Жестокое пари

Едва стемнело, Гермиона вернулась к себе в комнату. Вечер обещал быть длинным и нудным — ее ожидало ежедневное патрулирование коридоров с завхозом. Она натянула джинсы и свитер и накинула мантию сверху, чтобы не злить Филча видом магловской одежды. Спустившись в гостиную, она отметила, что в комнате практически никого нет. В дальнем углу расположились Лаванда с Дином, у камина сидели Гарри и Джинни и что-то обсуждали с серьезными лицами. — Ты куда? — поинтересовался Гарри, когда она подошла к ним. — У меня очередной обход замка с Филчем. Как Рон? — Ничего, — неожиданно замялся Гарри. — Мадам Помфри сказала, что он сможет уже завтра выйти из больничного крыла. — Хорошо, — Гермиона направилась к дверям. Проводив ее взглядом, Гарри посмотрел на часы. Время встречи неумолимо приближалось. Лаванда с Дином потихоньку закруглились и разошлись по своим комнатам. Тишину нарушил бой часов. Джинни и Гарри переглянулись. Девушка тут же поднялась и встала у дверей, чтобы подать сигнал, если в гостиной кто-то появится. В камине раздался шорох, и через мгновение из него выглянула взъерошенная голова Сириуса. — Гарри? — Нюхалз! Наконец-то! — Я не мог встретиться раньше, прости меня, — на лице крестного появилась виноватая улыбка. — У нас здесь столько всего произошло, — затараторил Гарри. — Кровавые послания, убийства… — Я знаю, — перебил его Сириус. — Дамблдор рассказал… — Почему Министерство издало этот указ? Они думают, что убийца в замке? — Нет, — покачал головой Сириус. — Доказано, что учениц убила профессор Трюк. Ее палочку проверили… — Но ведь кто-то стоит за этим! — не сдавался Гарри. — Си… — он запнулся. — Нюхалз, если ты что-то знаешь, расскажи мне, пожалуйста! — Вряд ли тот, кто держал профессора под заклятием «Imperius», до сих пор скрывается в Хогвартсе, — философски заметил Сириус, сделав вид, что не услышал вторую часть вопроса крестника. — Тогда зачем нас здесь удерживают? — продолжал допрос Гарри. — Для вашей же безопасности… — Ты серьезно думаешь, что здесь безопасно? — Гарри, — попытался успокоить его Сириус. — Замок надежно охраняется. То, что случилось во время матча по квиддичу, больше не повторится. — Я хочу оставить замок после расследования, — категорично заявил Гарри. — Раз за всем этим стоит Волан-де-Морт, я хочу бороться с ним вместе с Орденом. — Нет, — покачал головой Сириус. — Но я так хочу! — Гарри, пожалуйста, оставайся здесь, — в голосе крестного слышались раздраженные нотки. Так обычно сердится мать на своего ребенка, если тот слишком сильно капризничает, не желая идти на уступки. Все доводы она уже исчерпала, а ребенок ее категорически не слушается. — Мне пора, — вздохнул Сириус, и Гарри разочарованно опустил голову. — Уже? — прошептал он. — Я пришлю сову, — пообещал мужчина, перед тем, как исчезнуть в камине. — Только, пожалуйста, сделай так, как я просил. Оставайся здесь. — Ну как? — поинтересовалась Джинни. Гарри разочарованно покачал головой — разговор с крестным так и не внес ясность. * * * Когда Гермиона подошла к кабинету завхоза, то увидела, что дверь заперта — Филч ушел, не дождавшись ее. С момента введения указа Министерства, Филч с миссис Норрис патрулировали коридоры замка практически круглосуточно. Увидев кого-нибудь, задержавшегося хоть на пять минут позже установленного срока, завхоз принимался кричать: «Комендантский час! Нарушение комендантского часа!» В результате «проверок» первокурсники боялись выходить из своих комнат. Гермиона покачала головой, понимая, что сегодня ей придется дежурить одной, и начала обход. Когда она поднялась на один из верхних этажей, то увидела, как чья-то мантия мелькнула за поворотом коридора. «Даже запрет директора на них не действует», — она кинулась за нарушителем. Неизвестный оказался очень проворным, и Гермиона догнала его только в конце коридора. — Минус десять баллов… — начала она, хватая нарушителя за мантию. Капюшон убегавшего упал, открывая знакомые светлые волосы. — Грейнджер, ты специально меня преследуешь? — Малфой? Что ты здесь… — То же, что и ты! — фыркнул он. — Я староста, помнишь? Он развернулся и продолжил путь по