Ох уж эти случайные встречи, или случайности не случайны!

Сквозь сон Максим чувствовал на себе чей-то очень внимательный, неспокойный взгляд, а потом начал медленно открывать глаза. Увидел перед собой лицо Андрея и выдал: — Андрей.. Ты здесь.. ты пришёл.. Неужели я в раю? — Макс блаженно улыбнулся. — Только не в мою смену! — немного нервно рассмеялся Андрей. Действительно, при более внимательном рассмотрении на рай это было похоже очень отдалённо: белые стены, много кроватей, на которых тоже лежали люди, боль в руке от капельницы, ломота во всем теле. И Андрей, который держал за руку. — Я в больнице.. — тяжело вздохнул Максим, озвучив своё умозаключение. — Тут ты прав. — Почему? — Не помнишь? — Ну, последнее, что помню: я ебанул 4 таблетки парацетамола и лёг, дальше провал. — Зачем так много? — обеспокоенно спросил врач. — Да я целый день по одной-две херачил, а всё равно боль не проходила. Решил побольше. Андрей нахмурился. Доза была слишком велика для среднестатистического человека, а уж для Максима тем более. — Какова причина? — задал интересующий вопрос брюнет. И тут Максим резко изменился в лице, словно вспомнил о чём-то. — Максим, не закрывайся от меня! Ты же знаешь, что я могу помочь! — взвился Андрей, боясь упустить важную информацию. Парень повернулся и посмотрел на Андрея злющими глазами: — Как? Как ты мне можешь помочь? Чем? Мне мою сестрёнку из детдома забрать не дают. И теперь я не знаю, что мне делать! Блядь, всё, нахуй, было впустую: все мои мучения и унижения не привели ни к каком результату. Всё было зря! — Так, отставить истерику! Прекрати нервничать! Не хватало мне ещё одной твоей остановки сердца! — жёстко осадил его врач. — Чтооо? — Макс неслабо так прихуел, удивлённо уставившись на брюнета. — Да, в машине. Еле откачали, — серьёзно ответил Андрей, сжав пальцами руку парня сильнее. — Это ты, да? Ты меня вытащил? — доверительно спросил Макс. Андрей согласно кивнул, а Макс отвернулся к окну: — Снова ты меня спас. — Я не мог иначе. — Конечно, ты же врач. — Не поэтому. — Я знаю. — Когда меня выпишут? — через некоторое время резко спросил Макс. — Через пару дней. — Я хочу уйти сейчас. — Нет, я категорически против. Тебе нужен уход. — Я всё равно уйду. — Не уйдёшь. — Ты не имеешь право здесь держать меня против моей воли! — только сейчас Макс выдернул ладонь из тёплого объятия руки Андрея. — А знаешь, мне плевать! Вот реально — плевать! Хотя бы раз в жизни поступлю как настоящий эгоист. Я перевезу тебя к себе, мы заберём твою сестру. Пациенты, находившиеся на соседних койках, затаив дыхание, наблюдали за развернувшейся перепалкой. Любая мелодрама просто и рядом не валялась. Какие страсти! Однако ни Андрей, ни уж тем более Макс этого не замечали, слишком увлечённые друг другом и выяснением своих отношений. — Я тебе котёнок, что ли? Заберёт он меня, — Макс хмыкнул. — Как ты меня заебал! — Я же вижу, теперь наконец-то вижу, как ты страдаешь, выдавливая из себя эти мерзкие слова. Ты же сам мучаешься, отталкивая меня. И это ли не самопожертвование с твоей стороны? — Нет. — А вот и да. — Ты мне не нужен. Я и без тебя со всем справлюсь! — Не верю! Ты нагло мне врёшь! — Не вру, — сжав губы в тонкую линию, выпалил Максим. Ну, конечно, конечно же, он врал. Но не мог сказать правду. А правда состояла в том, что он в буквальном смысле подыхал всё это время без брюнета. За всю его жизнь эти несколько дней ему показались самыми сложными. Было одиноко, тоскливо, больно. Но во всём этом был виноват только он, исключительно он один. Ведь Андрей протягивал ему руку помощи, но он, баран упёртый, снова оттолкнул, заставляя себя думать, что делает всё правильно. Но нихуя это не было правильным. По крайней мере, для него самого. А когда ему снова отказали забрать Лизу, это его добило окончательно. Он был готов на стену лезть от безысходности. Потому