Эмилия Мария Старк

Старк всегда боялся стать копией своего отца. Когда мама Эмилии, Эстер Джонсон, пришла к нему и поставила перед фактом, что беременна, он рассмеялся и просто отмахнулся от нее. Ему было всего двадцать пять лет, парня не интересовали какие-то обязанности перед кем-то, но тут появилась какая-то «девушка-однушка» с ребёнком в животе. Он не пришёл в себя после смерти родителей, а судьба злодейка пихнула ему новые испытания. Тони не верил ни единому слову. Он упирался, кричал, что видел это женщину в первый раз, хотя прекрасно её помнил в своей постели. Пеппер пыталась уладить конфликт между двумя людьми словно решала проблему двух государств. Старк делал все, чтобы избавиться от мыслей о последствиях своей ошибки. Когда скандал был урегулирован на уровне прессы, Эстер потребовала от Старка полную ответственность перед их будущим ребёнком, дело касалось даже не денег, которые брюнет был готов выплачивать девушке. Тони был немного в шоке от подобных поворотов судьбы, женщина требовала, чтобы ребёнок жил с ним. Брюнет был в некотором оцепенении. Разве матери не хотят, чтобы их чудо не отлипало от них до самой смерти? Эстер Джонсон не хотела ребёнка. Тони Старк не хотел ребёнка. Черт возьми, никто не хотел нового человечка в своей жизни, но также никто не зарекался об его избавлении. Пеппер думала, что это будет первая мысль Тони, но он молчал. Девушка обратилась к Эстер, надеясь понять её мотивы, но и она решила сыграть с ней в молчанку. Учитывая, как в это время переживала сама Пеппер, ей невольно казалось, что это ее собственный ребёнок. Так прошли все девять месяцев. Ни одна из сторон не собиралась давать слабины. Так прошли и все шестнадцать лет жизни Эмилии. Родители «жили» войной, поэтому за сторону отца отвечала приятная блондинка, которая мгновенно приглянулась маленькой Эмилии. Малышка жила с матерью, но отец, делая одолжение невыносимой помощнице, брал ее к себе. Было также решено объявить миру о наследнице Эдварда Старка, но закрыть к ней любой доступ. Все хранилось под грифом «секретно», отчего у журналистов каждый раз чесались руки. Тони сам не заметил, как начинал беситься от вопросов, которые затрагивали его дочь. Он незаметно для всех, порой даже для себя, переводил тему на свою бурную жизнь. Ему не нравилось, когда появлялась очередная статья с упоминанием его Эмилии. Пеппер контролировала абсолютно все. Девушка знала, чем жила маленькая Старк: что любила кушать, как одеваться, кто нравился и почему она начала пропускать школу. Тогда блондинка и забила в тревожный колокол. Вся проблема крылась в отношениях матери и дочери, точнее, в их отсутствии. — Ещё одного ребёнка в дом берёшь? Как ты собираешься о ней заботиться, если не можешь провести вечер без своих игрушек и выпивки? — недовольно пробубнил Роуди, наблюдая за тем, как Тони вливал в себя остатки виски. Пеппер ходила по длинному холлу гостиной, договариваясь с Хэппи о приезде девочки. — Две бабы в доме, — безразлично бросил Старк, наливая очередную порцию, — нет, я не понимаю, что происходит. Эта женщина должна была следить за девочкой до её совершеннолетия, дальше я бы отправил её учиться куда-нибудь за границу. Где нынче модно? Швейцария? Ни у кого не было бы проблем, но надо же было тебе, Поттс, влезть в это. — У этой девочки есть имя, Тони. И она — твоя родная дочь. — Родная, — повторил брюнет, — нет в этой жизни ничего родного. — Мне нужно вернуться к твоим делам на фирме. Эмилия приедет ближе к вечеру, поэтому, прошу тебя, приведи себя в порядок. Не пугай подростка своими выходками, она не привыкла к твоим гуляньям и буянству. Тони поднял на блондинку безразличный взгляд вперемешку с маленьким раздражением. Поттс умудрилась отменить его