коридору, но Гермиона его догнала. — Почему ты от меня все время бегаешь? — О, Мерлин, дай мне терпения, — Драко закатил глаза. — Что тебе от меня нужно? — Зачем ты помог мне? Опять… Как тогда, на чемпионате мира по квиддичу… Чего ты добиваешься? — Ничего я не добиваюсь! Хватит подозревать меня во всех смертных грехах! — Я не подозреваю! Просто скажи мне… Зачем? Драко чертыхнулся и сделал шаг в сторону. — Неужели так сложно ответить на этот вопрос? — воскликнула Гермиона. Вместо ответа он развернулся, резко притянул ее к себе и поцеловал. Гермиона дернулась от неожиданности, а потом обхватила его за плечи и, немного отстранившись, тихо спросила: — Зачем ты это делаешь? — Я не ясно объяснил? — фыркнул юноша. — Тогда придется повторить еще раз, — добавил он шепотом, запуская пальцы в ее волосы. Обняв за шею, Драко снова ее поцеловал. Гермиона, пытаясь хоть как-то бороться с нахлынувшими эмоциями, сделала шаг назад и уперлась спиной в стену коридора. — Ну и кто из нас убегает? — усмехнулся он. Гермиона вздохнула, собираясь с силами, и горячо запротестовала: — Мы не должны этого делать! Ты же знаешь, что мы не должны… — Я и так слишком долго делал то, что должен. — Это ничего не изменит между нами, — Гермиона накрыла ладонью его губы. — Мне все равно, — он отвел ее руку в сторону. Гермиона закрыла глаза, понимая, что смирилась со своим влечением к нему. Его губы нежно прикоснулись к ее щеке и переместились к губам, дразня своей близостью. — Ты меня с ума сведешь, — выдохнул он, когда она робко дотронулась до его груди. Гермиона обхватила его лицо ладонями, чувствуя, что успела соскучиться по прикосновениям за эти дни и, теперь, когда Драко целовал ее, к ней вновь вернулись ощущения, которые она безуспешно пыталась забыть. Он усмехнулся, притягивая ее ближе. Тонкие пальцы девушки погрузились в его безупречную прическу. Гермиона не отдавала себе отчет в своих поступках, не замечая, что всем телом прижимается к Малфою, а ее ладони осторожно поглаживают его спину. Руки Драко потянулись к ее шее, освобождая от завязок. Мантия упала на каменный пол, и Гермиона почувствовала, как стена за ее спиной начала трансформироваться. Она обернулась и не сдержала удивленного возгласа — ее спина упиралась в дверь выручай-комнаты. Гермиона перевела недоуменный взгляд на Драко. — Да, я тоже ее вижу, — усмехнулся он, поворачивая медную ручку. — Даже представить боюсь, что там… — А у меня есть некоторые предположения, — игриво прошептал Малфой ей на ухо, и девушка зарделась. Дверь к выручай-комнату скрипнула, открывая их взгляду внутреннее убранство. Гермиона ахнула — от пыльного чулана, которым была комната для нее в прошлый раз, когда она искала тихое место, чтобы подготовиться к экзамену, не осталось и следа. За дверью их ждала маленькая спальня со светлыми гобеленами. В камине весело потрескивали дрова, отбрасывая яркие отблески на стены. В центре комнаты находилась огромная кровать, с прозрачным балдахином. Рядом с ней на низком столике невидимый хозяин оставил бутылку вина и два фужера. «А это — лишнее», — подумала Гермиона, и бутылка исчезла. — Подойдет, — усмехнулся Драко, окинув ложе оценивающим взглядом, и потянул девушку за собой. — Я не… — запротестовала, было, она. — Ты предпочитаешь коридор? — фыркнул Малфой. — Ай, не щипайся! — возмущенно воскликнул он, потирая запястье. — А ты не язви! Он расхохотался и обнял ее. — Ты невыносима. — Кто бы говорил! Малфой улыбнулся и провел пальцем по ее щеке. — Теперь я понимаю, что ожидание того стоило, — прошептал он, и Гермиона почувствовала, что дрожит от нервного возбуждения. Даже звук его голоса вызывал у нее трепет. — Не хватает музыки, — заметил Драко, и в тишину тут же нарушила приятная мелодия. Малфой притянул девушку к себе. — Что ты делаешь? — рассмеялась Гермиона, кружась с ним в танце. — То, что не удалось сделать на балу во время Турнира Трех Волшебников. Тогда Крам подсуетился. — Ты тогда даже съязвить не смог! — расхохоталась Гермиона. — Видел бы ты выражение своего лица! — Сейчас кто-то доострится, — прошептал он, останавливаясь. Вальс закончился, и мелодия сменилась на более