Счастье в цветах. (Тэхён/Чонгук)
7 января 2018 г., 01:47
Гори, но не сжигай. Гори, чтобы светить.
Видит Бог, от жизни Тэхён хотел только счастья. Либо сама судьба не испытывает к нему теплых чувств, либо Ким просто вынужден платить за свои грехи, совершенные в прошлой жизни. Серые тона — то, с чем люди, населяющие планету, вынуждены идти по жизни. Ходят легенды о том, что когда-то все, что существует, было окрашено в цвета. Никто не понимает, что именно это означает, но увидеть собственными глазами мечтает каждый. Читая очередную книгу о человеке, познавшем счастье в цветах, Тэхён испытывает ничто иное как жуткую зависть, ведь о том, что такое счастье, тоже было мало кому известно. Вроде бы это тепло, разливающееся по венам, возникающее из ниоткуда желание дарить любовь людям, которых ты даже не знаешь, это добро, которое распространяется в воздухе и позволяет дышать свободнее. Когда ты счастлив, ты не знаешь обиды, печали, скорби. Когда ты счастлив, мир раскрашивается во все цвета радуги, которой в реальном мире не существует. Цвета… радуга… Об этих словах ходят легенды, а Тэхён всеми фибрами души мечтает их лицезреть. Все говорят, что для того, чтобы стать счастливым, нужно отыскать половину своего сердца. Причем никто из существующих людей не может сделать это намеренно, две половины воссоединяются по воле случая. Тэхён думает о том, как может выглядеть его половина. Наверное, эта девушка красивее всего на белом свете. Может быть, как только Тэхён столкнется с ней, перед глазами произойдет взрыв и черно-белый мир зальется красками, а все внутри заполнится сказочным счастьем. Но друзья и родные продолжают твердить, что Ким напрасно тратит время на пустые мечты. В его возрасте пора задуматься о том, чего на самом деле он хочет от жизни. Тэхён знает, что именно они имеют в виду. Карьера, семья, стабильность — все эти вещи являются наиболее ценными для динамично развивающегося общества, которое уже давно перестало верить в легенды. Каждый думает о себе, живет для самого себя, старается смотреть на вещи трезвым взглядом и забыть о том, что занимало голову в беззаботном детстве. Может быть, вместе с ним они потеряли последнее, что у них было, — надежду. Стремительно штампующиеся технологические изделия — единственное, что заботит умы современного общества. Модные гаджеты, высококачественные средства передвижения, продвинутая недвижимость — цели, которые в приоритете. Тэхёна тошнит при виде отца, который отдает все деньги ради покупки нового телевизора, который больше старого и круче соседского. При этом ни он, ни мать не справляются со своими детьми, которые растут за пределами дома, там, где им самим нравится. Тэ редко видит свою семью. В течение целого дня он либо тусит в компании Чимина, у которого голова кругом идет после нескончаемых рассказов о счастливых людях, либо рассматривает книги, лежа под деревом в саду у соседского дома, мечтая о том, что когда-нибудь картинки в них изменятся и приобретут цвет. По крайней мере, так должно быть. Тэхён уверен в этом. — Скажи мне, что ты не бросишь меня сегодня в таком скверном состоянии ради свидания с Мин Юнги, — с ноткой угрозы в голосе произносит Тэ, прижимая телефон плечом к уху. — Я страдаю от своего собственного воображения. — Мой дорогой Тэхённи, — Чимин на другом конце связи прочищает горло кашлем, — я бы очень сильно хотел быть рядом с тобой сейчас. Но, понимаешь, рассказы о жизни с каким-то мифическим счастьем не исчезнут без возврата, а желание Мин Юнги посвятить мне весь вечер и всю ночь — весьма тонкая и хрупкая вещь, которой может не стать при одном единственном неверном шаге. — Променял крепкую дружбу на член. Совсем не ожидал от тебя такого, — Тэ отключается и недовольно фыркает, сложив руки на собственной груди. Слева от себя парень