Терьер Ветинари

Ваймс долгие годы неустанно охранял закон и порядок в Анк-Морпорке* и заслужил немного отдыха. О, потом он со всеми рассчитается. Потом он выплатит самому себе штраф за нарушение общественного спокойствия. Но пока… перед ним в своей первозданной свободе расстилался весь мир. Вопрос, чем бы заняться, разрешился сам собой, когда он чуть было не врезался в передвижной ларек С.Р.Б.Н. Достабля. Очередное дельце не выгорело, и бизнесмен вновь взялся за продажу токсичных сосисок. Совершенно случайно неподалеку располагалась Гильдия Убийц, где как раз вскоре должен был начаться один из их занудных официальных обедов. Ваймс проскользнул на кухню и, улучшив момент, утащил поднос со стейками из мраморной говядины высочайшего качества. Молодая пухлая кухарка заметила этот маневр и, не растерявшись, рванула за ним. Обычно чистая незамутненная радость честной погони несколько омрачается, когда гонятся за вами, тем более с мокрым полотенцем наперевес, но сейчас был совсем не тот случай. Отдавшись ностальгии по детским временам, когда он с другими мальчишками подворовывал провизию из богатых домов, Ваймс несся к цели, украшая остатками мясного деликатеса и так не самые чистые дороги Анк-Морпорка. В конце концов, дама выдохлась и присела на тротуар, закрыв лицо руками и звучно причитая, что теперь ей нечем кормить господ. К ней тут же подкатил не любящий упускать шансы Достабль… Не веря своему успеху, новоявленный пес потрусил дальше. На очереди была Гильдия Воров. Да, Стража не смеет препятствовать их деятельности, но никто ведь не застрахован от несчастного случая. Ваймс довольно оскалился. Вытащить упаковку яиц из телеги зазевавшегося торговца было совсем не сложно. Перехватив мешочек поудобнее, он добрался до Бесконечной улицы, где не без труда забрался на крышу одной из местных развалин и принялся ждать. Минут через тридцать обманчивую тишину переулка нарушила растерянная группка туристов из Лламедоса. — Приветствуем вас, Уважаемые Клиенты! — раздался громкий уверенный голос, и из темноты выступила массивная фигура с ножом. — Э… Кто вы есть такой? — на ломаном морпоркском вопросила туристка. — Гильдия Воров, вот лицензия! — охотно пояснил вор, демонстрируя тисненый пергамент. — Сегодня у нас выгодное предложение! Вы отдаете 50 долларов, а взамен получаете страховку на месяц плюс красивый маленький шрам в любом удобном для вас… Договорить у него не получилось, ибо Ваймс прицельно вышвырнул большую часть своего запаса на его блестящую от пота лысую голову. Для того чтобы провернуть это при помощи пасти и лап, требовалась определенная сноровка, но командор на своем веку проделывал и не такие маневры. Затем он ловко спланировал на другую сторону улицы и помчался со всех ног, так как огорошенный вор уже, вероятно, догадался, с какой стороны был нанесен предательский удар. Он галопом пронесся мимо Теней, откуда донеслось смутное восклицание: «еда!» и, решив, что жизнь дана только раз, взял направление богатейших анкских кварталов, где расположился и величественный особняк благороднейшего рода Ржавов. Вспомнив о брезгливости главы семейства, Ваймс сделал небольшую остановку у фирмы Сдохнитваримуса, грозного конкурента Бешеного Крошки Артура, лучшего в городе ловца крыс и прочих вредителей, и разжился клеткой, полной жирных грязных грызунов. Все знали, что Сдохнитваримус занимался нелицензированной ловлей крыс в районе Незримого Университета, и Ваймс всерьез надеялся договориться с тварями, получившими изрядную дозу магического излучения. Притаившись у кустов рододендрона, он заметил, что самый мелкий и лишайный крыс, очевидно, лидер, вопросительно на него глядит. В ответ он кивнул в сторону дома Ржавов. Крысеныш вытянул лапку, словно желая