Пять пробелов и электроклэш

     Лениво осматриваясь вокруг и не находя ничего интересного для своего утомленного взора, Лэнс громко спрашивает: – И? Чего мы ждём?      Ему никто не отвечает, ведь никто из них не в курсе сколько ещё здесь сидеть и как выполнять своё вселенское предназначение по превращению в Стражников и обретению настоящей силы.      Так они впятером уже полчаса тусуются на старой заброшке рядом со свалкой, и это, честно говоря, такое себе времяпрепровождение (хотя и лучше, чем мыть полы на всех этажах в их доме или осматривать "соты", подбирая грязное бельё, думает Кит, восседая на части бетонного блока с торчащей арматурой).      Да, определенно лучше.      Однако существует одно "но", которое родилось восемнадцать лет назад и получило имя Кит.      Проблема заключается в том, что Когане чувствует себя невозможно неловко рядом с его новой командой-по-спасению-мира (Широ, Пидж, Ханк) и уничтожению-его-гетеросексуальности (Лэнс). Он надеется, что о нём забудут, прячась за массивной колонной и развлекая себя тем, что стреляет огненными шариками по противоположной стене, стремясь попасть в глаз девушке с граффити. – Пииидж, я сейчас умру со скуки.      Лэнс картинно изображает свою смерть, сползая по стене вниз, и ожидаемо на его мучения всем плевать. Особенно Пидж, вот уже день развлекающейся с неизвестным кристаллом и ставящей на нём эксперименты, в научности которых Кит сильно сомневается (и не только, потому что камень магический).      Но Пидж, кусая кристалл, объявляет, что пошёл Кит нахер, в настоящих исследованиях он ничего не понимает, и если его смущают результаты из-за малой выборки, не репрезентирующей объективных оценок, то так и быть, пусть попробует прокусить волшебный камень сам. – Камень точно не с Земли, – провозглашает она, хотя это итак всем понятно. – И он обладает остаточным излучением. – Космический булыжник? Что же в нём такого особенного? – Хальмони сказала, что в нём заключена наша основная сила. Полагаю, его нужно активировать, – подаёт голос Кит, зарабатывая семь очков поподанием в нос дамочке со стены. – Предлагаю принести в жертву камню патлатого. – Предлагаю тебе заткнуться. – Предлагаю вам уже потрахаться, – раздражённо говорит Пидж, вертя кристалл в руках. – Широ, попробуй ты.      Видно, насколько Такаши счастлив, перенимая у девушки Сердце Алтеи. Он осторожно сжимает камень в руках, пробует постучать по нему, дышит, трясёт, подкидывает в воздух, но ничего не происходит. – Лизни его, – предлагает Лэнс. – Поговори с ним, – говорит Ханк. – "Здравствуйте, многоуважаемый кристалл. Не подскажите адрес ближайшей психушки?" Лучше лизни, Широ.      Широ закатывает глаза, давая понять, что он лучше спрыгнет на арматуру, а Кит прожигает дамочке бровь.      Мистер Широгане, задающий кучу домашней работы, подозрительно быстро стал для всех простым парнем Широ, с которым можно обмениваться шуточками и дружески хлопать по плечу. Кит этого не понимает. За пару часов проведённых вместе за ужином Джихэ Хан Широ был принят гораздо теплее, чем Когане, хотя и обладал ощутимой разницей в возрасте и социальном положении, являя собой настоящий раритет.      Именно сейчас он стоит рядом с Ханком, Лэнсом и Пидж, пока Кит сидит в отдалении (и всех это устраивает, никто к нему не подходит, что прекрасно, но на самом деле нет), а не наоборот.      Кит опять выброшен из каноэ социализации в пучину одиночества.      Почти. – Слушай, патлатый, твоя хальмонь-гармонь не сказала, что нужно, чтобы оно заработало?      Ор МакКлейна разгоняет надвигающиеся осадки из мрачных мыслей, и Когане даже умудряется промахнуться огненным зарядом мимо криво нарисованного лица на стене.      