Новенький

— Ребятки, — вещал Митин, неизменно сидя в своём кресле и попивая кофе. — вы сегодня вывернуться должны, но отработать три схемы самообороны по тайскому боксу. — Нет. — я категорически против. Из личных причин с этой шалопендрой не буду заниматься. — Стася, не выводи меня! — начал петушиться Андрей. Краем глаза заметила, что Тоха с интересом наблюдает за нашей мини-перепалкой. — Мы тут на равных? — спросила я. — Да. — Тогда иди в жопу, Андрей! — повысила голос. Антон ущипнул меня за бок, дабы я успокоилась, но не вышло. — Я не буду с ней заниматься! Дай мне грушу или Вершинина и я буду отрабатывать приемы по арнису! Не тяни меня к этой… — Комарова!!! — рявкнул босс. Я даже опешила. Но, видимо, заорал он, чтобы усмирить мой пыл и продолжил: — Если так принципиально, можешь с Доком заниматься. Свободны оба. И чтобы раньше пяти никто из спортивного зала никто не вышел! Ясно? — Хуясно… — буркнула себе под нос, но всё же была услышана — Митин долбанул кулаком по столу. — Ухожу-ухожу. И вышла из офиса. Тоха подзадержался, но тоже вскоре вышел, и мы направились к раздевалкам. Как вы могли заметить, при одном упоминании о Коре меня аж трясёт, так что не удивляйтесь. Надеюсь, удастся подняться с настроенческого дна. Натянув большеватую Тохину футболку и шорты-парашюты, которые пришлось подвязать каким-то шнурком, вышла в зал. — О, Стасян! — помахал мне Сокол. — Где вещички прикупила? — Дружок твой дал. — усмехнулась я, кивая на подоспевшего Антона. Народу здесь было в этот раз не много. Лишь те, кто участвует в «операции». Я, Вершинин, Сокол, шалопендра, близнецы и ещё парочка малознакомых мне ребят. Как и в предыдущий раз, схватив Антоху, потянула его в уголок заниматься. Имея «благословение» Митина, быстро заткнула тут же подбежавшую Коралину и демонстративно отвернулась. — А ты чего с ней такая агрессивная? — делая подсечку, которую я успела предотвратить, спросил парень. — Сам-то не догадываешься? — иронично ответила я, вспыхнув от злости и «случайно» роняя Вершинина на пол. — Прости. Я не виновата. — Завтра тебя нужно будет разозлить. — буркнул тот и, заметив мой немой вопрос, пояснил: — Продуктивнее будешь. Так незаметно прошло полтора часа. Потом был небольшой перерыв в тридцать минут и снова тренировка на полтора часа. Устала я знатно, адски хотелось есть. Выползши из зала, не выдержала и купила пачку чипсов в стоящем неподалёку от входа автомате. Довольно хрустнула чипсиной со вкусом сыра и, попрощавшись с секретаршей, направилась к остановке. Одна. Вершинин поехал на дачу к Соколу помочь разобрать какие-то залежи барахла. Они и меня звали, но я, сославшись на нереальную усталость, отказалась. В мыслях снова внезапно появилась бабушка. Надо бы к ней съездить. Хм, какой раз я это себе обещаю? Тридцатый? Шестьдесят восьмой? Вот дура необязательная! — Согласен. — справа от меня раздался голос. На меня смотрел симпатичный, но, к сожалению, ни чем не привлекательный для меня парень, и лыбился. — Ты это сказала вслух. — Очень умно. — язвительно произнесла я и, увидев долю смятения у него в глазах, добавила: — Мог бы и промолчать. — Мог бы… — Хуёкбы. — кинула ему я, запрыгивая в подоспевший автобус и протягивая кондуктору деньги. Новая привычка превращать любые слова в матюки набирает обороты. Что ж, не сказала бы, что это плохо. Усевшись на единственное свободное место у окошка, открыла «ВКонтакте». «+1 сообщение» «Кто бы это?» пронеслось в мыслях. — Завтра встретимся. . По телу прошла дрожь. Сообщение от Тани. Весьма дурного характера и недружелюбного настроя. В конце точка. Не вопрос. Ни здрасте, ни как дела. Ах, ну да, мы же в ссоре. Но с чего бы нам встречаться? И