На стороне тьмы

       Он прошёл в купе и сел напротив Рона на кожаное сиденье. Протянул худощавую ладонь для рукопожатия.       Тот неуверенно встряхнул её. — Я Гарри Поттер.        Черноволосый, с острыми коленками, заклеенными скотчем круглыми очками в простой металлической оправе, в старых мешковатых джинсах и клетчатой рубашке, Гарри производил весьма спорное впечатление. Хотя, будто Рон выглядел намного лучше. — Рон Уизли. Я уже где-то слышал твоё имя, — мальчик нахмурился. — Мои родители были достаточно известными людьми, — тихо сказал зеленоглазый, устремив взор в длинное скругленное по углам окно. Там уже давно закончился город, поезд мчался сквозь бесчисленные зеленые поля, вдалеке виднелись маггловские фермы и садоводства. Небо постепенно заволакивало облаками, ветер усиливался. Но в «хогвартс-экспрессе» было тепло и уютно. — А, я вспомнил. Их ведь кто-то убил, когда ты был маленьким, — максимально бестактно ляпнул Уизли. — А я выжил, — Гарри явно не нравился этот разговор, портящий всё очарование поездки.        Рон затих, видно понял, что сказал лишнее. Но ему самому была очень интересна это история, о которой, по словам матери, до сих прохаживаются в газетах, потому что никому не известен убийца. Репортёры лишь строят догадки, которые, наверное, как и всегда, далеки от правды. — Ты ведь родился в семье чистокровных волшебников? — Гарри сам продолжил диалог, резко переведя взор прямо на Рона. — Ну, да, — у Уизли по спине прошёл холодок от этих внезапно лихорадочно заблестевших глаз. — И тебе нравится твоя жизнь? — Гарри продолжал буравить взглядом побледневшего юношу.        Рон был сильно удивлён. Зачем ему это? — Ну, вроде всё нормально, — осторожно ответил рыжий. — Почему ты мне врёшь? — Чего?!        Рон вскочил. Да, пацан знаменит, но наглость он терпеть не станет. Возможно, он решил отомстить за ту фразу про родителей? Раз так, не стоит тут оставаться, ему не нужны конфликты в первый же день. Он яростно схватился за ручку чемодана, собираясь выйти.        Но Гарри выкинул руку вперёд, преграждая путь. — Постой, извини, я был слишком резок. Просто…я знаю кое-что о тебе. Мы похожи. У нас обоих было трудное детство, — он явно пытался сгладить предыдущую фразу, но это только ухудшало положение, поэтому Рон, распаляясь, начал язвить. — Откуда? Уж прости, я не так известен как ты. — Мне рассказал один человек. Послушай меня, нам надо познакомиться ближе. Если в будущем наши интересы совпадут, я помогу тебе изменить мир. — Да ты сумасшедший!        Рон выскочил из купе и побрёл по узкому коридору в поисках нормального соседа. А лучше вообще без соседей. Вдогонку ему пронеслось: — Подумай над этим!        Мальчик не выдержал и повернулся. Из купе высовывалась голова Поттера и молча смотрела на него. Рон едва уловимо покачал головой из стороны в сторону и продолжил свой путь.        Вскоре он нашёл себе новое место и провёл там весь остаток пути, вяло отвечая на вопросы попутчиков и любуясь открывающимися из окна видами. Когда поезд остановился, он одним из первых спустился на платформу. Настроение наконец вернулось, и парень очень ждал встречи со школой, профессорами и даже старой распределяющей шляпой, о которой он был наслышан от близнецов. Совсем скоро он узнает, с кем ему предстоит учиться. Хотя, факультеты Рона не особо интересовали, его радовала сама возможность находиться в Хогвартсе.        