Уже после того, как он думает о том, какой же у Лэнса ещё мальчишеский голос, до Кита доходит, про кого идёт речь, а потом он чуть не падает с бетонного блока.      Только такой придурок мог назвать его бабулю (сутенёрку с тридцатилетним стажем, водящую дружбу с мелкими бандами из неблагополучных кварталов и доходя в своих проверенных связях до глав преступных синдикатов и отдельных политиков, держащую целый арсенал огнестрельного оружия в секретной комнате) хальмонь-гармонь.      Каким образом повелитель дерьмовых каламбуров Лэнс МакКлейн умудрился дожить до своих семнадцати лет – это тринадцатый номер в списке "Тайны человечества".      Желание дать Лэнсу леща (и вообще просто дать, от этой мысли Кит раздражённо подпаливает пластиковую бутылку) усиливается в геометрической прогрессии, когда он такой близкий и тупой. – Говорила. Моя хальмонь-гармонь целую инструкцию написала, подожди, сейчас, – и Кит лезет в сумку, пока МакКлейн с любопытством подходит к нему.      Вынимает Кит из сумки смятый листок и вручает Лэнсу. – Оригинально, маппетоголовый, давать мне мою же записку, – кисло произносит Лэнс. – А что там? – Лэнс пишет, что жить не может без моего члена у себя за щекой, так романтично.      Лэнс орёт, а на заднем плане Широ осторожно пробует лизнуть кристалл, пока никто не видит (упс, кроме Кита).      Пидж вздыхает так устало, что вокруг неё на секунды поднимается весь мусор и сумка Ханка, а потом всё мгновенно рушится.      Лэнс кричит оскорбления и то, что Когане врёт, ещё минут пять, весь красный как рак (раком бы ему пошло), показывает Ханку записку, где чёрным по белому написано о том, что сосёт именно Кит, а не он (как будто Кит против такого расклада). В итоге, он успокаивается, садясь рядом с Китом, и они молча наблюдают, как Пидж предлагает Широ сконцентрировать всю его мыслительную энергию на кристалле.      Вся мыслительная энергия у Такаши направлена на то, как бы побыстрее свинтить отсюда.      (А у Кита, как бы не пялиться на расслабленную линию плеч его вечного соперника).      И когда он чувствует неожиданное прикосновение Лэнса к своим волосам, то так резко поворачивается к нему, пребывая в полном раздрае, что вся жухлая трава, мусор и выброшенный комок бумаги мгновенно вспыхивают, а МакКлейн в ужасе подскакивает с места.      Лэнс пятится от него назад, к массивной колонне. – У тебя листок... в патлах, – и он уходит к Ханку, оставляя Кита со своим никчёмным "извини, оно само".      Бабушка говорила, что после обретения истинной силы он научится контролировать огонь. Но видя направляющего телепатические сигналы синему кристаллу Широ, присоеденившего антенны Пидж к своей голове, Киту кажется, что истинную силу они никогда не получат.      И он будет до конца своих дней подпаливать простыни и бутылки. Сжигать тосты. Свои возможности. Призрачные надежды на отношения с кем-нибудь.      Ловить эти взгляды Лэнса на плавящуюся пластмассу. – Бесполезно, – говорит Кит, подхватывая свой рюкзак, и направляясь к виднеющейся полосе автострады. – Кит, стой! Мы же не закончили тренировку! Даже если мы технически её ещё не начинали, но... – Как разблокируете кристалл, дайте знать. – Кит!      На командный возглас Широ Когане даже не оборачивается.      У него итак много дел: прибраться в забегаловке, подменить второго официанта Джунга и сделать кучу уроков, отрубиться в полночь после наведения порядка в главном зале. А на безделье и попытки включить строптивое Сердце Алтеи у него нет времени. – Кит! Мы должны оставаться в полном составе! Быть командой! Быть заодно! – Да срать мне, – откликается Когане за плечо, не удосужившись даже повернуться и посмотреть на Широ.      Очень зря.     