Цена мира

Аллерия беспокойно спала; каких усилий стоило ей заснуть после визита Дориана. Ее мучали кошмары, повторяющие события двухмесячной давности: Корифей, чья мощь была ощутима физически и сводила мышцы, а его лик и сила сковывали дух, заставляя оцепенеть от страха. Как и тогда, Аллерию воодушевляла лишь одна мысль: если она струсит, проявит слабину, то погибнет. А за ней и весь мир. Она выкрикивала заклинания, посох выплевывал молнии, сполохи огня, глыбы льда, но на Корифея они не действовали. Его смех был похож на гром. Аллерия сражалась с Корифеем, но на этот раз не победила и была сожрана архидемоном. Резко подскочив, проснувшись, она огляделась, тяжело дыша. Увидев свои покои, она рухнула обратно и долго немигающим взглядом рассматривала потолок. Не задумывая этого, ее мысли вернулись к сегодняшней ночи. По телу прошлись мурашки, под ложечкой засосало. Перед взором предстало лицо Дориана: гнев, отвращение и обвинение читались на нем как по книге. Его злобный винный шепот нещадно хлестал, саднил. Хоть Аллерия добилась своего, торжества она не ощущала — лишь опустошение и презрение к самой себе даже несмотря на то, что сделано было все ради высшего блага. Теперь она не была уверена, что цель оправдывает средства. Холодная, нетипичная для пылкого Дориана злоба поразила ее, словно яд. Он чувствовал себя использованным, преданным, посему единственным его оружием в противовес Аллерии остались ядовитые, желчные слова — это она прекрасно понимала. Но все же ей было страшно думать, что будет дальше. Наверняка Дориан все так не оставит, обойдясь оскорблениями в постели. Она встала с кровати и, одевшись, села за незаконченные письма. Ей нужно было отвлечься от размышлений, и теперь она обрадовалась работе и ушла в нее с головой.

***

— Миледи Инквизитор! — Жозефина выглядела напряженной. — Весть от Лелианы… Верховной Жрицы Виктории, то есть. Посол отдала Аллерии письмо. Как и прошлая весточка от Лелианы, она нисколько не утешала и лишь угнетала новыми расстройствами. — Так быстро? — брови Тревельян поползли наверх. — Невероятно… — Инквизитор! — Каллен стукнул ладонями по карте. — Нужно что-то делать! — И что вы предлагаете? — обратилась к советникам Аллерия, небрежно кинув письмо на стол. — Инквизицию боятся на всем юге. Орлей и Ферелден уже обсуждают нашу судьбу. Не стоит ожидать, что они оставят нас независимыми. К дискуссии наверняка примкнут Неварра и Вольная Марка… — Лелиа… Верховная Жрица Виктория отстаивает наш суверен. — Но как долго она сможет противостоять Селине и Алистеру? Год, два? А может нам осталась пара месяцев? В ставке командования повисла тишина. — Нам нужны союзники, — голос Аллерии показался слишком громким и жестким. — Те, кто будут отстаивать нашу независимость. — Миледи, но зачем нам независимость? — сказала Жозефина неуверенным тоном. — Корифей повержен, и Инквизиция выполнила свою работу… — Глупо расформировываться сейчас, — возразил Каллен. — У нас остается боеспособная армия, леди Монтилье. Кто знает, что произойдет завтра. Но, так или иначе, Инквизиция будет готова выступить на защиту интересов… — Чьих интересов, командор? — спросила Аллерия. — … всего Тедаса, разумеется. — Я соглашусь с вами. На данный момент слишком глупо и легкомысленно распускать Инквизицию. У нас остается сильная потенциальная угроза с севера — Тевинтер. Корифей, венатори — все ведет именно к Империи. — Корифей — ожившая древность, а венатори вне закона по всему Тедасу, включая Тевинтер! — Такое ощущение, леди посол, что вы защищаете Империю, — сказал Каллен. — Нет, но я и не осуждаю, так как никакой агрессии со стороны архонта не следовало. А венатори — нелегитимная группировка! — Да, но кому известно, что задумал архонт? Кому как не вам знать, леди посол, какие настроения преобладают в Тевинтере. Учитывая вашу крепкую дружбу с Верховной Жрицей, бывшим тайным канцлером. — Миледи! — возмутилась Жозефина. — Неужели вы хотите вторгнуться в Тевинтер?! — Нет, конечно, нет, — покачала головой Аллерия. — Знаете, чем отличается умный человек от мудрого? Умный придумает выход из затрудненной ситуации, а мудрый спрогнозирует и попытается не попасть в нее. Мы должны проявить мудрость и задушить змею в зародыше. Внезапно в ставку командования постучались, и, не дождавшись ответа, внутрь вошел Дориан. Вслед за ним вбежал адъютант. — Миледи Инквизитор, я пытался остановить его, но… — Оставьте нас, — сказала Аллерия, сверля взглядом Дориана. — Я не займу у Инквизитора и советников много времени, — улыбнулся он. — Надеюсь, миледи Тревельян, вы довольны результатом. Вы просто героиня! Самоотверженно спасаете мир! Дарите Тедасу вечную жизнь и привнесете в нее еще одну, новую! Аж слезы на глаза наворачиваются. Но знайте одно — я буду отвратительным отцом. Аллерия ничего не успела сказать, как Дориан поклонился и ушел. Вид у всех был ошарашенный. Адъютант глазел на Инквизитора и ушел лишь после того, как Каллен рявкнул на него. — Миледи?.. — начала Жозефина. — Правильно ли я понял?.. — Если это просочится дальше этой комнаты… — Аллерия не видела смысла увиливать, да и мысли ее были не о том; ярость затуманила разум, и она еле сдерживала желание ринуться вслед за Дорианом и поджарить подлеца. — Ох, конечно, миледи Инквизитор, — закивала Жозефина, избегая взгляда Тревельян. — Командор, будьте добры, проинформируйте нашего адъютанта. Каллен кратко кивнул. — Если вы закончили… — Это все, Инквизитор, — одновременно сказали советники и, поклонившись, вышли. Жозефина, отойдя от двери, прошептала: — Как думаете, что?.. — Не надо, леди Монтилье, — замотал головой Каллен. — Это личное дело Инквизитора, и мы не вправе осуждать ее и вообще поднимать эту тему. Они прибавили шагу прочь, когда из ставки командования послышались крики и грохот.