Глава 7. Ночь настоящего голода
17 сентября 2017 г., 19:35
— Давайте, давайте! Живее! Ещё чуть-чуть осталось! — подбадривал воспитатель по физкультуре бегущих по залу детей, которым по нормативу нужно было продержаться целых две минуты. Топот стоял такой, будто кросс бегут не человеческие дети, а табун жеребят.
Дженнифер смахнув пот со лба, старалась всеми силами не останавливаться и правильно дышать, как учил мистер Огден: вдох через нос, выдох через рот. Но это было не просто, особенно когда сзади нагоняет Терри.
Пока все бежали, у этих двоих было своё собственное испытание. У Терри была цель догнать и толкнуть Дженнифер, или хотя бы подставить ей подножку. А у неё была задача удирать от него со всех ног, и при этом не помереть на физкультуре.
— Молодец, Дженни! Давайте ребята, догоняйте одногруппницу! Вон как она быстро бежит! Вам пример! — от чистого сердца похвалил мистер Огден.
«Да-а, если бы ты только знал настоящую причину моего успеха!..» — иронично подумала она, бегущая с выпученными глазами, со всех ног. В очередной раз, избежав подножки Терри и увернувшись от его острого локтя, она вырвалась вперёд.
— Вот это настрой к победе! — в очередной раз восхитился пожилой мужчина, ведь до этого она никогда ещё так не старалась на его занятиях.
Барри Огдену было восемьдесят четыре года (а на вид так и все сто) и, глядя на него, не подумаешь, что он ведёт физкультуру у детей. Тщедушненький, и почти лысый, тем не менее работники приюта, да и многие горожане, звали его «живчиком» — за веселый характер и позитивный жизненный настрой.
Дженнифер он тоже нравился, несмотря на его непоколебимую веру, что из неё «ещё получится замечательный спортсмен». Как по ней, лучше бы он уже отчаялся.
Свистнув в свисток, мистер Огден дал детям небольшую передышку и повёл к канату, на котором Дженнифер было легче повеситься, чем забраться по нему.
— Молодец, Терри! Шустрее, шустрее! Ещё чуть-чуть! — подбадривал он любимого ученика, и не удивительно, уж в чём, а в спорте хулигану не было равных.
— Давай, Дженни. Твоя очередь. Покажи всем класс, как в беге! — махнул в подбодряющем жесте мистер Огден с сощурившимися, от широкой улыбки, глазами.
Дженнифер, с весьма кислым лицом, вышла к свисающему с потолка канату.
— Мистер Огден, а может не надо? — робко спросила она, с мольбой посмотрев на воспитателя по физкультуре.
— Как это не надо? А как же ты станешь спортсменкой? Давай-давай! Усилия и труд, как говорится, всё перетрут! — ещё более подбадривающе заверил мистер Огден.
«Что-то мне подсказывает, что скорее бегемот станет балериной, чем я спортсменкой…» — вздохнула Дженнифер и неуклюже попыталась забраться на ненавидимый канат. Получалось это у неё, мягко говоря, не очень. Руки для этого были слишком тонкими и слабыми.
— Смотри шею себе не сломай, слабачка! — язвительно прокомментировал её попытку, Терри.
— Терри, ну зачем ты так? Она же, считай, твоя сестра… — расстроенно, но спокойно произнёс мистер Огден.
— Никакая она мне не сестра! — огрызнулся Терри, смотря с явной неприязнью на Дженнифер.
— Зря ты так, — мягко ответил воспитатель, покачав головой. — Вы все в своей группе, считай, друг-другу братья и сёстры. Ведь вы всегда находитесь вместе, как одна дружная семья.
На это Терри только закатил глаза. Он ненавидел этот приют.