Потому что когда его озаряет яркий синий свет, обдавая жаром спину, Кит совершенно не готов, что его подхватит в водоворот непонятной силы. Она отрывает его от земли так легко, словно он пушинка, и запирает в светящимся горячем шаре, меняющим свой цвет на огненный. На секунды у Кита мелькают панические мысли о том, что он сгорит, настолько жар становится невыносимым, пронизывающим каждую клеточку тела. Но затем он меняется на успокаивающее тепло, на приятную дрожь, проходящую от макушки по спине, на радостное предвкушение и медленно отпускает Кита, рассеиваясь по воздуху.      (Кит хочет крикнуть, чтобы этого не случалось, потому что он никогда не чувствовал себя настолько защищённым и спокойным, как в те короткие секунды).     Когда он открывает глаза, ощущая ускользающее тепло со своих ресниц, то видит, как растворяются языки пламени.     От неожиданно вернувшегося чувства собственного веса и положения тела в пространстве, Когане приземляется коленками об асфальт, слыша впереди радостный возглас Пидж и Ханка, а ещё долгий крик Лэнса и звук падения в груду мусора.       Своё сердце, бьющееся где-то в горле.      Он понимает, что произошло нечто из разряда невозможно-фантастического (много ли раз на дню он левитировал в огромном огненном шаре?), но настоящее осознание ситуации начинает приходить только через долгие секунды. – Вау! Вы видели это? Вы чувствовали это? Это нереально! – кричит Пидж, и Кит поднимается на локтях, чтобы обозреть открывающуюся картину. – А что с одеждой? – Да, что с моей банданой? – спрашивает Ханк недовольно, когда ощупывает свой лоб. – Куда она делась? – Да плевать на твою бандану! Ты хоть видел свой прикид?     Ханк качает головой и вертится как юла, пытаясь увидеть свой новый костюм. И если Ханк по достоинству не может оценить весь свой облик, то это делает Кит, пялясь во все глаза на него, а так же на возвышающегося Широ и пританцовывающую Пидж.      Все они одеты в похожие чёрные плотно прилегающие к телу костюмы: кофты с высоким горлом и длинные штаны, прикрытые удобными белыми ботинками. Но у всех Кит замечает различия: у Широ нет рукавов на кофте и открывается вид на офигительный подсвеченный сиреневым протез, у Пидж длина рукавов всего три четверти, а на запястьях какие-то белые покрытия вроде защиты локтей на доспехах, такие же на коленках, а сапоги совсем короткие (и вообще складывается ощущение, что Пидж вышла на соревнование по роллер-дерби), у Ханка же рукава как у обычной футболки, и форма не перегружена всякими примочками.     Все трое выглядят точно как команда по спасению мира, вроде Могучих Рейнджеров, но не настолько ретро.     Кит переводит взгляд вниз, на своё тело, и вымученно вздыхает.     Если Сердце Алтеи вроде модного стилиста учло предпочтения троих Стражников, подбирая им оптимальную униформу, то с Китом всё было сложнее. На нём надета такая же кофта с высоким горлом и длинными рукавами, заканчивающаяся перчатками без пальцев, но вот вместо штанов красовались чёртовы шорты, а сапоги были настолько длинными, что заканчивались на ляжках.     Боже мой, думает Кит устало, Сердце Алтеи почуяло насколько я грёбаный гей.     Он поднимается на ноги, ловя на себе сочувствующий взгляд Широ и слыша смешок Пидж (конечно, даже девчонка выглядит более мужественно и круто, чем он). – Лэнс, ты как там? – кричит она виднеющимся из-за поваленной бетонной колонны задранным вверх ногам. – Эм. Нормально. – Вылезай! Тут такое! Ты нас видел? Мы просто бомба! – Знаете, мне здесь тоже неплохо. – Как ты вообще там оказался, ты же был рядом со мной? – спрашивает Ханк, всё ещё ища бандану на полу. – Я решил перевернуться в этом водяном шаре, ну типа героическую стойку сделать, вы знаете, такую... отражающую индивидуальность и мощь... – Как у девочек-волшебниц? – Нет... Да, Ханк, как у них, только брутальнее. Слушай, это не одно и то же! – Разумеется, – хихикает Пидж, косо посматривая на Кита. – И ты оказался в мусорной куче. – Вроде того. – И теперь не хочешь оттуда вылезать. – У меня лодыжка болит. Давайте обратно, ну превращаться, мне в больницу надо. – Лэнс. Вылезай, – Широ скрещивает руки на груди и нетерпеливо смотрит на ноги.      