Любовь во всех ее проявлениях

Питер не знал, что делать. Он впервые чувствовал себя так отвратно. - Диван в гостиной разобран, Вы можете лечь спать, - голос Пятницы напугал его до ужаса. Он не знал, сколько времени уже сидит на кухне, пропитывая слезами собственный костюм в районе колен. Старк ушел, и Питер знал, что он в лаборатории, но соваться туда боялся. Боялся, потому что понял, что трус. Он не понимал, что произошло, ведь в голове все было так…через розовые очки. - Спасибо, Пятница, - но Питер не спешил вставать. На столе стояла открытая бутылка виски. Он потянулся к ней. - Ох, Питер, мистер Старк будет зол, - Питер знал, что Пятница права, но это совершенно ничего не изменило. Он открыл бутылку и, вздохнув, попробовал сделать первый глоток. Питер никогда не пил. Еще бы. Заметь его пьяным, родители бы точно открутили ему все конечности. Но сейчас это было просто необходимо. Питер не раз слышал от одноклассников, как после алкоголя они творили всякие глупости. Но Питер не хотел творить глупостей, его поступок был осознанный, он был в нем уверен, но смелости отчего-то не хватало. - Знаешь, Пятница, это такая гадость, - Питер вздохнул. К Пятнице он привык уже давно, как и она к нему. Иногда его смешило то, что она никак не могла понять, как к нему обращаться. Как-то она за вечер пару раз назвала его мистер Роджерс и мистер Барнс. Он успокоил ее, попросив называть его просто Питером, но от привычки обращаться на «вы» Пятница так и не избавилась. А быть может она была запрограммирована лишь на это. Питер этого не знал, но знал, что она всегда поддержит его беседу, когда Тони чем-то занят. Он знал, что она всегда откроет ему дверь, когда Тони нет. - Не думаю, что Вам стоит это пить. Вам ведь шестнадцать? – Питер сделал уже пару глотков, и горькая жидкость перестала его пугать. Ему казалось, что он выглядит до неприличия вульгарно. В обтягивающем костюме на кухне Энтони Старка. Зайди сейчас к Старку кто-нибудь из Мстителей, то вряд ли Тони смог бы как-то оправдаться. А Питер бы не стал его оправдывать. Питер хотел бы, чтобы все знали – Тони его, а он – Тони. - Я люблю мистера Старка, Пятница, - он усмехнулся. Питер так и не понял, что же хорошего в алкоголе, потому что не знал, как быстро он подействует. По Старку всегда было сложно понять пьян ли он, но сегодня он был явно пьян, раз позволил себе такие фразы по отношению к Питеру. Это его и напугало. Он думал, что все должно быть по-другому. По-другому представлял. - Ох, многие любят мистера Старка, - Пятница была права. - И это мне очень не нравится, - Питер не знал отчего так много болтает. Наверное, он не должен говорить о таком с Пятницей. А, может быть, вообще ни с кем. – Как думаешь, когда я опьянею? - Думаю, Вы уже пьяны, - Питер не верил ей. Он чувствовал себя как обычно, разве что немного расслабленее. - Кажется, ты ошибаешься, - Питер поставил бутылку на пол и только сейчас заметил, что алкоголя в ней осталось лишь на дне. Он схватился за край столешницы и попытался подняться, но ноги оказались ватными, а голова тут же пошла кругом. – А может и не ошибаешься, - Питер явно был удивлен. - Мне позвать мистера Старка? Он поможет вам, - Питер замотал головой в знак протеста. - Нет! Я сам к нему пойду, - он все еще не чувствовал себя смелее, но отчего-то воспринимал все так спокойно, что даже изнасилование сейчас показалось бы ему глупостью. Да и какое к черту изнасилование? Сколько Питер уже мечтает о Тони Старке?

