Может ли мгновение длиться вечно?

      Люмьер и Когсворт бежали впереди хозяина для того, чтобы открыть дверь и хоть как-то помочь принцу, который нес в своих лапах Белль. Все то, что случилось в той комнате в Западном Крыле, изрядно напугало слуг, даже Чудовище вздрогнул, вспоминая то жуткое зеркало, которое, как он надеялся много лет, никто в его замке больше никогда не увидит. От размышлений о произошедшем принца отвлекло бормотание девушки, видимо, она потихоньку приходила в себя, неаккуратно ворочаясь и отгоняя кошмары от себя. То ли из-за сильного испуга, то ли из-за того, что она слишком сильно прижималась к его меху, Белль вспотела и в некоторых местах сорочка, став мокрой, плотно прилипла к телу и стала почти прозрачной, давая возможность рассмотреть все откровенные и не только места. К счастью, это меньше всего сейчас интересовало Чудовище, и тот, быстро окинув взглядом девушку, продолжил спускаться по ступенькам.       Подойдя к спальне девушки, слуги торопливо отворили двери, тем самым давая принцу свободно пройти к кровати и положить на нее девушку. Он осторожно поправил подушки под ее головой и, аккуратно подцепив когтем край одеяла, укрыл Белль.       «Холодная. Сначала ее пробил пот, а теперь все тело, будто лед», — отметил про себя Чудовище, нежно проведя подушечками пальцев по лбу девушки, смахивая капельки пота.       Он сел на кровать, обернулся к Люмьеру и Когсворту:       — Я отправлюсь в Западное Крыло и осмотрю ту комнату, чтобы решить, представляет ли она еще какую-либо опасность для всех нас.       — Но, хозяин, это опасно! — канделябр был явно против того, чтобы их подопечный отправлялся туда один. — Мы идем с вами!       — Нет, вы останетесь здесь и позаботитесь о Белль. Это не обсуждается.       — Но… Но хозяин, а е-если с вами что-то случится? — Когсворт обеспокоенно выглянул из-за приятеля. — Может, не стоит?       — Что может случиться с… чудовищем вроде меня? — зверь озлобленно ткнул руками в свою грудь. — Я пошел.       Он резко сорвался с кровати и направился к двери, оставив слуг гадать, какие ужасы могут поджидать принца в той комнате. Честно говоря, сам наследник престола тоже не знал, что и думать об этом зеркале — много лет назад, когда он был еще мальчишкой, по приказу короля все необычные и странные вещи со всего замка были собраны в той комнате, а затем ее заперли, а ключ имел право хранить у себя только мажордом, коим еще с тех времен являлся Когсворт.       — Такое чувство, будто время в этом замке застыло для всех, кроме меня. Столько лет прошло с их смерти… — Чудовище старался избегать воспоминаний, связанных с его родителями, уж очень больно было осознавать всю тленность его нынешнего бытия по сравнению с тем, каким он был рядом с ними.       Когда ему было 9 лет, его мать созвала в их замок толпу благородных принцесс, герцогинь и просто наследниц богатых семей, чтобы вместе с мужем и ненаглядным сыночком выбрать будущую королеву, так же известную как невесту принца. Множество из этих кандидаток были старше самого принца, поэтому каждая из них старалась очаровать принца своими прелестями и шармом, которыми их тщательно учили пользоваться с момента начала взросления придворные дамы и матери для обольщения мужчин и получения желаемого. Но в ответ на это принц лишь брезгливо отворачивался и убегал от них, нередко обзывая и задирая им юбки, предпочитая общество Люмьера и лошадей на прогулках, нежели эти помпезные чаепития. Несмотря на это, королеву все устраивало — ей необходимо было найти ту, что смогла бы усмирять нрав мальчишки и уметь мягко воздействовать на него — как только сына бы короновали, бывшие король и королева были бы вынуждены отойти от дел, лишь изредка помогая юному правителю советом или контролируя отнюдь не самые значимые дела в королевстве. Такой расклад дел не устраивал Лилиан, так звали ее величество, и она не собиралась так просто оставаться на отшибе, доверив все правление избалованному мальцу. А отыскав себе покладистую преемницу, которая словно птичка приносила бы ей все новости в клювике из супружеского ложа, королева еще долго могла бы вертеть не только сыном, но и всем королевством.       Погрузившись в размышления, Чудовище не заметил, как дошел до той комнаты — уже издалека зеркало встречало его неприятным зеленоватым блеском пробегающих по его обрамлению разрядов молний. Подойдя к зеркалу, он облокотился на основание в виде туалетного столика лапами и посмотрел в черную поверхность стекла, словно пытаясь найти в нем ответы на мучившие его вопросы:       — Что же ты такое и откуда взялось в этом замке? — принц очень надеялся, что этот вопрос останется риторическим.       Но в ту же секунду на поверхности стекла начали появляться цветные пятна, притягивая все внимания принца к себе, заставляя забыть обо всем на свете, словно воронка затягивала его все глубже и глубже…

