Новенький

— Кукусики! — распахнула свои объятия подоспевшая Таня, и я нехотя обняла её в ответ. — Привет. — Как делишки? Чем на каникулах занимаешься? — защебетала одноклассница, и мы неспешно двинулись вдоль тротуара. С самого начала Таня что-то сильно растрещалась, что было абсолютно на неё не похоже. Пытается что-либо скрыть от меня, чтобы я не спросила? А может у меня просто развивается паранойя? Я. Задолбалась. Подняла голову и немного порадовалась. На небе наконец выглянул кружочек солнца и хоть немного скрасил моё уныние. Стало скучновато: подруга начала рассказывать о каких-то модных журналах, новых отделах в центральном магазине… Я же молилась всем богам, чтобы это поскорее закончилось. Медленно переставляя ноги, я шла, движимая лишь тягой Лори, которой всё нужно было понюхать. Трёп Тани пыталась игнорировать. Снова думала про маму, про то, как вообще эти события с Сергеем будут развиваться дальше, про Антона и его обещание о…ну ясно. Кстати, при любой мысли об этом самом, внутри чувствовались пресловутые бабочки. Вот и ещё одно чувство из книжек я ощутила на себе. Ура. Значит они не врут. Затем мысли плавно перетекли в еду. В голове тут же возникли образы всяких тортиков и чизкейков и зажужжало желание пойти заточить парочку в какой-нибудь кафешке. Но я, как вы понимаете, стойко выдержала натиск и в конце концов вслушалась в речь Тани. — …и так мне понравился тот автомат! Мощь прямо! — воскликнула вдруг Танюха. Я резко повернулась на неё. — Какой автомат? — Ну говорю же! В «тэцэ» новый отдел ещё и с оружием! Вот я и заперлась туда пару раз. Так теперь чуть ли не каждый день туда забегаю и даже нож себе присмотрела симпатичный! — С каких пор ты интересуешься оружием?.. — задумчиво спросила я и отвернулась отобрать у Лори какую-то бяку изо рта. — С тех же, с каких и ты… — услышала тихую фразу за спиной и прифигела. — Что? — выкинув какую-то палку, пережёвываемую Ло, снова взглянула на Таню. — Я ничего не говорила. — брови девушки простодушно взметнулись вверх и она продолжила идти как ни в чем не бывало. «Оно и видно» пронеслось в голове. Спустя полчаса мне совсем наскучило таскаться за подругой. Я изо всех сил старалась не повернуть домой. Как я и думала, эта прогулка ничего полезного мне не дала, кроме ещё большего убеждения в предательстве Тани. — Кстати, ты похудела. Ходишь куда? — как-то не по доброму спросила та. Точно паранойя. Уже везде «недоброе» вижу. — Нет, просто не жру как слон. — усмехнулась я, вспоминая вчерашний вечер. — Ммм, здорово… — безучастно протянула Танюха. — А как у вас с Антоном дела? — А как у нас могут быть дела? — о чем это она, интересно? Может это намёк? Если да, то на что? Да не-е… — Ну-у-у, в этом плане. — одноклассница повела бровью и пошло улыбнулась. О боже. Подозрения подтвердились. К щекам прилила краска. Она серьезно? Зачем ей это, если она не собирается снова быть моей лучшей подругой? Или собирается… Нет, она, пару раз пропалившись где не нужно, уж должна понять, что я что-то знаю, но не завожу тему. И она не заводит. То есть мы на каком-то ментальном уровне обе понимаем что происходит, но тем не менее не говорим об этом. И плюсом к общей загруженности у меня так и стоит вопрос: каким боком она причастна ко всей этой катавасии с Перовым?!.. — Просто мы с Димкой уж давным давно того. Вот я и у тебя захотела узнать. — добавила девушка. От услышанного захотелось убежать. Сразу стало так неуютно и стремно. Ну это же личное, господи ты боже мой! — Эм… А