Юные волшебники преодолели путь до сиящего тысячами огней замка на деревянных лодках под руководством лесничего Хагрида. Когда все первокурсники поднялись по главной каменной лестнице Хогвартса и столпились полукругом у широких парадных дверей банкетного зала, перед ними появилась как всегда строгая и элегантная профессор МакГонагалл и произнесла вступительную речь. Гарри стоял позади Уизли и буквально дышал ему в затылок. Он даже попытался снова завести разговор, но Рон умчался вперёд.        Прошло распределение на факультеты, и оба мальчика попали в Гриффиндор. У Рона еще больше поднялось настроение, особенно, когда он увидел многообразие еды на банкетном столе. Но, заметив взгляд вновь оказавшегося рядом Гарри, он помрачнел. Но тот вскоре отвернулся и начал диалог, очень даже обычный диалог с девочкой с густыми каштановыми волосами.        Рон, увлекшись, внимательно их слушал. Да, та девочка определённо была умной и знала о Хогвартсе намного больше, чем остальные первокурсники. Она увлеченно рассказывала про потолок зала, повторяющий звездное небо, гадала, какими заклинаниями пользовались учителя, чтобы заставить тысячи восковых свечей висеть в воздухе, и интересовалась, когда наконец появится расписание. А Гарри довольно мило с ней беседовал и всячески поддерживал разговор…        Нет, он всё-таки сумасшедший.        После пира Рону наконец довелось увидеть братьев. Перси, теперь уже с аккуратной прической и сверкающим значком на груди, важно командовал первокурсниками, исполняя обязанности старосты, а близнецы всячески подшучивали над ним, запускали мини-фейерверки и тоже пытались раздавать указания, причем весьма успешно. В гостиной Гриффиндора было необычайно шумно. Сокурсники делились впечатлениями о лете, играли в волшебные карты и обменивались какими-то сувенирами, стайки девочек обсуждали последние новости, а часть новичков столпилась возле Невилла Долгопупса, показывающего всем свою жабу Тревора. Понемногу мальчик расслабился и смог впоследствии заснуть в небольшой спальне, рассчитанной на пять человек, отделанной золотисто-красными тонами.        А вот Гарри не спал. Он чувствовал, что провалился и поскорее хотел увидеть Квирелла. Возможно, профессор скажет ему, как поступить дальше. Уизли теперь живет с ним в одной комнате, но избегает даже смотреть в сторону его кровати, очевидно, считая, что у него не всё ладно с головой.        К сожалению, шанс увидеть преподавателя появился только через два дня, на первом в их расписании занятии с ним. Он остался в кабинете защиты от тёмных сил после вводного урока, во время которого Квирелл, заикаясь, объяснял первокурсникам их учебный план на год, не утруждая себя обводить взглядом кабинет и сосредоточившись лишь на своей мирно лежащей в тускло освещенном террариуме зеленовато-желтой игуане, и подождал, когда остальные ученики перестанут задавать вопросы и покинут класс, спеша на травологию. Наконец подошёл к Квиреллу, который тотчас вытащил своего питомца из клетки, и начал рассеянно поглаживать рептилию. Мирно сидящая на руках игуана, не моргая, смотрела на мальчика. Гарри выждал минуту, собираясь с мыслями. — Профессор, у меня ничего не выходит, — он нервно шевелил тонкими пальцами, произнося это. — С Уизли? Не беспокойся, мальчик мой, — Квирелл пытался быть предельно мягким. — На это должно уйти много времени, за день ничего не получится. Ты ему уже всё рассказал? — Не совсем. Но я обозначил свои цели…        Гарри понуро уставился в пол, как провинившийся ребенок. — Ты всё сделал правильно. И, не торопись особо, а то вдруг он расскажет взрослым, а нам с тобой никак нельзя, чтобы кто-то лишний узнал обо всем, верно? — Конечно. — А что насчёт Грейнджер? — профессор всё еще был поглощен игуаной, не замечая эмоций Гарри. — Пока что хорошо. Но мне нужна будет ваша помощь. — Ну разумеется, у меня уже есть кое-какие идеи.