Спаси меня

Они идут по вечерней улице в тишине. Каждый находится в своей голове, занятый мыслями. Чанёль думает о том, что рассказали ему Исин и второй мужчина, которого, как оказалось, зовут Чонин, о зеркалах и другом мире. Бэкхён думает о своей жизни и о том, почему же случилось так, а не иначе. Их мысли связаны с одной и той же сценой. Когда владелец магазина отходит от шока и обретает способность говорить, весь мир Чанёля и Бэкхёна переворачивается с ног на голову. Если Бэкхён думает, что жил в абсолютно обычном мире, то это мнение разрушается за пару сказанных фраз. Если Чанёль думает, что его мир когда-то станет прежним, то эта мысль разрушается за считанные секунды. Всё это время они бок о бок жили с магией. В мире Бэкхёна, как и Чанёля, есть люди, способные создавать порталы через зеркала, их называют магами. Парни никогда не узнали бы об этом, если не один случай, бесповоротно изменивший жизнь Чанёля и семьи Ким навсегда. Бэкхёну было всего два года, когда Исин и Чонин вели торговые переговоры с городом Лайн, куда впоследствии и попал Бэкхён. Изначально всё было хорошо и дела продвигались отлично, пока между Кимами и хозяином предприятия не возник конфликт. И его можно было бы разрешить мирно, но в том момент что-то пошло не так. Бэкхён тогда спокойно играл в гостиной и подошёл к зеркалу, с интересом рассматривая своё отражение. Исин ушёл на кухню быстро глянуть готовящийся обед, поэтому не мог видеть, что ребёнок оказался рядом с порталом, в который вошёл муж и вот-вот должен был вернуться. Хватило одного прикосновения маленькой ручки, и мальчик оказался на другой стороне в огромном кабинете, во главе которого сидел его будущий хозяин. Тот быстро сложил два и два. Решив использовать ребёнка как средство в достижении своей цели, он сообщил семье Ким свои условия, прибавив, что всё следует выполнить беспрекословно, и тогда они получат назад своё чадо. Когда Исин и Чонин отошли от шока и выстроили логическую цепочку, поняв, как ребёнок попал в руки человека, коего в своих кругах именовали оборотнем за то, что сначала был приветливым и услужливым, а потом показывал свой настоящий облик мерзкого и аморального существа, выбора не оставалось. Пришлось выполнять всё, что выдвинули, лишь бы получить обратно своё солнышко жизни – Бэкхёна. Выполнить-то выполнили, но забыли, с кем имеют дело. «Оборотню» этого оказалось мало, он просил ещё и ещё, а в конце заявил, что им будет слишком легко и просто жить, если он отдаст ребёнка. Ему захотелось, чтобы кто-то из семьи Ким понял своё настоящее место. И выбор пал, естественно, на Бэкхёна. Поняв, что сына они могут и вовсе не получить, пара пыталась выкрасть его через порталы, но его упорно прятали от всех зеркал, даже самых маленьких. Поэтому Бэкхён всю свою жизнь мог довольствоваться лишь неясными очертаниями самого себя в очередной луже. Чанёлю же рассказывают почти то же самое, не считая того, что он оказывается втянут во всё это совершенно случайно. Неизвестно, почему выбор пал именно на него, это остаётся причудой магов, но именно он стал тем, кого они решили использовать, чтобы вернуть своего сына. Родители смогли передавать образы через сны, постепенно налаживая связь с Бэкхёном. Они видели, как ему плохо, Исин не мог смотреть на сына без слёз, а Чонин не мог уменьшить горя супруга. От собственного бессилия становилось ещё противнее и тяжелее на душе. Они понимали, что Бэка нужно как-то спасать, а ещё безумно хотели увидеть его вживую. Обнять и просить прощения за все годы, что ему пришлось страдать по их вине. Это, в общем-то, и было немедленно выполнено в первые минуты встречи. Они собирались связаться с ними через сны сегодня ночью, но их удивительным образом опередили. И пока всё это рассказывает Чонин, Исин лишь молча утирает слёзы и впервые за столько лет искренне улыбается. Бэкхёну тяжело поверить во всё это, и родители его понимают, поэтому не торопят. Парень заявляет, что должен всё обдумать и в этом Чанёль с ним полностью согласен. И вот они идут в тишине, не находя ничего стоящего, что можно бы озвучить вслух. Каждый копается в своих мыслях и чувствах, не в силах остановиться на чём-то одном. Они доходят до квартиры Чанёля в том же молчании, поднимаются и заходят в прихожую, которая вторит им своим безмолвием. Чанёль не знает, что сказать или сделать. Он варит две чашки крепкого кофе, не рассчитывая сегодня на какой-то сон. Бэкхён сидит в углу гостиной, обняв колени и смотря в одну точку. На тихую просьбу Чанёля пересесть на диван он безропотно подчиняется. Берёт предложенную кружку, отпивает машинально, не морщась от горечи. Это оказывает сущей ерундой по сравнению с той, что сейчас происходит внутри него. Боль, перемешанная с горечью. Какая-то маленькая и незначительная случайность сломала всю его жизнь. Неужели он мог жить по-другому? Неужели… Он собирается сделать очередной глоток, но так и застывает над ароматным напитком. По щеке скатывается