главное где? Меня, как уже известно около трёх недель, завтра дома вообще с утра не будет. Так, стоп… Не может быть… — Парк Культуры. — проскрипел громкоговоритель и я, так и не додумав мысль, вышла из автобуса. Добравшись до дома, обнаружила, что Мила до сих пор здесь. Сидя в уголке на диване, она тихо что-то вышивала и ногой поглаживала пузо Лори, которая, в свою очередь, довольно урчала. — Привет! — Здравствуй. — откликнулась девочка. — Я все закончила, вот посмотри, — она обвела рукой комнату. — если что не так, то говори сразу. Я осмотрелась. Гостиная сверкала чистотой. Журнальный столик теперь оттёрт от кофейных пятен, оставленных папой — сама я в гостиной почти не бываю, вся посуда составлена, а столешницы сверкают чистотой. Стало стыдно, что мы с отцом так засрались. — Ты большая молодец! Спасибо огромное! Тебе, наверное, нужно куда-то идти? — Ну да, бежать пора, я потом ещё могу придти. — улыбнулась Мила. — Хорошо, — я улыбнулась в ответ. — давай, пока. — Всего доброго! Проводив юную домработницу, залезла под душ. Включила музыку и долго-долго стояла, массажируя спину сильным напором насадки лейки. Уверена, что налила целых сто кубометров воды и папе придётся за это расплачиваться, но, не унывая и заматываясь в полотенце, вылезла из ванной и так и улеглась вместе со второй пачкой чипсов (да-да, потом я купила ещё и вторую) на кровать. Включила ноутбук, позвала Ло, чтобы она лежала и грела мне бок, и стала наслаждаться очередным триллером. Смотреть было интересно, а большая пачка ужасно вредного, но такого вкусного фатсфуда, лишь подогревала этот интерес. Каким образом она его подогревала не знаю, но точно знаю, что подогревала. Да. На этот раз чипсы не отличались от предыдущих и также были сырные. Важная информация, правда? Мне бы переживать на счёт завтрашнего дня, а я тут в полотенце валяюсь и киноху смотрю. С чипсами. И всё-таки, совесть начала меня грызть. Отложила ноут, встала с кровати и решила начать сборы. Перебирая гардероб, думала, почему я такая спокойная. Завтра очень серьёзное событие, связанное с одним из самых страшных криминальных авторитетов города, если не области, а я тут беззаботная такая! А может это затишье перед бурей? Откопав почему-то давно забытые, но любимые чёрные брюки с ремешками, твёрдо решила, отложив их в сторонку, что завтра они будут на мне. После взяла такую же чёрную водолазку и тоже отложила. Всё! Остались лишь кожанка, берцы и я готова! Или нет? Порылась в тумбочке в поисках дедушкиного ножа и с облегчением выдохнула, когда он всё же оказался на месте. Прицепила к одному из ремешков на брюках, потом приделала перцовый баллончик, и ещё пистолет, так заботливо подаренный мне Митиным, и который до сих пор хранился у меня на дне комода, и о котором родитель даже не подозревал. Укомплектованно! В дверь позвонили. Посмотрев в глазок, не задумываясь открыла. Это же был папа! Кинулась ему на шею обнимать, и он тоже меня обнял. Как оказалось, на работе они с коллегами смогли провести какую-то очень важную и сложную операцию, а теперь папа с тортиком пришёл домой праздновать. — Пап, а что за девочка приходила к нам? — задала я давно волнующий меня вопрос, отрезая себе тортик с заварным кремом. — А, я забыл оставить записку… — пробормотал тот, отпивая чай. — У Милы очень болен отец. Они с мамой работают везде, где могут, и собирают деньги на лечение. Просто так брать девочка отказывается, поэтому попросилась работать. Пришлось взять. — А что, бесплатно провести операцию, лечение нельзя? — нахмурилась я. — В том-то и дело. Я просил уже руководство сделать исключение, но ни в какую. Ладно, она будет приходить через день. И давай уже не будем об