На стороне тьмы

       Мольба вперемешку со страхом — вот о чем говорил взгляд Крауча. Гарри смотрел прямо. Он хотел видеть смерть, хотел почувствовать, что значит фраза, которую он неизменно видел в каких-то сопливых драматичных романах в доме Дурслей: «свет погас в его глазах». — Авада кедавра!        Зеленая молния и всполох света. Рон вдрогнул от холодного возгласа Гарри, ему вдруг стало так дурно, что пришлось опереться на дерево. Веснушки ещё ярче отразились на бледном лице.        Гермиона молча стояла с расширенными от страха глазами.        Лес замер. Скоро вернется переливчатое пение птиц и стрекот насекомых, всё встанет на свои места, а Крауч…он останется лежать здесь, под корявым деревом, до тех пор, пока незадачливый гость леса не обнаружит его.        Гарри развернулся к ним, насмешливо скривился, увидев их страх. — «Как убить человека», пособие для начинающих, — произнес он. — Теперь возвращайтесь на стадион к болельщикам, а я к Дамблдору.        Они молча трансгрессировали. Рон и Гермиона незаметно влились в толпу — было настолько шумно, что хлопок не заставил никого недуменно повернуться. Все вглядывались в мрачную темень лабиринта. Прошло уже несколько часов. Ещё никто не вернулся.        Директор Дурмстранга стоял неподвижно, мадам Максим безучастно наблюдала за учениками, Дамблдор изредка подходил к Грюму и о чём-то шептался. Сам же профессор постоянно смотрел время на блестящих наручных часах с коричневым ремешком. Стрелки медленно приближались к цифре «2».        И началось. Рядом со входом с громким шумом появился Гарри. Он сразу же упал прямо перед ногами директора. — Гарри! — озабоченно произнес Дамблдор. Все, стоявшие на площадке, ринулись к мальчику. — Он вернулся… ВЕРНУЛСЯ! — завопил Гарри. Его голос был пронизан страхом. Фальшивым страхом, который понимали лишь Гермиона и Рон. Стадион не выдержал. Часть учеников перемахнула через ограду, остальные напирали сзади, вынося ребят вперёд. Раздались крики. Особо впечатлительные уже начали панику и тем самым выводили из себя остальных. — Где остальные участники? ГАРРИ, ТЫ ЗНАЕШЬ, ГДЕ ОСТАЛЬНЫЕ? — директор старался сохранять спокойствие, но приходилось орать, чтобы Гарри понял с первого раза. — Они…они там остались. Флёр и Крам со слизнем, а Седрик…я не знаю, человек в мантии его ударил заклинанием, он потерял сознание… — Какой человек? Ты знаешь его?        Он мотнул головой, стараясь не смотреть в тревожные голубые глаза. — Нет, он резко появился перед нами, а потом кладбище, а там был Хвост, он воскрес… ОН ВОСКРЕС, ПОНИМАЕТЕ?! — идеальное воплощение бредившего человека. Гарри трясло, фразы путались, он повторял их несколько раз, уже раскачиваясь на траве. Одновременно он опускал подробности про Барти-младшего, делая акцент на возвращении Волан-де-Морта. — Тише, Гарри. Все закончилось, ты в безопасности. Профессор Снегг, отведите его в мой кабинет, немедленно! — декан Слизерина, внезапно возникнувший прямо перед ним, послушно вцепился пальцами в плечи Гарри, поднял и потащил в замок, — Аластор, Игорь, направьте учителей в лабиринт. Нужно найти остальных чемпионов.        Те мгновенно выхватили палочки и пустили снопы красных искр. Скоро о произошедшем узнает МакГонагалл и остальные, задачей которых было спасать чемпионов, если они окажутся в смертельной опасности. Хотя нет…она уже с профессором Трюк летит на метлах к площадке, их черные мантии немного задевают лица. За ними сидят Крам и Делакур, оба напуганы, но их взгляд вполне осознан. Они знают только то, что выбыли из состязания. — Минерва! — вскрикнул Альбус. Его взгляд бродил в поисках Седрика, будто тот должен был выскочить из-под чьей-то мантии. — Они отправили сигнал, мы их забрали… — непонимающе произнесла она, приземляясь. — Профессор, немедленно отведите всех учеников в замок. Отправьте всех по гостиным, и чтобы ни один ученик не оказался в коридоре! Мадам Максим, ваших учениц и Дурмстрангцев также лучше отвести в гостиную одного из факультетов.        