Я не сделаю тебе больно, дура

      Направляясь домой задолго до темноты после не особо весёлой прогулки, девушки не разговаривали. Для Даши это была мучительная тишина, так как после ухода фигуриста, которого вовсе не заботило то, как Лютаева будет объясняться подруге, Лера вообще не знала, с какого вопроса начать истерику. Воскобоева вообще была очень странным человеком: если что-то Даша ей не рассказывала, то она сразу принимала это за недоверие к себе, а потому, неудивительно, обижалась. Каждый ведь обижается, когда ему не верят, верно? Вот и Лера была такой. По красным явно не от мороза щекам Даши и довольно широко раскрытым до сих пор глазам, рыжая поняла, что та с Плисецким знакома. И не день. Это и послужило такому напряжённому молчанию, которое всё-таки пришлось нарушить до смерти любопытной девушке.       — Блин, Даш, ну, вот что ты молчишь? — она тут же остановилась и недовольно посмотрела на подругу, которая тоже остановилась, но взгляд от своей обуви не оторвала. — Что это было? Что у вас с Плисецким?       — У нас с Юрием? — Дарья раскрыла глаза ещё шире и смущённо посмотрела на кивающую Воскобоеву, которой такого вопроса в ответ было недостаточно. Даже слишком недостаточно. — У нас ничего нет, мы просто знакомые… — в память девушки врезались слова фигуриста: «Какая же ты глупая. Я не обязан перед тобой оправдываться, ты мне кто?», из-за которых стало вновь обидно до слёз, которые стали наполнять веки девушки. Несдержанно всхлипнув и полностью заставив подругу растеряться, Лютаева подняла на неё затуманенный слезами взгляд и призналась: — Я не знаю, что у нас происходит. Я вообще не знаю, почему всё так произошло.       — Ты с ним роман крутишь что ли? Ну, в смысле, с Плисецким, — Даша гневно посмотрела на подругу, стирая со щёк горячие слёзы, и та примирительно выставила перед собой руки. — Ну, я просто предположила. Чего же ты тогда плачешь, глупая? Пошли ко мне.       Лера жила недалеко от Даши — в соседнем подъезде. Но на третьем этаже, что послужило частому посещению одной к другой. Когда Лютаева жила в Питере вместе с родителями и сестрой, Воскобоева часто наведывалась к ним или звала к себе Дашу, что очень радовало её родителей. Лютаевы переживали из-за того, что Даше будет тяжело адаптироваться среди своих сверстников, и всё благодаря её тихому характеру. Они часто просили Алису — её на несколько минут старшую сестру — брать с собой на прогулки с друзьями и втягивать Дашу в свою компанию, но та делала вид, что не слышит, или же просто фыркала и уходила одна. Но об этом не сейчас.       — Рассказывай, — Лера протолкнула застывшую подругу на кухню и проследовала за ней, тут же ставя чайник кипятиться. Даша сделала максимально глубокий вдох, выдохнула, опустилась на стул и принялась рассказывать. И рассказала обо всём: о том, как столкнулась с Плисецким в первый рабочий день, как вечером шла следом за ним из-за того, что испугалась, как нашла его кота на улице и таким образом начала их странное общение, как он каждый день приходил к ней домой, чтобы проведать кота, и как обнял её перед Даниилом перед своим уходом раньше времени. Рассказывая это, Даша старалась не смотреть на подругу, а сверлила взглядом ноги в носках. Когда она закончила, Воскобоева присвистнула и сказала: — И почему у тебя такая жизнь — насыщенная событиями? — Дарья тут же побелела и невесело усмехнулась. «Ты даже не представляешь, насколько она насыщенная». — Ну, я даже не знаю, что сказать. Тебя так зацепила его грубость?       — Нет, — Даша покачала головой, а после неуверенно спросила то ли Леру, то ли саму себя. — Или да? Я не знаю! В любом случае, мне обидно. За эту неделю он для меня стал… ну… другом, а я, по его словам, никакое место в его жизни не занимаю. Я хоть капельку надеялась, что ему со мной интересно…       — Даш, — девушка замолчала и подняла наконец-то взгляд на сидящую напротив подругу, — пойми, Юра — сплошная бомба, — она оторвала от кисти одну виноградину и рассмотрела её со всех сторон. — Он на льду — прекрасный ангел, снизошедший с небес на землю, — она покрутила ягодкой перед лицом Лютаевой, которая старалась слушать внимательно. — Но в жизни — он тот, кто старается не соответствовать своему прозвищу, — она ногтём надорвала