этом? Уж больно грустно… — едва ли не взмолился папа, жалобно смотря на торт. Я кивнула. Проведя следующий час перед телевизором и отгадывая с папой задания в «Поле чудес», я наконец ушла к себе в комнату. На телефоне высветился пропущенный звонок от Тохи. Решила перезвонить. — Слушаю, Антон Сергеевич. — специально низким голосом пробасила я в трубку. — Что-то хотели? — Приходите-ка ко мне, Станислава Викторовна. Покутим, пока старшее поколение на ярмарке. — Чего-чего? — не выдержав, засмеялась я. — Дуй ко мне, папаша в командировку смылся в обед. А я не проводил, так как был на даче, а поэтому у меня скоро наступит депрессия, что я такой плохой сын, ну, а уж поэтому мне нужна твоя помощь, чтобы не свалиться на дно душевных терзаний. — весело закончил Вершинин. — Ла-а-дно. — протянула я. — Ща скоро буду. Не долго думая, напялила очередную футболку-балахон, джинсы и собрала волосы в высокий хвост. — Па-ап! Я гулять! — крикнула уже из прихожей, радуясь, что на улице уже весна и не нужна шапка. — Возьми Лори. Ей нужно прогуляться. Пока! Надела на Ло поводок и поспешила в гости, а не гулять. Ну что поделать, иногда приврать необходимо. Немного приврать. Уже минут через пять я была на месте и звонила в домофон. Поднялась в квартиру и, как только открылась дверь, я оказалась заключена в объятия. Крепко, но без хруста рёбер. Обожаю. — Я соскучился… — прохныкал мне в шею этот здоровенный детина под метр девяносто. Я поцеловала его в щеку. — И суток не прошло! — Я. Соскучился. — твёрдо повторил тот и посмотрел мне в глаза. — А ещё скачал новый фильм. Айда смотреть. Так мы оказались в его комнате, на кровати, с двумя собаками в ногах. Хах, сегодня я делала тоже самое. Прямо дежавю какое-то! Под словами «новый фильм» Вершинин имел ввиду старый советский, но уморительно смешной кинчик. «Джентельмены удачи» называется. Я в восторге! — Так, — заскрипела я расслабившимися суставами, вставая с Антона, на коем, собственно и лежала, — пойду я домой. Поздно уже. — Ну нет. — меня схватили за руку и повалили. Оказавшись нос к носу с Тохой, замерла, глядя в любимую рожу. — Оставайся? Я аж опешила. Даже смутилась. Потом задумалась, теребя краешек футболки парня. А нужно ли? Как-то страшно даже. Но стоп, чего я боюсь? Я ж знаю его около двух лет! Ооо, началось… — Ну так что? — разорвал молчание Антон. — Да без бэ! — живо отозвалась я, отбросив в сторону все ненужные мысли. — Что делать будем? Вершинин закинул руки за голову и прищурился. — А чего ты хочешь? — Чего-нибудь запретного. — усмехнулась я. — Хо-хо! — у парня округлились глаза. — Например? — Сигарету, выпивку и танцевать. — пошутила я, но моя шутка видимо была воспринята всерьёз. — Я за. — он встал и молча пошёл на кухню. — И ты даже не устроишь нотации на счёт вредности всего этого? — недоуменно спросила я, не в силах уложить в голове внезапную покладистость Антона. — Ну надо же тебе попробовать, чтобы удостовериться, что это дерьмо. — пожал плечами он, доставая и откупоривая бутылку с зеленой жидкостью. — А сам-то тогда почему это дерьмо пьёшь? Куришь? — меня проигнорили. — Что это? — Абсент. Отцу как-то дарили. — А не перебор? — начала тушеваться я. Мда, шутка уже давно не шутка. — Просто… — Не перебор. Окей, ладно. Он не торопясь налил в два бокала алкоголь и начал проводить какие-то странные махинации с сахаром и ложкой. Я ещё больше подумала что переборщила. А вообще, чего я из себя взрослую-то строить начала? Блин. Он теперь ведь не отстанет. Со вздохом приняла протянутый бокал и посмотрела сквозь него на лампочку. Хотя, чего мне терять? Подумаешь, какой-то там абсент! И пусть, что я не пила по-настоящему никогда! Что, с одного бокала