За бетонной колонной слышится возня и показывается часть растрёпанной головы Лэнса. Он смотрит на собравшихся тоскливым взглядом и вновь прячется в куче порванных коробок и прочего хлама. – Обещайте, особенно Пидж, что вы не будете ржать или там издеваться, хорошо? – Конечно, ты можешь вылезать, мы всегда поддержим тебя, – серьёзно кивает Широ.     О, как он ошибался.     Когда Лэнс наконец выползает из мусорной крепости, являя друзьям свой новый облик, все потрясённо молчат.     Первой неистово хохотать начинает Пидж. – Вы обещали! – чуть ли не со слезами на глазах кричит Лэнс, закрываясь руками. – Да ты на себя-то посмотри! – сквозь приступы смеха выдавливает Пидж. – Даже Широ не выдержал!     Широ отмахивается и пытается сохранить серьёзный вид, но красное от сдерживаемого хохота лицо выдаёт его с головой.     Лэнс выглядит совершенно иначе, чем остальная команда. Под совершенно иначе стоит понимать "вообще".     На нём та же кофта с длинным рукавом, но она полностью открывает загорелый живот, а вместо штанов сиреневая мини-юбка и полосатые чёрно-голубые колготки, заканчивающиеся чёрными сапогами, облегающими голени.     Лэнс пытается одновременно натянуть юбку на ноги и прикрыть свой живот, но ничего не получается, он всё равно выглядит как опасный стриптизер, который может выманить у вас все деньги лишь один раз повертев задом. – Почему я такой? Почему все нормальные, а я нет?     С завистью Лэнс смотрит на Ханка и Широ, и последний успокаивающее ему говорит, желая поддержать товарища: – Не кори себя. Никто из нас не выбирал себе... образ. Так решил кристалл, может, в следующий раз всё будет по-другому. А сейчас успокойся и просто прими себя таким, какой есть. – И ещё парочку хуёв в зад, – не выдерживает Кит.     Он просто обязан был так пошутить. Это был идеальный момент.     Но, конечно, говорить это вслух не стоило, и все поворачиваются к нему с дикими взглядами (будто не они только что ржали как кони), на что Кит только глупо спрашивает: – А что такого? – Ты на себя сначала посмотри! – орёт МакКлейн, приближаясь к нему с невероятно быстрой скоростью. – Что это на тебе? Своровал одёжку у юного хориста, поющего за спасение грешников, чтобы теребить члены всего церковного клира?     Лэнс со всей силы толкает в плечо Кита, надеясь, что тот упадёт, но Когане лишь усмехается нависшему над ним долговязому парню. – Извини, что отбираю часть твоей обширной клиентской базы.     Занесённую для удара руку Лэнса Кит перехватывает на полпути к своей голове, а вот удар в колено он пропускает и падает лицом МакКлейну в грудь, скатываясь им по оголённому животу. Лэнс судорожно вздыхает, и мышцы пресса сокращаются под случайным прикосновением губ Кита к смуглой коже. От брошенного украдкой взгляда вверх, на лицо Лэнса, у Кита встаёт ком в горле (и не только, но обсуждать это он отказывается), и парень мгновенно падает назад, надеясь избежать долгого контакта.     Лэнс же отскакивает так стремительно, что не замечает подошедшего к ним Широ и на полном ходу врезается в него. – Успокойтесь, – примирительно говорит Пидж откуда-то сзади, – вы оба выглядите как педики. – Спасибо, Пидж, но это уточнение было необязательным, – Широ подаёт руку Киту, помогая подняться. – А теперь нам необходимо сосредоточится на своих силах. – Смотрите!     