Желание дойти до конца

Парень постепенно приходит к выводу, что поделившись с Лидией рассказом Дерека, он может убить двух зайцев одновременно: с одной стороны, девушка сможет помочь развеять неловкость между ним и альфой, а с другой – их отношения сдвинутся с мертвой точки, а то и перейдут на новый уровень. Дай Бог. Это лишь предположение, но Стайлз в отчаянном положении, так что хватается за соломинку. Сын шерифа намеренно уходит от прямого ответа по телефону, когда подруга спрашивает, что происходит (он прекрасно знает, что это распалит ее интерес как ничто другое). - Думаю, мне стоит подъехать к вам,- предлагает Лидия, но Стайлз выдерживает паузу, во время которой победно подбрасывает в воздух кулак пару раз.- Ты нагло врешь, чтобы привлечь мое внимание. - Я даже не в обиде,- отвечает парень.- Просто горжусь твоей проницательностью, благодаря которой сама обо всем догадалась. Приходи, будь добра, чтобы я мог поплакаться на тему, какой загадкой мироздания для меня стал гребаный Дерек Хейл. - С этого нужно начинать,- журит его мисс Мартин.- Мгновенно подогревает интерес. Честное слово, Стайлз! Я считала, что хорошо тебя выдрессировала! - У меня создалось впечатление, что ты на дух его не переносишь,- защищается товарищ.- Решил заманить тебя чем-то другим. - Возможность послушать, как ты сплетничаешь и жалуешься на кого-то кроме Скотта – сама по себе интрига,- настаивает Лидия.- Иисусе! Бабуля, сколько раз повторять: педаль газа – длинная и узкая! - Все в толк не возьму: почему меня удивляют твои навыки экстремального вождения? - как бы между прочим бросает ей Стилински, прислушиваясь к реву двигателя в момент, когда девушка резко разворачивается, чтобы проучить своего обидчика.- При твоем-то имидже Снежной королевы, ты вполне можешь перебить нас всех в порыве гнева. - Быть серийным убийцей уже не так весело,- ворчит подруга.- Мы собственными глазами это видели. - Напротив,- возражает Стайлз.- Было бы забавно, ведь альтернатива у нас одна – массовый психоз, а это любому из нас не к лицу. Они по-дружески препираются, пока мисс Мартин подрезает еще двух водителей, проезжает на желтый (сменившийся красным задолго до ее появления) и совершенно серьезно интересуется, поможет ли ей избежать штрафа за превышение скорости то, что сын шерифа считает ее своей любимой девушкой. - Я угнал тюремный транспорт, приковал внутри твоего бойфренда, если ты запамятовала, - напоминает Стайлз, сбегая по ступенькам, чтобы открыть дверь.- Так что шансы избежать наказания я уже использовал. Буквально. - Ладно,- чопорно дуется подруга, запечатлевая легкий поцелуй на его щеке, прежде чем спрятать в карман телефон и впорхнуть в дом мимо парня.- Значит, остается рассчитывать на свою красоту и очарование, когда нужно будет выкручиваться. - Надо будет выпросить для тебя БАП – карточку*,- сухо произносит сын шерифа, поднимаясь следом за ней по лестнице.- Но интуиция подсказывает, что тебе нравится бросать офицерам вызов. - К тому же,- шаловливо улыбаясь, наклоняется к нему Лидия,- твоему папе пришлось нанять нескольких молодых и симпатичных патрульных после той истории с Мэттом Дэлером. Сразу после Академии и невероятно выглядят в своей новенькой униформе. - Ты неисправима,- цедит сквозь зубы Стилински, а девушка хихикает, словно это комплимент. - За это ты меня и любишь,- заявляет рыжая. Она права.- Итак, поведай же о своих проблемах с королем чудовищ*. Стайлз живо представляет себе картинку: мини-версия Дерека (пока самого младшего ребенка в семье, потому что сестренка еще не родилась) сидит на краю дивана рядом маленькой Лорой, а женщина постарше склоняется над ними, чтобы показать картинки в книге, которую читает. И да, парень практически готов руку дать на отсечение, что до пожара, лишившего Хейла всяческой человечности, он просто обожал «Там, где живут чудовища». У Стилински горят легкие, словно он сделал вдох, но кислорода оказалось мало и он хватается руками за пустоту, а Лидия взирает на друга так, будто готова строить собственные предположения, если он не удосужится открыть рот. Стряхнув с себя весьма реалистичное наваждения (в виде четырехлетнего Дерека в большом не по размеру костюме Макса на Хэллоуин, божечки) и заставляет себя сесть у ее ног на полу. - Ты же знаешь, что он приходит сюда по средам и мы с ним готовим собственный волчий вариант «Вечерних Новостей Бикон