В поисках белого солнца

Следующее мое пробуждение было в комнате. Пространство было мне незнакомым. Серые стены были разодраны так, будто по ним прошлись сначала ногтями, а после добавили гвоздей. Была кровь. Много крови. Возможно, это уже мое помешательство, ведь эти пятна плыли в моей голове. Перед глазами уже не было четкой картины, да и можно ли было назвать ту адски пустую, но ужасно кровавую комнату – картиной? Это эскиз маньяка, что поймал жертву, это мечты насильника, что отрезает от своего раба, от человека, которого поймал, за которым охотился, по кусочку. Это было страшно, ведь мое окружение никогда не представляло маньяков. Скрип двери привел мое помутневшее от обилия красного сознание в состояние, далекое от нормы, но готовое к восприятию реальности. В комнату кто-то зашел, я не видела лиц. Все, что я видела, до сих пор плыло перед взглядом. И даже лицо вошедшего человека. Что со мной? Я почти не слышу его… Лишь отдаленные остатки звуков басистого голоса…. Я будто была под водой, ибо слишком далек был его голос. Я даже себя не слышала. Но, кажется, я закричала. От ужаса, что поглощал разум, или от страха, что принес с собой посетитель… Я не знаю. Все равно я себя не слышала… Меня забрали. Увели в комнату, которая была не менее кровавой. Точнее она выглядела еще хуже предыдущей. По всей комнате валялись различные кусочки тел. Пальцы, ноги, руки, кусочки кожи. Паника охватывала меня все сильнее, она становилась смертельно опасной. Внутри все сворачивалось в клубки и сжималось где-то в районе желудка. Мне казалось, что я чувствую боль каждого, кого здесь так жестоко убили. Разодрали. Люди не лучше обозлившихся на весь мир собак, они убивают, чтобы насытить себя этой кровью, этой плотью. Этими смертями. Сердце выпрыгивало из груди. Картинка перед глазами стала максимально четкой, и я смогла взглянуть на людей, что завели меня в эту комнату. Если быть точной, то их было трое. Двое вели меня, а последний шел сзади и что-то строчил в телефоне. Этой повадкой он внезапно напомнил мне Шерлока. Шерлок…. Он же спасет меня? Он всегда появлялся в самый нужный момент. Но сейчас его нет… Меня приковали к стене. К холодной, грязной, покрытой кровью других людей стене. Мужчина оторвал взгляд от своего телефона, убрал его в карман пиджака и взглянул на меня. После подошел ближе; он стоял почти вплотную ко мне, я чувствовала его горячее дыхание на своей коже. - Здравствуй, малышка, - усмехнулся тот, - Вот и встретились. Грудь больше не болит? Ты уж извини, мой подопечный не умеет обращаться с выданным ему оружием. За такое следует его наказать, не так ли? – он усмехнулся. В комнату ввели того парня, что украл у женщины сумочку. Его посадили на стул, что стоял в центре этого пространства, накрепко привязали руки и ноги. А после выстрелили ему в ногу. Его крик еще долго был в моих ушах. Нескончаемый, полный боли и отчаяния крик. Он понимал, что не уйдет живым…. Ему прострелили вторую ногу, крик вновь резанул по ушам и нервам. А после его отвязали. «Уходи отсюда!» - басистым голосом произнес один из громил, что стрелял из пистолета. И парень попытался уйти. Встав со стула, он тут же упал на пол. И пополз. От него оставался яркий кровавый след, один из многих, что были там. Но громила решила не останавливаться на этом. Он еще пару раз выстрелил ему в ноги, следующие две пули поразили обе руки жертвы. И контрольный в голову, когда убийца насладился болью этого человека. Я кричала. В этот раз я слышала себя. Что здесь вообще происходит? Почему все это происходит со мной? Почему парня убили?! Он… Черт, он едва ли старше меня был. Слезы текли по щекам крупными каплями, орошая кровавый пол. Тело парня не убрали, оно все еще лежало мертвой тушкой на моих глазах. Меня тошнило от всего этого. Я хотела домой, к Шерлоку, Джону, Мире… К Лестрейду, что так небезразлично смотрел на Майкрофта. И к самому Майку, что тоже не был холоден к инспектору. Я хотела увидеть Молли и Мэри. Я хотела туда, где была нужна сильнее всего. Домой. - Итак, малышка, - мужчина повернулся ко мне и злобно усмехнулся, - Что нам с тобой сделать? Такая красавица, - он коснулся моих волос, что уже приобрели легкий багровый оттенок, - Мне жалко тебя убивать. Такая красота имеет право на столь пустую и бессмысленную жизнь. Но, увы и ах, мне стоит переступить себя. Шерлок не придет за тобой, детка. Он мертв. И больше никогда не откроет свои красивые глазки. Как грустно. Джон тоже не заберет тебя. Они с Мэри составили красивую пару. Правда, мертвую. Теперь твоя очередь. На меня наставили пистолет. Я рыдала, слезы лились градом из моих глаз, намочив плохое подобие рубашки на моем теле. Но где-то в подсознании теплилась мысль: «Зато не будешь мучиться». Но, кажется, он передумал. Мужчина убрал пистолет. Один из громил подошел и протянул ему скальпель. Все, Лана. Можешь забыть о быстрой смерти. Будешь ты, как тот парень. Замученной досмерти. Или без каких-нибудь конечностей меня заставят ползти, а потом постреляют в меня, как в мишень. С меня срезали рубашку, оставив тело голым. Скальпель медленно прошелся по моей коже тупой стороной. Я поняла, что начала задыхаться собственными слезами. Казалось, будто кислорода становилось все меньше, это было пыткой не лучше, чем хирургический нож на моей коже. Мужчина