Твои, мои, наши демоны

— Стой, стой, стой. Я так не могу, Ковбой. — Боже, снова? Ты заебал уже, Большевик. Весь мозг мне вытрахал за последние три дня, но себя вот трахнуть не даешь, сука. — Прекрати ругаться. Это противно слушать. — Кто бы говорил... Что на этот раз? Что — снова — тревожит твою русскую душеньку? — А если Габи зайдет и увидит? — Она в автомастерской с утра, блять. И обратно не собирается — у нас, вроде как, выходной. По крайней мере, Уэверли клятвенно обещал, что этот день будет наш. — ..Но все же если она зайдет? — Мать твою, Илья, ты уже бесишь. Ходишь по краю и тянешь, тянешь, тянешь. Понять тебя не могу — ты что, хочешь логическое обоснование нашему первому сексу и хорошую отмазку, если кто все это дело спалит? — Может быть, хочу. — Не можешь трахаться без качественного прикрытия, Красный? — Весомого повода. — Весомого повода? Это ты сейчас серьезно, блять? — Абсолютно. — Окей-окей, ухохотаться можно... Ладно, а твой явственный стояк весомым поводом не является? — Соло! — Прям ничуточки? Или, например, то, что ты уже раз десять присунул мне взглядом на вчерашней миссии, едва не пустив ее по пизде? — Соло! — И последнее — чисто для себя: а целоваться, языком до гланд мне доставая, и судорожно шептать, что хочешь меня — тоже не повод? — Соло!!! — Окей, Большевик, я понял. Нужен повод? Будет тебе повод. Нужны отмаза и обоснование? Будут и они. Не сомневайся, я упрямый и сообразительный. Только, черт, надеюсь, ты наконец дашь мне, когда со всей этой дурью будет покончено. А то кончу я — быстро и позорно, потому что ты уже доводишь до белого каления. — Длинная тирада. Ноль смысла. Не впечатлен. — Он еще и стебет, скотина. Ладно-ладно, Большевик, я это припомню. — Не сомневаюсь. — Блять, все, хватит. Убери свои злоебучие руки и слушай сюда! Если Габи зайдет в номер — а она не зайдет, потому что дверь заперта, я сам проверял, и потому что, черт, она пытается нас свести отчаяннее всех в этом ужасном агентстве — скажешь ей, что... что я тут занимаюсь важным делом: развеиваю миф. — Миф? Какой? — Миф о том, что в СССР нет секса. Очень волнующий всех миф. — Но... — Заткнись и иди сюда. Я не обещал тебе, что обоснование будет правдоподобным, так что взятки гладки. — Ебанный Соло. — Пока что еще не ебанный — и, чувствую, до такого состояния не доживу. — Доживешь.