разве это не личное? — кое-как выдавила из себя. — Да ладно! Ещё нет?! — догадливости у девки не убавилось. — Серьезно? Тоха парень видный, а вы всё ещё нет! — Таня, во-первых, мне семнадцать, — не выдержала я и меня, как говорится, понесло. — А во-вторых, почему ты так активно хочешь об этом узнать? Повторяю: это личное! Видный парень, все дела… Что за бред?! — Я думала мы подруги… — обиженно поджала губки та. Ну-ну, подруги, ага. Сама-то в это верит, интересно? — Да и что, что тебе семнадцать? Нравится человек — давай! Давно пора вам!.. — Не неси чушь! — перебила я эту…непутёвую. Ярость, буря, всё плохо. Меня взбесили. — Когда ты стала рассуждать как шлюха? Следуя твоей логике, можно и вон к тому парню подойти, — указала я на молодого человека возле вагончика с мороженым. — И сказать: «пошли перепихнёмся!» А что, он же нравится! Ты думаешь вообще о чём болтаешь?! — Ой извините-извините! — язвительно произнесла Танька. — Какие же мы нежные семнадцатилетки, бог ты мой! Раз такая умная, сиди и жди, пока твой Вершинин убежит к другой девчонке! Дура! — Если хочет, пускай бежит! По-твоему что, парню только одного нужно? И я не пойму, тебя интернет-форумы для «успешных женщин» засосали? Куда делись твои мозги, Таня?! — действия неслись со скоростью света, а степень шока вообще зашкаливала. Когда эта вполне адекватная раньше девочка стала такой дегенераткой?! — И да, прости пожалуйста, но мне пора бежать. Аллергия на бредни начинается. Сори. Резко развернувшись, размашистым шагом пошла в противоположную сторону от бывшей подруги, из-за чего Лори приходилось бежать трусцой. Теперь нас с Танькой точно ничего не связывает. Я не понимаю, кто так промыл ей мозги? Димас? Точно нет, он не мог! Или после того, что мне уже «давно пора», они у неё сами набекрень съехали? Отдаляясь от одноклассницы, так и чувствовала взгляд прожигающий во мне дыру. Кошмар. Пускай я покажусь ей зажатой и закомплексованной девчонкой, но обсуждать это с ней не буду. С кем на эту тему вообще можно разговаривать? В данном случае только с Антоном и можно! Потому что это, мать вашу, личное! ЛИЧ-НО-Е! Я не знаю, был ли виден пар, шедший у меня из ушей, но я его невидимое присутствие прям ощущала. Вся краснючая, злая и возмущённая я уверенно позвонила в домофон. — Кто? — Тоха, открывай, это я! Пиликнула открывшаяся дверь и я, кивнув в знак приветствия вахтёру, вбежала в закрывающийся лифт. — Вам на какой? — поинтересовался вежливый голос. — Восемнадцатый. — не очень-то и вежливо буркнула я и взглянула на источник вопроса. Пожилая женщина лет пятидесяти мило улыбнулась. Улыбнулась ей в ответ. — Высоко живёте. — произнесла она. — Мне всего на пятый. Кстати, вы новоселец? Я вас раньше не видела. — Я в гости. — А к кому? — излишняя заинтересованность вызвала у меня уже привычные подозрения, но это опять-таки была паранойя. Так, от неё нужно избавляться! Женщина просто вежлива! — Вершинины. — Аа-а! — воскликнула та. — Хорошие люди. И мальчик добрый-симпатичный. — я усмехнулась. — Правда хозяйки у них в доме нет, но им это, как видно, не мешает. Я ведь всё тут про всех знаю. А давай на ты? — подмигнула мне спутница. — Как-никак главная по подъезду! Ох, и собака-то у тебя красивая-я-я! А вот и мой этаж. Тебя как звать-то? — Стася. — А меня Тоня. Всего доброго, Стася! — И вам. Двери захлопнулись и лифт поехал выше. После этой непродолжительной беседы остался приятный осадок, и настроение немного поднялось. Давно я так по простому и без дела ни с кем не