На стороне тьмы

       Грюм смотрел на него своим настоящим глазом. В отличие от второго, направленного куда-то в сторону, он был черным и маленьким. А Гарри оттягивал момент разговора, делая вид, что рассматривает детекторы лжи и различные металлические штуковины непонятного назначения за его спиной. — Поттер, говорите правду. На вас уже использовали это заклинание? — Нет.        Профессор ударил рукой по столу, на котором стояли банки с насекомыми, и наклонился ближе, прямо к его лицу. — Ты врешь, Поттер. Даже взрослому не под силу то, что ты сделал. — Я старался. Я читал про империус. — Гарри пытался выкрутиться. — Хватит. С этого момента, Поттер, я буду внимательно следить за тобой.        Он первым покинул кабинет, оставив Гарри в одиночестве.        Гриффиндорец отправился в столовую, где его уже ждали друзья. Он лихорадочно соображал, и в конце концов решил не сообщать Беллатрисе об этом инциденте. Да и Рону с Гермионой особо ничего не сказал, только отнекивался. Когда он решил поговорить о следующем походе в Визжащую хижину, на стол приземлилась почтовая сова с письмом. У неё было красивое пепельно-чёрное оперение. Почти все новости от пожирателей приходили с её помощью. Гермиона отвязала послание от лапки птицы и быстро проглядела. Несмотря на требовательные движения Гарри, она передала письмо Рону. — Не понял? — Гарри нахмурился. — Мы с Роном должны пойти к Беллатрисе сегодня. — Не проблема, сейчас доем, и пойдём. — Гарри отвлёкся на куриную ножку, не найдя в её словах подвоха. — Прости, тут сказано только про меня и Рона. — Ну, я и так всегда хожу, она просто не дописала. — Беллатриса всегда даёт четкие указания, нам пора, Гарри.        Как по команде, они встали и вышли из большого зала, ничего больше не сказав. А у Гарри совершенно пропал аппетит. Он отправился в гостиную факультета и зарылся в учебники, с большим трудом пытаясь накатать сочинение для Снегга. Хотя, Снегг все равно не поставил бы Гарри нормальную оценку.        Он просидел в кресле около камина, испускающего язычки пламени, ожидая прихода друзей. Они вернулись позже отбоя, удивительно, что их не настиг Филч, ведь единственная имеющаяся у них мантия-невидимка, подаренная Гарри ещё на первом курсе, сейчас лежала в небольшом сундучке под кроватью, защищённом всеми заклинаниями из арсенала мальчика. Рон отправил Гермиону спать, а сам сел рядом с Гарри. — Ты объяснишь мне, что происходит? — Понимаешь, Беллатриса очень опасается того, что нас раскроет Грюм. А он уже о чём-то говорил с тобой, и вряд ли этот разговор закончился хорошо. — Ты рассказал ей? — Гарри вскочил. — Я не мог солгать. Это не мелочь, которой можно пренебречь! — Рон активно жестикулировал, пытаясь смягчить гнев друга. — Да ты заботишься только о своей шкуре, предатель!        Рон предостерегающе вынул палочку. — У нас есть план. И миссис Лэйстрендж рассказала нам всё ещё то дого, как узнала про Грюма. Как думаешь, почему? — он потерял терпение.        Гарри застыл в недоумении. — И почему же? — Лично мне кажется, что ты сливаешь всю информацию Дамблдору. Просто не мог устоять перед его добрыми намерениями. Надо же какой молодец, спас камешек от злого мага! — Ты это серьёзно? Мне кажется, что я зря тебя посвятил во всё. Или ты забыл об этом? — Я верю Беллатрисе. Она знает всё. — Подкаблучник!        Рон уже не слушал. Он побежал в спальню и силой захлопнул за собой дверь. Гарри не хотел его видеть. Вроде бы лучший друг, а так с ним обошёлся. Ещё и непонятные планы пожирателей смерти, угрозы нового профессора. Слишком много на него свалилось за один несчастный день! Да ещё и никак не отвлечься — Квиддича на этот год Гарри был лишён из-за приближающегося турнира Трёх волшебников.       Он выждал ещё минут двадцать, сидя в кресле и смотря на огонь. Потом неспешно поднялся наверх и лёг спать с мыслями о том, что завтра поговорит с Гермионой.

***

       Ребята молча сидели за гриффиндорским столом. Гермиона немного улыбалась и часто смотрела на Гарри, читавшего газету. Точнее, он делал вид, что читает газету, а сам ждал, что расскажет Гермиона насчёт вчерашнего. Рон ел, уткнувшись в свою тарелку, наполненную всякими вкусностями, и ни на кого не смотря. Наконец Гарри не выдержал. — Так что вы вчера делали весь вечер? — Мы? А, так, сходили в библиотеку. — сказала Гермиона. — Ты о чём? Я про Беллатрису и ваш секретный поход для избранных.        Гермиона резко поменялась в лице. Она взглянула на Рона с укором. Тот почему-то залился краской. — Прости, я задумалась. Здесь не самое лучшее место для разговора. А ты Рон, если вчера не сумел рассказать, можешь оставаться здесь. — последнюю часть речи Гермиона произнесла чуть ли не с гневом.        Вдвоём они вышли из большого зала. Рон смотрел им вслед. Нашли пустой кабинет, заставленный коробками и прочим хламом, и Гермиона сразу заперла дверь заклинанием. Гарри уселся на парту и стал ждать рассказа.        Но у Грейнджер совсем другое было на уме. — Прости, Гарри. Это временные меры. — Чего?        Гермиона молниеносно достала палочку. — Петрификус Тоталус!*        Гарри, не успев парировать, рухнул на пол. Он мог лишь с упрёком смотреть на подругу, не в силах пошевелиться. Но та ещё не закончила: — Обливиэйт!*