Выкуси, дрянь!

      Осень подходит всё ближе и ближе. Её дыхание уже вполне ощутимо. С утра накрапывает дождь, редкие струны которого разбиваются о приземлённый и скучный в своей однородности асфальт между островками зелени. Трепещущие под порывами ветра листья ещё не готовы оторваться от поддерживающих в них жизнь деревьев. Они боятся неизвестности. А кто не боится неизвестности?       Карина встала рано. Вышла на кухню выпить кофе прямо в пижаме. Радующийся одному лишь её присутствию щенок хаски носился по полу, стуча по кафелю когтями, и приветливо бил хвостом. Отвлекаясь от кофемашины, девушка лениво потрепала его по загривку. Она почти сразу убрала руку, торопясь вернуться к своим делам.       Заправившая устройство молотыми кофейными зёрнами — их запах стоял во всей кухне — Рей полезла за чашкой, опираясь на стол. Белоснежный мрамор хозяйственной столешницы с разбежавшимися по нему чёрными прожилками приятно холодил ладонь. А вот и кружка — подарок Русалочки. Она выбивалась из стройного войска остальной дизайнерской посуды — выполненной со вкусом, дорогой, но бездушной. Похоже, что Кира, выбирая презент, слишком буквально поняла выражение "Дарить нужно то, что сама хотела бы получить в подарок": высокая и вместительная кружка, еле влезающая в кофемашину, была усыпана весёленькими объёмными ракушками, морскими звёздами и обитателями глубин, а в центре всего этого разноцветного безобразия красовалась очаровательная анимешная русалка.       В голове тут же оживились воспоминания: — Это чтобы ты обо мне не забывала, — говорила Бессольская, наблюдающая за тем, как подруга высвобождает подарок из упаковки. — Тебя-то забудешь. Ты незабываема, — беззлобно усмехалась в ответ Карина, — Вот же красота!.. Воу, а какая женщина сбоку! Кого-то она мне напоминает…       Кира смеялась.       Пока напиток лился в кружку под ровный шум работающей кофемашины, шатенка привычно присела на широкий подоконник. Она расчесала пятернёй немного разлохматившееся за ночь каре, наощупь распределяя пряди на ровный пробор. Короткие волосы с трудом собирались в хвост и без конца мешались, скользя по щекам. Сделать красное омбре её тоже надоумила Русалочка со своей любовью к ярким окрашиваниям.       Карине не везло. И на то имелись причины: одних напрягал и отталкивал сам факт наличия небезызвестного отца, как и немалых денег у его семейства, другие оказывались чересчур мнительны, придумывая ей несуществующую избалованность в сочетании с непомерно высокими запросами. В конечном итоге всё сводилось к тому, что люди боялись не оправдать ожиданий "дочери богатенького папаши". Заложники собственных страхов и предубеждений попросту не были готовы как следует её узнать. Звучит как чистейшей воды идиотизм? Вообще-то это он и есть. Собственной персоной, так сказать.       Как следствие, хорошенькая внешность и высокое материальное положение не только не играли ей на руку, но были даже против неё. Разумеется, находились и такие умники, кто рассчитывал самым наглым и безыскусным образом пользоваться средствами Орешко. Однако особо предприимчивые мамкины альфонсы всегда жёстко обламывались. Во-первых, потому, что их истинные намерения довольно быстро всплывали на поверхность. Всех ждал один и тот же сюрприз: вдруг выяснялось, что "обеспеченная недалёкая шкура" отнюдь не недалёкая. Они прокалывались, как воздушные шары иголкой, и все их наполеоновские планы лопались столь же стремительно, а раздутое до невероятных размеров самомнение — сдувалось. Во-вторых, потому, что семья Рей не транжирила кровно заработанные направо и налево, а расходовала их с умом и по необходимости. Семейство Орешко не завтракало синими пельменями, не обедало чёрной икрой и уж тем более не устанавливало в доме унитазы из чистого золота. Несмотря на достаточно нервную должность, их отец оставался на удивление адекватным. Да и были они, честно говоря, не так уж и баснословно богаты, чтобы ударяться в крайности из-за захождения ума за разум от объёмом собственных капиталов. К тому же, Максим Орешко — формальный глава семьи — увлекался благотворительностью, а Ангелина Орешко — мать Рей и фактическая глава семьи — его в этом поддерживала. Ну и, наконец, в третьих, потому, что Карина была лесбиянкой, хоть и осознала себя не сразу, но раньше, чем успела наломать дров в отношениях с противоположным полом. Пожалуй, этот факт тоже нельзя оставить без внимания.       В сети её знали как "дочь Максима Орешко". Тысячи бесполезных лайков в Инстаграме давно перестали вызывать хоть какие-то эмоции, как и десятки лестных комментариев. Всё это безликое и обесчеловеченное. И такое же бессмысленное общение — чаще всего пустая трата времени. Иногда ей казалось, что соцсети живут своей жизнью. Там она — уже и не она вовсе, а одна из многих ролевых моделей. Какая-нибудь, прости господи, "сасная чика" или "топовая тянка". Карина пробовала искать единомышленников, при общении сама проявляла инициативу. Но и это не приносило особенных результатов.       