болтала… — Заходи! — открывший мне дверь Вершинин стоял полуголый. — Как видишь, я только с душа вылез — делами гигиены занимаюсь! — лукаво щурясь и снимая поводок с Лори, он заставил меня посмеяться. Но злость на Таню никуда не делась. — Джонни сегодня весь день дрыхнет, может развеселится. — Папа дома? — резковато спросила я. — Нет, а чт… Договорить он не успел, потому что я, скинув ботинки, улетела в его комнату и нервно плюхнулась на кровать. Подушка учтиво сама попала мне под голову. — Что, так сразу? Смотри-ка, а я прям как знал с ванной вылез! — входя в комнату и надевая футболку, усмехнулся Антон. — Иди в задницу, извращенец! — с размаху запустила в него подушкой, которую он ловко поймал. — Знал бы ты, что мне сейчас эта идиотка наговорила, не ухмылялся так! — Давай рассказывай. — парень вздохнул, ложась рядом, и как-то снисходительно посмотрел мне в глаза. Невольно затормозила, глядя в бездонную зелень, внезапно вспоминая время полутора лет назад. Чуть не расплакалась. Ой… Дура эмоциональная. Начала все с самого начала. Как появилась Таня, о чем начала говорить, как говорить, не забыла упомянуть «про видного парня» и про «давно пора» (кстати, на этом моменте Тоха слегка покраснел, что меня не мало удивило), а потом я начала бомбить на Таню и вообще на всю ситуацию в целом. Слушая мои возмущения, ворчание и злые возгласы, парень иногда пытался сдерживать смех, но получалось не очень. За эти смешки он получал по башке, не сильно, конечно, но получал — я ж злая была. — А после моего вопроса, когда я отвернулась, так вообще буркнула мне в спину что-то типа: «С тех пор, с каких и ты». Так я вообще там в осадок выпала! — тараторила я громче обычного. — Ой, забей. Тебе охота нервы из-за неё тратить? Всё равно ты уже с ней перестала общаться. — он перевернулся на живот. — Хотя она может мешать планам по Перову. — немного подумал. — Не, фигня, ничего у неё не выйдет. — Мне так охота забыть про всё это… — как бы в пустоту вякнула я и пожалела. — Забыть про что? Про меня в том числе? — шутливо обижаясь, Тоха начинал долгий разговор. — Нет, про Перова, про все его…делишки, мягко говоря. Про тебя я не хочу забывать и не забуду! Понял ты, дитё?! Парень лишь улыбнулся. Посидев у Вершинина ещё пару часов, ушла домой. Выйдя из дома, вздохнула с облегчением: самое страшное пока не наступило. Не от меня же зависит. Или от меня тоже? Да и настолько ли оно страшное? Боже, пускай всё идёт своим чередом, как получится, так и получится. Уверенно шагая к своему подъезду, успокаивала неспокойный разум как могла. Попыталась перепрыгнуть лужу, но не получилось — сиганула прямо в середину. Лори повезло больше. В отличие от меня, собака грациозно перемахнула через небольшое для нее препятствие и теперь ждала меня «на противоположном берегу». Смачно ругнувшись, я топнула по луже, ведь она тем, что я в неё наступила, помешала мне додумать, замочила ноги и кроссовки окончательно и уже без приключений дошла до спасительного домофона. «Пилиньк» и я уже внутри своего чистого, опрятного подъезда, который сейчас оскверню грязной обувью. Лифт, дверь, ключи, Ло вбегает и шлёпает тоже не самыми чистыми конечностями по светлому полу, а я просто на это смотрю. Смирившись со всем, всё так же смиренно переоделась и всё так же смиренно помыла лапы собаке. А потом всё так же смиренно помыла пол. Глянула на часы и решила, что именно сейчас мне необходимо лечь спать. Без ужина, не дожидаясь папы, просто лечь в половину девятого. Только