Бойтесь своих желаний

      Когда сеанс закончился и мы с L вышли на улицу, было уже довольно прохладно. Ночной город выглядел красиво, вокруг гуляли люди и можно было бы сказать, что вечер удался. Но вместо расслабленности я испытывала необъяснимое напряжение. Последние полчаса, пока длился сеанс, я раздумывала о детективе и пыталась найти объяснение его поведению, разгадать причину его внезапного решения пойти со мной в кинотеатр. Все последние дни он был как будто не в себе, отстранялся от меня, а я была слишком увлечена собственным досугом, чтобы заметить кое-что очень важное. Поэтому, когда мы с L вдвоем оказались в кинотеатре, это кое-что вылезло на поверхность и вызвало у меня нехилую такую тревогу.              Сам L больше не спешил делиться со мной своими эмоциями. Он снова выглядел спокойным и равнодушным, будто стыдился того факта, что испугался гримированных японских призраков.              Но я знала, что дело не в этом. Просто он не хотел, чтобы я поняла, насколько ему сейчас тяжело. Ему все это время было очень тяжело. Но я этого даже не заметила, потому что наивно решила, что L справится с обрушившейся на него правдой самостоятельно.              Детектив слегка поежился, разглядывая толпу гуляк и двумя пальцами достал телефон из заднего кармана джинсов. Я же раздумывала, как добраться до кафе — пешком или прокатиться на автобусе. Расстояние было не особо большим и мне было о чем поразмыслить по пути, так что я выбрала первый вариант. Не хотелось бросать L одного, но и предлагать ему пойти со мной было глупо — я хорошо помнила, как он не любит шум и суету вокруг себя.              — Слушай, — обратилась я к L, — ты возвращайся домой, Ватари тебя ведь заберет?              Детектив взглянул на меня с удивлением.              — Ты не едешь? — тихо спросил он.              — Я хочу еще погулять. И может быть потусуюсь в хард-рок-кафе. Там классная барная карта и атмосфера отличная! — нарочито весело сказала я. — Короче, до утра меня не жди.              L растерянно почесал в затылке.               — Разве не опасно молодой девушке гулять одной по ночам? — резонно спросил он. — И как ты доберешься потом сама, если будешь не трезвая?              Вот наивный.              — Чувак, у меня в этом огромный опыт. Не переживай. — успокоила я его. — И в этот раз я не буду бояться встретиться с Бейондом, потому что он сидит в камере. А никого другого мне бояться не надо.              L взглянул на меня с сомнением.              — За все время пребывания в этом мире мне на удивление везло и все остальные маньяки, алкаши и чудики обходили меня стороной, — честно сказала я.              О короткой войнушке с бомжом за лавку в Хилтоп-парке, наверное, лучше скромно умолчать.              L задумался. А потом выдал убойную фразу:              — Будет лучше и безопасней, если я пойду с тобой.              Я несколько секунд таращилась на него, не веря своим ушам. А потом засмеялась в голос. Просто ничего не могла с собой поделать. Детектив с удивлением прикусил ноготь своего указательного пальца.              — L, я могу за себя постоять, — отсмеявшись, сказала я. — Езжай домой спокойно и возвращайся к своей работе. Не надо за меня переживать. Правда, не надо.              Детектив упрямо сдвинул брови и запихнул свой телефон обратно в карман джинсов, так и не сделав звонок Ватари.              — Ты права, Барбара. Но ты все еще считаешься преступницей. Я не могу отпустить тебя так просто. Я иду с тобой в кафе, — безапелляционно сказал он, — и прослежу, чтобы ты вернулась домой.              Это что еще за игры?              — Да неужели? — с сарказмом пробормотала я. — Я уезжала в Вегас на неделю, и тебе было все равно. А теперь собрался следить за мной весь вечер?              L внимательно посмотрел на меня.              — Это другой случай.              — В каком смысле? — с раздражением спросила я. Детектив продолжал меня рассматривать.              — А ты не хочешь, чтобы я пошел с тобой, — проницательно сказал он.              От неожиданности я подавилась фразой «Не дури мне голову». И нихуево так смутилась, потому что L был прав. Сегодня он сам на себя был не похож и это, мягко говоря, обескураживало. Но учитывая, как грубо я себя вела с ним во время сеанса, признаваться в этом сейчас будет явно чересчур.              — И ты не хотела, чтобы я пошел с тобой в кинотеатр, — внезапно догадался L.              Ох, бляяяяя…              — Нет! — начиная паниковать, воскликнула я. — Это не так!              — Судя по всему, это именно так, — задумчиво сказал L и привычно коснулся пальцем своих губ. — Но тогда зачем ты мне это предложила, Барбара? Зачем было звать меня с собой, если ты этого не хочешь?              — Эм. Э-э-э… — с досадой протянула я, отчаянно пытаясь придумать что-то правдоподобное.              — Это был эксперимент? Проверка на то, сможем ли мы быть друзьями? — угрюмо спросил детектив.              — Проверка, да! — тоном счастливого идиота воскликнула я. — Какой ты молодец, что догадался!              L казался сбитым с толку, но, слава ёкаям, вопросы задавать перестал. Надо было что-то делать, потому что разговор явно сворачивал не туда.              — Чувак, расслабься! — быстро заговорила я, пока L снова не начал сомневаться. — Все прошло замечательно, вечер еще не закончен, у нас полно свободного времени! Давай пойдем в кафе вместе! Посидим там, послушаем музыку и поболтаем, как лучшие друзья.              L улыбнулся.              — Значит, ты все-таки веришь в то, что мы может быть друзьями, хоть и утверждаешь обратное, — довольно сказал он. — Приятно, что я так думаю не один.              Я растерялась. Почему ему это так важно?              — Мы много кем можем быть, L. Все зависит от нас самих, да? — с осторожностью предположила я.              — Наверное, да, — задумчиво сказал он. — Мне даже интересно, чем все это закончится.              Я не совсем поняла, что детектив имеет в виду, но согласно кивнула. Хотя при этом у меня было стойкое ощущение, что я снова влезла в какую-то жопу.              Мы пошли по направлению к бару в полном молчании, каждый думая о своем, но в молчании этом уже не было никакой напряженности. Лишь уютная гармония. Я и забыла, когда с кем-либо так хорошо себя чувствовала. Наверное, это потому что L не видит во мне свою потенциальную девушку и не пытается «закадрить» меня. В своем мире после неудачного личного опыта я буквально шарахалась от парней, избегала новых знакомств и агрессивно реагировала на попытки флирта.              Но мне не нужно делать это с L.              В первую очередь он всегда ценит в людях наличие высокого интеллекта и лишь знакомство с себе подобным может пробудить в нем интерес. Мне на этом поприще особо нечем было похвастать. Я для детектива лишь удачно попавшийся туз в рукаве, пешка, которая когда-нибудь пригодится для того, чтобы быстро поставить противнику шах и мат. Поэтому удивительно, что он хочет видеть во мне друга. Я до сих пор не понимаю почему, ведь я совершенно ему не ровня. L стал великим детективом в четырнадцать лет, завоевав уважение всех спецслужб мира. Я в четырнадцать лет вылетела со школы за прогулы и тусовалась в кругу аморальных лиц, злоупотребляя алкоголем. Уже одного этого достаточно, чтобы понять насколько глубока между мной и детективом L пропасть. И сам L не может этого не понимать. Но зачем он пошел со мной в кинотеатр? Почему сейчас идет со мной в кафе? Чего он хочет от меня? И во мне ли дело вообще?              Будь я более наивна и самонадеянна, то решила бы, что L влюбился в меня и тщательно пытался это скрыть. Но жизнь достаточно повозила меня носом по асфальту, чтобы избавить от подобной дурости. И не в любви здесь дело, совсем не в ней. L только недавно испытал огромный стресс и кризис личности, который заставил его всерьез сомневаться в самом себе. После он почти месяц загонял себя работой, не давая своему организму достаточного количества сна и приема пищи. От подобной жизни не то что влюбленным, даже человеком себя чувствовать трудно. И причина столь резкой смены поведения L явно крылась кое-в-чем другом. Именно это «кое-что» меня и пугало.              Оставалось только надеяться, что мои догадки неверны.              Хад-рок-кафе полностью оправдало мои ожидания. Я рассматривала меню, а L широко распахнутыми глазами разглядывал музыкальные реликвии, развешанные на стенах. Сидя в своей излюбленной позе, он покусывал ноготь указательного пальца и весь его вид подтверждал, что детективу было интересно здесь находиться. Народу вокруг было немного, играла классная музыка и атмосфера как нельзя больше подходила для душевного разговора.              Я почти перестала испытывать тревогу и по-настоящему расслабилась. Все это лишь мои глупые домыслы и накручивания. С чего я взяла, что детектив сломался, узнав правду о своем мире? Этот человек осмелился допрашивать самого бога смерти, чтобы завершить расследование. У него железные нервы и блестящий ум. Таких людей невозможно сломать чем-либо. Расстроить, разозлить, обмануть можно. Но не сломать.              К нам подошел официант, чтобы принять заказ. Я, не особо раздумывая, выбрала ром Бакарди. Детектив, мимолетно взглянув на меню, заказал пирожное с горячей помадкой и тот же самый ром, что и я. Две бутылки.              Он, блять, с ума сошел.              — Нет! — с ужасом сказала я, когда L уверенно озвучил заказ официанту. — Ватари меня убьет!              L внезапно заулыбался, наблюдая за мои шокированным лицом.              — Не беспокойся, Барбара. Я взрослый совершеннолетний человек. И имею право пить алкоголь, — сказал он тоном, полным ребяческого задора.              — У тебя явный синдром Аспергера, сомневаюсь, что тебе вообще можно пить! — в панике сказала я.              — Я хочу попробовать, — упрямо сказал L, вцепившись пальцами руки в собственные колени. — Я ведь не узнаю, если не попробую, верно? До этого дня я не пил ничего, крепче кофе.              — Но…              — И ты рядом со мной, Барбара. Если что-то случится, ты же не дашь мне попасть в беду? — L шкодливо улыбнулся.              Я же была в отчаянии. Не потому что великий детектив вдруг решил напиться и теперь мне придется взять всю ответственность за это на себя. А потому что Ватари, этот милый старичок, и так меня недолюбливает, мягко говоря, потому что за последние дни я жестко заебала его своими капризами. И он терпел это, потому что L попросил. Но тот факт, что я потащила его подопечного в бар и напоила, Ватари вряд ли уже стерпит. Хуже только попытка соблазнить детектива, ну или попытка его убить. За подобные выкидоны Ватари может просто выставить меня на улицу, или же сделать так, что я сама с радостью убегу из бункера.              