***

Тони был чем-то занят, точнее старательно делал вид. Он заметил Питера сразу, да и как тут не заметить? Питер споткнулся о порожек, выругался, и снова споткнулся. Вместе с ним в лабораторию заплыл и запах алкоголя. - Ууу, решил начать спиваться с шестнадцати? – Тони оторвался от своего «занимательного» занятия и уставился на Питера. В нем все еще бушевала злость на этого мальчишку, но теперь она перекликалась с ненавистью к самому себе и жалостью к Питеру. - Я не мог набраться смелости, - честно выпалил Питер. Это Тони в нем нравилось – всегда ясно, что от него ожидать. - Пришел снова покорять меня? И чем на этот раз? – Питер усмехнулся. - Возможно стриптизом, а возможно минетом, - у Старка загорели уши. - Боже, Питер! – он сделал вывод, что малыш не просто пьян, а пьян в хлам, когда нажав на кнопку, он скинул верх своего костюма и принялся стягивать его вниз. - Музыки нет, - Питер остановился. – Пятница! – его голос резанул Тони по ушам. - Да, Питер? – Пятница тут же отозвалась и Тони только сейчас понял, что не стоило давать ей больше свободы, чем требовалось. Так недолго и до ситуации с Джарвисом. Нет, конечно круто, что у Вижена появится подружка, но черт возьми, какого хрена она слушается этого мальчишку? - Включи мне музыку для стриптиза! – Питера повело чуть в сторону, и он почти упал, но все-таки устоял на ногах. Какого хрена Старк все это до сих пор не прекратил – остается загадкой даже для него. Но музыка тем временем заиграла, а Питер ритмично повел бедрами в сторону, поднимая руки вверх и оголяя подкаченную мальчишескую грудь. Питер был прекрасен – Тони не стал бы с этим спорить, но и думать об этом обычно себе не позволял. Руки Питера соскользнули вниз вместе с костюмом. Он повернулся к Тони задницей, перешагивая через дорогущую вещь, как через самую дешевую тряпку. Тони поморщился. Все-таки рано дарить детям такие дорогие вещи. И тут же ударил себя по лицу. Мать вашу, детям! Ребенок, который танцует перед ним стриптиз! Питер нагнулся вниз и выгнулся в спине похлеще кошки. - Так, все, Пятница, заканчивай это представление, - Тони хлопнул в ладоши, и музыка стихла. - Не понравилось? – Питер смотрел на него с ухмылкой и это лишь еще больше злило Тони. - Иди сюда, - он проговорил это почти сквозь зубы. – Иди сюда, Питер, - парень явно занервничал, но опьяненный мозг не дал ему испугаться. Питер кривой походкой дошел до Старка и чуть не рухнул на него, как тряпичная кукла. - Папочка сердится на меня? – от этого «папочка» у Старка пробежали мурашки. - Совсем обалдел? – Тони схватил его за шею и швырнул на стол. Он ожидал, что сейчас Питер снова запаникует, но вместо этого он лишь усмехнулся. - Да, папочка, - Тони сжал кулаки. - Что за игру ты затеял, малец? – он отошел от него на пару шагов, подбирая с пола костюм. Питер сел на стол, задирая одну ногу, а вторую свешивая вниз. - Ну…ты же сам сказал, что годишься мне в отцы, - и снова усмешка. – Я хочу тебя, папочка, - пальцы Питера скользнули по тонкой ноге и вернулись на шею. - Все, хватит с меня, поиграли, - Тони швыряет костюм на один из столов и вплотную подходит к Питеру. – Еще слово, и я сделаю то, о чем буду жалеть, - Питер лишь пожимает плечами. - Папочка? Этого достаточно? – Питер спускает обе ноги со стола и разводит их в стороны, пропуская Тони ближе. – Ну же, папочка, как мы договаривались, - он шепчет это Тони на ухо, специально касаясь его губами. – То, о чем ты будешь жалеть… - Черт! – Тони срывается. Он пытается оправдать себя, мол никто бы не выдержал. Пытается убедить себя, что не его эта вина вовсе, но именно он первым накрывает губы Питера поцелуем. Питер вцепляется руками в его плечи, совершенно точно оставляя на них следы от ногтей. Тони подхватывает его под ноги, отрывая Питера от столешницы. - Стой, стой, Тони, я хочу здесь, - но Тони его не слышит. - Ты не знаешь, что это такое, - шипит Старк, кусая мочку его уха. – Тебе будет очень больно, - Питер совершенно точно уверен, что Старка это даже радует. Но ему плевать. Старк тащит его на второй этаж. Питер не особо видит куда, но когда его тело швыряют на диван, то соображает, что попали они в гостиную. - Сильно больно? – его голос дрожит, но даже сам себе он не признается, что боится. - Не долго, - Тони стягивает с себя футболку и нависает сверху. Он уже ни о чем не думает. Да и о чем тут думать? Он сдался. Он полный кретин. Но что теперь изменишь? Оставлять все на пол пути он даже не думает. – Ладно, расслабься, я не сделаю тебе больно, Пит, - мальчик под ним сжался, хоть и продолжает строить из себя смельчака. От этого зрелища Тони еще больше чувствует себя мудаком. - Плевать, Тони, мистер Старк, я хочу Вас...