кожицу виноградины и стала её медленно отдирать, — от него нельзя ожидать добрых поступков на первой недели знакомства. Все, абсолютно все его фанаты знают, что он очень, повторюсь, очень любит своего деда, — Даша неуверенно попыталась что-то сказать, но Лера строго на неё взглянула, призывая дослушать, — поэтому за пирожками, которые тот ему готовил, как я поняла, он так был разговорчив. Но тебе надо осознать, что он очень аккуратный, осторожный, — она опустила очищенную ягоду на стол и стала катать её, придерживая пальцем, — он не станет так быстро открываться тебе, делиться чем-то, потому что, как мне известно, ни с кем не дружил из-за своего характера и увлечения, — Лютаева поджала губы и сверлила взглядом бедную виноградину. — И, если слишком сильно стараться завладеть его вниманием, попытаться как-то повлиять на его характер и показать ему, что тебе не нравится его поведение, и ты хочешь что-то изменить, — Лера окончательно раздавила ягоду, заставив Дашу вздрогнуть. Отряхнув остатки винограда со своего пальца, Воскобоева, к удивлению, ярко улыбнулась и сказала: — Поэтому расстраиваться из-за таких слов — глупо! Он наведывался к тебе каждый день, он ел то, что ты готовишь, он решил поделиться с тобой едой, и — внимание! — он обнял тебя при твоём парне, которого увидел впервые. Блин, я тебе завидую.       — Можно теперь вопрос? — после бодрого кивка Воскобоевой Даша сказала: — Я ничего не поняла, честно. Сначала ты распиналась по поводу того, какой у него странный характер, какой он «взрывоопасный» и прочее, а под конец ты радостно говоришь, что завидуешь мне. Лера, я не понимаю!       — Не паникуй, просто тебе надо понять. Ты ему нравишься. Ему нравится, наверное, твоя ненавязчивость. Ты, как я поняла, не особо стараешься что-то выведать, когда он просит этого не делать? — Даша неуверенно качнула головой в знак согласия. — Во-от! Ему нравится твоя компания, просто не стоит так давить. Он не хочет что-то тебе объяснять, возможно, он просто сам не разобрался во всём этом. К тому же, я знаю, что он очень любит своего кота. Стал бы он доверять его тому, кто не вызывает у него доверия? — Лютаева слабо улыбнулась и отрицательно покачала головой. — Отлично, ты улыбнулась! Вы будете дружить, я уверена! — но тут же она перешла на шёпот. — Только не забывай, что у тебя есть парень.       В смеющуюся Леру полетела ягода винограда.

***

      — Привет, — Даша продолжила стоять в коридоре, неуверенно сжимая в руках свою шапку и глядя на стоящего перед ней Данила. Парень тоже не знал, что говорить и что делать, а потому выдавил из себя улыбку и сказал: — Я там чай нам заварил, будешь? — Лютаева улыбнулась в ответ и кивнула, а после, разувшись и повесив пуховик, направилась за Даниилом. — Я купил по дороге медовик, ты же его любишь, — хоть это и не было вопросом, Даша всё равно тихо выдохнула: «Да», и села за стол. Данил приземлился напротив и пригубил горячий напиток, после чего поставил кружку на место и шикнул. Даша мягко улыбнулась, на что Шаляпин ответить улыбкой не мог, но разговор всё-таки решил не откладывать, а потому опустил руки девушки, которые та грела дыханием, на стол и сказал: — Нам надо поговорить. Не думаешь? — Даша поняла, что сейчас будет что-то неприятное, и, нехотя, кивнула. — Слушай, это по поводу нас…       — У нас с ним ничего нет, честно, — тут же высказала Лютаева и добавила: — Более того, он просто наведывается к Королю, — кот, услышав своё имя, посмотрел на пару, но, не заметив внимания к себе, вновь отвернулся к окну.       — Я не об этом, — хихикнув после взгляда на девушку, сказал Данил. — Я о наших с тобой отношениях. Тебе не кажется, что они немного… ммм… натянутые?       — Натянутые? — Дарья непонимающе уставилась на парня, который продолжал глядеть на неё с поджатыми губами, кивать без остановки и греть её руки своими.       — Как канат, — сравнил Шаляпин и улыбнулся. — Ты напугана что ли? — Лютаева кивнула без всякого замедления, продолжая напряжённо сжимать пальцы Данила. — Не бойся, я тебя съедать не собираюсь. Так вот, — он попытался сделать лицо более серьёзным, и это получилось, стоило ему подумать о том, что он собирается сделать, — Даш, мы слишком разные, ты и сама это понимаешь. Ты такая тихая, милая, рассудительная, — он поднял взгляд к потолку, будто реально восхищался перечисленными характеристиками, — а я — полная твоя противоположность. Несерьёзный, вечно выпендриваюсь и… прочее, — Даша уже поняла, к чему клонит парень, напряглась как струна, надеясь, что это не то, о чём она думает. «Пожалуйста, только не это». — А ещё, сама видишь, я постоянно к тебе пристаю, стараюсь намекнуть на… неважно, — заметив побледневшее лицо подруги, Данил шикнул и сказал: — В общем, ближе к делу, а то всё тяну, и тяну. Даш, для нас обоих будет лучше, если мы…       — Расстанемся? — дрогнувшим от шока голосом закончила за парня Лютаева и посмотрела на него в ожидании. Тот, поколебавшись пару секунд, кивнул и хотел уже что-то сказать в своё оправдание, но Даша выставила перед собой ладонь и выдавила как можно более правдоподобную улыбку, вкладывая в неё оставшиеся радостные эмоции. Которых сейчас, собственно говоря, не было вообще. — Не волнуйся, я тебя понимаю, — Шаляпин оступился и стал её слушать. — Ты прав, мы с тобой разные, я стараюсь быть невинной овечкой, а ты моя противоположность.       — Не расстраивайся, — заметив слёзы на глазах Дарьи, парень встал со своего места и обнял её. Девушка тут же прижалась к нему в ответ, крепко сжимая в кулаках его свитер. — Мы же не перестанем общаться. Мы останемся друзьями. Очень хорошими друзьями, — девушка посмотрела в лицо Данила, и тот щёлкнул её по носу, улыбнувшись. — Я бы не хотел терять связь с такой, как ты. Ты отличная и мне нравишься, но я вижу — я не тот, кто тебе нужен.       Даша попыталась кивнуть и улыбнуться, что вышло на слабую четвёрку с минусом. Данил решил не мозолить своим присутствием глаза девушки, которая была расстроена так, как никогда, и сказал, что пообещал помочь отцу с машиной, после чего чмокнул её в макушку и покинул эту квартиру. После чего Дашу сразила мощная истерика. Закрыв за уже бывшим парнем дверь на щеколду, Лютаева зажала рот рукой, одновременно кусая её тыльную сторону, и скатилась по стене на пол, прижимая к себе колени. Слов, которые смогли бы объяснить ей сложившиеся обстоятельства, не подбиралось, она лишь отчаянно повторяла «нет-нет» и оглядывала пустую квартиру. Ей не хотелось верить в то, что только что сообщил ей Данил. Она не могла в это поверить. Всё ведь было так хорошо!       Или ей так казалось?       К девушке тут же подошёл кот и сел рядом, утыкаясь мордой ей в ногу и стараясь развести на объятия. Наверное, он не видел раньше слёз, ведь его хозяин наверняка не плачет из-за таких пустяков. Юрий сильнее, что физически, что морально. Даша не хотела сейчас вспоминать ещё и его, но слова, сказанные им напоследок, тут же всплыли в памяти, заставляя громко всхлипнуть. Услышав звонок в дверь, Лютаева подскочила на ноги и посмотрела в глазок. За дверью стояла Лера, явно чем-то обеспокоенная. Даша поняла, что она уже всё знает, а потому открыла дверь, чтобы тут же уткнуться в промокший от снега пуховик подруги.       Сейчас она гладит её по голове, приговаривая: «Успокойся, всё будет хорошо», дверь за ними нараспашку открыта, а хозяйка квартиры просто не в состоянии её закрыть. Прикрыв её (дверь), Лера повела подругу, которая всё пересказывала их с Данилом разговор ей, в её спальню, где заставила лечь на кровать. Лютаева особо не сопротивлялась. Стянув с себя пуховик, Воскобоева прошла на кухню и налила холодной воды. Заставить Дашу её выпить не получилось, а потому стакан остался стоять на прикроватной тумбочке. Лера всё гладила по дрожащей спине подругу, которая, прижав ноги к себе и уткнувшись туда носом, ревела без остановки. Никогда Воскобоева ещё не видела её такой расстроенной. Внезапно, она услышала шаги в квартире и прислушалась. Тут же около входа в комнату остановился незваный никем Плисецкий с котом на руках, и оба смотрели в сторону ревущей Даши, которая из-за своих «какая я глупая, я правда глупая и такая никчёмная» ничего не видела и не слышала. Лера помахала рукой в сторону выхода, давая понять, что они тут немного лишние, и те послушались. Опустив кота на пол, после чего тот запрыгнул на кровать к своей второй хозяйке и стал мурлыкать, что не особо помогало, Юрий ещё раз окинул взглядом содрогающуюся от истерики Дашу и вышел из квартиры.