"Пятница, где Паркер?"

      Зубы Питера крепко вгрызаются в чуть смуглую мужскую руку. Тони напрягается, сильнее обнимая мальчика. Тот брыкается, воинственно крича. — Эй! Вколите ему успокоительное! Тони самому не мешало бы принять подобный препарат, дабы прийти в нормальное состояние. Старк отдергивает руку, когда юноша щелкает зубами рядом с ней. Питер становится агрессивнее, замечая шприц в руке подошедшей медсестры. Он кричит что-то про Мэй и боль, царапая руки Тони. Мальчик сильно лягается, не подпуская высокого доктора в белоснежном халате. Тем временем, медсестра медленно приближается, и руки мужчины стискивают еще больше.       Питер слышит чей-то успокаивающий шепот, горячее дыхание обжигает ухо. Это чертовски отвлекает от девушки со шприцем. Юноша сильно вздрагивает, когда чувствует, как игла прокалывает кожу. Он морщится, по щеке скатывается скупая слеза. Пара мгновений и Питер расслабляется в крепких объятьях. Пока доктор, чуть склонившись осматривает ногу, Тони продолжает крепко прижимать к себе юношу. Он едва заметно раскачивается вперед-назад, что-то шепча на ухо. Несмотря на это, взгляд Питера хаотично блуждает по палате. — Я поздравляю Вас. Мужчина в халате искренне улыбается. — Штифт встал хорошо. Я все просканировал, можно уже начинать ходить.       Доктор, закончив осмотр, вновь накрыл юношу одеялом. — Я бы посоветовал Вам психо.. Тони резко перебил его. — Нет! Мы сами с этим справимся.       Сам того не замечая, он притянул подростка еще ближе к себе, хотя кажется - ближе уже невозможно. Доктор поджал губы и кивнул молоденькой медсестре. Та начала собирать вещи. Мужчина в халате взял свою сумку и посмотрел на Тони, все еще прижимающего к себе Питера. — Завтра вечером зайдет Руби, на осмотр. Доктор кивком указал на молодую медсестру. — Она ввела медикамент, завтра он полностью придет в себя. Питеру следует встать на ноги. Расшевелите его. Это всё, что я могу Вам посоветовать.       Тони кивнул, проводя доктора взглядом. Питер опять заснул на его руках. Мужчина зарыл нос в его густые, чуть сальные, но, как и прежде шелковые волосы. Ему нравится сидеть вот так: слушать размеренное дыхание, чувствовать, как медленно бьется сердце, прямо под широкой ладонью, легко касаться цветущих по всему телу синяков, очерчивать линии ключицы. Старк иногда позволяет себе запускать руку под жесткий корсет. Ему даже кажется, что он чувствует под ним осколки рёбер, растягивающих кожу. Сегодня был последний вечер, который можно провести именно так.       Домогаться до мальчика под кучей лекарств. Когда Тони думает об этом, ему становится мерзко. Презрение к себе колотится в груди. Как же это низко и ужасно. Он видит в себе маньяка, вульгарно лапающего беззащитную жертву. Старк кривит лицо, слегка отстраняя Питера от себя. Он слез с кровати, уставившись на расслабленное лицо мальчика. Тонкие, пересохшие губы алеют от крови. Мужчина протянул к ним руку, но сразу же одернул. Это неправильно.       Тони медленно плетётся в свою спальню. В коридорах царит мрак, Пятница уже несколько раз предложила зажечь свет, но мужчина отказался. Ему нравится темнота вокруг. В ней можно все скрыть. Безумная полуулыбка, трясущиеся руки, запеченная кровь, серый цвет лица… Темнота всё укроет. Никто ничего не увидит. Здесь невозможно заметить, что на исхудавшем, смуглом лице, отражается это мерзкое счастье, которым захлебывается Старк. Подросток находится у него уже неделю. Целую чертову неделю. Бог целый Мир успел создать за это время. А что успел Тони? Окончательно влюбиться в Питера, да так сильно, что его потряхивает от ревности, когда доктор прикасается к мальчику. Еще он успел, словно мантру, выучить местоположение шрамов и родимых пятен на шее юноши.       В спальне Тони невыносимо душно. Он поморщился и начал как обычно ругать Пятницу. Выговаривать все мысли в пустоту комнаты, которая беспристрастно отвечает тебе. Не мечта ли это каждого? — Открой окно, бесполезная дура.       Сердито буркнул Тони, стягивая с себя влажную футболку. В следующее мгновение, свежий ветер поцеловал Старка. Тот подходит к окну, полной грудью вдыхая чуть горьковатый воздух. ~ Кажется, был дождь. ~       Быстро пронеслось в его голове. Укус на руке приятно пощипывает. Питер теперь разрушает Тони не только морально, но и физически. Мужчину тянет в сон, веки в мгновение стали тяжелыми, мысли мирно улеглись прямо на холодном полу. Мужчина уже не помнил, как оказался в кровати. Он лишь привычно притянул к себе зеленую толстовку, которая теперь живет в складках его простыней.