Хиллс». Девушка кивает, хоть ее товарищ уверен, что никогда не произносил этого в ее присутствии, а это значит лишь одно: все его знакомые – те еще шпионы. - Обычно, мы на скорую руку обмениваемся последними известиями, чтобы приподнятая на входе фрамуга, падая, не успела отдавить хвост нашему волчьему Бэтмену, так сказать, пока тот протирает попой мой подоконник,- объясняет сын шерифа, в полной мере оценивший выражение «Лопнул, хлопнул – вот и все!» (с) за короткий период их с Хейлом общения. - Но один из вас изменил существующее положение вещей и возникла неловкость, да? - Он попросил совета. Надулся для начала, посоветовался, а потом рассказал о своей семье, перечислил, что собирается делать сам и обсудил мои предложения. Лидс, это было жутко странно, потому что я без понятия, как мы до этого докатились. Лидия смотрит на друга со смесью веселья и раздражения, а Стайлз позволяет на миг разыграться своему воображению (словно девушку позабавила его болтовня, кажущаяся мисс Мартин милой, а на нервы действует слишком частое упоминание кого угодно, но не ее самой; Дерек же не пытается завоевать его внимание, честное слово). - Наверное, очень одиноко жить с мыслью, что все близкие либо мертвы, либо добровольно оставили его,- изрекает подруга тихо. - А единственного оставшегося в живых родственника он пытался убить,- добавляет Стилински, потому что смириться с мыслью, что некогда любимый дядюшка сошел с ума, прикончил уцелевшую при пожаре племянницу, заставил поджечь себя и разорвать глотку, но, тем не менее, воскрес – это вам не прогулка в парке. Лидия кивает, одним простым движением пресекая дальнейшее желание поддавать слишком подробному анализу глупейшую ситуацию, которое проносится, как вода по канализационным трубам, заставляя парня хмуриться при виде кресла, ранее занятого Хейлом. Подруга права, как всегда. Зря он занимается самокопанием, потратив громадное количество энергии на поиск причин, заставивших Хейла разоткровенничаться именно с ним. Как будто у Дерека был большой выбор собеседников! Прекрасно. Замечательно! Только чувства вины ему не хватало! - Ты когда-нибудь задумывался, на какой факультет Хогвартса тебя бы определили? - Если верить сайту «Pottermore*», я гожусь для Когтеврана*,- напоминает сын шерифа. Они тогда радовались, как дети, запуску веб-сайта, но тем более сокрушительным было разочарование от многочисленных несоответствий в его работе. - Бьюсь об заклад на пончик, что на тебе шляпа зависнет в растерянности, потому что в наличии – качества для всех четырех факультетов,- возражает Лидия. Стайлз, до сих пор сидевший опираясь на стол, с запрокинутой назад головой, вертит ею из стороны в сторону, а затем приподнимает бровь.- Ты опрометчиво храбрый мальчик, бегающий с волками, невероятно преданный дорогим тебе людям, поразительно умный и любознательный, но не без хитринки. Я много раз пыталась угадать твой факультет, но безуспешно. - А я мечтал о Слизерине, когда был младше,- сознается парень, потому что это правда. – Меня всегда бесили заявления диванных экспертов из Сети вроде «если ты в Слизерине, то однозначно станешь Пожирателем смерти». Я жутко хотел, чтобы Джоан Роулинг написала историю о представителе этого факультета, вмешивающемся в последнюю секунду и спасающем положение либо помогающем Гарри – да о чем угодно, лишь бы появилось доказательство, что далеко не все в Слизерине злые! - Об этом и речь,- самодовольно отвечает девушка. - Я понятия не имел, что ты о таком задумываешься. - Разумеется. Я имею в виду, что ты всегда видишь лучшее в людях. Смотришь на недавно обращенного оборотня, но для тебя он все еще ближайший друг; слышишь крики подруги, сходящей с ума, но она по-прежнему красавица в твоих глазах. Тебя интересуют прежде всего сами люди, а не то, что они скрывают. Даже такому брутальному типу как Хейл нужен человек, который смотрел бы на него и не замечал маленького перепуганного мальчика, безуспешно притворяющегося грозным альфой, независимо от того, осознает он это или нет. Ладно, это… Стайлз даже не знает, с чего начать. Как минимум, описание Дерека скрупулезно точное, черты характера очень верно подмечены, а предоставленный подругой анализ почему-то греет душу, оседая горячим шаром где-то под ребрами. Парень тут же меняет тему – в этом он мастак. Он проводит остаток вечера, гадая, что Лидия видит, когда смотрит на него.

