Бойтесь своих желаний

      Со времени своего заключения я ожидала от судьбы только худшего. Очевидно, что L был зол и наверняка отыграется на мне за все прошлые поступки. Но вместо страха я чувствовала негодование. Он не имел права так поступать со мной. Мы были друг другу никто с самого начала и его попытки манипулировать мной едва ли можно было расценивать, как дружбу. L, к моему великому разочарованию, был ничем не лучше моих бывших парней. Все та же ложь, все то же мудачество.              Справедливости ради, он хотя бы ничего мне не обещал.              Но теперь было сложно ассоциировать его с тем светлым образом, который оставался в уме после прочтения манги «Тетрадь смерти». Для меня L больше не был загадочным хорошим детективом с милыми привычками. Теперь он был моим врагом.              Но может быть я тороплюсь с выводами? Возможно L считает меня своим врагом, но я его таковым не считаю. Он просто парень, который меня достал. Достал настолько, что хочется вмазать ему по зубам, но этого слишком мало, чтобы бросаться в его адрес высоким словом «враг». Это больше подходит Бейонду, чью жизнь испоганило одно имя великого L.              Что же делать? Пойти на мировую или гнуть свою линию? Боюсь, что теперь мне придется действовать по ситуации и выбирать наименьшее из зол. Кира скоро объявит себя и к этому времени мы все должны быть готовы. Личные войнушки станут сильной помехой.              Ума не приложу, как втянуть Бейонда в расследование. И хорошая ли это идея? Не лучше ли будет ему отсидеться в камере? К тому же он заслужил наказание. И L не даст ему ни единой поблажки, потому что проигравшие для него просто мусор под ногами.              А что будет со мной? Неужели меня будут держать в бункере все время? Пойдет ли L на пытки, чтобы узнать информацию о Кире? На что вообще он готов пойти, чтобы сломать меня?              Хочет ли он меня сломать?              Мрачные размышления, которым я предавалась последний час, были прерваны звуком открывшейся двери. В комнату зашел Ватари. На вид он был настолько мрачен, что мне стало не по себе. Пожалуй, впервые за все время я смотрела на него с искренним страхом.              Он пришел, чтобы исполнить роль дворецкого или инквизитора?              — Простите меня, мисс Браун, — заговорил Ватари и я вздрогнула, потому что этот тон не обещал ничего хорошего.              — За что? — хриплым голосом спросила я.              Ватари чуть приспустил свои очки и пристально посмотрел на меня. Взгляд его был стальной.              — За то, что мне придется сделать. Я не могу ослушаться приказа L, потому что когда-то дал клятву служить ему.              Пиздец. Он пришел, чтобы пытать меня.              — Умоляю, помогите мне сбежать! — испуганно сказала я. — Прошу, помогите! Как только окажусь на свободе, сразу же вернусь в свой мир и L больше никогда не увидит меня, а вскоре вообще забудет. Обещаю, я больше никогда не покажусь ему на глаза! Только дайте мне сбежать!              Ватари взглянул на меня с удивлением.              — У вас нет причин сбегать, мисс Браун.              — Есть! — заорала я, затопав ногами. — Я ненавижу этот бункер! Я не хочу здесь находиться, я хочу вернуться домой прямо сейчас. Дайте мне вернуться домой! Отпустите меня! Отпустите, блядь!              Ватари тихо вздохнул. Открыв кейс, он вытащил оттуда ампулу и шприц. Я в ужасе наблюдала, как он вскрывает упаковку и наполняет шприц неизвестной прозрачной жидкостью. После Ватари медленно пошел ко мне.              — Не надо! — в ужасе завизжала я. — Не смейте! Не трогайте меня!              — Это для вашего же блага, — расстроенно пробормотал Ватари.              Вне себя от ужаса, я стала раскачиваться на месте и опрокинулась набок вместе со стулом. Больно ударилась виском об пол, но не прекратила звать на помощь. Мои крики эхом разносились на весь бункер. Мне даже стало интересно на миг, что чувствует L, если сейчас их слышит. Этого он хотел? Ему это нравится?              