слышит скрип несмазанных колес, который кажется достаточно знакомым. Лениво повернув корпус к источнику неприятного звука, Ким на секунду встречается с взглядом Чон Чонгука, парня, который уже много лет живет по соседству. Впервые за всю свою жизнь. Для Тэхёна Чонгук всю сознательную жизнь был кем-то вроде человека-головоломки. Он редко появлялся за пределами дома на своей инвалидной коляске. Лишь временами парень позволял вдохнуть себе уличный воздух, расслабившись на том самом местечке, которое сегодня нагло оккупировал Тэхён. Но больше всего Кима интересует его взгляд, лишенный всяческих намеков на жизнь. Он никогда не фокусируется на людях, с которыми Чонгук общается, не выражает ничего кроме неосмысленной пустоты. Тэхён никогда не решался познакомиться с ним, потому что что-то пугало в Чонгуке и прятало всю уверенность под крепким замком. Сейчас его лицо перекосилось от злости. Чонгук изо всех сил пытается самостоятельно спуститься по лестнице, хотя почему-то это не выглядит как стоящая идея. Тэхёну ничего не остается как подскочить и устремиться к человеку, которому необходима чужая помощь. — Кто это? — вскрикивает Чон, когда пальцы Тэхёна случайным образом проходятся по его плечам и обхватывают ручки коляски. — О, извини, что не представился, я Ким Тэхён. Может быть, ты никогда не обращал на меня внимания, но я живу в доме по соседству… — Ты смеешься надо мной? Чонгук явно ошарашен, а Тэхён не знает, что он вообще должен ответить в такой ситуации. Парень явно сегодня не в духе. — Извини, но я правда растерян, — бормочет Ким, медленно спускаясь вместе с коляской по злотворной лестнице. — Я не могу обратить на тебя свое внимание, потому что я слеп. — Что? Ты не видишь? Тэхен ошарашенно замирает в шаге от поверхности земли. Моментально стыд заставляет щеки гореть ярым пламенем, а язык немеет от отсутствия подходящих слов. — Боже мой, прости, пожалуйста, я не хотел тебя обидеть, просто никогда не встречался со слепыми людьми. Тэхён садится перед Чонгуком на колени, прекрасно осознавая, что он его не увидит, но правила хорошего тона мешают оставаться в стороне. — Ким Тэхён, в каком мире ты живешь? — губы Чонгука изгибаются в наимилейшей улыбке, и Киму становится чуточку уютнее. — В самом что ни на есть скучном, — на выдохе произносит он, опираясь локтями на чужие колени. — Как и я. Раньше передо мной было намного больше, чем ничего. — Что с тобой случилось? Тэ знает, что воспоминания, вытащенные на поверхность, могут быть болезненными, но ничего не может сделать со своей любопытностью. Чонгук едва заметно хмурится, удобнее откидывается на спинку коляски и молчит. Молчит долго. Тэхён начинает чувствовать повисшее в воздухе напряжение. — Наверное, мне не стоило… — Это случилось, когда мне было семь лет, — настойчиво перебивает Чонгук. — Я попал в автокатастрофу, которая лишила меня возможности двигаться и видеть. Думаю, именно тогда вся моя жизнь превратилось в полосу препятствий. Само мое существование приносит не больше проблем, чем осознание, что оно могло бы быть настоящей жизнью. Ты понимаешь? — Да, — почти шепчет Тэ, который потерял остатки приличия и положил голову на колени едва знакомого парня. — Я бы очень сильно хотел, чтобы именно ты стал счастливым. — Счастливым? Что ты имеешь в виду? — Дай мне свою руку. Чонгук с осторожностью протягивает ладонь, и парень моментально ее подхватывает. — Первый — это красный, — говорит Тэхён и загибает один палец. — Красный — цвет нашей крови. Второй — оранжевый, в него окрашивается небо, когда солнце становится не таким теплым и начинает прятаться за горизонт. Желтый — цвет кислого лимона. Зеленый — цвет травы и чьих-то глаз. Голубой — цвет водной глади у песочного берега и неба, не закрытого облаками. Синий — цвет глубокого моря. Фиолетовый