***
После физкультуры, мисс Фишер отправила выжатых как лимон, детей в раздельные душевые. Дженнифер тщательно намыливалась губкой-утёнком и думала, что эта неделя выдалась гораздо более тяжёлой, чем она думала. Во-первых, Терри. Этот враг народа (а точнее её враг), твёрдо вознамерился поколотить «опозорившую его девчонку». А именно ей стала Дженнифер из-за той потасовки между ними. Слухи об этом, стремительно облетев весь приют, приняли какую-то нелепую и весьма неправдоподобную форму. Если верить им, то это именно Дженнифер застала Терри врасплох, когда он был один в группе. Потом она, якобы, с помощью потусторонних сил, жестоко избила его до полусмерти. Кто-то даже уверял, что Терри в ужасе выбежал в коридор, пытаясь сбежать, но его за ноги обратно затащили черти, и маленькая ведьма стала кататься на нём, как на пони. Эта нелепица принесла обоим детям одни лишние проблемы. Дженнифер теперь ещё больше донимали, а Терри стал объектом для издевательств и насмешек со стороны подростков. Ведь «его побила девчонка, фу! Позор! Слабак!». Поэтому он старался всеми силами взять реванш и восстановить свою поруганную честь. Всю последнюю неделю Дженнифер исподтишка получала от него щипки, толчки в спину и подножки. И это её ещё спасала мисс Фишер! Если бы не она, Терри давно бы уже отбил ей всё, что только можно отбить. «Лучше бы побил тех, кто эти сплетни распускает!» — размышляла она, сердито сжимая губку, отчего у утёнка бешено выпучились глаза. Во-вторых, от ошеломившей её новости, что оказывается та сила, которой она обладает ни что иное, как волшебство, и где-то в мире живут ещё такие же волшебники — она прибывала в глубокой мысленной прострации, ничего не замечая вокруг себя. Только друзья всю неделю спасали её от серьёзных покушений недругов. Да и честно говоря, если бы не они, она, скорее всего, решила бы, что тот разговор с волшебником (имени которого, к своему стыду, она не запомнила) был всего лишь сном. Она с жадностью высматривала сказки и картинки о чародеях и колдуньях, и каждый вечер просила мисс Фишер прочитать именно про них. Сама воспитатель по этому поводу, наверно уже думала, что прочитала столько историй про волшебство и магию, что при желании, смогла бы написать диссертацию. Дженнифер раздирали противоречивые чувства. Она была невероятно счастлива, что у неё оказался такой дар, и что она правда оказалась особенной (ну хоть в чём-то!). Но теперь она волновалась, а примут ли её другие волшебники — ведь она ровным счётом ничего не знала о волшебном мире, в который, если верить словам того волшебника, ей суждено попасть. Единственное, что она теперь знала, это то, что нельзя колдовать при ма… Как же волшебник их назвал?.. Короче, при всех остальных, иначе им сотрут память. Об этом, кстати, Дженнифер схитрила и предупредила друзей. Те в свою очередь, не на шутку испугавшись, пообещали если что — делать вид, что ничего не видели, не замечали и не слышали. Но теперь о мысли мести Терри и подросткам с помощью силы и речи быть не могло. Эх, а ей так хотелось отомстить… Но, видимо, не судьба. Вымывшись, Дженнифер сняла с крючка своё полотенце, и едва не прикоснувшись им к лицу, успела заметить грязь. Всю жёлтую мягкую ткань измазали в грязи. Подростки. Ещё одна ненавистная причина, чтобы практически не возвращаться из города. — Марри! — позвав подругу, Дженнифер развернула испорченное полотенце и заметила ещё одну неприятную вещь. Посередине ткани было написано фломастером: «Сдохни мерзкая ведьма!» — Да? — отозвалась из-за угла Марри. Её не было видно, но Дженнифер зная одногруппницу, отчётливо представляла, как та усердно расчёсывает свои кудряшки, стоя в сером махровом халате возле зеркала. — Можешь попросить у мисс Фишер ещё одно полотенце