Ватари наклонился ко мне, держа шприц наготове. Я не сводила с него ополоумевшего взгляда, задержав дыхание.              Дверь в комнату шумно распахнулась, впуская чистый воздух и яркий свет. На пороге возник L. Выглядел он, словно жуткий призрак, вернувшийся с того света.              — Что происходит, Ватари? — в голосе детектива сквозило спокойствие, никак не вяжущееся с его мертвенно бледным лицом.              — Я хотел дать мисс Браун успокоительное, как ты и просил, — сказал Ватари, опуская руку со шприцем. — Но она почему-то впала в истерику.              — А? Успокоительное? — прохрипела я. — Это не наркотик?              Ватари и L взглянули на меня с одинаково шокированными лицами.              — Зачем мне давать вам наркотик, мисс Браун? — полным растерянности голосом спросил Ватари.              — Чтобы пытки прошли удачно, — испуганно ответила я.              — Пытки? — повторил Ватари с удивлением.              — Барбара решила, что я приказал тебе подвергнуть ее дознанию, — мрачно сказал L.              Теперь Ватари выглядел смущенным.              — Боюсь, что произошло большое недоразумение, — пробормотал он и быстро отошел от меня. Я часто дышала и смотрела на L. Детектив низко опустил голову и мне удалось разглядеть лишь его плотно сжатые губы.              — Ватари, оставь нас. Но лекарство не забирай, может пригодиться, — холодно сказал он и подошел ко мне. Рывком поднял стул, возвращая меня в прежнее положение. Ватари кивнул и поспешно покинул комнату. Я с ужасом наблюдала, как закрываются за ним двери, оставляя меня и детектива в полутьме.              L тяжело вздохнул и присел рядом на одно колено, поднял оставленный шприц. Я наблюдала за ним с настороженностью.              — Давай договоримся, — негромко сказал детектив. — Я освобожу тебя и верну в комнату, где ты жила раньше, но только если ты примешь дозу этого успокоительного.              Что еще за игры, блядь?              Я взглянула на детектива с ненавистью.              — Пошел к черту!              L покачал головой. Приподняв лицо, он взглянул на меня и я поняла, что он искренне напуган и растерян.              — Барбара, я понятия не имею, что ты себе вообразила, но могу поклясться, что в этом месте тебе ничего не угрожает, — серьезно сказал детектив.              От удивления я даже рот раскрыла. L продолжал прожигать меня взглядом.              — Я хочу, чтобы ты была моим другом, — сказал он. — И на многое готов ради этого пойти. Потому что сейчас мне очень страшно.              — Из-за чего? — спросила я, не удержавшись.              L некоторое время молчал. А потом неохотно ответил:              — Ты — реальный человек, который может помочь мне, а я всего лишь персонаж, который был выдуман каким-то мангакой из Японии.              — Чё?! — воскликнула я, окончательно растерявшись.              — Я отчетливо осознал это, только когда мир вокруг остановился, — сказал L, взглянув на меня. — Бейонд тоже сильно испугался. С ним случилось кое-что очень страшное. Пожалуй, я впервые в жизни проникся к нему жалостью, когда увидел это.              — Что? Что ты, черт подери, такое несешь? — пробормотала я. L шумно сглотнул.              — Я расскажу тебе позже. Когда ты успокоишься, Ватари проводит тебя в твою комнату и принесет ужин. Тогда ты все узнаешь.              Я взглянула на детектива с недоверием.              — Ты сказал, что зол на меня и больше не будешь снисходителен. С чего вдруг такое доброе отношение?              L усмехнулся.              — Так вот почему ты так сильно запаниковала. Теперь все ясно. Ты решила, что я буду мучить тебя. Но, скажи тогда, как я могу так поступить с человеком, который был готов рискнуть своей жизнью ради меня, хотя я ничего не был ему должен?              Я насторожилась.              — Опять пытаешься манипулировать мной?              