Желание дойти до конца

Очнувшись после третьего подряд сна, в котором Дерек протирает его тушкой стену/«Камаро»/опрокидывает на матрац, Стайлз берется за обстоятельный поиск информации, прилагая максимум усилий, потому что он ботаник глубоко в душе (начиная с вполне приличных сайтов с ЛГБТ – тематикой и заканчивая порнушкой в сети и чрезмерно детальным описанием сексуальных отношений в фанфиках на «Архиве» - даже слишком, учитывая, что половина авторов – девчушки-школьницы, чье творчество похоже на своеобразную пошаговую инструкцию к гейскому сексу, а гиперактивный мозг парня и его больное воображение подкидывают диаграммы и откровенные иллюстрации). И, поскольку он так помешан на скрупулезности, Стилински обращается за советом к Дэнни. Это один из тех вечеров, когда ничего особенного не происходит, а Лидия требует посмотреть с ней фильм Кэти Перри*, а произведенная Стайлзом переоценка испытываемых к подруге чувств не освобождает от роли подкаблучника, да и Дэнни не нашел себе занятия получше (читай: искал предлог посмотреть его сам), так что они усаживаются у телевизора. Позже Махилани предлагает подбросить товарища до дома и тот хватается за возможность пообщаться без лишних ушей. Это вовсе не значит, что начать подобный разговор будет легко. Стилински вертит телефон в ладонях, размазывает пятна по экрану, дважды едва не роняет его, пока Дэнни не тянется в его сторону и хлопает по рукам. - Да говори наконец! – командует гаваец. Стайлз не произносит ничего вроде «ты сам напросился», потому что у этой детской подколки борода до колена. - Мы ведь друзья, правда? - осторожно интересуется он, уходя от прямого ответа. Вопрос довольно злободневный, если честно. - Разумеется, мы друзья, идиот! Ну, разве что тебе снова взбредет в голову спросить, находят ли тебя геи привлекательным. - Возможно,- парирует Стилински.- А что если меня интересует мнение не всех геев во Вселенной, а одного такого вполне конкретного и не совсем голубого товарища? Дэнни молча обдумывает его тираду несколько секунд, но сын шерифа подозревает, что парень скорее делает это из уважения к снизошедшему на него прозрению, чем от неожиданности подобного признания. - Откровенно говоря, Дерек подозрительно много внимания уделяет своим волосам,- изрекает Махилани.- Я понимаю, что стереотипы никого до добра не доводили, а в мужской эпиляции и метросексуальности ничего постыдного нет, но на меня он совершенно не производит впечатления… Стилински давится воздухом. - Кто говорит о Хейле? – пищит он таким отчаянным фальцетом, что с потрохами выдает себя, подтверждая самые смелые предположения друга. - А то я не видел, как ты начинаешь ерзать и трындеть, словно идиот в присутствии человека, который тебе нравится! – фыркает Дэнни с водительского сидения, посылая товарищу всезнающую улыбку.- Потому и уверен, что это не человек из нашей обычной тусовки. К тому же, я много раз наблюдал, как к тебе клеились парни и девчонки на каждой вечеринке, а ты этого даже не замечал. При этом, многие были не менее привлекательны, чем Лидия, следовательно твоя зазноба должна быть как минимум моделью. Стайлз позволяет себе попсиховать еще пару минут, внушая мысль, что Дэнни всегда был чертовски наблюдательным парнем, а Дерек, при всех его волчьих способностях анализировать чужие химические сигналы, совершенно ничего не смыслит в человеческих эмоциях. Махилани же проводит с ним очень много времени в последние несколько недель и его суждения вполне логичны и оправданы, плюс – он не болтун, раз секрет Стайлза пока не стал достоянием общественности. - Было разок,- осторожно говорит он, наблюдая за намеренно нейтральным выражением лица гавайца.