тебя, - рука Тони скользнула вниз, и Питер совершенно потерял остатки разума. Было и правда больно. Особенно первые секунды. Он не мог понять, что чувствует. Тупая боль, пронзающая его позвоночник резко сменялась нарастающим возбуждением и обратно. Ему хотелось. Хотелось большего, чем пальцы. Но ему все еще было больно, и он не понимал, когда это прекратится. - Тише, малыш, - Тони шептал всякие глупости и от этого становилось немного легче. Когда боль спала, и Питер наконец-то открыл глаза, пальцы Тони исчезли. – Закинь ноги мне на плечи, - он шептал, наверное, чтобы не пугать Питера еще больше. В его глазах и так было слишком много страха, но он был вперемешку с желанием и от этого, казалось, крышу сносит еще больше. - Боже! – Питер почти запищал, когда Тони толкнулся в первый раз. - Расслабься, - Старк втянул его в поцелуй, чтобы хоть как-то отвлечь, но, почувствовав вкус слез во рту, остановился. – Я могу перестать, - он обещал себе, что не позволит слабости. Обещал сделать то, о чем будет жалеть. Обещал себе, что это будет наказанием для этого безмозглого мальчишки, но смотреть на сжимающегося под собой Питера, на его слезы в уголках глаз – было выше его сил. - Нет! Нет, мистер Старк, пожалуйста! Пожалуйста! – Питер толкнулся вперед и закричал, закусывая зубами свою ладонь. - Дурак, - Тони уткнулся лбом в лоб Питера. Он всегда ненавидел девственников, но это как будто стало его проклятьем. Все, кого он когда-либо любил – неизменно представляли из себя подобных особей. Правда Стив Роджерс его удивил. Хотя, он до сих пор не знает было ли у них что-то с Баки до войны или нет. В любом случае – Тони ненавидел девственников. - Мне не больно, - прошептал Питер спустя пару минут. – Мне не больно, - он снова толкнулся вперед, но на этот раз больно и правда не было. Тони выдохнул. Самое страшное было позади. - Тогда расслабься, мой мальчик, - Тони все еще чувствовал себя полнейшим уродом. Конечно, он не виноват, ведь мальчишка выносил ему мозг добрые полгода. Кто бы на его месте удержался? Но, черт возьми, он сын Стивена Роджерса, и он безумно похож на него даже тем, как щурит глаза, как пытается сделать вид, что ничего не боится. Как старается создать о себе впечатление долбанного героя, но это сложно, когда ты под мужчиной, что вдвое старше тебя. - Я люблю тебя…люблю тебя, - Питер щурится, а из его глаз катятся слезы, и Тони чувствует, что просто должен что-то сказать. Но слова застревают в горле, как только перед глазами возникает силуэт долбанного Роджерса. Долбанного Стива, который какого-то хрена всегда все портит в жизни Тони. Стива, который одиннадцать лет назад назвал мальчика, что сейчас стонет под Тони, своим сыном. - Черт, - Тони кончает, и даже не понимает, как так вышло. Он падает на Питера, понимая, что должен продолжить, но его охватывает паника. – Я не должен был, черт…- Питер мало что понимает, он возбужден до головокружения и ему хватает одного движения рукой по члену, чтобы кончить за Тони. – Боже, - Старк сгребает Питера в охапку, прижимая к себе так сильно, на сколько может. – Прости меня, - он целует его щеки, лоб, губы, нос. – Прости меня, Питер, - целует его подбородок и снова губы. - Тони, - Питер не выглядит несчастным, и это немного успокаивает сердцебиение Старка. – Тони, ты извиняешься не за то, - он почти усмехается, хоть и выходит это как-то глухо. Питер чувствует себя дико уставшим. - А за что должен? – Тони не лучше. Он устал как физически, так и морально. Слишком уж сильно все это давило на него. - За то, что не сделал это раньше, - Питер сам тянется к нему губами, запечатывая поцелуем очередную его попытку извиниться.