коснувшись подушки, сразу же провалилась в сон. *** Разбудило меня такое чувство, будто кто-то шоркает на кухне раковину металлической губкой. Противный звук проникал в уши даже через подушку, которой я с раздражением закрыла голову, и я не выдержала. С осознанием того, что день икс уже послезавтра, а значит мне будет страшно, выползла из своей комнаты, перешагнув через развалившуюся у порога Ло. — Па-а-ап! — протирая глаза захныкала я. — Ну ты чего с утра самого уборку затеял? Я ж сплю! Тебе са-а-амому, — зевнула. — спать не хочется? Ответа не последовало. Я распахнула зенки и вместо любимого папеньки увидела продолжающую тереть раковину губкой девушку. Она лупила на меня свои глаза так, будто ей показали такой ужас, что прям…ужас. Я не спорю, по утрам я, как и большинство девушек в этом мире, выгляжу, мягко говоря не айс, но не до такой же степени. — Здрасте! — потирая шею, усмехнувшись, выдала я без капли стеснения чужого человека. Прогресс! — А вы кто? — Мила. — А вы, Мила, кто? — Домработница. Улыбнулась этой Миле, которая до сих пор была напугана, и ушла в ванную, оставив её наедине с раковиной. Получается, папа взял в дом уборщицу? Неплохо. А где деньги достал? Надо будет спросить потом… На вскидку, девушке лет девятнадцать-двадцать, но что уж она такая пугливая-то? Забив себе голову с утра разными мыслями, ну куда ж без этого, взглянула в зеркало. Девчонка как девчонка. Ничего страшного. Да, сонная, помятая и лохматая, но это же не повод так шары свои лупить! Умылась, расчесалась, привела себя в божеский вид и заглянула в папину комнату: кровать не заправлена, на столе беспорядок, самого его нет. Снова рано утром уехал. Видимо, вызов. Глянула на часы — десять. Нормально. — Извини, я не представилась. — заходя на кухню, окликнула я девушку. Она, кстати, всё той же металлической губкой тёрла уже кастрюлю и смотрела на меня. Ну и глазища испуганные! — Я Стася. Кивок. Мда. Разговорчивая шибко, смотрю. — Ты как тут оказалась? — спросила я. — Папа твой привёл. — голос тонкий, как у мыши. Даже немного стыдновато стало за свой низкий. А хотя чего я стыжусь, дура? Все мы разные, ёб твою мать! С утреца на жаргон чот потянуло. — А лет тебе сколько? Или вам? — Четырнадцать мне. Что? Это вот этой-то четырнадцать? Нифига себе! Я ее за двадцатилетку приняла! — А как ты в четырнадцать в домработницы попала? — снова поинтересовалась я. — Деньги нужны. Больше я ребёнка не мучала. Странно, конечно, но я же у отца потом спрошу что да как. А пока решила отправиться завтракать в кафе. Оделась, накрасилась и выступила в поход. За едой. Голову терзали мысли, подозрения на счёт девочки, но, зная, что папа сам это решил, то бояться нечего. — Алло, Тох, ты встал? — набрала я номер Вершинина. — У меня встал. — раздался наглый смешок в трубке. «Господи, какой же извращенец!» пронеслось у меня в голове, но ворчать не стала. — Пошли завтракать? Через пятнадцать минут в «Шоколаднице». — А тренировка? Сегодня я надеялся увидеть тебя в спортивках. — Возьму твоё. — закусив губу, подумала, что домой я пока не буду заходить. Пускай там эта девочка, да и мне ничего не мешает воспользоваться добротой Антона и стыбзить у него футболку и шорты. — В каком смысле? — Потом объясню. Слушай, — в голову моментально пришла идея. — давай я вместо кафе к тебе приду и сама что-нибудь забабахаю? Тохе идея пришлась ко двору, и я, свернув в переулок, зашагала прямиком к нему. Не встретив никого в лифте, в самом подъезде, без приключений добралась