L взглянул на меня с искренним огорчением.              — Ты не веришь мне, — медленно сказал он. — Это можно понять. Но, Барбара, я буду рад, если ты прекратишь считать меня врагом. Я знаю, что мои методы возмутительны и я сам далеко не идеал справедливости, но мне будет легче, если ты примешь меня таким, какой я есть. Пусть даже я всего лишь выдуманный персонаж. Пожалуйста.              Я снова лишилась дара речи. Да что происходит? Есть только две причины, по которой L может себя так вести. Либо он снова пытается мной манипулировать, играя на чувствах, либо же…              — Что тебя так сильно напугало? — напрямик спросила я. — Ты ведь поэтому так быстро сменил гнев на милость? Ты хочешь моей помощи, потому что по-настоящему испуган и не знаешь, что делать с тем, с чем столкнулся.              По мимолетному взгляду L я поняла, что это правда.              — Ты сказал, что мир остановился, — продолжила я. — В каком смысле? Это ведь не метафора?              L поднялся на ноги, снова скрывая от меня выражение своего лица в полутьме комнаты.              — Я расскажу позже, — отстранённо сказал он. — А сейчас всего лишь хочу попросить прощения за то, что поступал с тобой нечестно. Я не имел на это права. Я всего лишь персонаж и вся моя судьба давно придумана и прописана по главам. Моя жизнь ненастоящая. В отличие от твоей. Я обречен, а ты нет.              С этими словами L быстро покинул комнату, забрав с собой шприц, и оставив меня утопать в противоречивых эмоциях. Злость на детектива перемешивалась с тревогой за него же, к ним добавлялись сомнения и пережитый стресс, что совсем не помогало разумно мыслить. Оставалось радоваться только одному — мне все простили, никаких пыток ждать не приходится, а еще, хоть я и заперта в бункере, но буду жить в нем с комфортом, а не привязанной к стулу.              Поводов для радости мало, конечно. Но они все еще есть. О будущем буду думать потом.              — Я жду объяснений, — требовательно сказала я, крутя в пальцах чашку кофе.              По истечении прошедшего часа наглости и уверенности во мне значительно прибавилось. Я была освобождена, отправлена в ванную комнату и накормлена вкусным ужином, отчего ко мне снова вернулись силы и возможность вести четкий диалог с человеком, который бесил меня одним своим присутствием.              L выглядел грустным и подавленным, но в этот раз я ему не сочувствовала. Он заставил меня натерпеться всякого. И наши отношения невозможно было назвать дружбой. Но из-за дурацкой тетради наши судьбы оказались связаны и игнорировать это было сложно. К слову, ёкай куда-то пропал и не спешил появляться. Я решила, что он делает это, потому что тетрадь сейчас находится в руках детектива. Очень жаль, что не удастся призвать его на помощь в случае чего. Но что-то мне подсказывало, что джинн не поможет справиться с тем, что меня ожидает. Я сама должна это сделать.              L отставил в сторону свою чашку кофе. Потрепал волосы. Покусал ноготь указательного пальца. Потер одну ногу другой. Снова взял чашку и сделал глоток кофе. Когда его рука потянулась к вазочке с конфетами, мое терпение лопнуло с треском.              — Хватит, блядь! — рявкнула я.              Детектив замер, так и не взяв конфету. Виновато взглянул на меня.              — Да. Глупо оттягивать неизбежное, — печальным голосом сказал он.              — Послушай, я не смогу помочь, не зная, в чем дело, — настойчиво сказала я.              — Ты в любом случае не можешь помочь мне, Барбара, — печально сказал L. — Невозможно помочь тому, кого даже не существует.              — Что? Почему ты так говоришь?              — Потому что это правда. Жестокая, но я всегда предпочитал вместо лжи любого рода правду.              L положил руки на колени и тихо заговорил:              — Это началось, когда я собственноручно замкнул Бейонда в камере, после перевозки его полицейскими в Сан-Квентин.              — Началось что?! — не понимая, спросила я.              — Мир вокруг замер, — с заминкой сказал детектив. — Все, что окружало нас с Бейондом, прекратило существовать. Люди, предметы, даже дуновение ветра остановились. Именно в тот момент я осознал твои слова насчет того, что этот мир выдуман и нарисован. Только что я считал, что меня окружают живые люди со своими индивидуальными личностями, а в следующую секунду вокруг меня стояли картонки с человеческими лицами. Все, как один с пустотой в глазах. Вся тюрьма в Сан-Квентине застыла во времени, будто мир умер.              Я представила, как это выглядело со стороны и содрогнулась.              L с трудом продолжил говорить.              — Но это еще не все. Бейонд начал исчезать у меня на глазах.              — А?! — обомлела я.              — Все его тело начало растворяться в воздухе, едва он оказался в камере. Не сразу, но постепенно. Я видел собственными глазами, как мерцали его руки и ноги, исчезая частями, — мрачно глядя в сторону, сказал L. — Надо сказать, мы оба жутко перепугались. Но что еще более странно — именно Бейонд понял, что надо делать. Он был в курсе происходящего и сориентировался быстрее, чем я. Я был в таком шоке, что боялся тронуться умом. Я не мог принять то, что происходило. И вряд ли смогу. Это уже слишком.              — Что понял Бейонд? Что он придумал? — спросила я.              — Он сказал, что мы с ним главные персонажи и поэтому не застыли, как остальные люди, — сказал L, нервно почесывая ухо. — И чтобы запустить весь мир в действие, я должен изменить сюжет, а чтобы сам Бейонд перестал исчезать, я должен освободить его из тюрьмы. Я не поверил ему, но сделал так, как он сказал и все вернулось на свои места. Мир снова ожил и с Бейондом все стало в порядке.              — А он молодец. Сразу все понял, — с облегчением сказала я. — Между событиями в книге и событиями в манге ничего не происходит, поэтому твой мир застыл. Арка Бейонда подошла к концу и его роль тоже, поэтому он начал исчезать. Я, должно быть, была в отключке и поэтому пропустила все это…              — Ты не часть этого мира и осталась прежней, — подтвердил L. — Но все остальные… Даже Ватари…              Он вздрогнул и взглянул на меня с искренним страхом.              — Барбара, что случится, когда манга закончится и в главном герое уже не будет надобности? Что случится со мной?              Я шумно сглотнула. L продолжал прожигать меня взглядом.              — Я исчезну, да? — с нажимом спросил он. — Как и все остальное? Весь мир манги просто умрет?              Я отвела взгляд, лихорадочно думая. Нельзя допустить, чтобы L сломался из-за уверенности в том, что его существование не имеет смысла. Нужно отвлечь его. Нужно дать ему надежду.              — Нет, не думаю, — медленно сказала я. — Если историю продолжить, то ни мир, в котором ты живешь, ни ты сам не исчезнете.              — Но кто должен продолжить эту историю, если авторы манги и книги не планируют писать продолжение? Ты ведь утверждала, что произведение закончено, — сказал L так обреченно, что мне стало не по себе.              — Ее может написать кто-то другой, — с напускным спокойствием ответила я. — Не важно, кто это будет, если издание признают официальным. Как только закончится арка с Кирой, нужно сочинить очередную для оставшихся героев. С сюжетом, который будет взаимосвязан с событиями из прошлых глав. Тогда и второстепенные персонажи смогут выжить, не только главные.              Детектив взглянул на меня со скептицизмом. Я с облегчением поняла, что он больше не выглядит так, будто сдался на милость судьбе.              — Но кто может за это взяться? — тихо спросил L.              — Я, — решительно ответила я. — За это возьмусь я. Поверить не могу, что говорю это, но я тоже не хочу такого ужасного конца для вашего мира. Если я знаю, чем помочь, то как могу оставаться в стороне?              