Кофемашина затихла, и девушка взяла источающую пар кружку, залезая обратно на подоконник уже с ногами. Сегодня на ней были её любимые полосатые серо-розовые — в тон пижаме — махровые носки с мордами енотов. Она дула на кофе, остужая, параллельно взяв лежащий рядом большой телефон, каким-то чудом помещавшийся в ладонь шатенки: то ли магия, то ли приспособилась. Как вдруг снизу донёсся максимально жалобный скулёж.       Тяжко вздохнув, Рей оставила кофе остывать на подоконнике, а сама с гаджетом в руке слезла на пол, присаживаясь на корточки прямо перед мордой моляще смотрящего на неё пса. — Грей, Артём проснется и покормит тебя. Потерпи немного, — девушка легонько погладила собаку по голове, и та, как ей показалось, понимающе отступила на шаг назад, — Такой уж у нас безответственный хозяин, — сказала она уже в сторону и не так громко.       Не прошло и минуты как на кухне показался заспанный Артём — семилетний брат Карины. — Артём! Сколько раз тебе говорить: корми Грея вовремя! У него существует режим питания! — сходу начала отчитывать братца-лодыря Орешко-старшая.       В детстве её никогда не носили на руках, даже наоборот: за четвёрки ругали, за тройки отбирали игрушки, заменяя их репетиторами до тех пор, пока оценку не удавалось исправить. А вот младший брат Артёмка рос баловнем, которому дозволялось всё. Родители неоднократно шли у него на поводу. Так произошло и с Греем: как только малой увидел щенка, сразу завёл свою любимую песню: "Хочу-у, хочу-у!"       Мать с отцом долго сомневались, но в итоге сдались, взяв с сына честное слово, что он будет самостоятельно ухаживать за питомцем с небольшой помощью и советами взрослых. С тех пор в доме появился озорной щенок хаски, который грыз всё, что попадалось в поле его зрения — пришлось своевременно защищать двери, стены и мебель, от переизбытка эмоций наливал на полу лужи и оказался не только игривым, как хозяин, но и таким же дебилом. Вся семья между собой любовно называла его "хаски-дебил".       Нет, никто, разумеется, не ставил под сомнение факт наличия у кобеля развитого интеллекта, но, видимо, как раз из-за каких-то собственных сложных замыслов он, взвесив все "за" и "против", решил вести себя как полный придурок. Домашние свято верили, что всё исправят дрессировка и грамотное обучение, для чего и наняли опытного инструктора-кинолога, который неоднократно работал с хаски и знал особенности породы как самого себя. Так и гуляли: два молодых дебила, норовящих опробовать по пути все лужи и собрать на себя всю уличную грязь и глубоко озадаченный опытный специалист-собаковед. — Да покормлю я! Сейчас только умоюсь, — на автомате отвечал взъерошенный Артёмка, потирая сонные глаза. — Давай быстрее! Долго он будет тут плакать голодным волком? — с этими словами доброжелательная сестра выперла братца с кухни.       В третий раз забираться на своё любимое место шатенка не стала: вдруг что ещё случится. Нет, сломать его своим весом она не сломает — лёгкая, а вот в том, что вокруг опять не начнёт происходить какая-нибудь хрень, Рей уверена не была.       Кофе как раз остыл. Отхлебнув его, девушка разблокировала смартфон. Новое сообщение от Арисы в верху диалогов: уточняет насчёт сегодняшней встречи. Карина подтвердила, повторно указав координаты. На всякий случай.       У неё есть ещё целых три часа до приезда подруг. Она давно звала девушек к себе, и вот Русалочка с Арисой наконец собрались воспользоваться приглашением. Саша в этот день работала, а Ольга со своим сбитым режимом дня и ночным корпением над снимками в Фотошопе отсыпалась — скоординироваться со всеми было проблематично. Что ж, как-нибудь в другой раз получится. А пока пусть доедут хотя бы эти двое.       Рей особенно ждала Сашу. Та удивительно хорошо ладила с детьми, лучше всего, как ни странно, с мальчишками. То ли потому, что знала к ним правильный подход, то ли потому, что они принимали её за парня, автоматически начиная уважать за крутость, открытость и классные увлечения. Так или иначе, Орешко надеялась, что Немирович поговорит с Артёмом "по-мужски" и сумеет благотворно повлиять на ребёнка, вправив его детские мозги.       Но что имеем, тем и довольствуемся. Три часа на сборы — предостаточно. Карина успела выполнить дневную норму по физическим нагрузкам, позавтракать в кругу семьи, не забывая делать замечания мелкому, одеться поприличнее и привести себя в порядок. Вопреки расхожему мнению, она не ходила дома в модных луках, не шпаклевала лицо тоном, не выводила стрелок по туториалам из Инстаграма, не блистала хайлайтером, ослепляя невинных людей ни за что, не рисовала себе сексуальных губ матовой помадой, чтобы потом бояться есть по-человески, и не носила затрудняющих обзор сверху накладных ресниц-метёлок. Прибегнув к минимальному марафету, шатенка переоделась в мягкий кроп-топ и наиболее презентабельные спортивные — а по совместительству и домашние — штаны на широкой резинке с логотипом. Чтобы волосы не мешали, сделала себе два крохотных, почти детских низких хвостика.       