***

      Как ни странно, Чудовище оказался все в том же Западном Крыле, но оно выглядело как-то иначе… Словно никакого проклятия тут не было и в помине. Он огляделся — не было ни мрачных статуй, ни сломанных предметов мебели, ни разбитых зеркал — ничего, что напоминало бы о нынешнем состоянии замка. От восхищенного разглядывания убранства своего замка его отвлек знакомый женский голос.       — Мама? — признаться честно, после стольких лет в одиночестве он был рад слышать голос самого близкого ему человека.       Принц тихонько двинулся, пытаясь найти комнату, из которой бы доносился голос его матери.       «Должно быть, она в их с отцом комнате», — про себя подметил принц, поднимаясь как к себе в комнату — то помещение наверху Западного Крыла, где сейчас находились его покои и стояла зачарованная роза, раньше принадлежала его родителям.       Добравшись до конца коридора, он затаился у двери, услышав, что мать разговаривает уже на повышенных тонах. Решив, что это не лучший момент для встречи, Чудовище осторожно присел и прислонился одним глазом к замочной скважине, которая позволяла увидеть и услышать все то, что происходит за дверями.       — Лилиан, дорогая, зачем тебе все это нужно? Все эти магические предметы и книги по… проклятиям и прочей мерзости… Скажи мне, зачем? — Чудовище услышал из комнаты голос отца.       — Тебе никогда этого не понять, Леонард! Никогда! Я стараюсь защитить нашу семью от зла! — королева была вне себя от ярости, не щадя нервы и уши даже собственного мужа.       — Ты знаешь, какие сплетни о тебе ходят в замке? Слуги говорят, что ты ведьма, сошедшая с ума — запах твоих снадобий пугает их, как и твои странные заговоры, которые они подслушивают, проходя мимо твоей потайной комнаты. Неужели тебя не пугает, что эти слухи могут дойти до нашего сына?       — Да что эти бестолковые простолюдины могут понимать?! Это слуги, они как мебель, которая может двигаться и что-то делать. Меня не должны заботить их чувства, а тем более их мнение. В этом замке главная я!       — Дорогая, пожалуйста, позволь тебе помочь… — король распростер свои руки, чтобы обнять супругу и двинулся к ней навстречу. — Я защищу тебя и Адама от любого несчастья, обещаю тебе.       Но вместо того, чтобы прильнуть к мужу, разъяренная королева кинула в него стеклянную бутыль для зелий и попала прямо в лицо. Та при столкновении с лицом моментально разбилась, и осколки больно впились в бровь и часть лба, и лик короля мигом стал «украшен» кровавыми каплями, стекающими и капающими на королевскую одежду. Королеву эта сцена хоть и напугала, но она продолжила кричать, несмотря на шокированного ее выходкой супруга.       — Твой сын несмотря ни на что должен взойти на престол, и я за это буду бороться!       Чудовище был шокирован поведением матери — никогда ранее он не видел, чтобы они с отцом ругались. Она всегда появлялась в обществе с улыбкой на лице и под руку с супругом. Ни разу она не подняла свой голос ни на кого из слуг в присутствии сына, а на юного принца тем более.       — С тех пор как в моем замке появилось это чертово зеркало, ты с ума сошла, сутками напролет нашептывая ему что-то и глядя в него часами! А потом ты занялась этими грязными колдовскими штучками, оправдывая это тем, что хочешь защитить Адама! — король закричал так, что внутри у зверя все сжалось от страха. — Я давал тебе все, что ты хотела, и через 2 месяца наш сын взойдет на престол, как ты того и хотела. Чем ты не довольна?       Лилиан поджала губы и, небрежно поправляя подол платья, старалась сделать вид, что пропустила мимо ушей слова супруга. Она повернулась к зеркалу и мило улыбнулась, рассматривая свое отражение, будто никакой ссоры и не было — она осторожно поправила русые волосы, в которых уже проглядывали седые прядки и, вздохнув, присела на табурет, что стоял у зеркала. Проведя пальцами по склянкам и сосудам, она достала маленькую бутыль, откупорила ее и залпом выпила содержимое. После этого она о чем-то начала весело нашептывать зеркалу, которое начало светиться зеленым, словно реагируя на слова хозяйки. Король ошарашенно поднес к своему лицу ладонь, пытаясь пальцами нащупать и снять с лица осколки — он все еще был шокирован поведением жены, хотя такие разногласия уже лет 10 происходили между ними, но сегодня она вела себя иначе — так себя ведут люди, которых отправляют в дом умалишенных. Он осторожно закрыл поврежденную часть лица и молча двинулся к дверям — Чудовище едва успел отскочить и спрятаться за колонной, чтобы отец его не заметил. Как только шаги в коридоре утихли, и он понял, что никого нет рядом, он снова прислонился к замочной скважине и продолжил наблюдение — в этот раз королева, изредка поглядывая в какую-то странную книгу в старом кожаном переплете, что-то мешала, используя странные жидкости из многочисленных склянок и баночек.       — До коронации осталось всего 2 месяца, нужно сделать все, чтобы…       Мерзкий запах варева потихоньку добрался до замочной скважины, а затем и до носа принца. От этой вони у него закружилась голова, и окончание предложения он не услышал, свалившись на пол.

***

      Чудовище очнулся на полу перед зеркалом в холодном поту — то, что он сейчас видел, было ли этом сном или одним из воспоминаний зеркала — не важно. Он узнал то, чего никогда бы не пожелал знать, и от этого становилось только хуже. Самое страшное то, что еще многого он не знает о том, что творилось за его спиной в этом замке, пока он был ребенком. И теперь во чтобы то ни стало он должен оградить себя и Белль от последствий встречи с этим магическим предметом. Откуда это зеркало в замке? Почему оно показало ему эту сцену? Что оно внушило Белль? И что его мать должна была сделать до коронации?       В этот раз он про себя пожелал, чтобы эти вопросы не остались риторическими.