- Я нашел в его машине чек из аптеки «CVS» на тридцать пять баксов за шампуни и прочие продукты серии «Garnier Fructis». Чуть со смеху не помер. Трудно воспринимать серьезно угрожающее рычание Дерека, если представляешь его в этот момент с красной пластиковой корзиной в руках, выбирающего между «Экстра сильным» и «Супер сильным» гелем для волос. Дэнни наконец улыбается – искренно, открыто и широко, а Стайлз тихо смеется в ответ, качая головой. Ладно. Каминг-аут прошел легче, чем ожидалось. Не то чтобы у парня были какие-либо опасения на счет Махилани, но тем не менее. Он чувствует себя свободнее посвятив в это кого-то – не счастливым на все сто процентов, но напряжение постепенно ослабевает. (Как если бы на спор съел всю индюшку на День Благодарения, а потом расстегнул ремень брюк. Передозировка белка на лицо, живот болит, но дышать становится немного легче). - У тебя есть какой-то конкретный вопрос? – уточняет Дэнни, останавливаясь на секунду дольше положенного на перекрестке рядом с домом Лидии. - Не-а. Гуглом пользоваться я умею. Просто хотел поделиться с кем-то, - пожимает плечами Стайлз. - Короче говоря,- произносит Махилани.- Если захочется рассказать, когда наконец заберешься в его супер узкие джинсы, я весь во внимании. Не стесняйся посвятить меня в каждый дюйм самых скандальных и сочных подробностей. Лидия присоединяется к парням, забираясь на заднее сидение и всю дорогу молчит о том, зачем Стилински бомбардирует Дэнни вопросами о приборной панели «Приуса».

***

Возвратясь домой, Стайлз застает Дерека за своим ноутбуком. Он действует сходу: молча взмахивает руками, а затем швыряет в голову альфы свои ключи (правда, промахивается) и захлопывает дверь. - Предположим, я сам тебе позволил сюда ввалиться, но не мог бы ты хоть дверь открытой оставить или – не знаю – вывесить белый флаг из окна, отослать СМС с предупреждением, как вариант? - Конечно,- обещает Дерек, все еще не поворачиваясь к парню лицом.- Твой папа ведь наверняка ничего из выше перечисленного не заметит, правда? - Сообщение отправить – дело пяти секунд,- не отступает Стилински.- Всего восемь букв: «в-к-о-м-н-а-т-е». Пользуясь нежеланием оборотня смотреть в его сторону, Стайлз переодевается, сменив шорты на более удобные растянутые домашние штаны. - Телефон сдох,- информирует Дерек.- Буквально. Пуля угодила в экран. Парень так быстро пересекает комнату, что самому страшно становится. - Почему в тебя стреляли?- кричит он, хватая Хейла за грудки и поворачивая к себе. Тот выглядит совершенно невредимым, без крови и ни капли не впечатленным истерикой. - Наверное, приняли за потенциально опасное дикое животное,- сухо отвечает оборотень, с выражением лица, которое Стайлз мысленно называет «сердитый кот» (в минуты спокойствия, по крайней мере). - Когда, где, кто в тебя стрелял, почему и нужен ли аконит? Черт, исцеляться же не начнешь, если пуля все еще внутри, да? – тараторит подросток, щупая воздух в сантиметре от бицепса альфы, словно пытаясь почувствовать огнестрельные ранения, которых не видит. Он замирает у футболки с коротким рукавом, не решаясь дотронуться, а Дерек бережно перехватывает его запястье, немного смягчившись. - Я в порядке, Стайлз,- осторожно начинает он.- Я действительно имел в виду дикого зверя. Это случилось в лесу. Было темновато. Я спугнул ребят с пневматической винтовкой. Кроме того, ты ищешь не там, учитывая, что телефон был в кармане. Стайлз, до сих пор пялившийся на то местечко между костью и сухожилием, где пульс прощупывается сильнее всего и куда прижимается большой палец Хейла, переводит взгляд на его брюки. Передний карман или задний? Бедро или…? Сын шерифа мгновенно краснеет и отшатывается такой силой, что Дерек ослабляет хватку. Он занимает руки отброшенными ранее на пол шортами, поднимая их и поворачиваясь к мужчине спиной, складывая вещь аккуратно пополам и дожидаясь, пока гость первым заговорит. - Скажи, что тебе выстрелили в зад, - нервно хихикает подросток, молясь всем известным богам, чтобы оборотень купился на показную браваду в его голосе. - Взгляни на меня, Стайлз,- требует мягко гость, в то время как парнишка не глядя сует шорты в комод (тем самым сводя на нет плод своих усилий, на которые потратил несколько минут) и поднимает голову.