Собравшись заранее, села в зале с книгой, чтобы скоротать время. С собой захватила какао. У девушки была привычка пить за чтением что-то горячее, и Рей оставалась верна ей даже летом.       Лето… Это лето не назовёшь рядовым: в конце концов, она обрела аж трёх новых подруг. Что-то подсказывало Карине с самого начала, что рано или поздно она окажется своего рода промежуточным звеном между двух пар. Звучит так, словно меж двух огней. Однако эта перспектива, казавшаяся далёкой на момент зарождения их общения компанией совершенно не пугала. Теперь же Карина стала чаще замечать, что в её жизни чего-то недостаёт, хотя вроде бы всё на своих местах. Всё есть и так, чего ещё желать?       Она не хотела признавать, что неплохо бы появиться человеку, который смог бы стать для неё больше, чем другом, находясь на более короткой дистанции. Но девушка уже настолько отвыкла от присутствия рядом второй половинки, что смутно себе это представляла. За последний год одиночества Орешко сделалась более закрытой.       Появление избранницы, в преставлении Рей, предполагало некоторую, причём немалую степень открытости друг с другом, а это уже означало выход из трепетно обустроенной ею зоны комфорта. Шатенка понимала: она пока не готова открываться. Тем более, не зная толком, каков будет итог.       Относительно недавно Карину настигло нечто вроде внутреннего кризиса. Окружающие не замечали изменений за бурно кипящей деятельностью: здесь всё оставалось по-прежнему. Всё так же занимается спортом, следя за физической формой. Продолжает время от времени пропадать на стрельбище. Неусыпно черпает отовсюду важную для себя информацию и пишет рецензии на книги и кинокартины, попутно следя за новинками. Её внутренний стержень — оптимизм — спасал от лишних тревог и неутешительных выводов.       Однако чувство острого дефицита так и продолжало преследовать Рей, нашептывая на ухо в напоминание о себе: "Зачем это всё? Какая цель? Для чего, нет… ради кого ты живёшь?" Она не знала, как ответить. Вроде как, "для себя", но искренность этих слов сомнительна.       Последней девушкой Карины была женственная и ухоженная одногодка по имени Наташа. Схожее финансовое положение, страсть к бесконечному анализированию, желание во всём докапываться до самой сути, киномания, любовь к литературе и одинаково хороший музыкальный вкус должны были, по идее, стать тем, что прочно скрепит их отношения. Им было действительно здорово и интересно проводить время вместе. Они обе очень нравились друг другу, чего не стеснялись показывать.       Отношения продержались чуть меньше трёх месяцев: однажды Наташа призналась, что увлеклась молодым человеком, который давно оказывал ей знаки внимания. Карина не была ревнивой. Не мониторила маниакально телефон своей пассии, не следила, куда и с кем та ходит. Но такое заявление проигнорировать не могла, попросив Наташу обьяснить, почему она приняла такое решение. Девушка озвучила свои мысли прямо: шансы на счастливые отношения с представителем своего же пола для личности, находящейся постоянно на виду, да ещё и при здравствующих консервативных родителях, что вправе лишить богатого наследства, стремятся к нулю. Наташа не была готова скрываться вечно, опасаясь афиширования, искать всяческие лазейки, одновременно с этим отмахиваясь от назойливых поклонников. Недолгие отношения с женщиной стали для неё любопытным и незабываемым экспериментом, однако про себя она решила, что слишком уж много факторов препятствуют в данном случае спокойной и тихой жизни, о которой она всегда мечтала. Сбегать так легко — трусливый и малодушный поступок, но, по факту, не так уж и мало людей предпочитает путь наименьшего сопротивления. И Наташа была как раз из таких.       Поблагодарив уже бывшую девушку за честность, Рей собралась и поехала из кафе, где они тогда встречались, куда глаза глядят. Ей не хотелось ничего конкретного. Так она и набрела на маленький уютный бар с не сильно бьющей по ушам музыкой. Попросила любой коктейль на вкус бармена. Ей подали "Пьяную вишню".       