***

В следующую среду обмен новостями не настолько схематичный, как обычно. Иногда Дерек задерживается чуть дольше, и они обсуждают не только голые факты. Мужчина признается, что сам тоже искал следы пропавших бет, делится историями о поведении дяди, которые они со Стилински тут же разбирают на молекулы, а так же размышляют, удалось ли Джерарду выжить и если да, то где он скрывается.

***

Появление Хейла на подоконнике прерывает бесцельное блуждание по Интернету. Парень наблюдает, как оборотень балансирует там несколько секунд, прежде чем ввалиться внутрь. Оказавшись в комнате, мужчина неловко растягивается во весь рост на полу, прислонившись затылком и лопатками к стене, а до Стайлза вдруг доходит, что сегодня точно не среда. И, понятное дело, бурые пятна на зеленой футболке – от крови. Парень видит сквозь ткань несколько поверхностных ранений, а сама вещь разодрана когтями, следы от которых на коже почему-то не затягиваются так быстро, как ожидалось. - Божечки! – шипит сын шерифа, отталкиваясь от стола и приземляясь на колени рядом с Дереком.- Какого черта? - Нашел альф,- задыхаясь, сообщает Хейл, пытаясь (безуспешно) оттолкнуться пятками от ковра, чтобы приподняться выше.- Или, правильнее было бы сказать, один из них нашел меня. Приказал прекратить поиски Эрики и Бойда. Оставил мне памятку. - И ты так сильно веришь в обмен информацией, что вместо того, чтобы отправиться домой (или ну, не знаю… к доктору?), пришел ко мне? – подначивает Стилински. Он чувствует необходимость заняться чем угодно, например – снять с гостя футболку и промыть его многочисленные раны или отвести его вниз и отправить в больницу или к Дитону. - К тебе было ближе,- хмуро защищается Хейл. Стайлз замирает на месте, потому что на миг ему кажется, что на самом деле оборотень имел в виду «у тебя безопаснее». Разумеется, этого быть не может. Мужчина дал четко понять, что не доверяет сыну шерифа от слова «совершенно», тем более нет ни одной логичной причины чувствовать себя в безопасности у парня дома больше, чем в собственном логове. - Ага, как скажешь. Тебе повезло, что в резиденции Стилински имеется отлично укомплектованная аптечка. Дерек закатывает глаза и бормочет нечто подозрительно напоминающее «даже представить трудно почему», на что парень одаривает его злобным взглядом на полпути к двери. Он набирает СМС Скотту по пути в ванную: «Прекратить поиски НЕМЕДЛЕННО, оба из дома ни ногой, пока я не скажу», а захватив большой пластиковый ящик, который Мелисса МакКолл лично помогает ему собирать, добавляет «На Д. напали альфы, требуют не искать, не то пожалеем». Вернувшись в спальню, Стайлз обнаруживает оборотня полуголого и привязанного к его кровати. Голова безвольно лежит на матраце, словно поддерживать ее – непосильная задача. - Ты мне всю постель кровью зальешь,- ноет Стилински, потому что альтернатива этому только паника, а психовать в присутствии Хейла ему пока не хочется. Оборотень открывает затуманенные глаза, но взгляд далеко не так страшен, как бывало раньше, словно ему не достает сил, однако парень все равно испуган. - Да, да, конечно,- бубнит Стайлз, хоть в данный момент он скорее похож на сердитого котенка, чем на смертельно опасного хищника.- И как у тебя только получается угрожать вырвать мне глотку зубами, не открывая при этом рта? - Годы практики,- бросает Дерек, заставляя парня залиться смехом, пока тот опускается на колени рядом с кроватью и открывает аптечку. - Пожалуйста, скажи, что ты хоть раз съездил ему по морде когтями,- бормочет Стилински, изучая раны на теле вервольфа. Большинство из них выглядит довольно безобидно, практически поверхностно, но четыре глубокие борозды пересекают торс от правого плеча, словно кто-то вогнал пятерню и протащил когти по телу. Честно говоря, он не знает, что с ними делать и срабатывает ли волшебная регенерация, если обе стороны конфликта – альфы, поэтому начинает с незначительных повреждений, с которыми в состоянии справиться. Дерек рычит, когда смоченная антисептиком ватка касается царапин, а сын шерифа передразнивает его в ответ. - Не будь ребенком! – отталкивая руку вервольфа от своей и снова прижимая ватку к борозде, возмущается он.