- Я в норме. Сын шерифа ничего не говорит, резко задвигая ящик, а делает вид, что неровно затянутые шнурки на домашних штанах – проблема первостепенной важности. - Как скажешь, Хейл,- фыркает он, глядя куда-то в с сторону коленок.- Ты просто заговариваешь мне зубы, чтобы я забыл, что парочка сопляков подстрелила тебя в задницу. Он игнорирует тяжелый взгляд мужчины, скрупулезно выравнивая длину шнурков, но не поднимая взор, пока не слышит предательский скрип вертящегося вокруг своей оси кресла. Даже медленно опускаясь на кровать, парень перетасовывает кипу книг, которые давно хотел переставить местами и пялится на переплет «Бегущего в лабиринте». - Знаешь, весь смысл пароля на компьютере состоит в том, чтобы предотвратить ситуацию, когда среднестатистический оборотень вламывается в твою комнату и хочет получить доступ к твоим файлам, - изрекает Стайлз успокоившись настолько, что его голос не выдает переживаний. - Во-первых, я сначала ввел имя Лидии,- признается альфа, рассматривая нечто подозрительно напоминающее домашнюю страницу сайта «Цианид и Счастье*».- Кстати, а Скотт сменил пароль после расставания с Эллисон? - Ага,- врет Стайлз, засовывая с преувеличенным усилием «Жутко громко и запредельно близко*» на место.- С какой попытки угадал? - Имя твоей мамы, Лидии, твой день рождения, плюс две попытки ввести словосочетание «Хмуроволк Дерек», правда я сомневался, как писать – в три слова или в два. - Я решил, что заглавные буквы – лишнее,- отвечает парень нисколечко не стесняясь; оборотень дорвавшийся до его компьютера всегда был вопросом времени (в том и смысл подобного пароля). - У тебя в той стопке имеется антология произведений Каммингса*, - дергает головой Дерек, указывая на кипу книг в руках парня.- К тому же, все набранные тобой тексты исключительно с маленькой буквы. - Лень-матушка,- ибо это чистая правда.- Скажи спасибо, что с тобой я общаюсь полными словами, а Скотти достаются одни сокращения в СМС - переписке. - Кошмар просто,- дуется Хейл.- Это даже не стенография, а грубое искажение английской письменной речи. - Остынь, хипстер мохнатый с черным поясом по английской филологии,- дразнится сын шерифа.- Кстати, глупо предполагать, что Скотти способен расшифровывать стенографию. - Я бы и тебя в подобном не заподозрил,- парирует Дерек, вызывая смех у сына шерифа. - Я выучил наизусть весь список условных сигналов полицейского департамента Бикон Хиллс, стандартные военные телефонные коды и азбуку Морзе в тринадцать лет, так с чего ты решил, что я не умею этого? Парнишка на всю катушку наслаждается повисшей со стороны оборотня тишиной, но присмотревшись, замечает, что тот постукивает двумя пальцами по крышке стола. - А теперь ты просто оскорбляешь мои умственные способности,- жалуется Стилински, когда стук прекращается. Сообщение «Стайлз – бессовестный лжец» азбукой Морзе отнимает слишком много времени у гостя. Парень дает тому вдоволь помучаться, заранее догадавшись, о чем речь.- Мог бы по моему сердцебиению понять, что я не вру, жалкий обманщик. Если Дерека и задевает подобная реплика, он не подает виду. - Надо было сказать об этом раньше,- вместо этого говорит он, подсознательно стремясь, чтобы последнее слово всегда оставалось за ним.- Азбука Морзе пригодится, если нужно общаться с тем, у кого обостренный слух. - И язык жестов,- выдает Стайлз.