Восход несчастливой луны

royal deluxe – i'm a wanted man

«Бизон» рассекал Ист Блю –мирное море. Только от сомнительных экспериментов на Боа и безумного прошлого Иветты я не могла назвать его таким. Недооцененное – специально или от слабоумия – оно вобрало в себя достаточно, чтобы путешествие по нему считалось рискованной затеей адреналинозависимых. Ист Блю – море тайных кровопролитий и насильственных смертей. - Новая прическа – новая жизнь? – из раздумий меня вырвал Бин, останавливаясь около кровати. Следом за ним под скрип закрывающейся двери в каюту зашел Воксель, подпирая боком косяк. Скрестив руки на груди, он открыто показывал, как сильно ему хочется здесь находиться. - Только не у меня, - я села, с наслаждением убирая челку назад – терпеть тяжесть на голове дольше было невозможно, а стрижка пикси всегда привлекала своей простотой и практичностью. Узурпированный на время Кай ушел измученным после обрезания копны волос. - И правильно, потому что все это – чушь собачья. Но вам идет, - я кивнула, переводя вопросительный взгляд на Вокселя. – Привел, чтобы он вас осмотрел. - Зачем? - Да твои повязки в первый день только слепой не заметил, - отлип от косяка Воксель, подходя ко мне. – Давай не тратить время – покажи, где бо-бо и я заштопаю. - Разговаривай нормально, пес плешивый, - рявкнул Бин. – Хочешь без гроша с последней перевозки остаться? - Я свою работу выполняю, - недовольно пробубнил Воксель. - Значит выполняй молча, - закончил старик и повернулся на стук. - Капитан, у нас там драка. Ваше бы слово не помешало, - заглянул к нам веснушчатый мальчонка, с интересом осматриваясь. Видимо в каюте капитана он ни разу не был или не видел ее такой прибранной – пока я мылась Бин вылизал все углы. - Не команда, а сборище балбесов, чтоб вас. Я уйду ненадолго, а вы не бойтесь этого осла, он только на вид страшный, - обратился старик ко мне. – Веди давай, - велел Бин мальчонке, бойкой походкой направляясь за ним, оставляя каюту в тишине. Оставшись со мной наедине, Воксель сжал плотнее губы, отворачиваясь. Инициативу лечения он проявлять не собирался, предпочитая оставаться тем самым «говенным врачом». Только косые взгляды на ногу бросал он вряд ли из-за безразличия. Хмыкнув на это, я пододвинулась ближе, спуская резинку шорт и приподнимая футболку. - Не туда смотришь. Она уже зажила. - С каких пор пираты стали кусаться? – Воксель поставил на пол аптечку, раскрывая ее и надевая перчатки. - С тех самых, как обнаружили, что у них есть зубы, - я откинулась назад, облокачиваясь на руки. Воксель ничего не ответил, молча обрабатывая рану. У него была заурядная внешность - ростом немного выше меня, с лысиной на затылке и жидкими русыми волосами - с единственным отличием – нос кривился вправо так сильно, что едва давал возможность дышать. Васильковые глаза сосредоточенно щурились, рассматривая рану под дневным освещением, а нахмуренные брови пушились в разные стороны. - Все, - Воксель поднялся, закрепив бинт и собрав аптечку. – Если понадоблюсь – спроси у Оли, он отведет ко мне. - С чего такая щедрость? – я поправила одежду, наблюдая за мужчиной. - Ваше трио единственное, кого мне придется терпеть всего три дня, - бросил он, закрывая за собой дверь. Подогнув под себя ногу, я закурила, пуская кольца дыма. Вечером, забрав из камбуза бульон, мы с Каем ужинали на палубе, заняв низкие ящики. Дик хлебал из миски у грот-мачты, не обращая на нас внимания. Мне было все равно, но Кай считал иначе. - Дай ему вр`емя, - назидательно начал он, заглядывая на звезды. - Для чего? – уточнила я, придерживая чашку на коленях – бульон закончился слишком быстро. - Он злится из-за Зэмбы. Нужно вр`емя, чтобы он понял – тогда ты была пр`ава. - Смотрю, вы уже успели посплетничать и помириться, пока были наедине. Потому что не я одна была за то, чтобы выкинуть Зэмбу. Но честно, Кай, мне без разницы, обижается Дик или нет. Мы расстанемся с ним через три дня и забудем друг о друге. - Возможно нам не стоит р`асставаться. Возможно наша встр`еча пр`едназначена богами. - Возможно стоит перестать видеть знаки повсюду, - поднялась я, удерживая