитком. На улице ветер гонял разноцветные листья, пыль и какой-то пакет. Наблюдала за полиэтиленовым летающим кульком, видя, как он нарезает круги по воздуху, огибает ветки деревьев, врезается в прохожих, которые норовят сунуть его в урну, поймав, но ветер, как специально, подбрасывал его ещё сильнее. Вздрогнула, когда на плечо опустилась крепкая, но мягкая рука. — Чего нервничаем? — это был Антон. — Ничего, — дернула плечом. — Если не хочешь чтобы у меня бомбануло, не развивай тему. — Как скажешь. — немного обиженно буркнул Вершинин и ушёл обратно за стол. «Как ска-ажешь» неприятно пронеслось у меня в голове и я нахмурилась. Ну не должна я себя так вести! Он же ничего не сделал, даже пары слов ей не сказал, а я как идиотка. Так, надо брать себя в руки и не тупить и не обижаться на всякую чепуху. Успокоив себя этими мыслями, вернулась к столу. Речь шла о дальнейшей работе Коры у нас. Невольно задалась вопросом, кто здесь я? Надо будет потом об этом подумать… Сидели мы не долго. Митин рассказал Коралине что тут и как, в какое время занятия и прочее, а я все это время незаметно пялилась на Барби. Нет, ну серьезно! Кукла, просто кукла. Персиковая, сияющая кожа, длинные ресницы. Даже обидно за себя стало. К сожалению, сколько не пыталась бросить эти рассуждениях, не вышло. Постоянно возвращалась к этому. Наконец они закончили и я смогла вздохнуть спокойно. Барби меня немного напрягала. — Андрей, ты не поверишь! — начала я. — Знаешь что у Перова кликуха Маршалл? — Теперь знаю. — Помнишь я тебе рассказывала как-то про свою подругу Таньку? — кивок. — Так она с ними!!! — Как узнала? — Митин сразу посерьёзнел и я начала свой рассказ. Выложила все от начала до конца. В итоге решили, что придётся разбираться. — Стася, забыл сказать. Ты теперь у нас главная по компьютерам и всему к ним прилагающемуся. Герман уехал учиться в другой город. — в конце выдал мужчина. Вот те раз! И не придётся думать какое же мое место тут. Теперь я знаю, но есть маленькое «но»… — Но я же не умею! — возразила я. — Научим, там не сложно, а больше подходящих людей нет. Да и ты у нас девочка не глупая. Разберёшься. — усмехнулся он. — Так, ладно. А что с Танюхой? — Тоже разберёмся. — Когда?! — надоело его «разберёмся-разберемся». Надо уже действовать! — Со следующей недели. Успокойся, Стась, мы никуда не опоздаем. — Окей. — подняла я руки, заканчивая разговор. Потянулись дни. К бабушке я так и не съездила, а когда домой вернулся папа, вообще шаталась где-то по городу и не смогла его встретить. Из головы не вылезала эта Коралина, Таня продолжала поражать меня, что она в шайке Маршалла. Сложно было мне. — Где была? — раздался голос папы, когда я переступила порог квартиры. — Батяяяя!!! — взвизгнула и бросилась к отцу на шею. — Гуляла и совсем забыла, что ты сегодня приезжаешь. Как съездил? В Крыму папе понравилось. Говорит, что он нашёл там себе друзей с которыми ежедневно шастал рыбачить и они решили собираться там каждый год. Рассказал, что они столько рыбы наловили, что даже ездили на рынок продавать, так что отец вернулся ещё и с деньгами, которые отдал мне. Было неудобно брать целых шесть тысяч, но папа вскочил и сказал, мол, мне нужней и заработала. Якобы вон сидела аж две недели одна! Компенсация как бы. Ага, одна. В «Токсине» все шло гладко. Ну, почти. Я освоила компьютеры, в частности комп Германа, и уже уверенно обращалась с программами. Тоха снова стал больше заниматься арнисом, я же лишь иногда присутствовала на тренировках и была просто в бешенстве, когда узнала что Барби почти все время в спортзале. Это мне девочки сказали. Все время в спортзале, всегда значит видит как занимается Вершинин! Ну конечно! Вот так, терзаясь дурацкими мыслями, я сидела в воскресенье за компьютером и выполняла задание: пыталась пробить пароль в системе одного мелкого предприятия. Митин сказал, что у них какие-то долги, нарушения и в общем ему нужна их система и база данных. Базу данных без системы я не смогу попасть, поэтому сидела и подбирала пароль. На экране мелькали циферки, открывались окна программ, а я будто спала. — Да ёб твою мать! — выругалась я, когда пароль опять не подошёл. Стукнула рукой по столу и запустила ещё одну программу. Конечно, оставался ещё один путь нахождения пароля, но нужно было писать вручную, сопоставляя символы и знаки из девяти возможных паролей, а этого делать я не хотела. Программа начала высчитывать, а я откинулась на спинку кресла, слыша, как внизу в спортивном зале проходит тренировка по тайскому боксу у малышей. Да, Митин набрал группу этой Коралине. — Требуется ещё пятнадцать минут. — пророкотал механический голос компьютерного робота. Вздохнув, я легла на тахту, которая продолжала стоять в этом кабинетике Германа ещё с того года, и прикрыла глаза. — Привет. — отдохнуть мне не дал Тоха. — Привет. — Скучаешь? — Ну есть немного. — я потянулась, переворачиваясь на живот, и посмотрела на парня. Вот уже целый день я клюю ему мозги по поводу Коры, а он просто «фейспалмит» и смеётся. Видите ли, мне не о чем волноваться. А я все равно волнуюсь, будто предчувствуя что-то. Вот и сейчас речь зашла об этом. — Блин, ну сравни ее и меня! Разница очевидна! И