слеза, руки слабеют и выпускают кружку. Чудом не задев коленей Бэкхёна, она падает, не разбиваясь, на паркет. Тёмная жидкость растекается лужей по полу. Бэкхён подтягивает к себе колени и, уткнувшись в них, содрогается от рыданий. Чанёль, ничего не спрашивая, садится рядом, мягко обнимает за плечи. Бэкхёну всё равно, что он может получить за это. Теперь уже ничего не имеет значения. Он тянется за объятием, утыкается в плечо и даёт волю слезам. Он почти воет, а Чанёль неосознанного притягивает его к себе всё ближе и крепче. Бэкхён оказывается сидящим на его коленях. Он хватается тоненькими ручками за футболку Чанёля и заливает её слезами. Его разрывает боль изнутри, и он не понимает, просто не понимает, откуда она. Почему так больно, почему… Ведь всё закончилось. Его нашли родители, и теперь они будут его защищать. Он не выродок, не отброс общества, он тоже заслуживает жизни на этой планете. Но почему же так больно? Ему страшно представить, что всё могло быть по-другому. Всё это время он мог жить, наслаждаясь каждым моментом. Каково это могло быть? Если бы он не оказался слишком любопытным ребёнком, если бы папа лучше следил за ним и не отвлекался. Это противное слово «если». Но ничего уже нельзя изменить, остаётся только принять то, что имеется на данный момент. А на данный момент есть многое, ради чего стоит успокоиться и продолжать жить. Теперь появляется смысл в его, казалось бы, бессмысленном существовании. Вместе со слезами постепенно отступает и боль, ему становится легче, и он затихает в объятиях. Чанёль всё время успокаивающе гладит его по спине. Он не знает, что говорить в таких случаях. Он слышит выравнивающееся дыхание, парень всхлипывает всё реже и реже. Хватка Бэкхёна слабеет, затем руки и вовсе опускаются. Чанёль поднимает спящего мальчишку на руки и несёт в спальню, где кладёт на кровать и укрывает одеялом. Сам же возвращается на кухню, допивает холодный кофе и смотрит на ночной город. Он понятия не имеет, насколько Бэкхёну плохо, но чувствует, что всё это должно быть очень тяжело. Он сам первые секунды был в шоке от услышанного, но сейчас почти принимает это как данность. Мозг услужливо подкидывает разные случаи из жизни, в которых он думал, что те происшествия были простыми случайностями. Когда водитель потерял управление и чудом объехал его, когда столб упал там, где он шёл пару секунд назад. Всё это обретает новый смысл. А вопрос «почему именно он?» приходится оставить с единственным ответом «потому что». Чанёля это устраивает, и он обдумывает план дальнейший действий. В ту ночь сон ловит его, сидящим на диване, и неохотно опутывает своими сетями. Утро проходит спокойно. Чанёль делает вид, что ничего не произошло, Бэкхён уже привычно молчит и лишь выполняет то, что ему говорят. Они снова встречаются с родителями Бэка. Теперь они спокойно за чашкой чая всё заново обсуждают, говорят с Бэкхёном, и он снова плачет, но теперь это слёзы радости. Он принимает их извинения и обещает, что попробует жить по-другому. С этого дня он переселяется к родителям и начинает распускаться, словно цветок с новым прожитым днём. Его больше не угнетают, не приказывают, что делать. Он получает полную свободу, но это ничуть не портит его. Сначала Бэкхён молчаливо слоняется между стеллажами книг, затем сам пытается заговорить. В нём просыпается любопытство к миру, и он постепенно начинает задавать вопросы родителям, подолгу разговаривать с ними по вечерам, когда они вместе закрывают магазин. Через пару недель, обжившись и осмелев, он общается с посетителями, и теперь стены, некогда пропитанные скорбью, оглашаются его тихим мелодичным смехом. Чанёль в это время возвращается на учёбу и пытается жить, как и прежде, но непроизвольно в голове всё крутится и крутится образ мальчишки. Казалось бы, за столь короткое время он не мог осесть надолго в мыслях, но каким-то образом он пробрался в самую глубь его души и засел там надолго. Этот маленький беззащитный мальчишка с разными глазами. Он выдерживает две недели, а затем ноги сами несут его в магазин эзотерики семьи Ким. Войдя, он впадает в ступор: Бэкхён разговаривает с посетителями, улыбается и помогает им с покупками. Незаметно к нему со спины подкрадывается Чонин: — Челюсть с пола подними. Мы сами в шоке от нашего мальчика. Они закрываются на обеденный перерыв и угощают Чанёля чаем. Родители Бэкхёна выражают безграничную благодарность за спасение сына и заботу о нём, но Чанёль лишь смущённо отмахивается, говоря, что ничего особенного не сделал, но все они понимают, что это не так. Супруги возвращаются к работе, а парни так и сидят в тишине, держа в руках свои кружки. — Спасибо, Чанёль. Огромное спасибо за всё, — мягко вливается в тишину голос Бэкхёна. Он робко улыбается. Они смотрят друг другу в глаза и без лишних объяснений всё понимают. Именно в эту минуту жизнь Бэкхёна как никогда походит на идиллию. Именно в эту минуту Чанёль понимает, что нашёл своё место в жизни.