сказать: «будь спокоен, сделаем в лучшем виде». Более подробных обсуждений им не требовалось. В конце концов, если ты крыса, от тебя ждут только одного. И это не гениальные импровизации на органе и не философские беседы в лунную ночь. Даже если ты умеешь. Ваймс сделал подкоп под садовой изгородью и, сломав зубами хлипкий замок, выпустил соучастников из их маленькой тюрьмы. Когда они вылезли на другой стороне и деловито направились в сторону роскошного особняка, Ваймс расширил нору и осторожно, стараясь не попасться юноше-садовнику, последовал за ними. Это было несколько опрометчиво, но ему очень хотелось посмотреть. Он запрыгнул на удобный ящик с цветами и уставился в раскрытое окно. Крысы уже пробрались внутрь, вероятно, воспользовавшись модной канализационной трубой, не так давно установленной по приказу лорда. Ронни Ржав стоял у застекленного книжного шкафа, благоговейно разглядывая корешки. Прищурившись, Ваймс прочел: «Гордость и Благородство Истинного Дворянина», «Великие предки Ржавов», «Почему плебей это плебей», «Бесстрашные сыны Анка». Охваченный возвышенным порывом Ронни Ржав не заметил аккуратное построение грызунов. Желая привлечь внимание, лидер крыс осторожно прокусил его ботинок, и раздался визг такой силы, что чувствительные уши Ваймса чуть не отвалились. Бесстрашный сын Анка не только вопил, но и нарезал круги по гостиной, производя масштабные разрушения**. Сбежавшиеся на крик слуги попытались помочь лорду покинуть зараженную вредителями зону, но были безжалостно искусаны и вынужденно отступили за крысиным ядом. Ваймс так увлекся зрелищем, что не обратил внимание на то, что происходит у него за спиной. Сигнал тревоги, отправленный обонянием, добрался до мозга слишком поздно. — А ты что здесь делаешь, гад?! — раздался возмущенный крик садовника, и командор, едва увернувшись от удара граблями фатальной, скорее всего, мощности, влетел на непосредственную территорию Содома, в который превратилась лучшая гостиная Ржавов. Уворачиваясь от пинков, захватов и летающих предметов, он с воем пробился в коридор, а оттуда, преследуемый кучкой возмущенных обитателей древнего особняка, ворвался на кухню, где совершил не самый успешный в своей жизни прыжок на буфет, закончиться которому было суждено в соседней бочке с вином. Бочонок опрокинулся, тут же воссоздав в кухне микрокопию Кровавого Озера, что, по слухам, находится в Ужастралии. Слуги не были искушенными ценителями географических изысков, поэтому их желание прикончить проклятого пса достигло своего апогея и было готово зажить собственной жизнью, как антропоморфная сущность или запах старикашки Рона. Повар схватил было командора за шкирку, но Ваймс не хотел умирать настолько идиотской смертью и с силой укусил его мускулистую руку, радуясь, что превратился в охотничью собаку, а не, скажем, в ламантина. Повар не выдержал и уронил его в раскрытый мешок с мукой, от которой пес разразился серией безудержных чихов, разнеся облака измельченного злака по всей комнате. Воспользовавшись моментом полной деморализации преследователей, Ваймс полувыскользнул полувыплыл из кухни и попытался найти выход, но путь ему преградила жена лорда Ржава, хлопнувшаяся в обморок при виде мокрого белого чудовища, бороздящего ее любовно выбираемые интерьеры. Ваймс вбежал в единственную открытую дверь, за которой его поджидала юная, изящно одетая девушка со шваброй наперевес. В отличие от жены Ржава, его племянница не выказала и тени страха. Одного точного удара хватило, чтобы отправить командора в длительный нокаут. Целый день капитан Моркоу скрупулезно разгребал бумажные горы, под которыми предположительно покоился рабочий стол командора. Вынужденный работать за себя и за Ваймса, он в буквальном смысле не