Все оборачиваются к Ханку, который уже вырастил несколько деревьев и целый луг прямо из трещин бетона, пока Кит пытается прийти в себя и не смотреть на восторженно подпрыгнувшего МакКлейна, полностью переключившего своё внимание на появившейся словно из неоткуда сад. – А можешь замутить пальму с бананами? – Бананы растут на банановом дереве, а не на пальме, Лэнс. И нет, я не могу создать жизнь на пустом месте, вот если бы тут были семена, то это другое дело.      Гаррет виновато разводит руки в стороны, пока из бетона пробиваются новые ростки, оплетая его ноги. – У тебя волшебная способность, – говорит Широ, улыбаясь засмущавшемуся похвалой Ханку.      (Из стены в то же мгновение вырастает виноградная лоза). – Лэнс, а теперь ты. Думаю, нашему новому саду не хватает воды. – Только откуда я её возьму?      МакКлейн внимательно осматривает помещение и выходит на открытую местность, где с одной стороны далёкими горами возвышается городская свалка, а с другой лесополоса. Никакого источника воды вроде озёра или реки здесь нет. Но Лэнс чему-то улыбается, и на его лице появляется сосредоточенное выражение.      Кит надеется, что ему не пришла идея осушить тела новоиспеченных Стражников.      Уже спустя секунды перед Лэнсом скапливается масса воды, возникающая из воздуха, и плывущая в пространстве одной бесформенной кляксой. – Неплохо, – оценивает Широ, – а теперь попробуй осторожно полить деревья.      Через толщу воды видно, как Лэнс поднимает руки и движением направляет каплю к саду. Но вместо медленного дождя, масса неожиданно превращается в мощный поток, несущийся прямиком на Стражников. Все умудряются отпрыгнуть с пути струи воды в последний момент, и она разбивается о стену, обдавая всех холодным душем. – Упс, извините, я целился в маппетоголового, – и Лэнс с превосходством смотрит на промокшего сердитого Кита. – Ладно. Кит, попробуй высушить нас... – начинает Широ, но все дружно кричат "Нет!", и он непонимающе оглядывается на команду. – Я думаю, это плохая идея, – за всех выносит вердикт Когане. – Давайте, я лучше подожгу ту кучу мусора. – Он спец в поджигании всякого хлама, да, Кит? – Именно поэтому я подпаливал тебя три раза. – Да ты... – Прекратите, я высушу всех, – и Пидж взмахивает руками.      Поднявшийся мощный порыв ветра подхватывает Стражников и бетонную крошку в воздух, опрокидывая всё в следующую секунду с диким грохотом и руганью. Мокрые и извалявшиеся на грязном полу заброшки они поднимаются на ноги, готовые убивать.      Пидж прячется от греха подальше за бетонной колонной. – Понятно. У всех проблема с контролем собственной силы. Над этим нужно работать. Думаю, для первого раза мы достаточно настрадались, – и Такаши грустно осматривает поверженную собой же команду. – Ребят, а вы задумывались, что это у нас на спинах?       Ханк показывает на выступ, проступающий через чёрную кофту. Тут же Кит ощупывает свою спину, действительно натыкаясь на холодный металл. – Только когда ты про это сказал, – Пидж поправляет очки, постукивая по спине Гаррета. – Думаю, это что-то вроде крыльев. – Как у ангелов? – с надеждой спрашивает Ханк. – Как у Базза Лайтера? – предлагает Лэнс (Кит вообще не в курсе, о ком он). – В случае Лэнса – как у фей, с влажными блёстками вместо пыльцы, – говорит он.      Ответить Лэнс не успевает, ведь странный механизм активируется, светится по краям голубым, когда раскладывается, высвобождая два небольших чёрных крыла. – Что ж, вариант Лэнса был ближе всех. – Ха! Так, подождите, мы, значит, умеем летать?      Выйдя на открытое пространство, Пидж что-то нажимает на своём защитном рукаве, приводя крылья в действие. Кит слышит тихое жужжание, когда девушка отрывается от земли и парит в метре, сохраняя равновесие.      