самый сложный из всех, его трудно описать, но я знаю, что в него окрашена лаванда, которая пахнет просто волшебно. — Это очень странно, — медленно произносит Чонгук, когда Тэхен сжимает чужие пальцы в кулак и осторожными движениями поглаживает гладкую кожу. — Вовсе нет. Просто я верю, что люди могут становиться счастливыми, увидев все цвета мира. Для того нужно только встретить вторую половинку сердца. — Подобное со мной точно не случится. Я ведь никогда не смогу видеть, — говорит Чонгук с горькой улыбкой на лице, а у Тэхёна от этого сердце сжимается. — Жизнь не может быть настолько несправедливой. — Что собой представляет счастье? Это должность, статус или… — Чувство. Самое прекрасное из всех. — А как же любовь? Разве не она является самым лучшим чувством? — Я думаю, что она лишь часть счастья. — Взрослый мальчик, который по-прежнему верит в сказку, — говорит Чонгук и тем самым рушит только что отстроившийся мир Тэхёна. — Я предполагал, что ты не поймешь. Он отпускает чужую руку и отходит на несколько шагов. Внутри растет злость на самого себя из-за того, что снова доверился и в очередной раз промахнулся с выбором. Может быть, в следующий раз стоит просто промолчать. Затем происходит нечто, что выбивает почву из-под ног. По щекам Чонгука текут слезы, которые он с огромным трудом пытается скрыть за собственными ладонями. — Чонгук? Тэ озадачен и немного напуган. Он вновь подбегает к парню и хватает его за плечи, не зная, что он вообще должен предпринять. — Ты считаешь, что я заслуживаю счастья? Ты правда так считаешь? — срывающимся голосом произносит Чонгук, заставляя сердце Тэхена сжаться. — Я отвратителен, я ни на что не способен. Я потерял веру в себя и остальных и единственный выход, который мне предназначен — смерть. Ты совершенно другой. В тебе есть то, чего нет ни в одном человеке в мире. Вера. — Не говори так. Ты прекрасен. Ты просто не представляешь, насколько ты красив, Чон Чонгук. Тэхён не видел парня в течение двух недель. Он не выглядывал из окон дома, не выходил во двор и не подавал никаких признаков присутствия. В груди нарастало волнение, а сердце тревожно ныло, когда Киму приходилось проходить мимо соседского дома, потому что единственное, чего он жаждал больше всего — вновь услышать мелодичный голос парня на коляске. Только ночью третьей недели Тэхён подрывается от звука ударившегося об оконное стекло камня. — Кого еще нечистая принесла в час ночи? — шепчет он, пока с полузакрытыми глазами пытается нащупать валяющиеся на полу штаны. Подойдя к окну, он видит Чонгука. Этот парень действительно смог попасть в стекло с первого раза? — Ты просто изверг, Чон Чонгук. Нельзя обращаться подобным образом с чужим имуществом. Чонгук не шелохнулся, лишь позволил улыбке озарить скрытое в темноте ночи лицо, когда на его плечи лег мягкий теплый плед, согретый теплом тела Тэхёна. — Давай мы вместе сядем на траву? Я ведь могу посадить тебя у дерева? — Я не уверен, но давай попробуем. Тэхен аккуратно подхватывает чужое тело. Руки дрожат от напряжения и страха уронить самого дорогого человека из всех, что он знает, но все заканчивается благополучно. Они оба с облегчением выдыхают и плечами прижимаются друг к другу. Тэхен вновь оборачивает Чонгука в плед. — Расскажи мне еще о счастье. Какое оно? — шепчет Чонгук после того, как кладет голову на чужое плечо и закрывает глаза. — Всеобъемлющее, — Тэхён мечтательно возводит глаза к небу, которое представляет из себя полотно, покрытое точками. — Я думаю, оно очень теплое и имеет для каждого свой определенный вкус. Например, для меня это теплый вкусный кофе с молоком. А для тебя? — Клубника, — сразу же, без раздумий, отвечает Чонгук. — Отлично, клубника, — Тэхён нащупывает под пледом чужую ладонь и сплетает собственные пальцы с чужими. — Так вот, счастье