свидание, обломать все вечерние планы, а теперь ходила вокруг него с довольной улыбкой. Брюнету это тоже не нравилось. Ему ничего не оставалось, как дождаться Эмилию дома, а после отправиться в лабораторию. Поморщив нос, Тони прикрыл глаза. Кто вообще дал ей такое странное имя? Хэппи привез бедную девочку ближе к девяти часам вечера. Все это время брюнет просидел на диване в гостиной. Тони обдумывал, как же вести себя с этим ребенком. Да, он периодически видел ее, даже умудрялся найти общий язык. Но тогда она была мелкой козявкой, которую можно было бы заткнуть куском мороженого. Теперь же как ее задобрить? — Мистер Старк, я привез Ваше сокровище, — весело завопил Хэппи, буквально влетая в дом. Но Тони не двинулся с места, он продолжал смотреть в одну точку. Хэппи же продолжал что-то говорить, все шло к черту до того момента, пока шатенка невысокого роста в обнимку с подушкой не вошла в помещение. Мужчина задержал дыхание, когда она подняла на него свои большие карие глаза, где-то в груди защемило от такого расслабленного, сонного лица девочки. Видимо она спала всю дорогу. «Большие выразительные карие глаза — отличительная черта всех Старков» — как-то заявила Пеппер. — Привет, — протянул Старк, неловко вставая с места. Алкоголь все ещё циркулировал по всему телу, отчего хотелось просто лечь где-нибудь и уснуть. Девочка стояла на месте и молчала. Она окончательно пришла в себя после сна и впилась глазами в отца. Эмилии всегда тяжело давались встречи с папой, она чувствовала себя чужой. — Здравствуй, — пробормотала шатенка, не решаясь перешагнуть ступеньку, что вела ее прямо к отцу. Она вообще не собиралась приезжать к нему. У неё была своя жизнь, друзья, знакомые, школа и безразличная мать, которая позволяла ей делать абсолютно всё. Но откуда-то появилась Пеппер, которую она на самом деле воспринимала положительно, и сломала этот мир. Блондинка просто явилась в школу, потом домой, а на следующий день уже за ручку привела Эмилию в дом отца. Шатенка была возмущена ровно настолько, насколько был возмущён Тони. Но они оба предпочли этого не показывать. — Пеппер не смогла сама тебя встретить, она всегда так занята, — несуразно рассмеялся Хэппи, — но она передала, что твои комнаты полностью готовы. Тони предложил выделить для своей дочурки комнату побольше, но Пеппер решила оставить решение за тобой, поэтому готовы сразу две комнаты. Ещё я утром привёз твоё любимое мороженое! Пришлось объездить несколько магазинов, но для Эмилии Старк можно даст хоть звезду с неба! Эмилия прикрыла глаза, скинув с себя рюкзак. Тони перевёл взгляд на своего охранника, откладывая стакан с выпивкой. Хоган говорил слишком громко и много лишнего. Это раздражало обоих Старков. — Хэппи, иди ты знаешь куда? — огрызнулся Старк. Ему не нравилось присутствие посторонних в доме, когда там находилась его дочь. Ему вообще не нравилось, когда кто-то начинал о ней заботиться. Кроме её матери и его самого. — Спасибо большое, Хэппи, — перебила девочка, слабо улыбнувшись. На большее Эмилию бы просто не хватило: длительная истерика и споры с матерью, затем быстрые сборы, потом самолёт, а сейчас вот это. Она не спала почти трое суток. Шатенке хотелось оказаться в кровати и больше никого никогда не видеть. Слезы невольно рвались наружу. — Если ты не против, папа, я пойду спать. Дорога была слишком долгой и изнурительной. На днях ей стукнуло шестнадцать. Именно стукнуло, а сегодня она поняла насколько сильно хотела сбежать ото всех. Пусть никто из её окружения не знал, кто её отец, но факт оставался фактом, — она дочь богатейшего промышленника с репутацией плейбоя. Это всегда заставляло работать над собой с удвоенной силой. Эмилия пыталась подстроиться под определенный мир