Или Цезарь, или ничто

«…и именно от Совета в Рунном Камне большинство историков отсчитывают начало последнего этапа Великого междуцарствия» Венда Рисли Из мейстерской диссертации на медное звено «Роль личности в ходе гражданской войны Великого междуцарствия».

      Когда башни Рунного Камня показались за очередным холмом, Чезаре испустил вздох облегчения: они добрались. В пути удача явно сопутствовала лорду Старку со товарищи. По дороге к Девичьему Пруду они не попали в засаду Ланнистеров. Корабль, заблаговременно снаряженный лордом Муттоном, отплыл сразу же, как только Чезаре прибыл в город – не иначе, как благодаря жертвоприношению Мелисандры, море было спокойно, что нечасто в это время года. В Чаячьем городе удалось быстро найти хороших лошадей и не привлечь излишнего внимания. Если и припомнить какую неприятность, так это ушибленную лодыжку Оливера, умудрившегося поскользнуться на влажной от росы траве, когда под утро отправился по нужде. Одним словом, все получилось даже лучше, чем Чезаре рассчитывал.       Их прибытия ожидали со дня на день, поэтому на воротах вопросов не возникло. Начальник стражи даже узнал Джона Амбера, с которым в свое время познакомился во время восстания Роберта Баратеона. Пока они переговаривались о чем-то своем, Чезаре осмотрелся.       Внутренний двор Рунного Камня размерами не уступал Риверрану – как-никак строился как твердыня королей. В глаза сразу бросалось общее оживление. Хаотично мелькали гербы на одеждах слуг: сломанное колесо Уэйнвудов, колокола Белморов, решетка и полумесяц Ройсов из Лунных врат.       Заметив краем глаза до боли знакомое лицо, Чезаре прищурился, напрягая зрение. Ему не показалось, нет – лютоволк на корсаже платья развеял сомнения. У колодца действительно замерла Эстрель. Вот она подняла голову, встретилась с приближающимся Чезаре взглядом и словно искры побежали у него по позвоночнику. Девушка быстро отвернулась и посмотрела на втолковывающую ей что-то старуху, спешно сунула ей небольшой мешочек и кивком головы велела убираться прочь. - Кто это был? – спросил подошедший Чезаре, провожая сгорбленную фигуру взглядом. - Лекарка, - не замедлила с ответом служанка. – Леди Старк понадобились ее услуги. - Разве в Рунном Камне нет мейстера? – это вызывало неприятное изумление.        Эстрель кисло усмехнулась. - Мейстеру Хелливегу в этом году минуло девяносто. Он почти слепой и немного не в своем уме. Сначала он просто не различал леди Кейтилин и леди Уолду, словно в его голове они слились в единую леди Старк. Когда же ему сообщили, что леди Старк в положении, старик вбил себе в голову, что ребенка ждет леди Кейтилин. Ее, конечно, повеселили попытки осмотреть ее и настойчиво предлагаемые травяные сборы, но, посовещавшись с леди Уолдой, решили послать за повитухой из ближайшей деревни. - Так что же не пошлют в Цитадель за новым? - А он родной дядя леди Ройс. Болеют в Рунном Камне редко, и пока он в состоянии сделать микстуру от кашля и наложить повязку, полагаю, место останется за ним.       Эстрель потерла руки и невольно приобняла себя за плечи. Видимо, выходя, она собиралась быстро вернуться в хорошо натопленные комнаты, потому и не взяла ни плаща, ни шали. Почему бы не сжать в объятьях ее нежное молодое тело и не помочь согреться? Словно прочтя его мысли по глазам, она невольно облизнула губы и отвела взгляд, заалев щеками. - Я должна идти. Моя помощь может потребоваться леди Старк.       Замешательство, сменившееся осознанием, было сокрушительным. Как он не понял сразу? Почему не догадался спросить, вместо того, чтобы болтать попусту? Она отпустила повивальную бабку и торопилась обратно. Это означало… - Уолда уже родила. Как она? - Всю ночь промучилась, бедняжка, - Эстрель все косилась на окна, словно опасалась, что их заметят вместе. – Я отведу вас к ней.       Сердце Чезаре частило, а в груди разливалось волнение. Его ребенок уже здесь, в этом мире. Уже скоро его можно будет увидеть и взять на руки. Маленький волчий принц.       В покоях жены была жарко, словно в кузне. От жаровни у кровати и большой кадильницы для благовоний шел пряный дым, но даже он не мог перебить запах железа.       Она лежала на спине, раскинув руки, сморенная ожиданием и усталостью. Глянцевая кожа ее некрасиво желтела на фоне потемневших слипшихся волос. Нежные прежде губы ее потрескались и воспалились. Она приоткрыла глаза, затуманенные сном и маковым молоком, и протянула Чезаре слабую руку. - А, это ты, а я так надеялась дождаться тебя, - хриплый, будто простуженный, голос, вымученная улыбка. - Собиралась, да сон сморил.       Нежность ее и уязвимость заставили что-то сжаться в груди. - Тебе что-нибудь нужно? Быть может, воды или поправить подушку. Только скажи.       И куда это все служанки запропастились? Почему оставили леди Старк одну?       Она собиралась что-то сказать, но оборвала себя, взглянув на открывающуюся дверь. Вошла леди Кейтилин, прижимая к груди ребенка. - Радуйся, Робб. Сегодня у тебя родилась дочь, - однако голос ее трудно было назвать радостным.       Глаза матери были красными, а взгляд остекленевшим. Сколько ночей она не спала? Сколько сил отдала взваленному на нее делу? Только теперь, стоя рядом с ней и готовый в любой момент подхватить ее, если она лишится чувств, Чезаре заметил в прическе матери седые пряди. - Матушка, вы верно устали. Прошу, отдохните. Все будет хорошо, - призванная успокоить улыбка вышла несколько натужной.       