Plots, Shocks and Romance

Парень за стеклом показался Джеку слишком взбалмошным для человека, всю жизнь просидевшему взаперти. Он будто летал по комнате, вдохновенно кидался от одного шкафа к другому, что-то бубнил себе под нос, может какую-то песню, но думать об этом у Джека просто не было времени. Будь у него возможность, он бы посидел часок-другой, любуясь на это дитё, прямо как те люди, что понаставили повсюду камеры и экраны. Сколько пролетов он пробежал? Какой высоты эта башня? Почему они не додумались сделать лифт? Слишком много вопросов рождалось у мужчины в голове, пока он бежал и бежал, все выше, проходя из одной бронированной двери в другую. Эта… клетка. Зачем его посадили сюда? Зачем наблюдают, как за опасным зверьком, издалека и под напряжением? Зачем обзывать «особью» и вести такие подробные исследования? Когда уже, черт возьми, закончится этот лабиринт? Джек ввалился в неизвестно какую по счету дверь. Он торопливо зашел внутрь, наступил на скрипящий под подошвой пол, пытаясь в темноте найти следующий проход или рычаг. Но не успел он обернуться назад, как земля с грохотом ушла из-под ног и мужчина попал в какой-то другой мир, совсем несравнимый с царящей обстановкой. Темное дерево, ковер, мягкий свет ламп и свечей. От неожиданности Джек забыл и о высоковольтном треске тока позади, и о холодном свете кварцевых светильников. Он задрал голову наверх, спешно пытаясь встать, как прямо перед его носом оказалась знакомая молодая мордашка с огромными глазами. Эти минуты, начиная от внезапного попадания сюда и заканчивая последующим криком-визгом обезумевшего синеглазого парня, который, кстати, начал швыряться всем, что под руку попадалось, слились для Джека в одну большую секунду. Все происходило слишком быстро. — Эй, полегче! Остановись ты, хватит! Но парень и не думал останавливаться. Как сумасшедшая белка, он носился по комнате и кидаясь тяжелыми книгами. — Да перестань ты наконец! Я ничего тебе не сделаю. Страх и детское нескрываемое любопытство рисовалось на лице парня, пока он крепко сжимал длинными пальцами очередной толстый том. Он замер, готовясь в любой момент кинуть его прямо в голову, впиваясь взглядом в своего гостя. — Кто ты? — Я Джек. Я друг. И я пришел вытащить тебя отсюда. Парень вновь замахнулся, цедя сквозь зубы какие-то проклятья, но стоило Джеку с силой опустить его руки своими, как он перестал сопротивляться. — Ты… ты настоящий? — Джек думал, что невозможно смотреть более жалобно и по-наивному, но вскинутые брови над бесконечно-синими глазами смотрели ему в душу, заполняя собой все ее небольшое пространство. — Еще какой, — рука парня, теплая, осторожно коснулась щеки Джека, будто проверяя, реальный он или нет. Еще бы пару минут и парнишка бы точно заплакал своими большущими ребяческими глазами, но огромная, стоящая рядом позолоченная махина со светящимися дырами вместо глаз заиграла какую-то адскую мелодию так громко, что Джек невольно сжался изнутри. Все вокруг зашумело, задрожало и Риз (да, точно, его звали Риз) опять уставился на Джека, выкрикивая «уходи» и «отсюда нельзя сбежать». Парень нес какой-то бред, обращаясь к потолку на «он» и стараясь перекричать страшный грохот вокруг. Он суетился, бегал от Джека, пытаясь вытолкать его отсюда, то обратно к дыре наверху, пока не увидел большой, будто сказочный ключ с выгравированной на нем клеткой. «Боги, сколько же эмоций в секунду может выдать это личико?» В ту же секунду, Риз выхватил ключ у него из рук и побежал вперед к самой, наверное, массивной двери во всей башне. Парень хмыкнул, протиснулся через нее и, оборачиваясь к Джеку, крикнул: «Скорее!», скрылся в пестрящем сигнализационными лампами коридоре. Джек бежал за ним по витиеватым пролетам, боялся потерять парня из виду среди пыли, обломков стекла и арматуры. Башня ходила ходуном, угрожающе накренялась из стороны в сторону, пока они бежали к единственному для них выходу. Только вот мужчина не знал куда бежит. Он понимал, что должен охранять этого парня ценой своей жизни, он должен был хоть на руках нести его отсюда, но в этот момент, когда пол то и дело качался влево-вправо, Джек мог только балансировать и не отрывать взгляда от каштановой макушки впереди, слепо доверяя их жизни случаю. Очередная дверь дала выход на улицу. Улицу, оглушенную нечеловеческим машинным воплем, схожим чем-то на крик кита. Было непонятно откуда именно доносится звук, ибо гул ветра на такой-то высоте попросту закладывал уши. Джек схватил Риза за одну руку, испугавшись, что того снесет, и пытаясь крепче держаться другой рукой за поручень, они побежали самую верхушку Башни-Монумента. Другого выбора не было — строение рушилось у основания, поэтому они бежали вперед, в неизвестность, ласково укрытую плотными облаками. С такого уровня не было видно абсолютно ничего. Казалось, что если вылезти отсюда, то никуда не упадешь, а наступишь на мягкую вату или пушистое одеяло. Именно тогда, держа Риза за руку на высоте поднебесья, Джек думал о гравитации, которая все испортила. Даже когда из белоснежных облаков, прямо на них вылетела механическая птица, размахивая стальными крыльями в опасной близости. Когда он опять перестал чувствовать пол под ногами, а земля и небо поменялись местами. Когда Риз кричал во все легкие его имя, хватаясь ладонями за его ладони. Когда они летели вниз с такой же скоростью, с которой падало в пятки сердце, когда Риз выскользнул из его рук.