С этими словами я взглянула на L. И с шокированным недоверием заметила, что в его глазах стоят слезы. Он резко опустил голову, чтобы скрыть их, будто стыдясь собственной слабости. Я некоторое время молчала, слишком пораженная, чтобы что-то сказать. А затем, набравшись храбрости, успокаивающе похлопала детектива по плечу.              — Все будет хорошо, L. Никто не умрет.              Детектив вздрогнул от прикосновения и неуверенно взглянул на меня исподлобья.              — Иначе какого хрена я вообще здесь делаю? — весело добавила я и подмигнула ему.              L прекратил прятать от меня свое лицо и слегка улыбнулся в ответ. Улыбка великого детектива напомнила мне другую его улыбку, нарисованную в манге и застывшую во времени. Ту самую детскую добрую улыбку, которая заставила группу полицейских поверить в добро и справедливость.              Господи, крышей можно поехать. Я пыталась не видеть в этого плачущем уставшем человеке того L, который когда-то был лишь образом на бумаге, но вызывал восхищение и сопереживание. Я пыталась не ассоциировать их, и реальный L успешно мне в этом помогал, но теперь я вижу, что этот чувак, пытающийся спрятать от меня свои слезы, и есть тот самый великий детектив, чья одна улыбка могла вернуть веру в хорошее. Настоящая личность L в манге навсегда осталась нераскрытой. Но здесь и сейчас она открывалась мне и было это одновременно захватывающе и неловко.              — Я верю тебе, — сказал мне детектив. — Спасибо, Барбара. Ты, пожалуй, едва ли не единственный человек в этом мире, который желает спасти мою жизнь. Я до сих пор не знаю, как к этому относиться. Обычно люди хотят моей смерти.              — Не благодари раньше времени. Хотеть — не значит сделать, — серьезно сказала я. — Я не знаю, получится ли у меня сохранить твой мир на бумаге. Я попытаюсь, но не могу ничего обещать, ясно тебе? Остается надеяться только на Исполнитель желаний. С ним у меня может получиться.              L кивнул. Прежнего страха в его глазах как не бывало.              — Где сейчас Бейонд? — спросила я.              — Он находится в бункере, этажом ниже, — ответил детектив. — Я попросил Ватари подготовить для него специальное помещение и теперь Бейонд будет находиться там неопределенное время. Не то, чтобы этот факт радовал, но теперь я хотя бы могу поговорить с ним. Уверен, Бейонду найдется, что мне сказать.              — Готовься к оскорблениям, — со вздохом сказала я.              — Мы уже успели подраться, — сообщил L, играя с чайной ложечкой. — Но я недавно начал обучаться капоэйре и опробовал на Бейонде martelo cruzado - это боковой удар в прыжке с разворотом в воздухе. Справедливости ради он тоже успел посчитать мне ребра.              — Жаль, что я это пропустила, — с усмешкой сказала я, продолжая раздумывать.              И так, мы все попали в переход из одной арки в другую. Подозреваю, что следующий год пролетит очень быстро, как пролетел прошлый, пока я работала моделью. Потому что линия сюжета теперь завязана вокруг Киры и L и остальные жители этого мира практически не учитываются. L учится капойэре, совсем, как в каноне. Где-то в мире богов смерти Рюку наскучивает безделье и вскоре он примет решение уронить тетрадь в мир людей. Мисора Наоми скоро выйдет замуж за Рея Пенбера. Где-то в Японии подросток Ягами Лайт повышает собственное ЧСВ хорошими оценками и мается от скуки. Часовой механизм уже запущен.              Конечно, можно было бы просто написать в Исполнитель желаний что-то типа «Пусть Рюк передумает бросать тетрадь смерти людям» и наверняка этим перечеркнуть весь сюжет манги. Но после того, что рассказал L, я поняла, что это слишком опасно. Сделай я это и весь мир Тетради Смерти исчезнет или застынет во времени. Уничтожать целый мир, хоть и придуманный, в мои планы как-то не входило.              Я отвлеклась от мыслей, потому что L внезапно легонько дернул меня за штанину двумя пальцами, привлекая внимание. Вопросительно взглянула на него. Детектив снова был серьезен и мрачен.              — Ты ведь не вернешься домой, пока все не закончится? — спросил он. — Пожалуйста, не бросай меня снова.              — Я же дала обещание, — с удивлением сказала я.              L заметно расслабился.              — Хорошо. Я верну тебе твою тетрадь и дам все, что ты попросишь. Если ты не хочешь жить в бункере, то я не стану тебя заставлять.              — Кстати, о бункере, — спохватилась я. — Из-за дурацкого спектакля люди теперь знают о твоем убежище. Ты жилье поменять не хочешь? Здесь слишком опасно находиться.              Детектив улыбнулся.              — Все в порядке, Барбара. Мы с Ватари распространили информацию о том, что последние новости — это розыгрыш хакеров, которых теперь разыскивает Интерпол. Также Ватари организовал фейковый выпуск, где репортеры пытались найти вход в штаб L, но нашли только заброшенный подвал и пыль. Конечно, я на всякий случай поменяю местоположение штаба, работа на этим уже ведется. Учитывая, что здесь теперь живет Бейонд, это будет нелегко.              Я кивнула, допивая кофе. И задала главный вопрос, который сейчас волновал не на шутку:              — Что мы будем делать весь этот год, пока Кира не объявится?              L снова улыбнулся.              — У меня полно работы, Барбара, и я намерен раскрыть как можно больше дел. У тебя, насколько помню, была не дописана книга. А вот Бейонду я не завидую. У него впереди много времени, чтобы подумать над своей новой ролью. Я только надеюсь, что он сделает правильный выбор.              — Ты хочешь, чтобы он принял участие в расследовании?              — Мне не нравится эта идея, — честно сказал L. — Но если это поможет поймать Киру как можно скорее, то я готов на нее согласиться.              Я хмыкнула.              — С чего ты взял, что Бейонд захочет работать с тобой?              — Он согласится, если ты попросишь, — с пугающей уверенностью сказал L. — Но я бы на твоем месте не обольщался его влюбленностью. Бейонд не видит в тебе человека, Барбара, он видит только образ, который делает его жизнь легче. Если проще, ты для него — главный персонаж, а он твой фанат. И как любой фанат, он готов на все, лишь бы приблизиться ближе к своему кумиру, будь это спасение другого человека или же убийство.              — Класс, — с досадой сказала я. — И что мне теперь делать?              — Научиться управлять им, — ответил L. — Ватари не смог этого сделать в свое время. Возможно, что у тебя получится. Это очень сильно облегчит жизнь всем нам.              — Управлять, — повторила я. Вот уж чего, а этого я делать не собираюсь. Я не хочу быть манипулятором, как L и как сам Бейонд. И детектив ошибается насчет Бейонда. Он всегда ошибался на его счет. Но у них обоих будет еще время, чтобы узнать друг друга лучше.              — И еще кое-что, — внезапно добавил L, и я подняла на него взгляд. — Наверное, ты не сильно огорчишься, но твоя карьера модели подошла к концу. Я пустил в СМИ информацию о том, что Кармин Касс трагически погибла в автокатастрофе. Учитывая, что ты украла эту жизнь у другого человека, ты не будешь жалеть о том, что она потеряна.              Я неловко заерзала. L почему-то издал смешок.              — Я от тебя такого не ожидал. Смена личности. Ты смогла полностью скрыться от меня, находясь буквально на виду. Ты многому научилась, пока жила в этом мире, Барбара. И мне интересно, на что еще ты способна.              Я взглянула на L с тревогой. Он улыбнулся, пряча от меня взгляд за густой челкой, привычным жестом прикусил ноготь указательного пальца, сохраняя невозмутимость.              Но это азартное выражение на лице детектива L мог бы узнать любой, кто хоть раз читал мангу «Тетрадь смерти». Он всегда выглядел так в те моменты, когда нападал на след после многих часов поисков.              Мда. Занятный все-таки способ сказать мне «Добро пожаловать в игру».