представляет собой сосредоточение всего самого лучшего, что существует в мире. Будучи счастливым, ты не знаешь горя, у тебя есть все, что удовлетворяет тебя как физически, так и духовно. Счастье нельзя потрогать, его можно почувствовать, но его частички могут материализоваться в вещах, людях, звуках, запах, во всем, что ты любишь и хочешь сделать постоянной частью жизни. — Я хочу тебе кое-что сказать. — Да, Чонгукки? — Мне кажется, я счастлив. Глаза Тэхена распахиваются в удивлении. Он смотрит на Чонгука, который не может перестать улыбаться и только сильнее сжимает чужую руку. — Мне кажется, что я нашел свою половину сердца и теперь чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Но я по-прежнему ничего не вижу. Можно потрогать твое лицо? Так я смогу хоть немного представить, насколько ты красив. Сердце бьется так, будто хочет разорвать грудную клетку. Тэхен не может двигаться, не может говорить, не может дышать, он лишь прикладывает ладонь парня к своей щеке и закрывает глаза, чувствуя, как пальчики скользят по коже, очерчивая скулы, проходясь по носу, обводя разрез глаз, ощупывая брови и больше всего внимания уделяя губам. — Они очень мягкие. Наклонишься чуть ближе? Тэхён не может не сделать этого. Уже через несколько секунд он чувствует тепло чужих губ, и тогда внутри взрываются фейерверки. Становится так хорошо, что конечности начинают жить своей жизнью. Руки обхватывают чужую талию после того, как Тэхён занимает место на коленях парня. Поцелуй становится глубже, Чонгук приоткрывает рот и позволяет языку Тэ установить свои собственные порядки. Ким чувствует проснувшуюся жадность, которая не дает оторваться от чужих губ. Он старается распробовать их, искусать до окровавленного состояния, сделать парню так приятно, как только возможно, потому что Чонгукки заслуживает всего в этом мире. Чон тем временем решается запустить руки под футболку парня, очерчивая ладонями чужую фигуру. Тэхён не знал, что физическая близость может быть приятной до дрожи в коленях и свинца, льющегося по венам и согревающего тело и душу. Он отстраняется для того, чтобы снова взглянуть на лицо Чонгука, парня, который понятия не имеет, насколько он прекрасен, но вместо того, чтобы осыпать Чона комплиментами, Тэхён закрывает рот ладонью, чтобы не закричать. — Тэ? Что-то случилось? Я что-то сделал не так? — Кровь красная. Кровь на твоих губах красная. Он не может успокоить дрожь в голосе и теле, пальцем проводит по губе и смотрит на оставшийся развод не в силах оторвать глаз от того, насколько сильно он отличается от всего, что когда-либо видел Тэхён. — Ты ведь не издеваешься надо мной сейчас? — голос Чонгука звучит напряженно. Тэхён сам не верит собственным глазами, но больше всего боится, что все это лишь игра больного воображения. — Я вижу не только цвет твоей крови, Чонгукки. Я вижу цвет твоих губ и не могу описать это никакими известными мне словами. Они похожи на кровь, но намного нежнее. Такие прекрасные. — Что еще ты видишь? Не молчи, говори. Следующее изменение, бросившееся в глаза, таилось в волосах. — Твои волосы как будто не имеют цвета. Это сложно объяснить. Они выглядят практически так, как обычно, но сейчас я вижу цвет намного четче. Думаю, они черные. Да, так он называется. Черный. Цвет пустоты. Почему ты плачешь? — Я думаю, это все от твоего чертового счастья, — Чонгук прячет глаза в изгибе рукава, и Тэхен чувствует, как к его собственному горлу подступает ком. — В книге написано, что счастливые люди не знают горя, поэтому, я думаю, это хорошие слезы. Господи, Чонгукки, я так хочу, чтобы ты тоже это видел. — Я люблю тебя, — шепчет Чонгук, втягивая парня в самые крепкие объятия, в которых Тэхён хочет утонуть, как в море, цвет которого ему еще предстоит увидеть в недалеком счастливом будущем.