Взгляд остановился на дремлющем ребенке. - Можно?       Держать ее было непривычно и странно. Он слишком привык к мысли о будущем сыне, который уже начинал фигурировать в кое-каких планах. И тут такое… Впрочем, можно было догадаться – рыжешерстый лютоволченок, принесенный Серым Ветром, был самкой.       Переведя взгляд с едва живой матери на измученную жену, Чезаре невольно испытал отвращение к себе. Он слишком приучился оценивать окружающих мерилом их полезности и нужности в будущих планах. Тогда что же жизнь? Вечный бег, бесцельный и изматывающий, вперед, лишь вперед за очередным охотничьим трофеем?       Ребенок проснулся и заплакал, кривя уродливое маленькое личико. Чезаре спешно передал его подоспевшей Эстрели. - Как ты назовешь ее? У леди Старк должно быть имя, - голос Уолды неуловимо смягчился, возможно, от облегчения. - Лукреция, - родное когда-то имя само слетело с губ. - Лукреция? – переспросила леди Кейтилин, расслабившаяся в кресле у окна. – Откуда оно? Никогда раньше не слышала. - Прочитал как-то в одном трактате в библиотеке. Так звали одну древнюю королеву, сильную, властную и красивую, как рассвет. Ей посвящали стихи и песни, с ее именем на устах дрались в поединках. Необыкновенная была женщина. - Мне стоит ревновать, муж мой?       С губ сорвался смешок. Сначала один, затем другой, и вот уже Чезаре трясся от хохота, зажимая рот рукой. Если Уолда шутит, значит все в порядке. Все у них будет хорошо.       Когда скрипнула дверь, Чезаре подумал, что это посланник лорда Ройса. К счастью, он ошибся. Дядя Бринден сразу же сгреб его в крепкие объятья, от которых затрещали ребра. - Какое счастье, что я успел, - он кивком приветствовал Кейтилин и Уолду и потянул Чезаре за собой. – Пойдем. Сюда уже идет слуга, чтобы отвести тебя в Большой Чертог.       Хорошая мысль – сделать все, чтобы тебя не нашли, пока обстоятельно не посвятят в курс дела.       Они миновали запруженный людьми и лошадьми, как городская площадь в базарный день, внутренний двор и поднялись на крепостную стену. Порыв холодного ветра обжег щеки, но Чезаре не обратил на это внимание и повернулся к Черной Рыбе. - Ну и как же относятся рыцари и лорды Долины к нашему предложению? - Сир Хардинг и лорд Ройс готовы плыть в Королевские земли хоть сейчас, - сир Бринден огладил бороду. – Впрочем, боевой задор Бронзового Джона объясним обещанием скорой свадьбы. - Кого из моих братьев и сестер вы пообещали? – воспоминания о переговорах со Старым Хорьком, происходивших, кажется, целую вечность назад, вызвали у Чезаре невольную усмешку. - У лорда Ройса две дочери брачного возраста, так что Кэт предложила Эдмара. Согласись, лорд Риверрана – куш позавиднее, чем младший брат лорда Старка.       Осталось только обрадовать Эдмара. Ох, в каком же восторге он будет! - Что же касается остальных двадцати оседлых рыцарей и лордов, - глубокие складки на лбу сира Бриндена обозначились еще отчетливей, - они настроены не столь однозначно.       Чезаре раздраженно потер начинающие коченеть пальцы. - Одним своим приездом сюда они уже взяли на себя определенные обязательства. Так чего ж теперь строить из себя невинную деву в первую брачную ночь? - Пока что большинство сошлось на необходимости отправки леди Аррен письма с нижайшей просьбой пересмотреть решение о нейтралитете. Однако о том, как именно это будет написано и кто доставит послание в Орлиное Гнездо пока идут споры, - он невесело усмехнулся. – Сдается мне, с ответом посланник отправится через Лунную Дверь, даже если им буду я.       И такая горечь была в его словах, что Чезаре не мог остаться к ней равнодушным. - Я понимаю, как тяжело это тебе дается, дядя, - он сжал его плечо и посмотрел в глаза. – Столько лет преданной службы, а в ответ такая неблагодарность.       По тому, как вмиг посуровело лицо сира Бриндена, Чезаре понял, что сделал промах. В ближайшие дни добиться от него откровенности будет сродни подвигу. - Давай оставим эту тему. Мне еще многое нужно тебе рассказать.       Как назло ветер донес до них взволнованный оклик. Слуга, привлекший их внимание, видимо, долго бежал и раскраснелся от натуги. - Милорды, лорд Ройс просит вас проследовать в Большой Чертог на совет, - проговорил он задушенным голосом.       Лорд Ройс чем-то напоминал Большого Джона Амбера, разве что был лет на двадцать старше и несколько уступал в размерах. Однако в жестах его расположения чувствовалось неявное превосходство – не происхождением, так разницей в возрасте он Чезаре превосходил. Началось долгое утомительное представление, так как упомянутые Черной Рыбой двадцать лордов привезли с собой родню и вассалов. Особенно хорошо запомнился красивый светловолосый рыцарь, следовавший за крепкой еще старухой – тот самый Гарольд Хардинг, благодаря которому и стало возможна эта встреча.       Когда прибывшему прямо с поля боя лорду Старку представили весь цвет Долины, откликнувшийся на его призыв, от оного лорда Старка ждали высоких правильных слов о тирании Ланнистеров, правом деле и близости зимы. И он уже поднялся с места, чтобы произнести эти слова, как под сводами пролетело испуганное и протяжное: - Леди Аррен здесь.