для меня? А то это опять испортили. — Когда же они от тебя отстанут? — возмутилась Марри и вышла за воспитателем. Дженнифер же равнодушно разглядывала своё несчастное полотенце, скорее всего брошенное в лужу. Ещё и наступили на него — виден отпечаток ботинка. — Никогда… — невесело отозвалась она. После того как возмущённая мисс Фишер в очередной раз с разборками побывала в группе у миссис Эшорт (что было совершенно бесполезно, по мнению Дженнифер), остаток дня прошёл в ожидании, когда детей отведут в контактный зоопарк. — Мисс Фишер, нам ещё не пора идти? — в очередной раз вопросил Оливер, без интереса вертя в руках пластмассового робота и искоса поглядывая на Терри. Но тот спокойно сидел себе в уголке уединения и без особого интереса листал комиксы. Вся группа была поделена на несколько маленьких тематических уголков, таких как уголок чтения, где на полках лежали книжки. Уголок творчества, с карандашами, красками и пластилином. Уголок физкультуры. Уголок города. И уголок уединения, представляющий собой небольшое пространство, усеянное мягкими подушками и закрытое полупрозрачным круглым балдахином. Как говорила им мисс Фишер, оборудовавшая его: — Бывают моменты, когда каждому из нас хочется побыть одному и чтобы его не трогали. Если у вас будет такое настроение, залезайте в этот уголок, и никто вас не побеспокоит. В нём любила сидеть Дженнифер, так как довольно часто предпочитала побыть в гордом одиночестве. Конечно, благодаря нескончаемой детской энергии ей были не чужды и коллективные игры с другими детьми, но те почти всегда предпочитали носиться и кричать всякие глупости. Она же любила пофилософствовать в спокойствии и тишине. К слову говоря, хоть физически она и была слабой, зато в умственном плане развивалась быстрее большинства своих ровесников. Она уже умела читать без запинок несложные тексты и считать до двухста. А закрывшись от других детей под навесным балдахином, она любила отгадывать загадки и головоломки на последней странице детского журнала «Для маленьких леди и джентльменов». Но теперь это место почти всё время занимал Терри. Но, в принципе, это было даже к лучшему — пока он сидел там, остальные дети были в безопасности. — Как только вернётся группа малышей, сразу пойдём мы, — заверила мисс Фишер, глянув на часы. — Может, пока почитаем сказку? — оторвавшись от пластилина, спросила Алиса. Последние полчаса она, высунув язык от старания, лепила человечка с рыбьим хвостом. — Почему бы и нет, время у нас ещё есть. Какую сказку хотите послушать? — добродушно поинтересовалась мисс Фишер, закалывая на затылке свои светлые волосы. — Может, вот эту? — Дженнифер протянула тонкую книгу, на обложке которой была изображена гора, с извивающимся вокруг неё чудищем, чем-то отдалённо напоминающем игуану с крыльями. Мисс Фишер достала из стола свои очки и, взяв из её рук книгу, присмотрелась к местами порванной обложке. — Хм, эта сказка называется «Страшный дракон скалы Спиндлстон» — прищурив глаза, прочитала название воспитатель. Затем обратилась к остальным детям, которые (кроме Терри) толкаясь и пихаясь, уселись полукругом вокруг неё. — Вы согласны послушать её? — Да! — воодушевлённо послышалось со всех сторон. Дети нетерпеливо заёрзали на месте ожидая услышать страшилку, ведь в названии было слово «Страшный». — Ну что же, — произнесла мисс Фишер, открывая книгу и чуть прокашлявшись: — Жил когда-то в замке Бамборо король. У него была красавица жена и двое детей. Сына звали Чайлд-Уинд, а дочь Маргарет… Сказка оказалась вовсе не такой уж и страшной, ужастики по телевизору были куда страшнее. Но дракон, описываемый в книге как сильный, страшный и могучий зверь, очень заинтересовал Дженнифер. — Мисс Фишер, а как выглядит дракон? — задумчиво поинтересовалась