поднимал головы. — Эм… Моркоу? — позвала Ангва. — Может, сделаешь перерыв? Я принесла кофе и вечерний Таймс. Поблагодарив подругу, капитан сделал глоток, заглянул в передовицу и поперхнулся. На самом верху крупным шрифтом значилось: «СЕРИЯ ЗАГАДОЧНЫХ ПРОИСШЕСТВИЙ: ВИНОВНИК — СОБАКА?» Стражники прочли: «По данным Таймс, мистическое отравление основного состава Гильдии Убийц оказалось хладнокровно спланированной акцией. Мисс Дженкин (27 лет), кухарка Гильдии, призналась, что ее главное блюдо подверглось нападению со стороны собаки породы терьер, в результате чего она была вынуждена в срочном порядке закупить продукцию у ближайшего поставщика, т.е. мистера С.Р.Б.Н. Достабля. Наши уважаемые читатели, вероятно, решат, что прискорбная ситуация стала результатом комбинации случайных событий, а вовсе не злостного умысла со стороны животного. Тем не менее, незадолго после несчастного случая жертвой слишком сообразительного пса стал Визио Хламик (36 лет), почетный член Гильдии Воров. „Я, как всегда, честно занимался своей работой, — утверждает мистер Хламик, — как вдруг меня контузило добрым десятком яиц, должен сказать, несвежих. Я было решил, что это дети, но когда я взглянул наверх, то мне показалось, что с крыши на всех парах улепетывает собака. Не разбираюсь в породах, но вроде терьер, серого цвета“. Однако и это не положило конец таинственным нападениям на трудящиеся массы и другие элементы многокультурного социума нашего города. Приблизительно в 4 часа пополудни в дом лорда Ржава, уважаемого общественного деятеля, проникла стая разумных крыс, которым впоследствии удалось покинуть место происшествия. Вместе с крысами в поместье пробрался вышеупомянутый терьер, тут же устроивший переполох и до потери сознания напугавший госпожу Ржав. Племянница уважаемого лорда спасла положение, вырубив собаку при помощи подручных материалов. Редакция Таймс удивлена не столько сенсационным уровнем интеллектуального развития, сколько четкой гражданской позицией собаки и намерена с неослабевающим интересом следить за ее дальнейшей судьбой». Юноша побледнел. — Полагаю, нам следует навестить лорда, — осторожно заметил Моркоу. Ангва медленно кивнула. С места они сорвались одновременно. Тем временем тот же выпуск Таймс лежал на столе перед Архканцлером. — А сэр Сэмюэль не дурак поразвлечься, — широко ощерившись, хмыкнул Чудакулли. Невзирая на сопутствующие обстоятельства, лорд Ржав сумел организовать прием в честь прибытия правительницы Убервальда на высочайшем уровне, что с точки зрения аристократа значило еще больше маленьких бутербродов, просто-таки горы лимонных долек, тонны снобизма во взглядах и столько загадочных перемигиваний между участниками, что у неподготовленного наблюдателя могло зарябить в глазах. Он уже совсем расслабиться, когда словно бы из ниоткуда возник патриций в сопровождении леди Маргалотты. — А, Ржав. Надеюсь, сегодняшнее досадное недоразумение разрешилось благополучно? — Все под контролем, Ваша Светлость, — сдержанно откликнулся Ржав. — Но я требую официальной казни твари, посмевшей осквернить дом моих предков. Ветинари иронично приподнял бровь. — О, если ты так настаиваешь. Только, позволь узнать, зачем? — Вы не видели эту дрянь! Когда собака очнулась, она на меня ТАК смотрела… Если хотите знать мое мнение, то истинно благородный человек не может спускать подобное неуважение кому бы то было. Ветинари и его высокородная спутница даже не попытались скрыть насмешку. Лорд сам не был уверен, почему его снедает такая злоба. Швырнуть пса в Анк и навсегда забыть об этой истории, казалось бы, было самым адекватным решением. Но он не мог отделаться от чувства, что с животным что-то не так. Хотелось именно казнить его, публично и официально. Ржав ощутил