Я не сделаю тебе больно, дура

      — Родители будут с минуты на минуту, — Алиса нервно расхаживала по комнате, крутя в руках телефон, который, вроде как, зазвонить и оповестить о вызове, который она долго ждала. На диване сидела Даша, читая книгу, найденную в сумке сестры, и попивая тёплый чай. Казалось, она сейчас в своём собственном мире, представляет тот самый долгожданный момент сюжета, но нервозность сестры разносилась по всей комнате неприятным осадком, который просто не позволял исчезать и оставлять Лютаеву-старшую наедине с переживаниями. В сотый раз подняв взгляд над книгой и напряженно посмотрев на девушку, Даша сделала глубокий и довольно-таки тяжёлый вздох, а после захлопнула книгу, привлекая внимание Алисы.       — Почему ты так нервничаешь? — Дарья свесила ноги с дивана и передернула плечами. — Они скоро будут, не на драконе же летят.       — Ладно, давай о другом, — Лютаева заставила себя опуститься рядом с сестрой и успокоить свою мысли, тряхнув головой. — Ты собираешься знакомить Юру с ними? — Даша закусила губу и устремила взгляд в сторону, раздумывая над заданным вопросом. А он был довольно-таки интересным. Если быть честной с самой собой, то Даша понимала, что к Плисецкому её тянет, да и не слабо. Допустим, это могла быть привязанность, ведь он довольно-таки долго её поддерживал и старался открыть. Хоть и своими способами. Но даже если это и было так, то отношение Юрия к ней оставалось тайной, окутанной тьмой. Нельзя же после одного поцелуя утверждать то, что человек к тебе что-то испытывает? Он мог с ней дружить, ему, возможно, и хотелось с ней только дружить, а она уже себе придумывает романтическую историю с счастливым концом, в главных ролях которых будут понятно, кто. Но ведь надо смотреть на всё с реальной точки зрения, верно? Толчок в плечо «разбудил» Дашу, и она, моргнув, посмотрела на сестру. — Так что?       — Не знаю, честно, — Дарья запустила руки в волосы, опираясь о колени. За этим последовал протяжный дверной звонок.       — Сейчас и узнаешь, — Алиса хотела пойти открывать дверь незваному гостю, но тут же раздался и телефонный звонок. — Так, подруга, иди и сама открой, родители звонят.       Противиться её воле было бессмысленно, так как сестра уже сняла трубку и завела разговор, весело щебеча, а настойчивый дверной звонок не переставал звенеть, поэтому не оставалось ничего, кроме того, как пойти и открыть дверь. На пороге стоял Плисецкий, опираясь о стену одной рукой, вторая была небрежно спрятана в кармане пуховика. Даша невольно улыбнулась и поздоровалась, лишь неловко махнув рукой, на что Юрий усмехнулся, но было ясно — он тоже рад. Лютаева отошла в сторону, пропуская его в коридор, но парень остался стоять на лестничной площадке.       — Одевайся, — Даша выразительно выгнула бровь, задавая немой вопрос, а блондин только нахмурился, заставляя подругу без слов направиться в сторону своей комнаты и начать извлекать из шкафа одежду. Надев на себя джинсы и свитер и завязав хвост, Даша вышла в коридор и обулась. Только она хотела окликнуть сестру, как в её руку вцепилась чужая и потянула на себя вместе с висящим ранее на вешалке пуховиком. Дверь хлопнула, а Лютаева недоуменно уставилась на Плисецкого, который протягивал ей её верхнюю одежду. — Давай резче, ладно? Я быстрее утром в себя прихожу.       Даша не стала спрашивать, куда они собираются и зачем, не стала предупреждать о скором приезде родителей, не стала говорить о том, что сестра осталась в неведении, а просто накинула пуховик на себя, перемотала шею шарфом, а затем, натянув шапку почти на глаза, приняла протянутую руку фигуриста и последовала за ним, пытаясь скрыть предательски растянувшуюся на лице улыбку.

