***
— Что же, мистер Бибер, показатели остаются прежними, но не забываем продолжать делать массаж и побольше позитивных эмоций, — сказал доктор. — Улыбнитесь, ну же, улыбайтесь. Не получив улыбки от Джастина, который весь прием сидел с каменным лицом, будто он бесчувственная машина, доктор вздохнул и повернулся ко мне. — Вы приглядываете за мистером Бибером? — спросил он меня. Я кивнула. — Проследите за тем, чтобы Джастин пропил курс этих таблеток, — доктор протянул мне бумажку с названием. — Я не собираюсь ничего пить, — отрезал Джастин. — Как бы вы не хотели, но вы должны. Вы же хотите встать на ноги обратно? — Я лучше сброшусь с моста, чем буду пить всякую хрень. — Мистер Бибер, — более твердым голосом сказал доктор. — Вы должны будете пропить курс этих таблеток. Буквально пять недель. Джастин, закатив глаза, покинул кабинет. — Пожалуйста, мисс, уговорите его пропить курс этих таблеток. — Это антидепрессанты? — Да, — ответил доктор, но, увидев мой взгляд, продолжил. — Понимаете, из-за сильных переживаний и депрессии тело тоже может давать сбой, как в его случае. Эти таблетки не вызывают привыкания и полностью подходят ему. — Он не согласится… — покачала головой я. — Его ноги отказали не от несчастного случая, не от аварии, а просто от его эмоционального фона. — Но… — Мисс, как бы сильно он не отказывался, но ему нужно будет пропить курс. Сделайте всё возможное, чтобы он сделал это, — перебил меня доктор. — Я не уверена, что смогу его заставить начать пить их. Я не пользуюсь у него авторитетом, — вздохнула я, хмыкнув. — Джастин очень закрытый молодой человек, но я уверен, что вы сможете его уговорить. Я посмотрела на скомканную бумажку в своих ладонях, раздумывая о том, как всё-таки уговорить Джастина, но ни один вариант так и не подходил. — Хорошо, до свидания. — До встречи, — бросил доктор и я вышла из кабинета.***
Оставшийся день я просидела в гостиной, грея замерзшие руки у камина. Главная тема моих мыслей сегодня: антидепрессанты. Как уговорить Джастина пропить всего лишь пять недель? Почему он так настойчиво отказывается от их приема? Он разве не понимает, что от этого будет зависеть его полное выздоровление? И тут я вспоминаю, что сегодня не позвонила маме. Встав с дивана, я двигаюсь по коридору в свою комнату, ибо там сейчас лежит мой телефон, поставленный на зарядку. Прохожу мимо комнаты Джастина и слышу музыку. — Ауч! — пищу я, схватившись рукой за ногу, которой больно ударилась об коробку на полу. Откуда она здесь взялась? — Что случилось? — спрашивает ленивым голосом Джастин, выглядывая из своей комнаты. — Я ударилась об коробку. — Нужно смотреть куда идёшь, — фыркает он. — Не нужно ставить её посреди коридора. Джастин закатывает глаза, а я продолжаю свой путь. — Ида, ты мне сейчас поможешь, — достаточно громко говорит Джастин. Я оборачиваюсь на него, но он, увидев, что я оглянулась, захлопнул дверь.***
— И что мне делать? — спрашиваю я у русого, как только тот открывает мне дверь. — Ты поможешь мне перетащить коробки, — отвечает он. Я оглядываю кучу коробок, что стоят в его комнате и прикидываю сколько бы я смогла взять за один раз. — Бери, что поменьше, то сломаешься ещё, — усмехается он. — Не сломаюсь, — ответила ему я, но, решив не рисковать, взяла две небольшие коробки, которые в итоге оказались тяжеловатыми. — Куда нести? — За мной, — сказал Джастин, покинув комнату. Он открыл дверь своей мастерской и мне кажется, что я даже задрожала на долю секунды. Последний раз, когда я тут была, то наше с ним общение сошло на «нет», это мягко говоря. — Ставь их только не друг на друга, — сказал он. В этот раз на мольбертах красовались пейзажи моря и гор, а никакой девушки тут и не видно. Мы покинули его мастерскую и направились обратно в комнату. Я беру опять две коробки, а Джастин берет побольше. Я начинаю прикидывать то, сколько может весить такая большая коробка, но на ум приходит что-то типа: «ты бы не подняла». Так мы делаем пару заходов, пока в конечном итоге не перенесли все коробки. За это короткое время, за которое мы перенесли коробки, я невольно загляделась на руки Джастина. На них сразу же выступали вены и мышцы, как только он поднимал огромного размера и, скорее всего, такого же веса коробку. У него длинные и очень красивые пальцы. Трудно не признать, что мне понравились его руки. — А теперь ты сейчас поможешь мне распаковать их. — Почему ты решил попросить меня о помощи? — с интересом спросила я. — Так быстрее, это во-первых. Ну и во-вторых, должна же ты хоть что-то делать. Я закатываю глаза от его слов, потому что на какой-то момент они мне даже кажутся обидными. Не будь он хамом, я бы влюбилась в него. — Лови, — он бросает мне в руки канцелярский нож и я сразу же принимаюсь разрезать скотч. Внутри коробки оказываются краски. Теперь понятно почему такая на вид маленькая коробка весит как три слона. — Джастин, — тихо говорю я. — Что? — Слушай, я знаю, что это не моё дело, но мне просто жутко интересно, — я прочищаю горло. — Кто эта девушка, что была на картинах в прошлый раз, когда я здесь была? Он останавливается. Его взгляд останавливается на одной из коробок. Чёрт, так и знала, что не следовало бы задавать этот вопрос. — Прости, можешь не отвечать, — я виновато опускаю голову. — Моя девушка, — сразу же за мной говорит он. И теперь пришла моя очередь застывать. — А почему она тогда не приходит к тебе? — спрашиваю я, взглянув на него. — Потому что я ей не нужен, — с долей ненависти в голосе отвечает Джастин. — Но… Она же твоя девушка и… — А кому нужен парень-колясочник? — он смотрит на меня. — Главное ведь не оболочка, а душа, — я смотрю на него в ответ. — Срать она хотела на мою душу, да и вообще всем срать, — выплывает он. — Скорее всего они тебя плохо знают. На эти слова Джастин усмехается. — Просто никому не нужен парень-колясочник. Никому не нужен инвалид. — Не правда. — Да? Ну, так приведи мне пример, — усмехаясь, просит он. — Твой дядя, Кевин, ну и я, — я действительно себя упомянула? — Ты? С чего бы это? Ты меня мало знаешь и тебе должно быть посрать. — Да, я может и мало тебя знаю, но я знаю, что ты просто притворяешься. Ты не такой злой и грубый, каким ты себя показываешь. — С чего ты так решила? Может я именно такой и есть, грубый и злой. — Я может и не так хорошо разбираюсь в людях, но знаю точно, что ты просто запутался сам в себе. На мои слова Джастин реагирует смехом. — Ты забавная, Висконти, — смеясь, говорит Джастин. Я решаю ему ничего не отвечать. Я знаю, что попала в яблочко.