Она упирает руки в бока и насмешливо глядит на сокомандников сверху вниз: – Преклоняйтесь мне, сучки. – Ты же знаешь, что мы все можем летать? – Но не как я, повелитель воздуха!      Широ смотрит на Ханка, но тот отрицательно мотает головой: – Я – земля, нечего мне летать, я лучше здесь постою. – Лэнс? – Неа, я признаю лидерство Пидж в вопросе авиации, – и МакКлейн отводит взгляд, неосознанно сводя ноги вместе и натягивая юбку вниз.      Кит пялится на него слишком очевидно, запоминая это очаровательно смущённое выражение лица парня (он пропускает все смешки, кувырок Пидж в воздухе и слова Широ). – Вперёд, Кит. – А? – Покажи ей! – воинственно поднимает Ханк вверх кулаки. – Постой за нашу честь! – За какую честь?      Пидж уже нарезает круги вокруг Стражников с самым гадким выражением превосходства на маленьком остром личике. – Да, Кит, попробуй, если кишка не тонка.      Долго Когане упрашивать не приходиться, и он зажимает чёрный браслет на внутренней стороне запястья, включая систему. Летать – это довольно просто, достаточно сохранять равновесие, думает он, когда отрывается от земли. Кит делал нечто подобное, когда перелезал по доске на другой дом или когда прыгал через пропасть в шесть этажей. Если неправильно распределить вес, не сгруппироваться в нужный момент – полетишь вниз камнем.      Всё легко: либо летишь, либо превращаешься в лепёшку.      Кит выбирает третье, зависая вниз головой под потолком заброшки. – Лох, – констатирует Пидж, вылетая на открытое пространство. – Твою мать, – Кит пробует принять нормальное положение в воздухе, но, прокрутившись, вновь видит всех Стражников в перевёрнутом виде. – Как это работает? Выровняйте меня кто-нибудь!      Добрый Ханк хватает его за плечо, помогая, и уже через секунду Когане может нормально вздохнуть. Он делает пару пробных движений, чтобы понять принцип работы механизма, и как сказывается каждый его поворот на манёвренности, крутится на месте и, усмехнувшись, отталкивается от бетонного пола, стремительно вылетая к парившей в метрах пяти над землёй Пидж.      Орёт от испуга Холт долго, когда чувствует, как её хватают за ноги. – Ты охренел? – Кто теперь тут повелитель воздуха? – выдаёт победную фразочку Кит.      Внизу Ханк скандирует его имя, Широ подбадривающе кричит "молодец", а Лэнс, стоя позади Такаши, поправляет свои колготки на бедре. Непростительная ошибка – отвлекаться на задницу МакКлейна (даже если она в обтягивающей мини-юбке, даже так, Когане), когда ты в воздухе вместе с Пидж.      Уже в следующее мгновение Кит летит вниз, готовясь стать вариантом номер два, но пущенный Холт "спасательный" ветер сбивает его прямую траекторию, и Кит падает метеором во взрощенный Ханком за секунду куст (что тоже так себе помощь). – Ты как? – подбегают к нему Стражники.      Кит в красках описывает своё состояние парочкой крепких фраз. – Вот теперь точно всё, – категорично заявляет Широ и достаёт кристалл, мгновенно ослепляющий мир лазурным цветом.      Из Кита словно вытягивают всю силу, оставляя беспомощным человечком. Напоследок огненная сфера дарует ему частичку успокаивающего тепла и исчезает в холодном воздухе. – Самая отстойная тренировка за всю мою жизнь, – определяет Лэнс, осматривая свою повседневную одежду. – По-моему, все неплохо прошло, – оптимистично заявляет Ханк, радуясь вернувшейся бандане на голове. – Очешуенно! – улыбается Пидж. – Нам нужно научиться управлять силами и полётами, но, думаю, мы быстро всё наверстаем упорными тренировками, – и Широ прячет кристалл в карман.      Кит выплёвывает кусок листа и громко чихает.      Впервые в жизни он на сто процентов согласен с Лэнсом.