медленную, подчиняясь древней магии выручай-комнаты, но пара, стоявшая в центре спальни, не обратила на это внимания. Для них сейчас существовала другая магия. Магия тела… Магия притяжения… Драко медленно опустил девушку на высокий матрас кровати, и она тихонько фыркнула, стараясь сдержать смех, когда Малфой неуклюже пытался расстегнуть молнию на ее джинсах. — Какая же ваша магловская одежда неудобная, — буркнул он после третьей неудачной попытки. –Что это за шнуровка такая? — Это называется «молния», — с усмешкой пояснила Гермиона. — Да? А я думал, что так называется метла Поттера, — ухмыльнулся Малфой, справившись, наконец, с застежкой. Гермиона насупилась. — Грейнджер, — прошептал он, поймав ее лицо за подбородок. — Я знаю, что вы с нашим избранным дружите с первого курса… Не воспринимай все мои слова в штыки. Я просто пошутил. Его пальцы скользнули под ее свитер, и девушка почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Стоило Малфою прикоснуться к ней, как она теряла голову и переставала себя контролировать. «Так не должно быть», — думала Гермиона, пока он стаскивал с нее свитер, а ее руки развязывали тесемки его мантии и расстегивали пуговицы его рубашки. «Не должно», — думала она, пока он целовал ее, оставляя горячую дорожку от прикосновений губ на ее шее. «Не должно…» — доводы ее рассудка звучали все тише, а когда руки Драко спустились к ее обнаженным бедрам, провоцируя умелыми прикосновениями, девушка застонала, а голос в ее голове совсем затих, понимая, что его битва проиграна. Она сдалась. Но она не чувствовала себя побежденной. * * * Гарри сидел в гостиной, обхватив голову ладонями. Джинни давно ушла, но он никак не мог заставить себя вернуться в спальню. Девушка пыталась уговорить его пойти отдохнуть, но Гарри сказал, что хочет побыть один. Разговор с крестным не шел из головы. «Что же они скрывают? — думал гриффиндорец. — Что?» Он был настолько погружен в свои размышления, что не услышал тихие шаги Джинни на лестнице. Она подошла ближе и осторожно тронула его за плечо. Гарри вздрогнул от неожиданности. — Что ты здесь делаешь? — удивился он. — Мне не спалось, — призналась Джинни, присаживаясь рядом на ручку кресла. Гарри накрыл ее руку своей и благодарно пожал. Джинни пересела к нему на колени. — Он желает тебе только добра, — проговорила она, глядя в его зеленые глаза. — Ты же это знаешь! Гарри улыбнулся и поцеловал ее в висок. — Спасибо, Джин, — прошептал он. * * * Огонь в камине почти догорел. На стенах виднелись слабые отблески засыпающего пламени. Гермиона лежала в центре кровати, прижавшись спиной к груди Драко. — Ты пахнешь мятой, — в полудреме прошептал он, уткнувшись лицом в ее волосы. Его руки кольцом сомкнулись вокруг ее талии, и Гермиона почувствовала, что там, где они прикасаются к ней, кожа словно горит. Она осторожно повернулась на другой бок, чтобы увидеть выражение лица Малфоя. — Ты отдаешь себе отчет в своих действиях? — плотоядно поинтересовался он Гермиона покраснела. Драко улыбнулся, откидывая взъерошенную прядь волос с ее лица. — Почему ты не спишь? — неожиданно серьезным голосом спросил он. — Думала о том, что происходит вокруг… — шепотом призналась она. — Ты не знаешь, где Пэнси? — Я был уверен, что ее забрали родители, пока не увидел, какую истерику ее мамаша закатила у директорского кабинета. — Что же происходит? — вздохнула Гермиона. — И что будет… со всеми? И… с нами? — Все будет хорошо, — прошептал он, притягивая ее к себе. * * * Рон проснулся от яркого солнца и медленно обвел комнату взглядом, рассматривая последствия вчерашней ночи. Он увидел платье Флер, лежавшее рядом с кроватью на краешке стула и вспомнил, как вчера в спешке срывал его со слизеринки. Пэнси тихонько посапывала рядом, положив голову ему на плечо. Ее рука с фамильным кольцом Прюэттов покоилась у него на груди, и Рон с удивлением вспомнил, что еще месяц назад, он мечтал надеть это кольцо на палец другой девушке. «Жизнь непредсказуема», — подумал он, рассматривая лицо нынешней невесты. Словно почувствовав его взгляд, Пэнси приоткрыла глаза. — Привет. — Привет, — Рон почувствовал, что краснеет. — Хорошо