- Можно и его освоить. Что будет еще больше нам на руку? За каламбур не извиняюсь. Или ты уже владеешь? Хейл смотрит через плечо, дабы убедиться, что подросток не сводит с него глаз и поднимает руку вверх, быстро шевеля пальцами: кулак, скрещенные между собой указательный и большой пальцы, мизинец вверх, затем указательный и большой ставит перпендикулярно друг другу, не до конца сжимает пальцы и снова изображает кулак. У альфы выходит плавно и гораздо изящнее, чем Стилински когда-либо удавалось сделать, но он знаком с основами языка настолько, что легко узнает свое имя. - Я знаю только алфавит,- не лукавит оборотень.- Нам нужно что-то побыстрее этого. - Сигналы бейсболистов,- осеняет вдруг подростка (если лежащая в стопке книга «Деньгобол*» не знак свыше, то что еще?).- Например, показываешь пистолет – «охотники», дергаешь беспомощно рукой а-ля Стилински – «смывайся!», беспорядочно водишь пальцем по полу – «аконит». - Ты и так это все делаешь, а потом громко озвучиваешь знаки, на случай, если до нас и так не дошло,- фыркает Дерек. Звучит немного грубо, но не далеко от истины. Кроме того, в бейсболе сигналы не должны быть настолько очевидными. - Да что ты знаешь! – возмущается Стайлз. - Ну, куда мне! Всего девять лет играл в младшей лиге, плюс два сезона на позиции стартового питчера университетской сборной по бейсболу. Дереку хватает совести обернуться и одарить парня нахальной ухмылкой, от которой тот одновременно забывает как дышать и отчаянно хочет сдохнуть. - О-о-о,- кривляется он.- Какая неожиданность – оборотень, преуспевший в спорте! А ты случайно никогда не забывал, что это – не команда «апорт!» и не ловил мячик зубами? - Лишь однажды и то раскусил его пополам,- мрачно отвечает вервольф. Стилински никогда не признается, что на несколько секунд повелся, упустив едва заметную предательскую ухмылочку, притаившуюся в уголках губ Дерека, но когда понял, что это шутка, удивленно расхохотался: - Ты глянь – вервольф умеет шутить! Он пожимает плечами и качает головой, признавая свое поражение. - Скажи честно: должна же быть какая-то генетически обусловленная собачья черта, например – нелюбовь к кошачьим, неконтролируемый порыв облаять почтальона или необъяснимая тяга к сухому корму вместо хлопьев? - Ну-у,- тянет альфа, по-прежнему сидя вполоборота к подростку, так что тот чувствует его взгляд всем телом, вплоть до кончиков пальцев на ногах.- Я не прочь хорошенько погоняться за добычей. - Погоня, но не убийство? – пытается подначить оборотня парень, но его голос немного дрожит. - О, в этом есть своя прелесть, не скрою,- соглашается Дерек, во взгляде которого что-то неуловимо меняется.- Но предвкушение… Стайлз готов поклясться любимым джипом, положа руку на сердце, что речь идет далеко не о пробежке в лесу. В серо-зеленых глазах оборотня горят шаловливые огоньки, а уголки губ слегка приподняты и на щеке проступает очаровательная ямочка, намекая на то, что сын шерифа попал по самые помидоры. Телефон стоит на виброзвонке и когда приходит СМС, он гудит лишь раз, но разве можно укрыться от треклятых оборотней с их суперслухом? Хейл дергается так, словно его ущипнули. Каким бы ни было повисшее между ними напряжение, в данный момент оно улетучивается. Сын шерифа дожидается, пока гость повернется к столу и открытой на компьютере странице «Цианид и Счастье», затем – к сайту «J.Crew» где рассматривает мужские хенли («J.Crew», Дерек? Серьезно?!) и только после этого открывает и читает сообщение. «Импровизированное путешествие на пляж завтра. Харли и Ко тоже будут. Я поведу, если ты купишь еду. Соглашайся». Разумеется, Стилински только «за». Побережье – его любимое место в Калифорнии, а поваляться на песочке этим летом так и не удалось. «Постарайся хорошенько выспаться этой ночью. Заеду в шесть и всю дорогу буду крутить исключительно дискографию Мадонны на пределе громкости, если посмеешь задремать в машине» «Захвати кофе и все будут счастливы» «Завтраком занимается Дэнни, все пожелания передай ему». Стайлз успевает набрать половину сообщения товарищу, в котором требования сменяются мольбами, когда Дерек прочищает горло, но он лишь тихо ворчит, а не рычит, как обычно. - Я могу уйти,- нерешительно произносит он, когда сын шерифа удивленно поднимает голову.