развезет что ли? Нет! Ну вот. Всё ведь когда-нибудь в жизни нужно попробовать! Хотя звучит слишком слишком. Выдохнула, как заядлый и прожжённый жизнью алкоголик, и, зажмурившись, залпом выпила содержимое. И поняла, что зря. Горло жесточайше обожгло напитком эдак шестидесяти, если не больше, градусов. Дыхание перехватило, пришлось даже нюхать рукав собственной футболки. Глаза до сих пор не могла открыть. — Закусить не желаете? — насмешливый голос Антона вывел меня из ступора. — После первой не закусываем. — просипела я жмурясь. — Оу, так это не последняя! Но всё же советую лимончику на закусь. — нахальную реплику я оставила без ответа. Знаете, когда хочется побыть взрослым и бахнуть стопарик, зачастую это неверное решение. Вот и у меня в этот раз так же. Абсент оказался не какой-то там, а самый настоящий и крепкий до ужаса. Хотя, я наверное просто была не готова к такой крепости. Знала бы, не было б такой реакции. И Тоха тоже хорош: подсунул мне яства, блин, заморские да незнакомые! — Ну как? — скрывая улыбку, спросил Вершинин, когда я, так скажем, восстановилась. Он до сих пор держал в руке свой ещё полный бокал. — Мощно. А ты чего не пьёшь? Словно предвидя мой вопрос, парень опрокинул в себя алкоголь. Даже не зажмурился! Просто подержал у носа кулак, съел дольку лимона и снова посмотрел на меня. — Как видишь, уже выпил. Опыта у меня больше. — он помолчал, забирая у меня бокал и ставя его вместе со своим в мойку. — Хотя это не то, чем действительно стоит гордиться. — Давай вторую! Разливай! — начала я возмущаться. Я же хотела быть взрослой! Хоть раз, пускай и с такими жертвами. — Нет. Хватит. — Ой, иди ты! Ни слова больше не говоря, схватила бутылку с абсентом, которую Вершинин ещё не успел убрать, и начала пить жидкость прямо из горла. Жгло, было даже больно, но остановил меня только Антон. — Стой, тебе нельзя! Ты в дрова что ли хочешь?! — воскликнул парень, отбирая абсент и показывая мне рукой на ополовиненную бутылку. На самом деле я сделала глотков пять всего. Я громко втянула в себя воздух и улыбнулась. Голову закружило. — Ой, я чёт пьяненькая. — глупо хихикнула и отдала ему бутылку. Но мысли были лишь немного перепутанны, так-то я себя контролировала. — Теперь давай курить. — Ещё чего?! — Вершинин злился. — Села на диван быстро! — я приподняла бровь. — Немедленно! Невольно заметила, что когда Антон злится, он тоже красивый. Скулы как-то даже резче выделяются. — Что не так? — буркнула, падая на мягкие подушки. — Я же немного. — Крепкой хуйни для человека ни разу в жизни не бухающего по полной, это ты называешь немного? Да тебе плохо станет скоро! — Блин, отстань, — но я уже жалела о своём поступке. Хотелось поспать, или просто полежать, не засыпая. — Сука, я папе же не позвонила! Полезла в карман за телефоном и набрала знакомый номер. Уже было нажала кнопку вызова, но тут же сбросила. Зря пила на голодный желудок… — Антон, как я разговариваю? Пьяно? — не спросить об этом было бы ошибкой. — Как будто тебя рано разбудили. — он не отрывно смотрел мне в глаза и вдруг стукнул по столу. — Иди-ка сюда. Приплелась к нему, и Тоха всучил мне в руку пачку активированного угля и стакан воды. — Пей побольше. У меня так отец делает чтобы не пьянеть. Быстрее! Послушно проглотила шесть таблеток. Запила. — Что дальше? — спросила, наблюдая, как парень роется в холодильнике. — Так, жуй это, оно мытое, — он кинул мне пучок петрушки. — И лимон ща дам. — Да я нормально, — запихивая в рот стебелёк зелени, пробормотала я. — Не надо. И меня снова проигнорили. Спустя полчаса, когда я уже объелась петрушкой, лимоном и напилась воды, почувствовала, что голова заметно полегчала. Помогло. Ура! — Слушай, — лёжа