- Если ваше хваленное исцеление не распространяется на раны от альфы, то кто сказал, что оно сработает на инфекциях, которые занес тебе в организм противник? - Я не понимаю, как функционирует твой мозг,- жалуется Хейл сквозь зубы. Пусть у Стайлза нет особого опыта в оказании первой помощи, но честное слово, если в чувака стреляли сто раз и он не умер от болевого шока, то вытерпеть жжение от антисептика может без проблем. - И я намерен пользоваться данным преимуществом так долго, как только смогу, - парирует сын шерифа.- Чувак, если не прекратишь ерзать, я тебя оседлаю, что будет катастрофически неудобно для обоих. Так что ради сохранения моего достоинства, сиди ровно. Дерек в который раз рычит, словно даже мысль о тактильном контакте с подростком, длящемся дольше положенного, причиняет ему физические страдания, но умудряется занять напряженную позу, позволяющую ему сохранять спокойствие и не дергаться. Стилински максимально быстро обрабатывает практически все раны, поэтому не без гордости наблюдает, как самые крупные из них становятся не такими уж длинными и глубокими (скорее затягиваются поверхностные ранения, а более серьезные просто перестают выглядеть настолько опасными для жизни), благодаря его стараниям (пусть и не заживают в мгновение ока, но прогресс на лицо). Он все равно накладывает на них длинные ватно-марлевые повязки (смысл было угробить столько времени на первичную доврачебную помощь, если оборотень вздумает щеголять открытыми ранами и занесет в них какую-то заразу, так пусть уж потерпит, пока не образуются рубцы). - Сядь ровнее,- просит парнишка, потянув мужчину за руку чуть выше ран. Гримаса Хейла заставляет его почувствовать себя неуютно (ибо Стайлз не выносит страдания других). Мгновенно становится ясно, что напрягая мышцы пресса в попытке приподняться, вервольф дает чрезмерную нагрузку на едва затянувшиеся полосы, пересекающие его живот. Это продлевает агонию обоих еще на добрых десять секунд, а потом сын шерифа позволяет себе выдохнуть. - Не убей меня за это, пожалуйста, - умоляет он, перебираясь через бедра на левый бок ликана, подальше от рваных ран на плече. Оборотень молчит, а медбрат-самоучка просовывает одну ногу между своим пациентом и кроватью, садясь к нему вполоборота и поддерживая его рукой под левой ключицей, но избегая касаться правой. – Серьезно. Пожалуйста, не надо. Дерек не произносит ни звука, тяжело сползая вниз и перенося вес на подростка, отчего лицо постепенно расслабляется. Получив возможность рассмотреть спину гостя как следует, парень приходит к выводу, что нападающий схватил оборотня за плечо и когтистой лапой рванул в сторону, разворачивая и пытаясь повалить на землю. Он невольно кривится, сопереживая Хейлу. - Вы все такие нелепые, - бубнит под нос Стилински, словно размышляет вслух и пытается отвлечься от шипения, испускаемого пострадавшим всякий раз, когда ватка предельно осторожно касается царапин.- Честное слово. Не обходитесь без ненужной агрессии и физической расправы и дня. Я понимаю: волчьи инстинкты и все такое. Но неужто никто не додумался применить оборотничью дипломатию? Устроить деловую встречу на уровне вожаков и первых заместителей, если это необходимо? - Так функционируют настоящие стаи,- цедит сквозь зубы ликан.- Могу побиться об заклад, что моя уже не считается «нормальной», тем более, что и заместителя давно нет. - Ну, на крайний случай, можно привлечь меня,- дразнит его Стайлз, ибо, если судить по звукам, издаваемы альфой, тот готов избегать подобного развития событий, как чумы. - Ты – в стае Скотта,- возражает оборотень. - Я – сам по себе. Простой смертный,- парирует подросток.- Ваш кодекс лояльности на меня не распространяется. Могу выбрать стаю на свой вкус в любую минуту. - С чего ты взял? - После того, как Айзек начал танцевать танго втроем, ты пеной у рта исходишь при слове «преданность», но обо мне даже не заикнулся. - Танго втроем,- хмыкает Дерек, качая головой, от чего его плечи содрогаются, вынуждая оборотня схватиться за то, что подворачивается под руку и сжать кулак. Стилински безуспешно пытается притворяться, что не замечает, как пальцы гостя впиваются в его бедро. - Ввались ты в комнату МакКолла через окно весь в крови, как думаешь, стал бы мой бро без лишних вопросов выручать тебя? – настаивает парень. Тишина