Тот вечер запомнился Карине надолго. Шатенка почти не пила, больше курила. Выкурила чуть ли не половину пачки. А ведь она совсем недавно бросила. Рей осознавала, что неудавшиеся отношения с Наташей — ещё один горький опыт ей в копилку. Но даже с пониманием этого легче на душе не становилось, хоть убей. Колючий и плотный ком, образовавшийся в груди, казалось, занимал внутри всё пространство, мешая размеренному дыханию. Ни лить слёзы, ни выговариваться перед случайными незнакомцами не тянуло. Пока Орешко отчаянно соображала, что делать дальше, к ней подсела высокая загорелая девушка с собранными на макушке в хвост длинными дредами двух оттенков — молочного и тёмного шоколада, этническими татуировками и глазами уникального цвета: абсолютно светлыми, зелёно-голубыми. С виду немногим старше Карины. — Неважнецкий коктейль? А то я уже собиралась такой же заказывать, — внезапно заговорила незнакомка. Рей удивил её неожиданно низкий тембр голоса. — Да просто не хочется что-то, — проговорила Карина, не поворачивая лица. — Ты одна или с кем-то? — спросила шатенка с дредами. Орешко отметила про себя, что манера неторопливо говорить придаёт её голосу соблазнительности, хочет она того или нет. — Одна, — коротко ответила Рей. — Марго, — протянула ей руку обладательница глаз необычного оттенка. — Карина, — пожав руку, Карина подольше остановилась взглядом на сидящей рядом и смогла вернее рассмотреть её привлекательные черты: немного выдающийся вперёд точёный подбородок, высокие скулы, красивую линию слегка пухлых губ, выделенных красно-коричневой помадой, прямой нос с небольшой горбинкой и миндалевидные цепкие глаза, оформленные тенями и подводкой. Марго была в бордовой кожаной куртке и подчёркивающем загар лёгком топе цвета слоновой кости с вырезом. — Будем знакомы, — негромко усмехнулась собеседница, смотря на девушку из-под ресниц, чуть прикрыв глаза, на контрасте с макияжем казавшиеся пронзительно яркими и сияющими, — Красивое у тебя кольцо, — прежде чем Рей опомнилась, её ладонь очутилась в руке Марго, — "Красный", если не ошибаюсь. У меня соседка по общаге учила язык. — Подруга подарила. Увлекается Японией, — пояснила Орешко. — Вот оно что, — со знанием дела протянула новая знакомая, — Это твоё стоп-слово? — спросила она, посмеиваясь. — До сих пор в общаге живёшь? — смущённая таким вопросом Карина поспешила перевести тему. — Нет, уже нет. Теперь снимаю, как появились деньги, — положившая руки на барную стойку девушка с дредами разжала сложенные в замок пальцы, — Если ты не претендуешь на вишенку, можно я её у тебя украду? — хитро улыбнулась она.       От неё исходила какая-то ненормальная харизма. Марго сразу располагала к себе, стоило ей только заговорить. Рей безошибочно вычислила обе этих особенности. — Конечно, забирай, — повеселевшая под терапевтическим действием живого общения Орешко просто не сумела не улыбнуться в ответ, — И меня можешь отсюда забрать, — произнесла она на одном выдохе. — Ты точно уверена? — в мгновение ока разделавшаяся с вишней Марго открыто улыбалась, от чего в уголках её глаз залегли морщинки. — Абсолютно, — Карина взяла стакан и залпом выпила весь коктейль. — Мне нравится твоя решительность, — не сводя взгляда с собеседницы, новая знакомая со своей незатухающей улыбкой спустилась с высокого стула.       Для Рей это был первый опыт спонтанного секса. Надо сказать, неплохой, и даже очень. Марго оказалась хороша в постели, чем приятно удивила девушку. Карина и думать забыла о разорванных отношениях, отпустив лишние мысли и воспоминания хотя бы на ту ночь. В перерывах они много разговаривали, пили красное вино и смеялись, валяясь вдвоём на незастеленной кровати. Скажи кто-нибудь Орешко, что её ждёт нечто подобное — ни за что бы не поверила. Не поверила бы, пока не пережила сама.       На этом их общение не закончилось. Марго была приверженницей свободных отношений. Рей не строила планов на её счёт — Карину это не особо расстраивало. Они периодически встречались, спали, чего было вполне достаточно.       Этим летом Марго поехала путешествовать по Европе автопстопом. Они не виделись уже третий месяц. Карина открыто себе не признавалась, но да — ей Маргариты не хватало. За эти долгих три месяца Орешко успела соскучиться по их встречам с посиделками у Марго на кухне под ранее не знакомую гостье музыку и вроде бы бессмысленной болтовнёй в постели обо всём и одновременно с этим ни о чём определённом.       Свободные отношения казались идеальными. Их не надо было выяснять, никто не лез никому в душу, понятия измены как такового не существовало. И всё же было в этом одно "но". В глубине души Рей желала полноценных отношений, чтобы не приходилось договариваться, куда-то срываться, если хочется побыть вместе. В конце концов, она сама по себе домашний человек. Не авантюристка и неутомимая искательница приключений, как Марго. Орешко всё же собиралась в будущем создать полноценную семью. Не с детьми, так со зверями. Именно это давало понять, что для них обеих свободные отношения друг с другом — временная мера. Пока им хорошо — будет так. Но зарекаться и ставить крест на попытках прийти к желаемому тоже не стоит.