***

      — И всё-таки — куда мы идём? — Даша продолжала держать блондина за руку, делая вид, что так задумано, и глядя по сторонам. Было довольно-таки поздно, отчего сердце клокотало от волнения, а голос немного дрожал. Стараясь не выдавать своего состояния, Лютаева выразительно откашлялась и посмотрела на Юрия, который уверенно тянул её за собой. — Ты будешь молчать, подобно партизану?       — Если ты не перестанешь меня отвлекать, я вообще оставлю тебя одну здесь и пойду домой, — Даша тут же закрыла рот, хотя ровно секунду назад собиралась задать ещё один вопрос Плисецкому, но решила не провоцировать его. Он — человек-слово, вдруг и правда оставит? — Осталось чуть-чуть.       Дарья молча следовала за парнем, про себя размышляя, что может случиться в следующий момент. Догадки летали в голове одна за другой, не уступая место друг другу, тем самым путая девушку ещё сильнее и заставляя иногда трясти головой, чтобы одуматься. Может быть, он ведёт её на каток, чтобы показать новые элементы ещё не законченной программы? Или сказать что-то важное? Даша не знала, к какой догадке прислушаться сейчас, чтобы не ошибиться, но Юра был настолько непредсказуем, что гадать можно было всю жизнь.       — Мы пришли, — Даша осмотрелась по сторонам. Особенного ничего видно не было, они находились на вокзале, что немного настораживало Дашу. Она растерянно посмотрела на Плисецкого, который вглядывался в толпу, оставляя свою спутницу в неведении. Да, чего-чего, а такого Лютаева не ожидала. Он снова выделился своей непредсказуемостью. Даша поджала губы и решила помолчать, не напрягая парня и не накаляя обстановку. Внезапно они услышали за спинами привлекающий внимание кашель и одновременно обернулись. Перед ними стоял мужчина сорока лет с сигаретой во рту и фуражкой на голове, отчего Даша испуганно пикнула и отступила на шаг. Юра тоже напрягся.       — Вечер добрый, молодые люди, — мужчина вынул сигарету изо рта, выпуская в сторону дым и в ожидании глядя на подростков, которые, казалось, потеряли дар речи. Усмехнувшись, он спросил: — А что мы тут делаем?       — Ждём человека, — Юра, в отличии от напуганной Даши, мог говорить и смело смотреть в глаза полицейскому, который пытался добиться от него подобного девушке состояния.       — В такой поздний час и без сопровождения взрослых? — он выгнул бровь и едва видно улыбнулся. Даша вцепилась в спасительную спину Плисецкого, а тот лишь фыркнул и сжал её руку.       — Взрослые здесь, недалеко.       Но стоило мужчине сделать шаг к ним навстречу, как Юра шепнул: «Бежим», и сорвался с места, чуть ли не роняя подругу, которая не успела среагировать. Мужчина громко крикнул, но вслед не пустился. Разве это повод останавливаться для подростков? Нет, они всё равно неслись сломя голову, хотя у Даши уже прилично кололо в боку, и она собиралась как-то намекнуть Плисецкому, что уже не в силах бежать, но тот продолжал бежать, а она — молчать.       Это продолжалось недолго, уже через пару минут после того, как они миновали центр, парень решил остановиться. Лютаева чуть не упала на землю, благо рядом оказалась скамейка. Плисецкий усмехнулся и сел рядом с ней, тоже стараясь отдышаться и привести сердцебиение в норму. Даша старалась не смотреть на Юру, так как в груди медленно росла обида и просто отключала мысли. Лютаевой не было непонятно, зачем он вытащил её из дома, если ничего особого не произошло. Она поняла, если бы они пошли даже в магазин за обычным соком, но они прошлись до вокзала по морозу и потом убегали от разгневанного полицейского, так как в такое позднее время вышли на улицу. Даша обиженно засопела и вскочила со скамейки. Поправив шапку и шарф, она направилась в сторону дома.       — Эй, ты куда? — она хотела ответить, но после решила, что правильнее будет просто проигнорировать. Она не понимала, зачем это делает. Мозг просто твердил: «Иди, иди, иди вперёд, тебя дома ждут», а что-то ноющее в груди стремительно хотело остаться здесь, с Юрой. — Ты меня игнорировать решила? Наша девочка обиделась? — Дарья остановилась, но лицом к нему не повернулась. Она сузила глаза и стала бегать взглядом по местам, которые были перед ней. За спиной была тишина, в принципе, как и везде, что было немного странно. В ушах лишь слегка посвистывал ветер, перекидывая пряди её волос из стороны в сторону. Через какое-то время Плисецкому надоело сидеть и смотреть в спину девушке, поэтому он встал и развернул её лицом к себе. — Что ты выделываешься?       — Зачем? — Даша подняла на него взгляд и требовательно посмотрела в глаза, а Юра вопросительно выгнул бровь и попытался понять, что имеет в виду Лютаева. — Зачем ты это делаешь? — в этот момент Плисецкий ещё больше запутался и ничего, кроме протяжного «э-э-э», ответить не смог. На данный момент он больше был напряжён, нежели напуган. Даша выдохнула облачко холодного воздуха и уточнила. — Ты вывел меня из дома, повёл непонятно куда, а потом мы просто убегали от полицейского. Зачем ты всё это затеял? Зачем ты это делаешь? Зачем ты меня путаешь постоянно?       — А тебе не понравилось? — этот вопрос застал Дашу врасплох. А что ей, собственно, должно было понравиться? То, как она сгорала от неизвестности? То, как они убегали от полицейского, как чуть не попали в отделение из-за его выходок? Даша чуть не подавилась, когда услышала вопрос.       — А что мне должно было понравиться? — Юра фыркнул. — Мы просто впустую провели время. Потратили… — она посмотрела на время. — Потратили час на это всё, зачем? Я сейчас могла сидеть дома и встречать родителей. Но я, как всегда, пошла за тобой…       — Ты просто не понимаешь того, что я люблю, — он засунул руки в карманы и, усмехнувшись, приподнял голову. Даше казалось, что он смотрит на неё с высокомерием, отчего она поёжилась. — Так, наверное, веселее — сидеть дома в новогоднюю ночь и ничего не делать. Да? — Даша почувствовала, как внутри зарождается чувство вины и страх, а поэтому отступила от парня на шаг, но зрительного контакта не нарушила. — Извини, если потратил твоё время зря, — это прозвучало так ехидно, что Дашу вновь передёрнуло.       Она снова почувствовала себя виноватой. Возможно, так и было, но она считала иначе. Не контролируя свои действия, она зажала в один миг Плисецкого в объятиях и уткнулась носом в его куртку. По тому, как напрягся парень, было ясно, что он немного опешил, но потом Лютаева ощутила его руки на талии и с облегчением поняла: не злится.

***

      — Даша, как мы испугались! — стоило девушке оказаться в дверном проёме, как её с ног чуть не сшибли напуганные родители, которые прибыли и не обнаружили второй дочери дома. Алиса стояла за их спинами и обеспокоенно смотрела на сестру, но стоило ей увидеть Плисецкого, как она усмехнулась и сложила руки на груди, чем немного смутила Дарью.       — Мам, пап, всё хорошо, простите, — взрослые отступили от девушки, и она, поджав губы, посмотрела на Юру. Неуверенно взяв его за руку, она сказала: — Ну и… познакомьтесь, это Юра — мой друг.       Лютаевы с немного приоткрытыми ртами рассматривали парня, который небрежно смотрел в сторону всех присутствующих, но всё равно сжимал руку их дочери. Мать переводила взгляд с него на Дашу и обратно, а отец натянул на лицо улыбку и подошёл к Юре.       — Что же, будем знакомы! — он пожал руку подростка и под удивлённый взгляд жены провёл детей на кухню.       — Господи, почему я обо всём узнаю самая последняя? — женщина помассировала виски и прошла за остальными. Эта новогодняя ночь заставляла желать лучшего и намеревалась стать незабываемой.