потребность пояснить свою позицию, тем более, что на него удивленно уставились чуть ли не все присутствующие: — Мне кажется, это не просто пес. Столько ярости и презрительности не сможет вместить в себя ни одна паршивая шавка. — Нье могли бы вы показать собаку? — спросила леди Маргалотта. — Поньеволе становьится интерьесно. Лорд Ржав подозвал слугу, и через минуту тот внес непрерывно дергающийся мешок. Лорд самолично его развязал и опустил руку внутрь. Теперь он ощущал, что стал объектом пристального внимания со стороны всех без исключения гостей. — Ай-а-ай! — взвыл он, вынимая изящную холеную ладонь, в которую намертво вгрызся ощутивший неповторимый вкус свободы Ваймс. — Кажется, кобель разгрыз веревки, — глубокомысленно пробормотал слуга. Несколько дам завизжали. Побледневший от резкой боли Ржав отшвырнул собаку и случайно попал в многоэтажный парик леди Силачия. Прическа леди не преминула съехать, унеся командора в короткое вертикальное турне. Одновременно с этим в зал ворвались Моркоу и Ангва, но поглощенные действом зрители не обратили на стражников внимания. Очутившийся на полу Ваймс зарычал и хотел было броситься на Ржава (и это вместо того, чтобы удирать со всех ног, все-таки как человек он умнее), но внезапно услыхал до боли знакомый голос, эффект которого был подобен удару грома: — АХ, ТЫ НЕГОДНЫЙ МАЛЬЧИШКА! СИДЕТЬ!!! Не спрашивая у мозга, задние лапы автоматически подогнулись, и Ваймс неуклюже присел. Гости с восхищением уставились на леди Сибиллу. Та, привыкшая общаться с болотными дракончиками, продолжила распекать мужа: — Только погляди на себя! Что это за поведение?! К своему ужасу Ваймс обнаружил, что смущенно обнюхивает пол вокруг себя — типичное поведение провинившихся домашних животных. — Ну-ка, извинись перед его Лордством! Отвернувшись, Ваймс издал тихое недовольное рычание. — Я кому говорю! Ваймс, не особо уверенный, как именно собакам следует выражать раскаяние, мрачно кивнул в сторону лорда. — Похоже, сейчас не лучший момент, чтобы раскрывать личность мистера Ваймса, — шепнула Ангва Моркоу. — Вот, хороший мальчик, — довольно промолвила Сибилла и протянула руку, чтобы потрепать грязного пса по холке, как вдруг раздался хруст. До Ваймса дошло, что страшный звук издал его собственный позвоночник: Ржав решил, что настало время реванша и вдавил свой острый каблук в спину врага. От стараний лорда у него в глазах потемнело. — Да как ты смеешь, Ронни, — прошипела справедливая Сибилла с такой злостью, что лорд поспешил вернуться на исходные позиции, — обижать бедное животное… Он же ИЗВИНИЛСЯ! — Оно это заслужило! — возмутился в ответ Ржав. — Никогда не понимал вашего расположения ко всяким избитым жизнью тварям. — Если человек… то есть пес плохо воспитан, то, по-твоему, его надо убить за это? — вскинулась Сибилла. — Было бы просто отлично! Они вперились друг в друга с хорошо скрываемым раздражением***. — Прошу вас, давайте обойдемся без кровопролития, — патриций и бровью не повел, — даже метафорического. — Хэвлок, ты же не можешь всерьез воспринимать просьбу о казни! — Полагаю, не лучшая идея. Я подумываю взять его себе. — Что?! — чуть не задохнулся Ронни. — Это же… — Мне нравятся терьеры, — перебил его Ветинари, — а у этого еще и довольно осмысленный взгляд. — Я бы сказал: полный злобы, цинизма и ядовитого сарказма, — вставил лорд, — ну просто вылитый Ваймс. — Как точно подмечено, — задумчиво согласился правитель Анк-Морпорка, после чего обратился к секретарю, — Стукпостук? Прикажи доставить Командора во дворец и проследи, чтобы его как следует отмыли. Кое-где послышались пересуды шепотом и сдавленные смешки. — В чем дело? — удивился патриций. — Неплохая кличка, по-моему. — Какая неловкая ситуация… — тихо простонал Моркоу.