неспокойную ложку. – Спокойной ночи, - отнеся посуду обратно на камбуз, я поднялась раздраженная в каюту, ложась спать в одежде - если на корабль нападут настоящие пираты, драка в трусах будет тем еще представлением. Утром Кай встретил меня, как ни в чем не бывало, учтиво делясь начатой пачкой сигарет. Я задумывалась, как ему удается так лихо и безнаказанно тратить чужие запасы – это была уже третья пачка за сутки – но подходящего ответа не нашла. Кай намекнул на любезность экипажа, хотя в эту ясельную отмазку даже новорожденный бы не поверил. Дело было нечисто и провожающие спину Кая взгляды подтверждали догадку. Но не только в его сторону постоянно смотрели – Бин на общем завтраке глаз на сводил с Дика, опуская их, когда тот осматривал, нахмурившись, стол. Он искал причину дискомфорта, но та свободно ускользала. Задумчиво перебирая единичные макаронины в бульоне, я решила не влезать – мне не было дела до чужих недомолвок. - Что ищешь? - Смотрю, на какие острова меня может занести, – лежа вечером на кровати, я изучала одолженную навигатором карту под тусклым освещением керосиновых ламп. - Так ты путешественница, - проворковал сверху голос, сопровождая слова поцелуями по спине. - Не будь так уверен – еще сама не решила, - свернув карту, я отложила ее на тумбу, переворачиваясь набок. Нова, сопроводитель и племянник женщины в шляпе, сыто улыбался, нависая надо мной. Его притягательная внешность и совершенное тело, проглядывающее через расстегнутую рубашку, взбудоражили восемнадцатилетний организм до непростительного румянца вслед затянувшемуся внизу живота сладкому узлу, когда он, выпивший и осмелевший, решился познакомиться после ужина. Знакомство перетекло в мою каюту, закончившись горячим, но коротким сексом. - Жизнь в путешествиях. Разве это не романтично? – спросил Нова, стягивая тонкое одеяло с моих плеч. - Захватывающе? Да. Романтично? Нет, - я притянула мужчину за шею, оставляя на коже слабый засос. Ленивые ласки, неспешный секс и нега в постели были лучшим краткосрочным лекарством для обессиленной оболочки кочующей души. Оргазм эфемерно создавал новые связи между телом Иветты и моим сознанием, экстренно зашивая образовавшиеся дыры после воскрешения. С каждым днем чужое тело воспринималось все более родным, а жизнь с двойным прошлым казалась обыденной. По утрам, когда разум дезориентировался, я была Иветтой Пепел – человеком, который умер дважды но, не насытившись, возродился. Паразит бытия. - Почему вы с тетей решили переехать? – спросила я, закуривая. Дешевый табак испускал удушливый дым, сгорая. - Хотим открыть одно дело, а наш остров – худшее место, где его стоит начинать, - скривился Нова, но даже так его приятное лицо не потеряло шарма. - А где лучшее? - Сабаоди, - мужчина закинул руки за голову, мечтательно вздыхая. – Этот архипелаг – пристанище инвесторов, которые так и ищут, куда бы выгоднее вложиться. - Ты ведь понимаешь, что их нужно заинтересовать? Для этого одной крышесносной идеи, если она у тебя есть, недостаточно. - Детка, я могу быть очень убедительным. - Ну-ну, - лениво перевернувшись набок, я затушила сигарету, поднимаясь с кровати и одеваясь. Время шло к ужину, а на него Оли обещал приготовить что-то экзотичнее пресловутого бульона. - Вот увидишь, Иветта, когда-нибудь я стану знаменит на весь мир. Меня будут окружать деньги, слава и толпы красивых, как ты, девушек. - Думаю, с последним у тебя уже сейчас нет проблем, ловелас, - я кинула собирающемуся мужчине потрепанный плащ из дорогой ткани. Возможно Нова знал лучшее время и когда-то мог себе позволить путешествие на круизном, а не торговом, судне. Я могла узнать об этом подробнее, но не стала обманываться – жизнь мимолетного знакомого мне была безразлична. Покинув каюту, мы поднялись на палубу, огибая собравшийся на ней экипаж. Большая его часть работе предпочитала отдых, разбежавшись по углам азартно рубиться в карты, где ставкой были сигареты. Стало понятно, откуда у Кая – благородного мудреца - появились их нескромные запасы. - Нова, дорогой! – окликнула племянника дама в шляпе, догоняя нас. – О, вы тоже