до восемнадцатого этажа. — Привет! — громко чмокнув Антона в губы, прошла за ним на кухню. — Ой, здрасте! На диване в гостиной валялся Сергей, приложив руку ко лбу. Полуприкрытые глаза, полосатая пижама — человек заболел. — Здравствуй, Стася! А я тут приболел чуть-чуть. — будто в подтверждение моих слов произнес мужчина. — Но я сейчас уйду к себе, вам мешать не буду. Вы тут это…развлекайтесь. — и, кряхтя да постанывая, Вершинин старший поднялся со своего ложа и, шаркая ногами, будто старик, исчез из комнаты. — Выздоравливайте… — пробормотала я. — Температура тридцать семь и два, а страдает, — Антон показал кавычки в воздухе. — на все сорок. — я засмеялась. — Вот тебе холодильник, вот тебе посуда и плита. Вызвалась что-то бабахать — пожалуйста! — А ты чего это раскомандовался? — Ста-а-ась, я голо-о-одный. — насыпая корм подоспевшему Джонни, прохныкал Тоха. — Ну накорми меня, а? Оставив за собой лишь тихую усмешку, решила изучить фронт работ заглянув в священное хранилище. В холодильнике были овощи, яйца, молоко… О, колбаса ещё. Хлеб, сыр и китайская капуста. Все прям как по заказу! Угадайте, что я решила сварганить? Правильно, омлет! Вспоминая, как вкусно делает бабуля свои омлеты с овощами, последовала ее примеру и сделала как она: в яичную смесь кинула нарезанные колбасу, укроп, помидоры и болгарский перец. Вершинин всё это время сидел за столом, видимо, в ожидании чуда, и пристально наблюдал за моими действиями. — Слушай, а почему ты мои вещи на тренировку собралась напялить? Пришлось рассказать ему небольшую историю о произошедшей у меня дома. Тот понял, но из вредности не позволил мне взять его вещи. Но, как вы понимаете, я в лёгкую его уломала, шантажируя тем, что оставлю голодным. Спустя десять минут, мы уже сидели и завтракали, а ещё через пятнадцать валялись на кровати Антона в обнимку с…нет не с ним, а с Джонни. Этот милейший пёс пребывал сегодня в преотличнейшем настроении и я даже пожалела, что тут нету крошки Ло. Ловя шутливо-ревнивые взгляды со стороны Вершинина, восседающего на стуле в гордом одиночестве, показывала ему язык. — Так все! Надо бы нам поменяться! — воинственно заговорил он. — Джонни, слезай. Как ни странно, и эту команду собакен выполнил. Видать, не впервой. А на его месте оказался обиженный парень. — Либо ты меня сейчас обнимаешь, — начал ставить мне ультиматум он. — либо я тебя защекочу… Нет, накажу. А как, ты прекрасно знаешь. — усмешка. Пришлось выполнять, хотя я была вольна этого не делать и получить продолжение банкета, так сказать. Таким образом мы провалялись часа два. Мальчика Тошу пришлось нацеловывать и обнимать по полной, ибо когда я убирала руки или слишком долго оставляла его без поцелуя, он начинал меня тыкать под рёбра, что не очень-то приятно на самом деле. — Ещё! — в который раз вякнул парень, вовсю развалившись на мне, получив ответный тычок под рёбра. — Нет?! — я шутливо закивала. — Тогда я сам возьму то, что мне надо. В одно мгновение он накрыл мои губы своими и углубил поцелуй, невесомо проводя пальцами по шее, куда позднее продолжил целовать. — Всё я взял. — усмехнулся тот и положил свою дурную башку мне на плечо. Погладила его по волосам. — Ты помнишь, с тебя футболка и шорты? — Угу. — Давай доставай и поедем. А то опоздаем. — Я не хочу. Хочу лежать. — Митин тебе потом полежит! Давай вставай! Это уже завтра. Заполучив Тохину футболку с замысловатым рисунком и чёрные шорты, упаковала все это в сумку и мы отправились в штаб. Андрей был рад нас видеть.