Но было еще кое-что пострашнее, то самое кое-что, которое уже невозможно было игнорировать.              — Почему ты так себя ведешь? — прямо спросила я.              Детектив скосил на меня взгляд, полный неискреннего непонимания.              — Как я себя веду?              — Ты… Ты больше не хочешь быть L? — в страхе спросила я.              Детектив даже слегка приоткрыл рот, явно не ожидая от меня подобного вопроса. По его выражению лица я поняла, что все мои последние мысленные рассуждения были в верном направлении. Вот только легче от этого не стало.              — Господи, это действительно так, — обреченно сказала я. — Ты больше не хочешь быть самим собой.              L привычно коснулся большим пальцем уголка губ. На меня он смотрел с легкой досадой.              — Это я виновата, — с искренним раскаянием сказала я, спрятав лицо в ладонях. — Я знала, что мне нельзя контактировать с тобой, но не смогла удержаться и вот к чему все это привело.              — Барбара, ты поняла все немного неправильно, — услышала я тихий хрипловатый голос L и взглянула на него с удивлением. Детектив словно ждал этого. Поймав мой взгляд, он слегка улыбнулся.              — У меня было много времени подумать о том, что произошло. Все эти недели я сомневался в себе, в своей собственной личности и смысле своей жизни. Ведь невозможно жить спокойно, зная, что твои хобби и привычки, твою жизнь и даже твою смерть придумал другой человек. Это тяжело принять, и я бы, наверное, не смог с этим справиться. Но есть одно значительное «но».              L прервался, потому что подошел официант с нашим заказом — три бутылки рома и сладкий десерт. Детектив терпеливо дождался, когда он оставит все на столе и уйдет, и после спокойно продолжил.              — Барбара, все то, чем я жил эти годы, мне сложно представить чей-то чужой выдумкой. Я испытывал настоящие чувства и эмоции. Мои воспоминания, сомнения и мировоззрение принадлежали только мне. Я точно это знаю. Я понятия не имею, каким был в манге этого Цугуми Обы. И, пожалуй, хочу это узнать, чтобы никогда не быть похожим на того…персонажа.              — А? — обомлела я.              — Я хочу быть собой, а не каким-то нарисованным персонажем, — угрюмо повторил детектив, — И хочу попросить тебя помочь мне с этим. Расскажи мне, каким был L из комикса?              Я мрачно налила себе первую порцию рома. Все еще хуже, чем я думала. Черт возьми, мне стоило быть внимательнее прошлый месяц. Почему я сразу не поняла, что с L что-то не так? Ах да, я ведь развлекалась, наивно решив, что все в порядке.              L подвинул мне свой стакан, намекая. Нехотя, я налила ром и ему. Детектив придвинул стакан к себе и понюхал содержимое, словно раздумывая, пить или нет. Затем он уставился на меня в ожидании ответа.              — Я ведь тебе уже говорила однажды, — осторожно сказала я, взглянув на L. — В манге ты практически не раскрыт, как человек. Очень многое осталось в секрете. Я не знаю, чем ты занимался вне расследований, почти ничего не известно о твоих увлечениях. Знаю только, что у тебя синдром Аспергера с детства, ты жил в приюте с восьми до пятнадцати лет и прочие факты, почти никак не касающиеся твоей личности. Я понятия не имею, ездил ли ты в другие страны, увлекался ли чем-то, кроме капоэйры, я не знаю ничего о твоих личных предпочтениях и даже ориентации.              — О, — сказал L, вынимая палец изо рта. — С этим можно работать.              — Чё? — растерялась я.              — Значит этот персонаж был показан только, как детектив, но вся его жизнь так и осталась тайной, — с облегчением сказал L. — Я свободно могу делать то, чего он никогда не делал.              — …Зачем? — в ступоре спросила я.              — Чтобы доказать самому себе, что я настоящий человек, — ответил детектив. — Иначе я просто не смогу дальше жить, Барбара. Не смогу жить без доказательств, что никто не может вмешиваться в мою судьбу.              — Никто и не может, — возразила я.              — Сейчас мне очень сложно в это поверить, — пробормотал L. Я взглянула на него с сочувствием.              — Так ты хочешь узнать, чего не делал тот персонаж и намеренно поступать иначе? Надеюсь, это не коснется дела Киры?              — Не беспокойся. Речь идет не о работе, а о моей жизни. Это все же разные вещи, — задумчиво сказал L. Он уверенно поднял стакан двумя пальцами, отпил половину рома и тут же начал тихо кашлять, закрывая рот рукавом кофты.              — Эй, эй, полегче, — с тревогой сказала я, хлопнув его по плечу. — Серьезно, может быть ты не будешь пить? С непривычки можешь сразу отрубиться.              — Я в порядке, — с раздражением сказал детектив. — Тот персонаж не употреблял алкоголь, я прав?              — Нет, не употреблял. Он много чего не делал. Но как-то обмолвился, что в свое время натворил много бессмысленных и глупых вещей, — пробормотала я.              L, к моему удивлению, слегка покраснел.              — Должно быть речь шла о базуке, которую я установил под дверью в свою комнату*, — сказал он, глядя в свой стакан.              — Чё? — в шоке переспросила я.              — Не важно. А чего еще не делал тот L? — с нетерпением спросил детектив.              Я растерялась.              — …Не знаю. Не путешествовал. Не лазил по горам. Не прыгал с парашютом. Не занимался сексом. Не ел ничего, кроме сладостей.              — Но я ем не только сладости. Ватари часто заказывает мне свежие фрукты, — непосредственно отозвался L. — А насчет всего остального…— Детектив серьезно задумался. — Если честно, не вижу смысла лазить по горам. Это не очень удобно и опасно. Прыганье с парашютом звучит уже интереснее…но гораздо больше мне нравится летать на вертолете. Благодаря Ватари я смог научиться пилотированию в частном аэроклубе. Это было очень весело и может пригодиться для расследования. И я бы очень хотел путешествовать. Надо попросить Ватари найти наиболее подходящие и интересные страны для посещения, пока есть возможность их посмотреть. Что касается секса…              Я едва не подавилась ромом, наблюдая, как L невозмутимо пробует первую порцию своего пирожного.              — Я хотел бы попробовать, — продолжил говорить детектив с набитым ртом. — Я уже думал об этом раньше, но никак не представлялось случая. И я не мог найти подходящего для этого человека. К тому же, в юношестве у меня были другие увлечения. Если честно, во время прошлых расследований мне пришлось пару раз наблюдать за подозреваемыми, которые занимались сексом, и выглядело это не особо приятно. Однако мне все равно интересно, что именно чувствуют люди во время процесса.              Я смотрела на детектива, потеряв дар речи. Тот сделал осторожный глоток рома и продолжил тем же отстраненно-задумчивым тоном:              — Но это подождет. Сейчас мне важнее узнать, кто такой этот Кира и почему ты его боишься, Барбара. За время нашего знакомства я сделал вывод, что ты довольно смелая девушка, поэтому мне непонятен твой страх.              — Ты хочешь заняться сексом? — спросила я, едва ли расслышав все остальное. — Ты?! Серьезно?!              L взглянул на меня, как на душевнобольную.              — Барбара, не пытайся увильнуть с темы. Я достаточно долго ждал, когда ты расскажешь про Киру, но ты продолжаешь молчать. Мне это начинает надоедать.              — Поверить не могу! Ты ведь не собираешься заказывать проститутку? Это слишком опасно! И Ватари наверняка не одобрит таких выходок! — продолжала говорить я, все еще находясь в шоке.              L устало потер переносицу и снова взглянул на меня.              — Барбара, повторюсь, я не мог найти подходящего человека, что вполне объяснимо. Но теперь я его нашел, осталось лишь добиться его согласия. Однако я на девяносто пять процентов уверен, что этот человек оскорбится моим предложением и откажется. Поэтому я не намерен сейчас развивать эту тему. Я хочу вернуться к Кире…              — Это Мисора Наоми?! — взволнованно спросила я и L с досадой поморщился. — Это она, да? Она тебе нравится, да? Я так и знала! Она охуенная! Она такая красивая! И умная! Она тебе очень подходит! Она…              — Мисора Наоми собирается выйти замуж, — прервал меня детектив. — И нет, даже если бы она была свободна, я вряд ли бы стал ей такое предлагать. Мы не настолько хорошо знакомы, поэтому мое предложение наверняка звучало бы неприлично.              — Э-э-э, — протянула я.              — Раз уж тебе так интересно, я имел в виду тебя, Барбара, — прямолинейно сказал L. — В данной ситуации ты больше всего подходишь на роль моего сексуального партнера.              Несколько минут мы просто молча таращились с L друг на друга. Потом я взяла бутылку и доверху наполнила свой стакан ромом. Алкоголь уже начал туманить разум и воспринимать действительность стало как-то легче. На детектива он тоже начинал действовать, судя по помутневшему взгляду его темных глаз.              Я сначала решила, что дело именно в алкоголе и поэтому L начал нести весь этот бред. Но приглядевшись к нему, я осознала, что он очень волнуется. Он избегал зрительного контакта, поджимал ноги и зачем-то ритмично постукивал пальцем по своему стакану. L изначально не планировал заводить разговор на эту тему, он явно не был к этому готов и сейчас наверняка продумывал, как деликатно переключиться на обсуждение Киры.               — Так, — рассеянно сказала я, обхватив руками голову. — И как же давно ты решил, что я подхожу на эту роль, а?              L заметно расслабился. Откинулся на спинку стула и обхватил ладонями свои колени.              — Барбара, чтобы ты не поняла все неправильно, я попытаюсь объяснить, — сказал он, глядя на меня чуть расширенными глазами. — Учитывая мой образ жизни и этот… синдром, с ранних лет у меня выработалось отвращение к чужим прикосновениям.              — Отвращение, — со смешанными чувствами повторила я.              — Они мне неприятны и вызывают дискомфорт. Я не испытываю удовольствия от физической близости, лишь желание отстраниться подальше. Даже если ко мне случайно прикасаются люди, которых я хорошо знаю. Очевидно, что с такими реакциями тела я не способен заняться сексом с кем-либо. Но ты немного другой случай. За время знакомства личные границы между мной и тобой значительно стерлись.              — Почему? — с удивлением спросила я.              — Точно не знаю. Возможно потому что ты видела меня без одежды и при этом застала врасплох. Я был абсолютно беззащитен перед тобой, но ты не причинила мне никакого вреда. С тех пор я подозревал, что могу легко переносить твои прикосновения. Когда ты меня поцеловала, я полностью в этом убедился, — задумчиво сказал L.              Я почувствовала, что удушливо краснею. Детектив же продолжал выглядеть абсолютно невозмутимым.              — Но также я понимаю, что мое предложение будет звучать для тебя оскорбительно, — сказал L. — Поэтому ничего не собирался озвучивать, по крайней мере сегодня. Ты очень гордая, независимая и, скорее всего, в прошлом у тебя был сексуальный опыт, но не очень удачный.              Я открыла рот от неожиданности. Как он смог это вычислить?              — Но я намеревался попросить тебя стать моим партнером, когда дело Киры будет закончено, — продолжал говорить детектив. — Я хотел предложить тебе управлять всем процессом, потому что в данной сфере у меня нет никакого опыта. И, наверное, следовало сразу уточнить, что это должен был быть только один раз.              — Один раз? — ошарашенно переспросила я, до конца не веря в то, что слышу.              — Этого вполне достаточно для эксперимента, — равнодушно сказал L.              — Эксперимента? — с возмущением повторила я. Детектив взглянул на меня с удивлением.              — Я сказал что-то не так?              — Охренеть, — с чувством сказала я. Сделала пару глотков рома и налила себе еще порцию. Затем снова выпила. Горло загорелось, и чтобы вернуть себе дыхание, я бесцеремонно своровала у детектива кусочек пирожного. L смотрел на меня с тревогой.              — Барбара, я ни к чему не собираюсь тебя принуждать. Все должно быть по обоюдному согласию, — успокаивающе сказал он. — И если ты против, я не собираюсь настаивать или убеждать. Мы просто никогда не вернемся к этому разговору. По правде говоря я бы сейчас с большим удовольствием обсудил Киру и его скорое появление…              — Я согласна на это, — перебила я детектива, зажмурив глаза, и он резко осекся, выронив из пальцев ложечку.              Это безумие, наверное, но не каждый день великий детектив L просит тебя переспать с ним. И я буду полной дурой, если сейчас нацеплю на себя маску ханжи и холодно откажусь. Потому что этот эксперимент был интересен и мне самой тоже. L продолжал открываться мне с неизведанных ранее сторон и я не хотела пропустить ни одной из них. Если он хочет пойти против собственного создателя и стать хозяином свой судьбы, то я только с радостью помогу ему в этом. И дело здесь касается не только секса, оно касается всего, что хоть как-то может заинтересовать L.              Я достаточно хорошо узнала детектива, чтобы понять, какие страх и неуверенность он сейчас чувствовал. Это просто чудо, что ему удалось пережить личностный кризис, но вот последствия этого кризиса не заставили себя долго ждать. И теперь он ищет способ выбраться из ловушки придуманного мира, чтобы почувствовать себя настоящим человеком, а не чьей-то прихотью.              И мне очень жаль, что L приходится переживать все это, поэтому даже если он захочет нарядиться в костюм хот-дога и пойти торговать на улице, я поддержу его. Поддержу каждую его безумную идею.              L должен, наконец, поверить, что никакой Цугуми Оба не властен над его жизнью.              — Я согласна, — через силу повторила я, пока L пялился на меня с открытым ртом, — Но это будет один раз и все будет проходить на моих условиях. И никто не должен об этом узнать. Особенно Ватари, ясно?              Детектив, наконец, закрыл рот и кивнул. Я заметила, что он смотрит на меня с выражением искренней благодарности.              — Спасибо, Барбара, — с волнением сказал L, снова играя десертной ложечкой. — Спасибо за понимание.              Кивнув в ответ, я допила последнюю порцию рома и снова потянулась к бутылке.              М-да, я подозревала, что когда начну жить вместе с детективом, шансы на то, что мы с ним сблизимся, значительно увеличатся. Но даже не представляла, что это будет выглядеть так странно. С другой стороны, подобное проявление чувств от L ужасно мне льстило. Он настолько доверял мне, обычной девчонке, что был готов испытать со мной свой первый сексуальный опыт. Наверное, я действительно должна была оскорбиться его предложением, но не видела в этом причин. L все сказал честно и был со мной до конца откровенен, что случалось довольно редко и поэтому очень мной ценилось. И для него вся эта ситуация такая же странная, как для меня. Он не привык к подобным беседам. Он долгие годы тратил на расследования, сбор данных и анализ информации. В его мире нет места романтических чувствам.              Смогу ли я стать человеком, который может изменить великого детектива? И стоит ли это делать вообще? Если каким-то образом это отразится на поимке Киры, всем нам быстро настанет пиздец.              Интересно, кто мы с L друг другу теперь? Друзья с привилегиями?              — Можем мы теперь, наконец, обсудить Киру, Барбара? — с облегчением спросил L, поднимая на меня взгляд. Я приуныла, осознав, что он серьезно настроен допрашивать меня весь вечер. Но не собиралась плясать под его дудку, только не сегодня.              — А когда мы это сделаем? — с любопытством спросила я, испытывая одинаковые дозы смущения и лёгкого возбуждения.              — Эм-м, что? — с растерянностью переспросил L.              — Эксперимент, как ты это называешь. Когда именно ты хочешь начать?              Детектив с удвоенной силой начал постукивать пальцем по своему многострадальному стакану.              — Не знаю, возможно, когда ты сама назначишь дату, — недовольно пробурчал он. — В любом случае это должен быть день, когда я буду свободен от работы. А таких дней у меня очень мало, поэтому выбрать подходящее время будет довольно нелегк…              — Давай сегодня! — с нетерпением перебила я. L взглянул на меня с таким выражением лица, будто я достала из сумки пистолет и направила дуло ему в лоб. Я была немного обескуражена такой реакцией.              — Сегодня? — ошарашенно переспросил детектив.              — Ты вполне свободен и расслаблен. Идеальная ночь, чтобы попробовать, — уже неуверенно пробормотала я.              L чуть нахмурился, избегая смотреть на меня.              — Извини, Барбара, но я уверен на восемьдесят девять процентов, что это плохая идея, — тихо сказал он. — Мы оба пьяны и можем наделать глупостей. Я бы хотел четко запомнить все происходящее, поэтому будет лучше, если мы займемся сексом в другой раз, при более подходящих обстоятельствах.              Я с L была не согласна. Я точно знала, что на трезвую голову у меня не хватит храбрости преподать великому детективу постельный опыт. Сейчас ром ударил в голову и мне море было по колено, возможно я даже решилась бы на что-то пикантное, чтобы впечатлить L…Но завтра утром я скорее всего приду в ужас, осознав, на что согласилась. Я даже в мыслях не могу представить, как действовать. И к тому же у меня давно никого не было. И я понятия не имею, как вести себя с девственником, у которого с детства присутствуют трудности с социальным развитием. А может быть L передумает? Если он отвлечется на Киру, то ему явно станет не до секса. Но еще слишком рано говорить с ним о Кире. Это опасно. Ни в коем случае нельзя нарушать оригинальный сюжет манги.              — Почему ты не хочешь рассказывать мне о Кире? — внезапно спросил L, будто читая мои мысли. — Ты весь вечер пытаешься отвлечь меня от этой темы.              Блять, заметил. Я с досадой сделала глоток рома. Детектив последовал моему примеру и быстро запихнул в рот порцию пирожного, чтобы приглушить терпкий привкус алкоголя.              Какой же он все-таки ребенок. Мысль о том, что мне придется его соблазнить, больше не возбуждала, наоборот вызывала неловкость и стыд. При всей своей гениальности L все же великовозрастное дитя с определенным нарушением психического развития. Это бросалось в глаза с первой нашей встречи.              — Не то, чтобы я не хочу, — рассеянно ответила я детективу. — Просто время еще не наступило. И я точно знаю, что мое вмешательство на этот раз нам всем может стоить жизни, поэтому не тороплюсь.              — Я не совсем понимаю, — недовольно сказал L.              — Послушай, сейчас я знаю каждый ход Киры, — убедительно сказала я. — Я знаю, с чего все начнется и чем все закончится. И это существенно может облегчить твое расследование и в итоге спасти тебя от неминуемой смерти. Но если что-то пойдет не так и сюжетный ход каким-то образом нарушится, Кира станет непредсказуем и мы окажемся в заднице. Я больше не смогу тебе помочь. Поэтому пусть события идут своим чередом. Я ни во что не буду вмешиваться, пока ты не выйдешь на Киру. Когда расследование начнется, ты будешь самостоятельно принимать решения, я буду подсказывать тебе верные ходы, только когда в этом возникнет необходимость. Не пытайся узнать, кто такой Кира и как он убивает, от меня. Ты должен узнать это сам. Ты должен сам его поймать и поверь, у тебя это получится. А в нужный момент я дам подсказки, благодаря которым ты сможешь найти доказательства и быстро завершишь свое расследование. А сейчас, пожалуйста, ни о чем меня не спрашивай.              L взглянул на меня с любопытством.              — Хорошо. Но можешь ты мне ответить на достаточно простой вопрос? Почему ты так сильно боишься Киру? Он ведь обычный человек? Не демон и не какое-либо божество?              — Да, он человек, — мрачно сказала я. — Но к концу сюжета от него останется мало что человеческого. И дело не столько в нем, сколько в боге смерти.              Теперь L выглядел по настоящему шокированным.              — Бог смерти, — повторил он. — Так вот в чем причина. Это будет очередная забава бога смерти?              Я строго взглянула на детектива.              — Да, но не надо спрашивать меня о нем. Повторюсь, еще слишком рано. Я ничего тебе не скажу, пока не начнется серия загадочных убийств, на которую ты сразу обратишь внимание.              — Хорошо, — нехотя согласился детектив.              — А что значит очередная забава? Ты ведь не сталкивался с настоящим богом смерти раньше, — с удивлением сказала я.              — Да, но Бейонд его видел. Он украл его глаза, — ответил L, делая новый глоток рома и заедая его пирожным.              — Как? — шокировано спросила я.              L неожиданно весело улыбнулся.              — Если верить рассказу моего заклятого друга, то тот бог смерти умудрился потерять свои глаза в мире людей. Бейонд нашел их, когда был маленьким и подобрал. Звучит очень нелепо, правда, Барбара? Когда бог смерти нашел Бейонда и захотел вернуть свои глаза, этот хитрец предложил ему сделку — он возвращает глаза, но взамен сам становится богом смерти. Разумеется, Шинигами не мог на такое пойти. Люди, особенно дети, не способны стать богами. Ему пришлось улететь ни с чем, оставив глаза Бейонду.              — Больной ублюдок, — с невольным восхищением сказала я. — Он умудрился наебать самого Шинигами!              — Да, но думаю, что впоследствии Бейонд не раз пожалел о своем решении, — прекратив улыбаться, сказал L. — Он не может избавиться от своего дара и вернуть его не может тоже. Мне кажется, что в детстве Бейонд считал глаза бога смерти чем-то вроде развлечения, но он перестал так думать, когда познакомился со мной.              — Почему?              — Он считал меня своим другом и не хотел видеть, когда я умру, — рассеянно сказал детектив. Я заметила, что он слегка покачивается, сидя на месте, но не придала этому особого значения. — Бейонду всегда было плевать на человеческую жизнь, даже смерть своих родителей он воспринял на удивление спокойно. Его дар обычно приносит ему осознание собственной важности и развлекает. Но не когда дело касается людей, которые ему дороги. В этом случае дар видеть смерть наверняка причиняет Бею лишь страдания. Этим можно объяснить его одержимость тобой. И одержимость мной тоже. Он боится нас потерять, Барбара, даже если ненавидит.              — Почему ты так уверенно об этом говоришь? — с сомнением спросила я. L устало взглянул на меня.              — Потому что я часто навещаю Бея и веду с ним долгие беседы, пытаясь понять, чего конкретно он добивается. И я не мог не замечать, как сильно он изменился. Ты, наверное, удивишься, если я скажу, что пережитое в Сан-Квентине потрясение пошло Бейонду на пользу.              — Чё?! — обалдела я.              — Оно сделало его сильнее, — сказал L. — Гораздо более психологически сильным человеком, чем он был в тот период, когда сбежал из Вамми. Раньше мне и в голову бы не пришло привлекать Бейонда к сотрудничеству в опасном расследовании, потому что он был безумен и зациклен на мести. Сейчас я всерьез это обдумываю. В некоторых случаях помощь Бея может оказаться неоценимой. Разумеется, я не собираюсь отпускать его на волю, пока не буду уверен в том, что он полностью безопасен.              — Интересно, он все еще злится на меня? — задумчиво произнесла я.              L несколько секунд смотрел на меня с удивлением. Он явно хотел что-то сказать, но не успел, потому что в это момент вздумал потереть одну ногу другой и неожиданно потерял равновесие. Словно в замедленной съемке я с открытым ртом наблюдала, как великий детектив опрокинулся со стула и с грохотом упал на пол, раскинув руки и ноги в стороны. Пораженный собственным падением, L широко открыл глаза и уставился в потолок, лежа на спине. Я смотрела на детектива в шоке уже который раз за вечер. L, явно растеряв ориентиры, продолжал валяться на полу и бессмысленно пялиться вверх, привлекая беспокойные взгляды посетителей.              Мне удалось продержаться несколько секунд, прежде чем я не выдержала и начала хохотать на все кафе, закрыв лицо руками.              — Барбара, я сейчас чувствую себя очень глупо. Буду рад, если ты поможешь мне подняться, — обескураженно пробормотал детектив, скосив на меня взгляд. — Барбара?              — А? А, да, — всхлипывая, пробормотала я. — Конечно. Сейчас.              Наклонившись над L, я уцепилась за его руки, поднимая, словно безвольную куклу. Детектив, все еще дезориентированный своим падением, медленно моргал и беспрекословно подчинился, когда я дернула его наверх, вынуждая встать на ноги. Однако в вертикальном положении L продержался недолго и спустя мгновение снова оказался на полу. Некоторые из посетителей кафе тихо посмеивались, продолжая наблюдать за нами. Я честно старалась не вести себя, как сучка, но все равно истерично захихикала, глядя на опьяневшего детектива. Еще никогда мне не приходилось видеть его в таком унизительном и смешном положении и удержаться от смеха было просто невозможно. L в отместку поднял ногу и лягнул меня в колено. Было не больно, но немного обидно, зато быстро помогло мне взять себя в руки.              — Прости, прости, — зашептала я, снова наклоняясь к L. — Я понятия не имела, что алкоголь так сильно влияет на твою координацию движений. Ты совершенно потерял контроль над телом, чувак!              — Это все равно не повод смеяться, Барбара, — насупился L, но если он пытался воззвать к моей совести, то проиграл — мне до чертиков было весело наблюдать как всегда такой собранный великий детектив не в состоянии самостоятельно оторвать задницу от пола.              — Ладно, давай, обними меня за шею, — скомандовала я, радуясь, что успела выпить всего лишь пару стаканов рома и достаточно соображаю, чтобы позаботиться об L. Детектив послушно поднял руки и позволил мне буквально взвалить его на свои хрупкие плечи. Я согнулась почти пополам, позволяя L разлечься на моей спине и бесцеремонно обхватила его за бедра, чтобы не кувыркнуться вместе с ним назад. L, сообразив, обхватил меня обеими руками за шею и крепче сжал ногами мою талию, помогая сохранить баланс. Смирившись со своим положением, я понесла этого несчастного пьяницу вон из кафе, невольно прогибаясь под его весом. Остальные посетители проводили меня и L редкими аплодисментами и одобрительным свистом.              