***

      Мысли Орешко развеял звонок в дверь. — Не прошло и года, — с этими словами она перевернула книгу корешком вверх, оставив её на диване, а сама пошла к воротам открывать.       Автоматическая система сработала, и высокое заграждение поехало в сторону, пропуская вперёд прибывших. Завившую волосы Арису в новых очках с крупной черепаховой оправой было не узнать. Она оделась в тёмно-синюю джинсовку и трикотажное платье-поло в широкую красно-белую полоску, на ногах — низкие красные конверсы. — Привет и прости за опоздание… Мать моя японка… Вот так дворец!.. А где дворецкий и отряд слуг на ступеньках? Балы часто проводите? Что ж вы все такие мажоры-то? — впечатления от трёхэтажного коттеджа семьи Орешко было сложно удержать в себе. — Привет. Ой, да ладно вам. Дом как дом, — дочь публичной личности, для которой богатые апартаменты уже давно стали обыденностью, лишь махнула рукой на эмоциональную реплику едва не лишившейся дара речи гостьи. — Ты что-о! Охренеть же можно тут жить! — Нишигая прошла бы первой, если бы вперёд неё не вынырнула Русалочка в коротком белом джинсовом комбинезоне, футболке горчичного цвета в чёрную звезду и серебряных кроссовках на плоской платформе. — Привет богачкам! Прости, Рей, это я заплутала. Там у вас дорогу ремонтируют, всё шоссе перегородили, — нимфа не упустила возможности повесеть на шее у лучшей подруги, выдавая это за объятия. — Сейчас мне шею сломаешь, — та аккуратно отцепила её от себя; со стороны это тоже выглядело как объятия, — Какие вы модные, с ума сойти. Я себя аж неловко чувствую в домашнем, — беззлобно усмехнулась Карина. — Это идея Русалки. Потащила меня в салон, сказала, мол, негоже чёрт знает в чём важным шишкам показываться. Вдруг с родителями твоими знакомиться будем, — полукровка сняла джинсовую куртку, пристраивая её на руке, — Но теперь я понимаю, что она всего лишь хотела меня помучить и искала повод потратить деньги на всякие ноготочки-хуёчки… — Ариса!.. — возлюбленная недовольно пихнула её локтём в бок, — Не порть впечатление! — Блять… Что опять не так? — картинно вздохнула Нишигая, закатывая глаза под подхихикивание Рей, — Я тебе говорила уже: при знакомстве с родителями Карины пусть её будущая девушка переживает, а не мы. — Родителей дома нет, — не дожидаясь, когда брюнетка двусмысленно пошутит, Орешко добавила, — Ирис, захлопни, пожалуйста, ворота. — Ирис?! — удивилась Ариса, но просьбу выполнила. — Ты по цветовой гамме как ирис "Кис-кис", — объяснила прозвище Орешко. — То есть, ты хочешь сказать, что… — пальцы брюнетки взялись за оправу, приспуская очки; по расползающейся на её лице улыбке девушки догадались, что сейчас будет шутка, — я как ирис "Кис-кис": не всем по зубам, да? — как ни странно, шутка вышла удачной, и все трое прыснули со смеху. — Кстати, та кошка с обёртки "Кис-киса" — вылитый Русал! — под слова голубоволосой они поднимались по отделанной камнем лестнице с изящными коваными перилами. — Похож, — между делом согласилась её девушка. — Предупреждаю, у нас злая сторожевая собака. Сейчас как выскочит!.. — обернулась к остальным хозяйка большого дома. — Давай сюда свою чихуахуа, — если бы Ариса не сняла джинсовку, могла бы, говоря это, напоказ засучивать рукава, — Наверняка какая-нибудь без конца лающая мелочь. — Хуже!       Стоило тяжёлой металлической двери отвориться, как на крыльцо выскочил пушистый щенок, игриво дёргая хвостом из стороны в сторону. Покружившись на месте, он угодил в нетерпеливые объятия Киры. — Какой хороший пухляш! Вы всё-таки завели нового? — Бессольская явно знала больше брюнетки. — А куда делся старый? — ожидаемо поинтересовалась та, — Если не секрет. — Раньше у нас была французская овчарка. Звали Граф. Родители купили ещё до моего рождения. В доме висят мои детские фото, на них — он. Потрясающий, умный был пёс, отлично понимал меня, позволял себя обнимать. Мы с Графом часто играли вдвоём и бегали наперегонки по участку. Умер в глубокой старости, ещё когда я училась в начальной школе. С тех пор много лет никого не заводили, и вот брат упросил маму с папой подарить ему хаски, — рассказывая, Рей трепала по шее смешного маленького пса, который, по словам знающих людей, должен был вырасти в величественного и статного красавца, — Назвали Греем. Имя брат выбирал. — Мои соболезнования, — сказала Нишигая, поправляя очки, к которым теперь прикасалась при любом удобном и неудобном случае, — Милый пёсиль. Интересно увидеть, как он будет расти. — А ты почаще приезжай и смотри в своё удовольствие, — со смешком ответила Карина, — Мы всегда рады гостям.       Отпущенный Кирой Грей принялся кружить вокруг Арисы, обнюхивая её со всех сторон. Затем стал на месте и громко, заразительно чихнул. — Я обувь старыми духами сбрызгиваю, чтобы кот не путал с когтеточкой: они парфюмерию не любят. Видать, не выветрилось, — пояснила полукровка устававшимся на неё в недоумении девушкам. — А я просто убираю в шкаф, — вставила свои пять копеек Русалочка, не забыв с претензией посмотреть на брюнетку. — Чего ты на меня, как на дуру, смотришь? Знаешь, из-за чьей обуви в шкафу больше нет места для моей?! — не осталась в долгу Нишигая. — Я не виновата, что у тебя такой маленький шкаф! — фыркнула на это нимфа. — Милые ругаются — только тешатся, — негромко констатировала хозяйка. — Что?! — хором воскликнула пара. — Идёмте в дом, говорю. Не на крыльце же весь день толочься, — бодро поправила саму себя Орешко, первой последовавшая собственному указанию, — Артё-ём! — разнеслось тут же по коттеджу, — Артё-ём! Иди сюда!       