спал? — Пэнси шаловливо перебирала его рыжие волосы. — Пойдем завтракать? — предложил Рон. — Мать готовит отличные тосты с джемом. — Позже, — хищно улыбнулась Пэнси, усаживаясь рядом. — Я зверски изголодалась, — добавила она шепотом, наклоняясь к нему. — Но не по тостам. Через некоторое время, когда ему, удалось, наконец, одеться, Рон спустился в гостиную, где наткнулся на близнецов, которые встретили его свистом и аплодисментами. — Свершилось! — хором скандировали они, видя, как Рон тихо сатанеет. — Отвалите, — огрызнулся он, проходя мимо и усаживаясь за обеденный стол. — Много вы знаете. — Еще бы, вас было слышно на дальнем конце огорода, — фыркнул Джордж. — «О, Рон… » — с придыханием передразнил он голос Пэнси. — Наш Ронни сегодня ночью наконец-то стал мужчиной, — продолжил подначивать брата Фред. — Фред, завидовать нужно молча, — язвительно парировала Пэнси, спускаясь по скрипучей лестнице и подходя к столу. Девушка подошла к Рону сзади, наклонилась, и, обняв за плечи, продолжила равнодушным голосом: — Видимо отказ Джонсон на тебя так действует. Юноша насупился. — А ты, Джордж, — Пэнси повернулась ко второму близнецу. — Не переживай так из-за того, что Спиннет не согласилась приехать к тебе на прошлые выходные… — Откуда ты знаешь? — ляпнул он и зарделся, понимая, что проболтался. Рон усмехнулся про себя, наблюдая за растерянными выражениями лиц старших братьев. — Паркинсон, как ты нас различаешь? — неожиданно поинтересовался один из близнецов. — Нас даже мать путает. — Джордж, — улыбнулась слизеринка, поворачиваясь к нему. — Может в том, как приготовить обед, или как выдворить гномов, я не разбираюсь. Но уж о парнях я знаю все, поверь мне. После завтрака миссис Уизли осталась хлопотать на кухне, а юные жители «Норы» вернулись в гостиную. — Мне пора, — вздохнул Рон, бросив на девушку взгляд, полный сожаления. — Не уходи, — прошептала она, обнимая его за плечи. — Я не хочу оставаться здесь одна… — Но ты не одна… Здесь будут Фред и Джордж. Пэнси надула губы. — Твои братцы меня с ума сведут… — Да они сами тебя боятся, — хохотнул Рон, поглядывая на близнецов, которые устроились на диване и с любопытством наблюдали за парочкой. Юноша заправил темную прядь волос ей за ухо и чмокнул в нос. — Я очень быстро вернусь, — пообещал он. — Не убей тут Фреда и Джорджа без меня, — добавил гриффиндорец. Девушка рассмеялась, взъерошив его волосы. Фамильное кольцо Прюэттов зацепилось за рыжую прядь, и юноша поморщился. — Ой, прости! — Пэнси закусила губу. — Я не нарочно! — Ничего, — он перехватил ее руку с кольцом и поцеловал кончики пальцев. — Ты безнадежный романтик, Уизли, — усмехнулась слизеринка, но ладонь из его руки не убрала. Она потянулась к нему и обняла за шею. — Иди уже, — напомнила девушка, так и не убрав рук с его шеи. — Ты меня не пускаешь. — И не пущу! — возмутилась она. — Я должен… — вздохнул Рон. — Я знаю… Пэнси встала на цыпочки, потянувшись к нему губами. Неожиданно Рон оторвал ее от пола, подняв за талию, и девушка взвизгнула, вцепившись ему в плечи. — Уизли, какой же ты высокий! Он поцеловал ее, игнорируя громкий свист братьев. — Рон, покажи класс! — задорно прокричал Фред, и Пэнси улыбнулась. — Да, давай! — вторил ему Джордж. Она чувствовала, как ее обнимают сильные руки, и испытывала легкое недоумение. Пэнси поняла, что не хочет его отпускать. «Неужели я буду скучать?» — подумала она, когда Рон с сожалением оторвался от нее. Если бы месяц назад ей сказали, что она будет скучать по Рону Уизли! Тогда она искренне пожелала бы тому человеку провериться у специалиста в больнице святого Мунго. «Я сошла с ума», — подумала Пэнси, наблюдая, как он медленно подходит к камину. — Пока, — он помахал ей рукой. — Пока, — вздохнула Пэнси. Рон скрылся в зеленом пламени, а девушка повернулась к близнецам. — Опять издеваться будете? — поинтересовалась она, скрестив руки на груди. — Может, на пару дней заключим перемирие? — предложил Джордж. — Или денька на три, — добавил Фред. — Идет, — кивнула слизеринка. — Только не думайте, что я после этого начну готовить и мыть посуду, — добавила она, увидев их довольные взгляды.