М-да, видел бы нас сейчас Бейонд. Он бы наверное, помирал со смеху. А потом прибил бы обоих бейсбольной битой.              Я медленно плелась по улице, стараясь не обращать внимание на то, как L сопит мне в шею, умудрившись задремать. Прохладный ночной воздух немного проветрил сознание и теперь я могла идти почти ровно и сохранять ясность мышления. Какое счастье, что детектив весит немного, и нести его тяжело, но терпимо. Но чем я думала, блять, когда потащила его в кафе? С другой стороны, откуда я знала, что он захочет напиться?              И что теперь делать? Ватари звонить я не буду даже под угрозой смерти. Если он узнает, чем мы занимались с L после киносеанса, то пизды достанется сначала детективу, а потом и мне по полной программе. Надо как-то незаметно пробраться в бункер, дотащить L до его комнаты, а потом незаметно пробраться в свою.              — М-м-м, — пьяно протянул L, потираясь носом о мою шею. В другой ситуации я может быть и завелась бы от подобного, но не сейчас, когда тащу на себе высокого здорового лося, от которого за километр несет спиртным и сладким.              — Проснулся, пьянь? — ехидно поинтересовалась я.              — Где мы? — пробормотал L.              — Мы идем домой. Точнее, я иду, а ты едешь на моей спине. Наслаждайся, млять, — проворчала я, удобнее перехватывая ноги детектива, потому что от неровной ходьбы он снова начал плавно с меня съезжать.              — Мне холодно, — жалобно выдохнул L, крепче меня обнимая и заметно перекрывая доступ к кислороду.              — Терпи. Скоро будем дома, — прокряхтела я.              — Барбара, позвони, пожалуйста, Ватари.              — Нетушки. Ни за что. Мне еще охота жить, знаешь ли, — сказала я с возмущением. L вздохнул с досадой. Но я упрямо продолжала нести его дальше по улице. Честное слово, я лучше буду до утра идти пешком до бункера, чем встречусь с опекуном детектива с мировым именем лицом к лицу.              — Ты теплая, — пробормотал детектив, уткнувшись лицом в мое плечо.              — Я что труп, чтобы холодной быть? — огрызнулась я. — И прекрати на мне ёрзать! Хочешь, чтобы мы вместе на асфальт свалились?!              — Извини. Мне просто так хорошо. Даже не помню, когда в последний раз так себя чувствовал, — пробормотал L, явно безуспешно пытаясь бороться со сном.              — Завтра ты будешь думать иначе, — с сочувствием сказала я.              В следующий момент я чуть не упала, потому что фары проезжающей мимо машины ослепили мне глаза на несколько секунд. Я остановилась, снова подхватывая безвольного L за бедра. Господи, скорей бы добраться до дома. Не знаю, сколько еще смогу тащить этого засранца. И он совсем мне не помогает. Спит себе, как будто так и надо.              Я мысленно заткнулась, когда заметила, что машина, ослепившая меня фарами, вдруг возвращается обратно. Испытывая тревогу, я попыталась скрыться в ближайшем переулке, но не успела, потому что машина резко перегородила мне дорогу. Окна ее были затонированы, двигатель рычал, как дикий зверь, а фары подмигивали, словно старому другу.              Чувствуя себя главным героем фильма «Кристина», я невольно попятилась назад. Подхлестнутое алкоголем мое воображение разыгралось не на шутку, и я уже была готова развернуться и бежать, насколько это возможно с телом детектива на спине, когда окно машины приоткрылось и оттуда выглянуло потрясенное лицо Ватари.              Блятушки, да лучше бы это была Кристина.              Я с ужасом наблюдала, как Ватари медленно выбирается из машины и подходит ко мне.              — Не могу поверить, что я наконец-то вас нашел! — с негодованием сказал он. Взглядом, полным неверия, старик рассматривал своего подопечного, который буквально лежал на мне и умудрялся при этом сладко посапывать.              — Я все могу объяснить… — проблеяла я, согнувшись в три погибели и наверняка выглядев очень жалко.              Ватари нехорошо нахмурился.              — Я выслушаю ваши объяснения потом, мисс Браун. А сейчас сядьте, пожалуйста, в машину, — тоном, не терпящим возражений, сказал он и распахнул дверцу.              Предчувствуя торжество сияющего пиздеца, я не без труда запихнула в салон L, удобно устроив его руки и ноги, затем залезла сама. Ватари сел за руль и повез нас домой, временами неодобрительно поглядывая на меня через зеркало. Я сидела тихо и молчала, зная, что оправдываться бесполезно. L продолжал спать, привычно задрав ноги на сиденье и обхватив руками колени. Невольно я позлорадствовала. Завтра детектива с мировым именем ждет хорошая взбучка за его легкомыслие и дикая головная боль. О том, что ждало меня саму, я предпочитала не думать. И так ясно, что ничего хорошего. А если детектив вдруг вспомнит о моем согласии стать его партнером по сексу, то меня вообще впереди будет ждать очень веселая неделя.              Примечания:              Должно быть речь шла о базуке, которую я установил под дверью в свою комнату* — автор позаимствовал эту забавную сцену из старой додзинси по Death note :)