здесь, Иветта, - улыбнулась она небрежно тонкими губами. Хотела бы я знать, откуда он знает мое имя. – Хорошо, что вы подружились. - Ты поймала нас, тетя, - неуверенно улыбнулся мужчина, потирая ушибленную руку – попытка меня приобнять провалилась. Я чувствовала себя максимально некомфортно – общаться с родственником одноразового любовника было чудаковато и в новинку. - Вы не замужем, Иветта? – повысила градус нелепости дамочка. - Нет, - ответила зачем-то я. - Нова тоже, - просияла женщина, вводя мужчину в краску. - Тетя! - И не собираюсь, - поспешила добавить я. - Ах, жаль, - вздохнула дама. – У вас бы родились красивые дети. Вы уверены, что не хотите замуж? Нова очень трудолюбивый мальчик. - Мальчик, которому 29 лет, - закатил глаза объект восхваления. Он выглядел много старше своих лет. - Вот именно! 29! Уму непостижимо, что ты все еще холост, - упрекнула племянника дама, упуская меня из виду. Ретировавшись под шум, я направилась в камбуз - после такой встречи хотелось выпить что-то крепче бульона или воды. Следующий день прошел незаметно – судно, подгоняемое попутным ветром, добралось до острова раньше планируемого и команда готовилась причалить поздним вечером. Признательно прибравшись в каюте, я ополоснулась, набила живот похлебкой и села играть с Каем в «Пьяницу», убивая время. - В ней точно можно победить? – мучительно уточнил Кай, снимая карту – бубновый туз. - Просто запасись терпением, - я недовольно цыкнула, вытаскивая крестового короля. Всю прошлую жизнь прожила с бандой, а мухлевать не научилась. Брат недоумевал – воровала как Дорис Пэйн, зато жульничала бездарно. Уникум. - Твоя игра – бессмыслица, - вставил слово Дик, восседая на фальшборте. Он следил за игрой с показным безразличием, поминутно скашивая взгляд на колоды карт, предугадывая будущего победителя. - Бессмыслица, которая отлично съедает время, - я поднялась, рассматривая горизонт. – Складываемся, почти приплыли, - собрав карты и вернув их Вокселю, жующему папиросу, мы встали у фальшборта, наблюдая за приближающимся разросшимся темным пятном с тусклыми огоньками. Это был Пак – небольшой малонаселенный остров, экономика которого базировалась на производстве лучших сортов шоколада в мире. Повезло нам с местом стоянки. Дама в шляпе сетовала, что ей не удастся попробовать даже одной плитки – «Бизон» отплывал сразу, как только мы сойдем. Бин должен был вписаться в жесткий срок, поэтому остановки запрещались. - Что будете делать дальше? – спросил Кай, не поворачивая головы. Я спрашивала себя, почему мы собрались перед прибытием, когда до этого втроем почти не пересекались. - Не знаю, - крутил зажигалку в пальцах Дик, царапая ее отросшими ногтями. - Собираюсь посмотреть Пак, заработать немного денег и уплыть…куда-нибудь, - поделилась я. - Сомневаюсь, что ты будешь зарабатывать, - Дик надавил на это слово, - деньги. - И правильно делаешь, - я поймала его подброшенную зажигалку, проворачивая поцелуй дьявола. Дик, на удивление, ухмыльнулся понимающе. - Куда делся примерный дозорный? – вздернула я бровями. - У меня было время переосмыслить свои ценности. Безликий порт встретил нас прибрежным прохладным ветром и пирамидами из одноцветных контейнеров. Причалив к нему, «Бизон» тяжело переваливался на волнах, беспокоя спущенный трап. Распрощавшись с экипажем за несколько минут до прибытия, мы, пошатываясь, спустились на землю, вздыхая свободно – выживание и безумства остались позади. На секунду. - Дик Хайнберг, - из-за контейнеров змеей выбежали вооруженные дозорные под предводительством капитана, - вы арестованы за дезертирство, нападение на базу Дозора и убийства его служащих. Двое ваших спутников также арестованы за подстрекательство в этих действиях. Сдавайтесь, - закончил капитан, засучивая рукава. Дик перевел ошарашенный взгляд с дозорных на нас с Каем, потеряв от неожиданности свое остроумие. Кай нахмурился, сгибая колени сильнее привычного – я не знала, готовится он к драке или побегу. Дула десятков ружей, поднятых на нас, отрезвили фантазии о нереалистичных путях отступления. - Приплыли, - пробормотала я на русском, поднимая руки.