надавил лезвием и сделал царапину на моем плече. Это не было больно, но от страха я едва сдержала вскрик. А после еще одна рана. И еще. Спустя 5 минут на плечах не осталось живого места, а боль пробирала до костей. Кровь стекала с меня, затрагивала дрожащую от страха грудь, плоский живот с заживающей раной в боку, подкашивающиеся ноги.. Скальпель резко прошелся по моей ноге, заходя сантиметра на 3 вглубь. Я вскрикнула. Боль проедала меня изнутри, будто демон – человеческую душу. Страх создавал атмосферу, а удушье от слез накаляло обстановку. Пересилив себя, я все же закусила губу, прокусив ее до крови. Это было лучше, чем крик. Это было лучше, чем все. Я хотела, чтобы это закончилось. Мучительная боль не прекращалась. Царапин становилось все больше, а чистой кожи, нетронутой кровью, все меньше.. С каждым новым порезом мне все больше хотелось закричать. Попросить, чтобы все это остановилось. Пусть лучше пристрелят, лишь бы не было больно. Внезапно в комнату привели двух девочек. У одной короткие белоснежные волосы, бледная кожа, темно-красные глаза с легким серым бликом, аккуратный носик, тонкие губки. Она была точной копией меня в детстве. Вторая же была похожа на первую «белоснежку», только цвет кожи, волос и глаз был более живой. Ее темно-каштановые волосы не были густыми, но аккуратно укладывались волнами на плечи. Карие глаза имели небольшую золотую каёмочку вокруг радужки. В остальном – близняшки. Ситуация была мне знакомой. И сейчас я видела ее от лица жертвы. Я думала, что почти забыла эту часть своего прошлого… Знакомый голос появился слишком внезапно. «Лана! Лана, открой глаза! Лана!» - голос шел из ниоткуда. Он шел от стен, от пола и потолка, от каждого, кто был в комнате. Они синхронно открывали рот под эту фразу. «Лана! Лана!» - кричали они. «Лана! Лана!» - слышала я. Лана.. Я резко открыла глаза. Я лежала в своей комнате. Надо мной нависали Джон и Шерлок. Их лица были крайне обеспокоены. В глазах детектива читался страх, который одолевал меня во сне. Сон. Это все было сном? Значит, ничего не было… Я жива и здорова. - Лана! – Джон выдохнул и крепко обнял меня. У меня текли слезы. В груди все сжималось от прошедшего кошмарного сна. Разум все еще не осознавал, что вот она – реальность, а не то, что я понапридумывала. Сейчас я под защитой двух прекрасных людей, один из которых мне очень даже нравится. Мне ничего не угрожает. А если и угрожает, то меня всегда спасут. Никто не даст мне умереть просто так. Никто и никогда… - Что произошло? Ты так кричала, - Джон посмотрел мне в глаза. - Это просто кошмар. Со мной бывает… Это не в первый раз, я уже привыкла… - я тяжело вздохнула, вытирая слезы с глаз. - Не первый? Может, стоит обратиться к специалисту? – во взгляде Ватсона было беспокойство. - Нет смысла, - я пожимаю плечами, - Уже обращалась. Потом месяц меня ничего не тревожит. А после все возвращается. Забудь. Всем снятся кошмары. Я не исключение. Все было сном... Начиная с прогулки с Мирой и Рози и заканчивая той пыткой. Только сейчас я вспоминаю, что поздно легла спать после очередного проекта. И все... Джон еще поспрашивал меня о самочувствии и ушел. Ему пора домой. А Шерлок сел на край кровати и посмотрел мне в глаза. Я отвечала ему спокойным взглядом, пыталась увидеть чувства в глубине его души. Но глаза были чисты, как первый снег, в них не отражалось ни капли эмоций, хотя до этого там было беспокойство. Шерлок сел ближе и крепко обнял меня. «Кажется, так делают в таких случаях…» - тихо проговорил он мне в макушку. Я уткнулась лицом в его плечо и просто расслабилась. С ним мне было легко. Да, я не всегда находила компромисс в наших спорах, я не всегда свожу конфликт на нет, но я веду себя с ним открыто, насколько могу себе позволить. И мне это нравилось. Не многие люди принимают меня с моими бзиками, большинство отворачиваются, бросая меня одну. Шерлок же стал тем незнакомцем, который подал руку помощи в самый нужный момент. Он стал тем, кто дал мне дом, развлечение, жизнь. Он привнес интерес в мои скучные серые будни. Я готова была на все, лишь бы быть с ним рядом. Не обязательно, как девушка. Я готова быть другом. Лишь бы Холмс не прогнал меня, как делали это остальные. - Что произошло тогда? – негромко спросил он. - Я была маленькой, может, лет 14 мне было. Нас с Мирой похитил какой-то маньяк. Я помню, как нас переодели в какие-то вытянутые рубашки, и повели в комнату. Она была вся в крови. Недалеко от входа лежал мертвый человек. У него были прострелены руки и ноги, а так же голова, что его и убило. К стене была прикована женщина, лет 30. Мужчина, стоящий перед ней, издевался над женщиной, нанося ей раны скальпелем. Было страшно. Я почти позабыла про этот момент, но сейчас все возвращается. Мне страшно, ведь того маньяка так и не поймали. Возможно, он до сих пор бродит по улицам этого города. Я не знаю… Этот сон всегда идет от лица той женщины… Шерлок молчал. Я лишь тихо вздохнула и подняла на него взгляд. Лицо Холмса выражало максимальную задумчивость, осталось только, чтобы он лег на кровать, сложив руки в молитвенном жесте. Я слабо улыбнулась, ведь его задело то, о чем я рассказала. Полиция замяла это дело спустя месяц. И не важно, что находили еще жертвы. Органы власти отказывались что-либо делать. «Я люблю тебя, Шерлок Холмс…»