красноречивее тысячи слов. Стайлз не произносит ни звука, продолжая клеить пластырем квадратики перевязочного материала поверх царапин от когтей настолько крепко, насколько может, лишь бы не доставлять дополнительного дискомфорта пострадавшему. Будь Дерек человеком, он бы настоял на обращении в больницу (как минимум – наложить швы на четыре борозды от когтей на плече), но парень слишком хорошо знает своего гостя: тот ни за какие коврижки не согласится. Вместо предложений поискать врача, он выбирается из-за оборотня, бросая потерянный взгляд на испачканные кровью простыни и собирает остатки бинтов и антисептик в аптечку. Когда сын шерифа возвращается из ванной с вымытыми руками, водрузив ящик на место, то обнаруживает, что его посетитель не сдвинулся ни на шаг. Ликан прислонился боком к кровати, немного согнувшись, насколько позволяют повреждения, но от парня не укрывается то, насколько истощенным выглядит Хейл в данный момент. - Если собираешься ночевать здесь, мог бы уже по-людски забраться на матрац, - ворчит Стайлз, легонько толкая ногой обутую в кроссовок ступню Дерека.- У меня шея болит от одного твоего вида. - Я не… - А надо бы!- настаивает парнишка.- У тебя вид побитого щеночка. Честное слово. Как персонаж той отвратительной рекламы с Сарой Маклахлан*. На тебя смотреть больно. Кроме того, а есть ли у тебя настоящая кровать хоть где-то? Я не говорю о паре одеял, а о нормальном пружинном матраце и крыше над головой. Хейл пялится в ответ, но хоть его взгляд и способен нагнать страху, он намного слабее обычного, что лишь укрепляет желание подростка настоять на своем. - Серьезно,- говорит он.- Папа ушел в ночную минут за двадцать до твоего появления и не вернется до утра, так что случайно тебя не застукает. А мы с Лидией и Дэнни договорились, что я их через полчаса заберу и мы поедем развлекаться часов до двух. Перестань упрямиться. В твоем распоряжении остается весь дом. Просто переберись уже в кровать. Гость приподнимается ровно настолько, чтобы перенести свой вес на матрац и на ходу разувается, наступая на задники, забираясь на кровать во весь рост. Убедившись, что Хейл не собирается протестовать, Стилински находит в шкафу футболку, от которой не несет кровью, антисептиком или потом. - Ты начинаешь пахнуть как эти двое, - замечает альфа тихо, пока парень натягивает чистую одежду через голову и останавливается, дожидаясь уточнения: - Как Лидия и Дэнни. - Странно,- изрекает подросток.- Я их не так часто видел и не раз мылся с последней встречи. - Не в том смысле,- бормочет Хейл, внимательно наблюдая, как парень натягивает носки. Стайлз не может решить, странно это или нет.- Когда много времени проводишь с людьми, ваши запахи смешиваются. Ты всегда пах собой, Скоттом и отцом, даже если вы не находились рядом двадцать четыре часа в сутки. - То есть, Скотт до сих пор пахнет Эллисон, хоть они расстались, но раньше проводили слишком много времени вдвоем? - В основном - да. - Тем не менее, это странно,- решительно кивает парень, засовывая ноги в классические кеды «Converse» и распихивая по карманам бумажник и телефон.- И одновременно немного круто. Ты тут справишься без меня? Обезболивающее на тебя не подействует ведь, да? Дерек лаконично качает головой, что парень воспринимает как ответ на второй вопрос. - Ладно,- сдается сын шерифа.- Только давай без фокусов: никаких побегов, едва за мной закроется дверь. Тебе не мешало бы хорошенько выспаться. Хоть несколько часов. - Проваливай, Стайлз,- рычит Хейл, но голос у него сонный и его глушит подушка, прижатая к лицу. - Сладких снов, Хмуроволк,- бросает через плечо подросток, закатывая глаза. В уголке рта оборотня зарождается улыбка, исчезающая в тени его челюсти. Стайлз просто не может отвести глаз от этого зрелища. У нее нет ничего общего с сардонической ухмылкой, к которой привык Стилински. Это не соблазнительный изгиб губ, который приходилось видеть ранее. Мягкая, едва заметная, но на сто процентов искренняя улыбочка, от которой перехватывает дыхание. Парень надеется, что оборотень не заметил, как его сердце пропустило удар. О, Господи. Он серьезно влип.       Твое видение затуманено волком. Он на кухне, охраняет твой сон. Он сожрет твоих малышей, а ты сделаешь удивленный вид.