На стороне тьмы

       Летние дни тянулись мучительно долго. Родственники, как и предполагал Гарри, при его приезде сразу же спрятали все вещи, связывающие его с миром магии. Единственное, что парню удалось отвоевать — свою сову, которая печально ухала в запертой клетке целыми днями. Лишь изредка Гарри выпускал её по ночам. Волшебную палочку он успел умыкнуть в последний момент.        На использование магии ему так и не дали зелёный свет, что сильно раздражало. Он до сих пор был для родственников изгоем и посмешищем, а для Дадли — мальчиком для битья. Регулярно поддерживать связь удавалось только с Гермионой, сова семейства Уизли уже не выдерживала долгих перелётов. От Пожирателей не было ни слуху не духу, чёрная метка не давала о себе знать. Приходилось скрашивать унылые будни прогулками по городу и чтением «Ежедневного Пророка». Газеты приходили ему каждое утро с почтовыми совами, и из-за них не раз Гарри терпел скандалы от дяди Вернона. Чтобы не шуметь, парень привык вставать в шесть утра и встречать почту у раскрытого нараспашку окна, чтобы совы не наделали лишнего шума.        В «Пророке» Гарри изо всех сил отыскивал происшествия, которые могли быть связаны с дествиями приспешников Тёмного лорда, но в очередной раз статьи пестрили заголовками «Убийца Бартемиуса Крауча до сих пор не найден», «Дамблдор уже не такой, как раньше» и многочисленными нововведениями министра магии Корнелиуса Фаджа.        Действия нового правительства порядком его веселили. Фадж изо всех сил отрицал возвращение Волан-де-Морта, всячески пытался уничтожить репутацию директора Хогвартса и ограничить его влияние, а самого Гарри всячески поливали грязью не только в «Ежедневном Пророке», но и в других газетёнках, о которых Гермиона упоминала в своих письмах. Впрочем, на них Поттеру было наплевать, будь он хоть «Мальчиком-который-выжил-из-ума», эти люди даже не подозревают, что скоро именно он решит, кому из них жить, а кто мешает становлению Нового мира.        Сегодня Гарри направился на обыкновенно пустующую площадку. Он планировал просидеть там минут десять для того чтобы увидеть, как Дадли отправляется на прогулку в компании таких же толстых верзил, как он. Хотя, теперь Дадли не выглядел таким уж жирным, но это только благодаря занятиям боксом, на которые его, несмотря на сопротивления Петуньи, отправил дядя.        К собственной досаде, ему приходилось подстраивать собственное расписание дня под решения кузена. Ему нельзя было появляться дома после него, иначе парень рисковал оставаться без ужина. Конечно, он и так это часто проделывал и ему неизменно доставалось от тётки, но сегодня ему даже поообедать не удалось из-за чертовых клумб и стрижки газона.        Оставалось надеяться, что компания не направляется к дому Дадли, тогда о прогулке придется забыть.        Ему повезло, ребята отправились куда-то на велосипедах, значит их долго не будет.        Резко вскочив из скрипящих качель, парень отправился на остановку. Раз уж у него полно времени, можно и побаловать себя. Благо, его скромных пожитков хватало, чтобы доехать на автобусе прямо до «Дырявого котла».        В неприметном внешне кабаке столпилась куча народу. Воняло табаком, повсюду раздавались громкие крики жарких споров. Сновали неприятные личности вроде егерей, постоянно просивших хозяина Тома выпивку. В углу примостилось странное существо, которое Гарри не рискнул бы назвать человеком.        Надев капюшон своей серой толстовки, он незаметно проскользнул через гудящую толпу. Постучал по кирпичам, открывая путь в Косой переулок. Там людей стало значительно меньше. Может из-за позднего времени, а может из-за того, что некоторые всё-таки поверили Дамблдору и теперь решили лишний раз не рисковать. Ему же лучше, не придётся ждать большую очередь у входа в Гринготтс, где он наконец сможет пополнить свой бюджет.        Там его ждёт оставленное родителями наследство. Он давно исследовал хранилище вдоль и поперёк в поисках чего-то, что могло рассказать ему о родителях. Но там не было ничего, кроме денег, поэтому Гарри довольствовался упоминаниям о роковом дне из рассказа Хагрида и словам, иногда появлявшимся в газетах.        Набрав всего понемногу, Гарри заскочил в кафе за едой, на случай, если он всё-таки опоздает. Наевшись и забрав с собой булочек про запас, он зашёл в книжный, где взял несколько учебников на следующий год, чтобы было что почитать в неволе. Главное их незаметно пронести в свою комнату, чтобы Дурсли не заметили. Поэтому он и должен прийти раньше Дадли, тогда, когда они смотрят вечерние передачи в гостиной.        Далее его выбор пал на магазин перьев и пергамента, из-за нехватки которого он не мог писать Гермионе длинных писем. Запихав вещи в пакет, он развернулся и резко впечатался в Драко Малфоя. — Куда прёшь, Поттер? — глаза слизеринца недобро сверкнули. — С дороги, придурок, — в тон ему ответил Гарри.        Малфой не отреагировал. Очевидно, он тоже бродил здесь в поисках нужного для Хогвартса, и ему это порядком надоело. Решил потягаться с ним? Отлично, Поттер давно не разминался.        Гарри дернулся за палочкой, но ему на плечо легла тяжёлая рука. — Рано ещё тебе заклинаниями разбрасываться, парень.        