отца, слушала советы людей, которые якобы чего-то добились, но в итоге приобрела больше блоков, рамок. Когда Хэппи покинул дом, мужчина облегченно выдохнул. Но это облегчение длилось меньше секунды, ведь на него внимательно смотрели большие карие глаза. — Я…твоя мама…точнее Пеппер настояла, чтобы ты жила два года до своего совершеннолетия здесь. Если хочешь, можешь остаться в своей спальне или переехать в новую. Тебе же нужно больше пространства, да? Пеппер говорила, что ты любишь бывать на природе, тебя никто не ограничивает, только, пожалуйста, сообщай об этом Хэппи. Тебя не должна нигде поймать тупая журналистка, — выпалил Старк, сам не понимая, что несёт. Ему просто не нравилось, когда его дочь стояла в центре дома и не сводила с него взгляда. Тони Старку в принципе ничего не нравилось. Он никогда не оправдывался, а сейчас хотелось замолить свои грехи перед дочерью. — А ты хотел, чтобы я приехала? — безразлично спросила шатенка, пока странное чувство тревоги разливалось по телу. Где-то она уже видела это все, слышала эти слова, ощущала этот запах дорогого виски. — Эмилия, тебе больше не шестнадцать лет, чтобы я с тобой церемонился! Если посчитала правильным приехать, значит, будет так, — выпалил Тони, проходя мимо дочери в жилую часть комплекса Мстителей. Девушка резко глубоко вздохнула, отчего закружилась голова. Она не помнила, как оказалась на базе. Позади неё стоял Хэппи с легким намеком на седину в волосах, а отец шёл по широкому коридору, игнорируя включающийся перед ним свет. Ей больше не шестнадцать, ей двадцать пять. И она больше не девочка, для которой будет готова комната в родительском доме. — Почему ты решил продать башню? — поинтересовалась девушка, вовремя взяв себя в руки, и поспешила за отцом. Старк лишь махнул рукой. Ему было самому неприятно говорить об этом: положение финансовых дел компании не позволяли таких затрат. Он мог спокойно все хранить на новой базе, где больше места, а не в центре Манхэттена, где каждый мог наведаться к нему. — Бесполезная трата ресурсов, — в своей фирменной непринужденной манере ответил Старк, заворачивая в сторону зала. — Или же их резкий недостаток? — тихо рассмеялась Эмилия, закатив глаза. В главном зале сидел Роуди, пролистывая какой-то тематический журнал. Его не особо привлекло появление лучшего друга, хотя им было о чем поговорить, пока Роджерс собирался на похороны Картер. Однако стук каблуков заинтересовал, поскольку ни Наташа, ни Ванда не надевали столь неудобную обувь как туфли. Мужчина бросил мимолётный взгляд на вход и вернулся к статье о новых технологичных автомобилях. Он был бы рад вникнуть в замысловатые технологии, но его сознание чертыхнулось. Воитель замер, будто боясь быть обнаруженным на поле битвы. Он не понимал, причудилась ли ему фигура дочери Старка. Роудс видел девушку в последний раз лет шесть назад, когда она явилась разъярённая к отцу после блокировки передвижения по другим странам. Наконец оторвавшись от журнала, мужчина посмотрел сначала на удрученного друга, затем девушку, которая наблюдала за его реакция. Фирменная старковская улыбка не покидала лицо Эмилии, пока Воитель не отложил от себя журнал. Она была рада видеть человека, который поддерживал все её безумно на протяжении трёх лет жизни с отцом. Роуди стал её главным компаньоном, на которого можно было положиться и вследствие не получить от Старка. — Миру следовало лишь сойти с ума, чтобы Эмилия Старк вернулась домой, — хмыкнул мужчина, поднимаясь с места, — я даже не представляю, что могло заставить тебя ещё приехать в Нью-Йорк. Но не успела Эмилия что-то ответить, как недалёко послышались ещё несколько голосов. Шатенка повернула голову на отца, как бы спрашивая, сколько ещё здесь супергероев?