на диване, обратилась к Вершинину, возюкающемуся с Джонни и Ло. — Мне вообще хорошо стало. — Повезло, что абсент не подействовал в полную силу. — засмеялся тот. — Больше времени прошло бы, то вообще развезло тогда. Звони папе. Уверенно тыкнула на кнопку вызова. — Алло, пап. — перевела взгляд на Антона. Тот уже устал и просто валялся на полу в окружении собак. — Я у Танюхи ночевать остаюсь. Да, Лори разрешили. Всё, хорошо. Пока. — Ну, врунья-пьяница, чо делать теперь будем? Если что, варианты напиться уже не принимаются. — посмотрел на меня парень. Показала ему язык и отвернулась к спинке дивана, демонстрируя псевдообидки. Если честно, действительно не знала чем заняться: гулять поздно уже, фильмы смотреть как-то сейчас не айс. В голове всплыли предстоящие события. Блин, в самый неподходящий момент! Рожа Перова, классная Ирма… Так, это тоже не сейчас. Как могла отмела мысли в сторону и повернулась лицом к Вершинину и вскрикнула. Он с довольной физиономией сидел прямо около меня так, что я оказалась с ним нос к носу. Неожиданно! Я даже испугалась. Заворчала и легонько стукнула ему по лбу. Лежать надоело, поэтому, кряхтя, села, не отрывая взгляда от глаз Тохи. — Обними меня? Собственный голос в повисшей тишине показался мне абсолютно чужим и странным. Антон сел рядом и сгрёб меня в охапку, усаживая на колени. Обвила его шею руками и поняла, что давно пора было. Пора было посидеть и пообниматься. Зачастую этих самых объятий людям катастрофически не хватает и они становятся нервными, злыми и агрессивными, порой испуганными. А как только обнимешь человека на эмоциях, так ему сразу легче становится. Не скажу, что сейчас я была злой или испуганной, просто хотелось тепла. Захотелось — получила. Вот только это тепло плавно переросло в горячее ощущение близости другого человека. Не в силах пускать всё на самотёк, нежно прижалась губами к щеке Вершинина. Тут же получила ответ: дооолгий прияяяятный поцелуй в шею. Заглядывая мне в глаза, Антон подобрался к моим губам и углубил поцелуй, исследуя языком мой рот. Именно в этот момент, когда руки Тохи медленно съехали вниз по спине прямо мне на ягодицы, стало ясно, что назад уже не повернуть. Да и не особо хотелось, знаете ли. Я снова почувствовала тех самых бабочек в животе, жар, разливающийся по коже и всему телу, нарастающее ощущение, будто внутри тебя все завязывается в тугой узел. Хотя вполне возможно, что сейчас говорил во мне попавший внутрь алкоголь, но эта версия мне не нравилась и я её оставила. С губ сорвался первый стон, когда Вершинин, посасывая кожу, подошёл к ключицам. Не медля, он встал и подхватил меня на руки, и через несколько секунд я уже лежала на кровати, прижимаемая телом Антона. Время полетело незаметно. Нежные неторопливые движения, поцелуи… Слишком сладко, чтобы быть правдой. Шёпот, сбивчивое дыхание. С меня не заметно исчезла кофта, бельё, после чего не осталось и джинсов. В свою очередь я стянула с Вершинина футболку и ещё сильнее прижала его к себе. Дальше все как в тумане. Помню, как исчезли с меня остатки белья, помню шорох фольги и пытающееся быть осторожным, резкое движение. Боль. Острая и такая же резкая. Зашипела и тут же услышала характерное: «Шшш, всё хорошо». Ритмичные движения, и боль постепенно уходит, а на смену ей приходит ощущение наполненности, некого экстаза. Приятно… Дыхание совсем сбилось, хватаю воздух ртом и едва не задыхаюсь от нахлынувшей волны эмоций. Каждую клетку будто наполнили энергией. Чувствую, как тело наливается чугуном, шевелиться становится совсем невмоготу и я глубоко вздыхаю. Слышу, как тяжело рядом дышит Антон. Невесомый поцелуй в висок и лишь одна фраза: — Ты только моя…