Скрипнув зубами, он убрал руку от кармана.        Перед ним предстал высокий человек с длинными волосами, дорогой костюм и трость выделяли его высокое положение в обществе. По ухмылке Драко Гарри понял, что это его отец. Взгляд чужака был острым, изучающим, высокомерным.        В голове крутилась пара достойных ответов, но Гарри вывернул плечо от цепких пальцев и молча ушёл, провожаемый двумя самодовольными взглядами. Досадно, но не хотелось навлекать на себя лишних бед.        Побродив ещё немного в зоомагазине и лавке для квиддича, он взглянул на огромные часы посреди улицы. Пора было возвращаться. Встреча с Малфоями не могла сильно уменьшить его сегодняшний успех. Этим летом ему всего два раза удавалось вырваться в Волшебный мир, так что день был определённо одним из лучших.        Автобус прикатил обратно к Тисовой улице. Гарри поторопился к дому, краем глаза замечая одинокого Дадли на велике вдалеке, видимо его друзья уже ушли. Толстяк не должен увидеть его раньше времени, иначе непременно захочет устроить гонку на выживание, дабы увидеть, как Гарри потом получает от тётки. Поэтому парень переходит на бег и огибает площадку с качелями.        Уличные фонари разом гаснут, печально мигнув напоследок. Гарри на полном ходу влетает в ближайший фонарный столб. Где-то вдалеке он слышит одинокий крик перепуганного Дадли.        Парень на четвереньках шарит руками в темноте, отыскивая слетевшие очки. Одно стеклышко оказываеться расколотым посередине, но глаза, адаптировавшись к темноте, начинают различать тёмную фигуру, идущую, вернее, плывущую прямо на него.        Гарри стремительно вскакивает, вытаскивая волшебную палочку и наставляя её на незнакомца. Он уже понимает, кто перед ним, Беллатриса часто рассказывала ужасающие истории об этих существах. Вот только они не выходят за пределы Азкабана. — Уходи! — орёт он. — Пошёл прочь!        Но дементор уже на расстоянии метра. Он медленно снимает капюшон, открывая…нет, это определенно не может быть лицом. — Экспекто патронум!        Вырывается светлое облачко и зависает между ними. Какое-то мгновение существо находиться в замешательстве.        Господи, почему он не тренировался как следует в этом заклинании…        Поттер повторяет попытку, одновременно замечая, как Дадли, подошедший на голос, в шоке бросает велосипед на асфальт. — Экспекто патронум!        И снова лишь облачко.        Если бы он был не один, Гарри бы давно валялся на дороге без чувств. Но пока есть время, он хватает Дадли, вкладывая ему в руки свои драгоценные пожитки из Косого переулка, и рвётся к дому.        Дементор продолжает преследование, но они уже на лужайке. — Экспекто патронум! — Гарри бросает заклинание, не оборачиваясь, и забегает за Дадли в прихожую, захлопнув дверь. — Вруби чертов свет! — орёт он на кузена, держа ручку обеими руками.        Через секунду лампа освещает коридор. Парень с лязгом закрывает все возможные замки. Слышится цокот каблуков Петуньи. Дадли всё это время пялится на Гарри, прислонившись к стене.        Поттер вырывает свои вещи и несётся вверх по лестнице, надеясь, что успеет до того момента, как перед ним предстанет разгневанное лицо дяди Вернона.       Вырывает половицу, открывая свой небольшой тайник. Спрятав всё, садится на кровать и обхватывает голову руками.        Что это, чёрт возьми, было?        Он уже слышит тяжёлые шаги, и тихо стонет, вспоминая, что не заперся. Дядя разъяренно распахивает дверь.  — Что ты с ним сделал? — вопит он, подлетая к племяннику и хватая его за волосы. — Это не я! — Гарри молотит руками, пытаясь освободиться. — Ах ты урод!        Отмахнувшись от кулаков, парень подлетает к окну и выставляет руки вперёд. — Хватит! На нас напали! — Кто…кто, чёрт побери? — Вернон опешил от такого заявления. — Я не знаю, как объяснить. Это существо не из мира магглов. — Да что ты несёшь? Марш вниз!        Все вернулись в гостиную. Дадли сидел в обнимку с шелковой подушкой на диване, Петунья встревоженно всматривалась в окно.        Дядя плюхнулся в старое кресло. — Дадли, что случилось? — спросил он совсем другим голосом.        Но тот взглядом попросил поддержки Гарри. — Это был дементор. Это такое существо, питающееся счастливыми воспоминаниями и так далее. Он пытался меня поц…высосать душу, короче. — Петунья, вызывай психиатра, — дядя покрутил пальцем у виска. — Это правда! — внезапно подал голос брат. — Он...оно было в чёрном балахоне, и вдруг стало так грустно, будто из меня всё выкачали… — И где теперь этот ваш дементоид? — Понятия не имею, — ответил Гарри. — Либо он уже возвращается в Азкабан, либо сейчас сюда трансгрессируют люди из министерства. — ТЫ ЧТО ИМ ЗВОНИЛ? — снова закипел дядя. — Я просто использовал заклинание… — Все ясно, он наслал на него порчу! — сделал мгновенный вывод дядя. Жилка на его виске вздулась. — Нет, я вызвал Патронуса, и это единственное, что помогло нам выжить! В министерстве контролируют магию несовершеннолетних, они придут и докажут, что я не навредил вашему сыночку! — заорал Гарри, которому уже не терпелось впиться в горло Вернону.        Подтверждением стал стук в дверь. Дадли метнулся за спину матери. — Я сам! — Гарри подбежал к двери, вытащив палочку.        На пороге стоял Дамблдор.