В то время как гостьи проходили в прихожую, на её зов прибежал семилетний паренёк, уже, слава богу, причёсанный и опрятно одетый. — Ну чего?.. Здрасьте, — увидев рядом с Русалочкой незнакомую взрослую "тётеньку" высокого роста, да ещё и такую остромодную, он сразу опешил. — Пора гулять с Греем. Иначе придётся за ним убирать. В прошлый раз тебе, смотрю, не особо понравилось, — с усмешкой заметила Орешко-старшая, — Поводок на зеркале. — Да помню я! — буркнул парнишка, — Сейчас! — Сам наденешь? Помочь тебе? — пока Карина пыталась изображать образцово-показательную старшую сестру, сидя перед собакой на корточках с поводком в руках и проверяя, хорошо ли застёгнут ошейник, стоящий над ней братец театрально закатывал глаза. Если бы гостьи умели читать по губам, непременно прочли бы: "Как же ты меня задолбала…"       Наблюдая эту трогательную семейную сцену, нимфа шепнула на ухо Арисе: — Давай тоже заведём? — Надеюсь, ты про собаку, — так же шёпотом ответила та, — В любом случае, мой ответ — "нет". Тебе мало кота, что ли? Начни убирать за ним и кормить. Вот тогда мало точно не покажется. — Чего это вы там секретничаете? — Рей разобралась с ошейником и поводком и теперь, поднявшись, наблюдала за перешёптыванием подруг, — Ладно, надеюсь, не мою задницу обсуждаете. — Она, кстати, ничего, — сказала Нишигая и тут же получила фирменный втык от благоверной "ногтём под ребро", которым и сама иногда с удовольствием пользовалась, — Ай! Милая, я пошутила! — Спасибо, я знаю, — бесцеремонно бросила хозяйка, — Проходите на кухню — вторая дверь налево. Запасёмся съестным и сядем в зале.       Поделённая на зоны — хозяйственную и обеденную — хорошо освещённая кухня-столовая с тремя большими окнами поразила вошедших своими габаритами: тут можно было не только развернуться, но и спокойно вальсировать, не боясь ни за что зацепиться. Проверять, разумеется, они не стали. Подобранные в качестве отделки материалы извещали о достатке владельцев, безукоризненная чистота — о приложившей к порядку руку домработнице. Тона для оформления были выбраны светлые: белый, бежевый и цвет капучино. Ариса постеснялась спросить, из настоящего мрамора столешница или это реалистичная имитация. — С завтрака остались только закуски, обед мы пока не готовили, — Карина деловито расхаживала между гладко вычищенных и блестящих горизонтальных поверхностей, — Вообще я собиралась что-нибудь заказать. Можно несколько пицц и большой сет роллов, — предложила шатенка, в руках которой не пойми откуда появился телефон. — Ура! Пицца! — воскликнула Кира, уже сидящая на стуле; ей не хватало только ножа с вилкой, которыми она могла бы воинственно потрясать. — Ты хотела сказать "или"? — вкрадчиво вмешалась Нишигая. — Не хотела, — покровительственно улыбнулась на её слова Рей. — А не много ли нам? — засомневалась брюнетка. — Вот странно… — понизила голос хозяйка, — Вроде бы ты живёшь с Русалочкой, а всё никак не запомнишь, сколько она ест, — добродушно усмехнулась Карина, не отрывая глаз от экрана. — Я всё слышала! — под маской беззаботной улыбки Бессольской скрывалось возмущение. — Ладно, ладно. Я больше переживаю за сумму, — призналась полукровка. — О деньгах не волнуйся. Всё за мой счёт, — Рей подняла глаза от телефона, многозначительно посмотрев на собеседницу, — Надо помогать молодым семьям с маленькими котами. — Благотвори-ительность! — тоненьким детскими голоском пропела нимфа на заднем плане, что почему-то ужасно насмешило обеих.       Как только заказ был сформирован, нагружённая найдеными закусками троица покинула кухню. — Может, стоило взять тележку? — "вовремя" спохватилась Карина, когда до зала оставалось всего-то пару шагов. — Ари-иса, помоги-и… — звала хрупкая Кира, чуть ли не сгибаясь под тяжестью тарелок, пачек, банок и прочего. — Бог поможет. А я не всесильна, — безучастно отозвалась бессердечная Нишигая, даже не глядя в её сторону.       В зале царила приятная прохлада: все окна были распахнуты. Дневной свет запутывался в светлых шторах до пола, собранные по бокам портьеры из плотной материи придавали помещению какое-то особое очарование. На фоне нежных серо-голубых стен более тёмная мебель смотрелась весьма удачно. Пол застилался широким ковром с недлинный ворсом, выполненным в стилистике полотен Альфонса Мухи. Под ним виднелся фигурный паркет. Больше всего брюнетку поразили громадная плазма, занимавшая добрую часть стены, и аккуратно выполненный камин с решёткой, отдельным журнальным столиком и мягкими креслами по соседству.       