- В курсе, что у твоего отца сегодня ночное дежурство… Оборотень жестом указывает на телефон, словно это объясняет что-то. - И что? – хмурится парнишка, не привыкший к странному и переминающемуся с ноги на ногу оборотню. Он не может взять в толк, какое отношение имеет дежурство папы к его переписке.- Никто тебя не гонит. Лидия плетет интриги, чтобы вытащить мой зад из дома с первыми петухами. У вервольфа весьма загадочный вид, немного напоминающий человека, которому отдавили палец или заставили съесть лимон целиком. Сын шерифа находится в полном недоумении. - Слушай, я совершенно серьезно,- настаивает он, запихивая на полку последнюю книгу («Похититель молний*», которой он совершенно не стесняется ибо замечательная книга таковой и остается, независимо от возраста читателя).- Пойду, почищу зубы, но ты оставайся. У тебя явно была причина сюда прийти, тем более – по моему личному приглашению. Моя кровать вполне вмещает двух взрослых, а на крайний случай найдутся запасные одеяла и подушки в кладовке в коридоре, если предпочитаешь спать на полу. Даже если ты здесь только ради онлайн шопинга, милости прошу. Как только я засну, мне будет по барабану на светящийся экран. Что бы там ни буравило оборотня изнутри, его не впечатлила тирада подростка. Тем не менее, мужчина кивает и возвращается к серой хенли (Стайлз на 85% уверен, что у Хейла таких есть как минимум три штуки). Он не сомневается в том, что возвратясь в комнату найдет гостя там, где оставил. Может, экран его не беспокоит, но Стайлз не спит и час спустя, полностью отдавая себе отчет, что Дерек находится в его спальне, когда голубовато-белое свечение исчезает и помещение погружается во тьму. Он умышленно поворачивается к оборотню спиной, хоть и догадывается, что тот вполне может вычислить по частоте сердцебиения, спит подросток или нет. Пусть сам решает, оставаться или уходить. Через некоторое время кровать с другой стороны прогибается и слышен шорох одеяла, а Стилински прячет в подушке удовлетворенную улыбку. Хейл со своими широкими плечами, большими руками и узкой талией занимает не так много места, но парень изо всех сил старается не придавать значения тому факту, что между их бедрами совсем немного пространства.

***

Открыв глаза, Стайлз берет на заметку мельчайшие изменения, произошедшие с момента, когда он улегся спать, игнорируя практически прикасающегося правым плечом к его спине альфу. В какой-то момент он повернулся бедрами, грудью и животом к гостю, изгибая спину под немыслимым углом, так что лопатки по-прежнему упираются в матрац, лоб в нескольких дюймах от руки, которую Дерек засунул под подушку, а нос почти прижат к боку соседа по кровати. По телу прокатывается волна сухого жара, словно он сидит у костра. Если протянуть немного руку, можно украдкой провести тыльной стороной ладони по ребрам мужчины… Когда он открывает глаза во второй раз, срабатывает будильник, выставленный на 5:30. Пытаясь дотянуться до телефона, парень понимает, что остался в постели один. На столе дожидается кружка, до краев наполненная черным, как душа Питера, кофе. Две минуты спустя, вытащив себя буквально за загривок из-под одеяла, Стилински касается ее и понимает, что напиток внутри до сих пор обжигающе горячий.