я видела как ты на неё позавчера смотрел! — канючила я. — То есть ты серьезно сомневаешься во мне? — спросил в лоб Антон, щуря глаза. Хитрый ход перевести стрелки на меня. — Я сомневаюсь в Коралине. — буркнула и исподлобья взглянула на парня, который уже сел рядом со мной, вынуждая подвинуться. — Не мотай себе нервы. — он притянул меня к себе и посадил на колени. — Я не мудак, чтобы ради куклы бросать нормальную бабу. — Ооо, как мило, я нормальная баба ураааа! — захохотала я, обнимая этого придурка за шею и вдыхая запах ставшего любимым одеколона. — Никогда я тебя не брошу, даже мысли не допускай! — уже серьезно сказал он и укусил меня за нос, снова хитро щурясь. — Расшифровка завершена. Пароль найден. — голос с компьютера оборвал возможное продолжение и я была вынуждена закончить делишки с Тохой. Легонько щёлкнув того по лбу, встала и пошла дорабатывать недоработанное. Антон же посидел ещё минут десять, потом ему позвонил Митин и тот ушёл к нему, а я светилась от радости и от слов Вершинина. Он никогда меня не оставит, всегда будет со мной! А я с ним! Сердце весело трепыхалось в груди, а когда я наконец успешно закончила взлом системы, вообще колотилось как бешеное. Домой я вернулась довольная, до подъезда сопровождаемая Вершининым, который не хотел уходить. Ещё минут пятнадцать он смешил меня у подъезда, после чего все-таки смотался. — Это кто? — папа встретил меня у самого порога. Сердито скрестив руки на груди, он взирал на меня с высоты своего роста и я хмурился. — Антон. — Какой? Который к нам пару раз в гости приходил? — снова задал вопрос папа. Про себя усмехнулась — совсем не пару раз он у нас был, а намного-много больше. Но папе это знать не обязательно. — Да. — Ну ладно тогда. Смотри мне, обидит — ушатаю! — решил включить строгого отца папа и с серьёзным видом ушёл работать. Хмыкнув, я сходила выгуляла Лори, вернувшись, вымыла ей лапы, накормила Джуна и легла на кровать с ноутбуком и припрятанной в шкафу пачкой чипсов. Папа, как врач, не разрешает их есть, но в тихушку же все можно. Поэтому я без зазрения совести открыла сырную вкуснятину и захрустела под начало «Астрал 4». Я смотрела все части и каждый раз перебывала в восторге от сюжета. Сейчас, надеюсь, не исключение. Когда кино закончилось, было уже около двенадцати и я пошла в душ. Разбудила заснувшего за столом папу и теперь он ворчал, перебираясь на кровать, попутно натягивая на себя спальную футболку. Так кончился мой вечер. *** В школу я летела. Бежала, огибая заспанных прохожих, таких же опаздывающих школьников и мам, ведущих своих чад в детские сады. Сумка неудобно висела на локте и болталась, замедляя мое движение. Волосы растрепались, щеки покраснели от спешки и холодного воздуха, а легкие горели. Когда я забежала в класс, класснуха куда-то вышла, так что я не огребла. — Проспала. — ответила я на безмолвный вопрос уже сидящего на месте Тохи. — Сегодня в пять? — Да, для тебя какое-то задание Митин оставил. — зевнул парень. Дело в том, что сегодня мы опять едем в «Токсин». С того дня, когда я стала «послегерманом» у меня стало много работы, за которую даже платят! Пятьсот рублей в день, как говорит Андрей, это даже не деньги, поэтому теперь у меня есть так называемый доход. Конечно мне это нравится, да и Антону тоже платят, так что это очень даже неплохое занятие. Главное, не рассказывать никому и вообще никак не распространяться об этом, а так все хорошо. Отсидев в школе восемь уроков и перекусив шоколадкой, отправилась с Вершининым в штаб. Ничего примечательного там не было, я успешно поработала с очередной системой(это и было митинским заданием), откопав необходимую информацию, и отослала ее Митину. Потом сидела в своём отведённом месте, играла в телефоне и пила чай. Антон в это время ездил с Соколом стрелять. Освежить скилы, так сказать. В конце концов мне надоело сидеть без дела в своей каморке и я пошла в кабинет к Андрею. Так как теперь я располагалась не рядом с ним, нужно было пройти метров тридцать по коридору и лишь тогда ты попадёшь к нему. Вот я и шла, стараясь не сильно топать жесткой подошвой туфель. Время уже было около шести и большинство народа отсутствовало, но Митин должен был быть тут. Толкнула дверь и оказалась в тёмной комнате, оторопев от неожиданности - передо мной кто-то стоял спиной ко мне. Вдруг тело резко развернулось и я увидела… Антона! А за ним была Коралина. Она стояла, почему-то победно улыбаясь и смущенно поглаживая собственные губы. Сердце как будто остановилось и я замерла, не представляя как это понимать и что делать. По спине прошла неприятная волна, а челюсть непроизвольно открылась. Дыхание перехватило и я рвано выдохнула и вздохнула одновременно. — Это не то, что ты подумала. Клянусь. В голове пронеслись отдельные слова. Предательство, ложь, сволочь, ненавижу… Все смешалось во едино и я выскочила из помещения, побежав обратно. Не дойдя до кабинета, остановилась у стены и села на корточки. Я поняла. Сейчас поняла. Слезы застилали глаза, а обида начала поглощать прямо изнутри. Чувствовала себя жестоко обманутой и наивной девчонкой, которая повелась на розовые сопли. Мразь. — Пожалуйста, позволь мне все объяснить!