Голубоволосая, которой всё это не было в новинку, поддержала бы челюсть своей девушки, если бы не занятые руки. — С ума сойти! — выпалила Ариса. — Ты ещё не видела зимний сад, бассейн, сауну, тренажёрный зал и домашний кинотеатр, — видимо, этими словами нимфа собиралась окончательно добить Нишигаю, которая и без того была глубоко впечатлена. — А это разве не кинотеатр? — полукровка кивком указала на плазму. — Это — нет. Я тоже считаю, что кинотеатр был лишним. Но у отца свои причуды, — буднично ответила хозяйка, — Ставьте всё на стол у дивана, — сама она уже освободила руки, в отличие от замешкавшихся подруг. — А покажешь потом весь дом? — Ариса с горящими глазами напоминала Русалочку. — Конечно, — согласно кивнула Рей. — Хотела бы я так жить, — с досадой выдохнула брюнетка, опускаясь на диван рядом с Кирой. — Кстати, как тебе диван? Удобный? — сама Орешко не спешила садиться. — Отличный диван, — сказала полукровка. — Забирай.       Нишигая непонимающе уставилась на девушку. — Отец затеял глобальную перестановку. Меняем мебель во всём доме. Пока закончили только с кухней, остальные комнаты на подходе. Вся мебель в отличном состоянии. Это ему захотелось диван побольше, комод посолиднее, кровать попонтовее и так далее по списку. Совсем старику заняться нечем. Продать всегда успеем — желающие купить найдутся. Но так как вы мои друзья — могу без проблем отдать просто так. Отец сам предложил, — разъяснила гостьям Карина. — Арис, давай возьмём диван? У нас же своего нет, — взмолилась Бессольская.       Ариса встала с дивана, определяя его размеры на глаз и прикидывая в уме, влезет ли он в спальню, не перегородив там всё к чертям. После пары минут напряжённых рассчётов про себя она повернулась к Рей. — Вроде должен подойти. Знать бы точные габариты. Давай я хотя бы половину стоимости оплачу? Если решим брать. — Ириска, — вздохнула Орешко, по-доброму на неё глядя, — Говорю же: даром. Мы уже и не помним его цену. Размеры скину тебе. Желательно решить в течение недели. Доставку сами оплатим, нам главное точно знать, возьмёшь или нет. — Спасибо, Карин, — брюнетка неловко улыбнулась, чувствуя, что к ней пристаёт это нелепое прозвище, — Я у тебя в долгу. — Да брось ты, не за что, — отмахнулась та, — Если интересно, потом покажу остальное. Может, что ещё приглянётся, — она принялась вскрывать баночку морепродуктов. — Ты очень щедра, но всё остальное у нас уже есть, — ответила полукровка, — Садись, чего ты стоишь? Это пока ещё твой диван, — её слова были поддержаны дружным смехом.       Курьер привёз заказ без опозданий. Наевшись до отвала, девушки первым делом отправились осматривать дом и участок, следуя за хозяйкой. Русалочку, знавшую, что после еды плавать нельзя, но тем не менее надеявшуюся окунуться в бассейн, ждало разочарование: воду спустили для очередной чистки. Зато она смогла с мрачной миной пройтись по дну на пару с щенком, всюду бегавшим за ними после прогулки. Пока "пятьдесят оттенков скорби" в компании с "мистером Греем" нарезали круги по голубой мозаике, Ариса успела опробовать все тренажёры в соседнем помещении и даже подумать, что было бы неплохо обзавестись парочкой для разных групп мышц. Только вот ставить пока некуда.       Карина с удовольствием рассказывала историю дома, охотно делилась интересующими Нишигаю подробностями. Они обошли все комнаты вдоль и поперёк. Проверили на прочность высокие детские качели, оказавшиеся на удивление крепкими и удобными. — Не хватает только шашлыков, — мечтательно протянула нимфа, когда они отдыхали в беседке возле летней кухни. — Мы же не так давно ели, — наградила её неодобрительным взглядом брюнетка, — И там ещё осталась пицца. — На следующее лето обязательно сделаем шашлыки! — настаивала Кира. — На следующее лето хоть шашлыки, хоть жареную человечину… — пугающе ухмыльнулась полукровка. — Ариса! — прикрикнула обиженная Бессольская. — …хоть уху из настоящей русалки, — но Арису уже несло в неведомые дали, разведывать которые, впрочем, было вовсе не обязательно. — Всё, — надула губы Русалочка, отворачиваясь от неё и скрещивая руки на груди, — Я с тобой больше не разговариваю!       Глядя на эту парочку, Орешко не могла сдержать смеха. — Надо было раньше приехать к тебе в гости. Кто ж знал, что у тебя такой шикарный дом, который можно исследовать целыми днями, — сказала Нишигая, когда та отсмеялась. — Лучше поздно, чем никогда, — ответила Рей.       Уже сильно стемнело, и настала пора расходиться. За сегодня они успели многое: протестировать приставку, подключённую к большому экрану в зале, поиграть с собакой, помочь Артёму убраться в его комнате, поговорить по душам в спальне Карины, сидя на пушистом ковре с подушками и запивая это дело душистым чаем со сладостями. Одним словом, день выдался на славу. — В следующий раз приезжайте хотя бы на пару дней. У нас есть гостевые спальни — места всем хватит. Как раз мы бассейн нальём, — предложила шатенка, провожая их до ворот; калитка была, но ею пользовались, только открывая снаружи, — Спасибо, что приехали. Хорошо добраться!       Попрощавшись с объятиями, подруги разошлись. — Как тебе дом Рей? Правда, крутой? — как только они с Арисой отошли от ворот, Русалочка начала жадно выпытывать впечатления своей девушки. — Ты же со мной больше не разговариваешь, — насмешливо бросила та. — Ну блин, Ариса!