что не видел больше решений своей проблемы. Сестры ему, похоже, не видать никогда! Ещё эта боль, так не вовремя пронзившая его несчастную головушку, совершенно выбила из колеи, помешав мыслить здраво. И вот под руку так "удачно" попалась пачка парацетамола. Одна, две, ещё две, ещё и ещё. Головная боль начинала сводить с ума. Максим подумал, что мелочиться уже не имеет смысла, потому и проглотил залпом сразу четыре штуки. И забылся. Макс бежал куда-то, сворачивая в паутине коридоров какого-то заброшенного здания то вправо, то влево, пытался звать Андрея, хотел увидеть его, прижать к себе, почувствовать в его сильных объятиях себя в безопасности. И вот перед ним предстал молодой врач, который смотрел на него своими пронзительно голубыми глазами. А в них так и сквозила обида, печаль, боль, разочарование. Видя всё это, Максим уже не мог контролировать себя. Его ноги сами подогнулись, и он упал на колени перед брюнетом. А потом начал шептать о том, чтобы тот простил его, что уже жить не сможет без него, ведь он перевернул его жизнь. Умолял брюнета спасти его Лизку и больше никогда не отпускать, не бросать его. Шептал, что понял, что хочет наслаждаться жизнью рядом с Андреем, а не каждый день выбивать у судьбы ещё один день на бесконечную гонку, которая не давала никакого эффекта. Тогда брюнет, будто сжалившись, подошёл к нему и помог подняться на ноги, а потом.. потом просто обнял. Без лишних слов, просто, по-человечески, а потом поцеловал в макушку, гладя по спине. Было так уютно и тепло. Не хотелось покидать этих объятий. Эти объятия обволакивали, затягивая, словно болото. А потом Андрей отстранил парня от себя и сильно тряхнул. Максим непонимающе посмотрел в голубые глаза, пытаясь отыскать ответ, отчего вдруг такая резкая перемена. А брюнет выглядел очень сосредоточенным и ещё раз потряс парня. Перед очередной проверкой вестибулярного аппарата Максим успел прочитать по губам обрывок фразы "... родной мой! Я же люблю тебя". Затем его снова ощутимо встряхнули. И лёгкие будто обожгло кислородом, словно он со дна того самого болота всплыл на поверхность. Парень судорожно начал дышать, а потом мир погрузился во тьму. Естественно, ничего из своего забытья он не помнил. Но это даже к лучшему. Не так больно. Не нужно вспоминать о том, чего у него никогда не будет. — Андрей Викторович, что за шум? — Раздумья были прерваны вошедшей медсестрой. Они действительно разговаривали на повышенных тонах, не замечая присутствующих в палате. Было не до них, откровенно говоря. — Ничего такого, что могло бы Вас интересовать. Покиньте палату! — Вы мешаете остальным пациентам. Пойдёмте. — Я ещё не закончил. — Пойдёмте, пусть пациенты отдыхают. Андрей пораскинул мозгами и понял, что в этой ситуации не совсем прав. Но ему очень хотелось доказать Максиму, что не за чем так издеваться над собой, над своей душой. — Мы ещё не закончили, — зыркнул Андрей в сторону Макса. Максим вздохнул. Андрей снова его спас, в буквальном смысле вытащил с того света. Он никогда за это не расплатится. А ещё чувства эти путают все карты, мешая рассуждать здраво. Ведь он реально хочет быть с Андреем, однако подвергать того опасности не хочет ещё сильнее. Почему-то Макса не покидало ощущение, что это не конец, а только затишье перед бурей. Хотя, быть может, это только его паранойя. Кто ж знает?! Если уж совсем честно, он уже и не надеялся ещё хотя бы раз увидеть эти голубые глаза вживую. Но вот он снова. Андрей. Его взволнованный взгляд, нахмуренные брови. Да вообще весь он целиком заставлял сердце русоволосого парня загнанно долбиться о рёбра, стремясь вырваться за пределы грудной клетки. По факту получалось так, что чем больше Максим его отталкивал, тем больше Андрей к нему притягивался и чаще вытаскивал из разных передряг. Может, пора уже отпустить себя и стать счастливым? Пора или нет?