Каркаров с Грюмом уже исчезли в лабиринте. Мадам Трюк направилась с чемпионами в больничное крыло, Крам явно прихрамывал. Одежда обоих была разодрана, местами на ней была вязкая слизь. Флёр постоянно оборачивалась назад, то ли ища в толпе свою сестру, то ли пытаясь понять, что случилось с Гарри.        Директор взглянул в небо и замер. Кто-то запустил черную метку прямо из лабиринта, совсем недавно. Небо еще только начал освещать череп с высовывающейся змеёй.        Нагнетали обстановку чёрные тучи и задувший с неестественной силой ветер. Начиналась гроза, страшная гроза, где-то наверху уже назревали раскаты грома. Директор вынул палочку и тоже устремился в лабиринт в поисках Седрика.        Ученики нестройной толпой шли к воротам замка. МакГонагалл шагала во главе, не давая ученикам пуститься бегом, старосты курсов всеми силами пытались утихомирить паникёров. Рон и Гермиона мрачно смотрели на первокурсников, которые вплотную прижимались к впереди идущим, как будто боясь отстать.        Тихий вскрик. У одной пуффендуйки упал шарф, но Рон немедленно оттащил её в сторону, прервав попытки нагнуться за ним. Зачем он так сделал? Побоялся, что её задавят в толпе? Какое, черт возьми, ему дело до этой девчонки!        Злясь на себя, он оттолкнул её немного вперёд, та чуть не упала, но продолжила идти, не оборачиваясь.        Гермиона опять направила на него свой фирменный недовольный взгляд. От этого стало ещё хуже. Все вокруг начинали бесить, то кто-то наступал на пятку, то кто-то слишком громко что-то кричал. Путь до замка казался намного длиннее, чем обычно. Захотелось вбежать в какой-нибудь пустой класс и сидеть там до тех пор, пока все не лягут спать.        Вот они уже поднимаються по ступеням, старосты Слизерина сразу же отводят своих в обитель факультета.        Остановились у Гостиной Гриффиндора. Туда отправились Шармбатонцы и, естественно, гриффиндорцы. Гермиона одной из последних прошла сквозь портрет с Полной дамой. Внутри было ужасно тесно и жарко.        Никто не хотел самостоятельно расходиться, поэтому старосты собственноручно начинали выпроваживать людей в спальни. Но удалось избавиться только от двух младших курсов, остальные буквально вцепились в стены гостиной и бархатные кресла.        У одной из девушек сдали нервы. — Ладно, сидите тут тихо! Успокойтесь! Нам всё расскажут, когда придёт время!        Близнецы Уизли попытались разрядить атмосферу парой шуток. Вышло вяло, но все хоть перешли с паники на мрачную молчаливость.        Рон поднялся наверх в спальню мальчиков, Гермиона за ним. Молча уселись на застеленную алую кровать и будто по команде уставились в окно, за которым сверкали росчерки молний.        У каждого в голове были одинаковые мысли. Посвящение в Пожиратели, смерть Крауча, Гарри, исчезающий вместе со Снеггом. — Жжёт? — тихо спросил Рон. — Уже почти прошло, — с этими словами Гермиона почесала левое предплечье. — Знаешь…я не уверен, что справлюсь. Я боюсь убивать, у меня до сих пор стоит стеклянный взор Крауча перед глазами. — Иногда приходиться делать страшные вещи, но это необходимо для достижения нашей цели — всеобщего блага, — задумчиво произнесла Гермиона. В этот момент она наоборот была понимающей. Ни намёка на укор, ей самой было не по себе от произошедшего. Но она, в отличие от Уизли, была уверена в необходимости этого убийства.        Тот только кивнул. — Не забудь, обратного пути нет. Пожиратели должны знать, что мы не подведём их. Темный Лорд не должен сомневаться в ком-то из нас. Теперь, если мы сделаем что-то не так, нам конец.        С этими словами она поднялась и вышла из комнаты, оставив Рона наедине со своими мыслями.