***

      Лишь добравшись до дома, девушки в полной мере ощутили, насколько они устали. — Скорее бы домой! Умираю хочу пить! И курицу терияки с рисом доесть, — ныла нимфа, поднимаясь по ступенькам к лифту и уже еле волоча ноги. — Быстро ты проголодалась, — со смешком ответила Нишигая, наконец переставшая играть в молчанку.       Вниз по лестнице, огибающей шахту лифта, сбежал чёрный котёнок. Он выглядел нервным и напуганным, сверкая своими вытаращенными зелёными глазищами, шерсть вдоль хребта подрагивала и топорщилась. — Что здесь делает Русал? — удивилась Кира, узнав котёнка, — Не бойся, — она осторожно подняла его на руки, — Он дрожит! Ты забыла закрыть дверь, когда мы уходили? — Да нет же, я дважды проверила. Точно помню, — пользуясь тем, что кот на руках у голубоволосой, Нишигая в это время осматривала его на предмет травм, — С ним вроде всё в порядке, просто испугался.       Плечи брюнетки тронуло волнение, постепенно давя на них всё сильнее и сильнее. Оно нарастало с каждой секундой, пока они ехали в лифте. От внутреннего напряжения и частого сердцебиения становилось жарко. Ариса сняла джинсовку, машинально перекинув её через руку. Руки дрожали.       В голову закрадывались самые страшные предположения. "В чём дело? Что произошло в наше отсутствие? Вломились грабители?" В конце концов, полукровка решила не терзать себя тяжёлыми мыслями и не строить лишних догадок: мало ли что может выдать воспалённый мозг на волне переживаний.       Выйдя на лестничную клетку, она едва не выругалась вслух: дверь в их квартиру была незаперта, замок сбит. Нишигая тут же пожалела, что в своё время не обменялась контактами с соседями, а потом вспомнила: одна квартира пока пустая — ждёт съёмщика, вторые соседи, скорее всего, отправились на дачу, а третьи недавно съехали, перебравшись куда-то поближе к центру. — Что случилось? — обернувшись, брюнетка увидела, как побледнела Кира. — Я не знаю, — они переглянулись.       Как только Ариса несмело отворила входную дверь, их глазам предстала неутешительная картина: вся квартира перевёрнута вверх дном. Вещи вывалены из шкафов, мебель повреждена — попорчена и переломана. На полу в спальне настоящая свалка. Ковёр усыпан содержимым ящиков и полок, японские вазы разбиты вдребезги, подушки выпотрошены, матрас с остервенением порезан, постельное бельё порвано на лоскуты, повсюду раскидана покромсанная ножницами одежда и обрезки того, что ещё недавно являлось нижним бельём. Причём вещи Русалочки были более-менее целыми, просто валялись вперемешку с остальными. Как будто неизвестные хотели насолить именно Арисе.       Она благодарила судьбу за то, что отвезла свой стационарный компьютер маме Русалочки, поскольку её собственный временно находился в ремонте, а работать на чём-то надо было, как и за решение взять сегодня с собой ноутбук, чтобы по дороге почистить память. Нимфа, в свою очередь, радовалась, что берёт в поездки планшет в качестве электронной книги. В остальном же поводов для радости не было. Ситуация удручающая. Несколько минут они обе стояли в ступоре с котом на руках и не могли отойти от шока.       Поднятый от пола взгляд Русалочки упёрся в надпись на стене. Прямо напротив кровати растянулись кривые красные буквы, неаккуратно выведенные краской из баллончика: "Счастья молодым". Почерк показался полукровке знакомым. Она видела его раньше. И тут её осенило: надписи в подъезде Киры. Это определённо было сделано одним и тем же человеком.       Прийдя в себя после увиденного, Нишигая набрала Карине. Когда та взяла трубку, Ариса произнесла: — Привет, Карин. Я тут подумала… Мы возьмём ещё кое-какую мебель…