она, когда сказка закончилась. — Огромный ящер с крыльями, — быстро ответила Алиса. — И умеет выдыхать огонь! — добавил Оливер. — И поедает рыцарей, — с умным видом вставил реплику Тед. Мисс Фишер ещё раз глянула на обложку книги. — В общем-то да, вы правы. Драконы в сказках описываются как большие, сильные ящеры, умеющие выдыхать пламя и с кожистыми крыльями на спине. — А что значит с кожистыми крыльями? — ещё поинтересовалась Дженнифер. В уголке уединения фыркнул Терри. — Тупая малявка! — с презрением бросил он. — Терри, — строго произнесла мисс Фишер, затем смягчившись, повернулась к Дженнифер. — Кожистые, они как… У летучей мыши. — Ясно… — протянула Дженнифер, стараясь представить этого зверя, но в воображении представлялось какое-то нелепое существо. — А они правда существуют? — спросила Марри, прижав к груди любимого плюшевого единорога с синей гривой — подарок на день рожденья от мисс Фишер. — Нет, — улыбнулась воспитатель. — Это просто сказки. На самом деле драконов не существует. Кстати, — спохватилась она. — Нам наверно уже пора идти! Она поднялась и подошла к окну, остальные ребята так же подбежав, посмотрели на улицу. — Точно, вон возвращаются малыши, — произнесла она, глядя как через главные ворота, строем заходят неуклюжие дети двух-трёх лет. На лицах у них был восторг, а их воспитательница, что-то им говорила, но через стекло ничего не было слышно. — Ну что, идите, убирайте игрушки, потом быстро в туалет и пошли смотреть животных! — улыбнулась мисс Фишер и дети с воплем «Ура!», в рассыпную бросились по группе, быстро убирая за собой бардак. Перед выходом из группы, мисс Фишер, громко похлопав в ладоши, добилась от них недолгой тишины. — Только одно важное объявление! — обратилась она к возбуждённым детям. — Со следующей недели по нашему приюту будет проходить творческий конкурс «Моё любимое животное». Группа победителя конкурса получит приз — большую энциклопедию про животных с красочными картинками, три раскраски и новые фломастеры! Дети с блестящими глазами стали перешёптываться и переглядываться. — Для участия вам нужно будет нарисовать рисунок или сделать поделку, аппликацию того животного, которое вам больше всего нравится, — перекрикивая шум воспитанников, продолжила мисс Фишер. — Так что советую вам получше рассмотреть зверей в контактном зоопарке. Ну, теперь детскому азарту не было предела. У Дженнифер, как и у всех, уже чесались руки начать делать творческую работу! Про себя она уже твёрдо решила, какое животное будет делать, осталось только до конца понять, как оно выглядит. Шумной толпой её группа спустилась с лестницы. Перед воротами мисс Фишер не без труда удалось более-менее успокоить их, чтобы они не распугали своими высокими возгласами всю живность зоопарка. Выйдя за ворота, они под предводительством воспитателя стали спускаться по улице. Дети с любопытством озирались по сторонам и переговаривались, а на них в свою очередь, с интересом, жалостью или плохо скрываемым раздражением смотрели жители города. Дженнифер уже давно заметила, что некоторые люди, почему-то относятся к ним с уверенностью, что из них вырастут лишь воры и тунеядцы. Проходя мимо очередного дома, ей бросился в глаза приклеенный на стене листок с объявлением: «Внимание! Пропал ребёнок!» Под надписью была размещена большая фотография улыбающегося круглолицего мальчика с темными волосами и сияющими серыми глазами. Ниже шло описание: Чарли Джонсон. 4 года. (г. Нортгемптон) 11 марта 1985 г. Пропал, с тех пор достоверной информации о его местонахождении нет. ПРИМЕТЫ: Рост приблизительно 100 см. Среднее телосложение. Овальное лицо. Глаза серые. Волосы тёмно-русые, густые, прямые. Ушки слегка оттопыренные. БЫЛ ОДЕТ: Жёлтую футболку, джинсовый комбинезон, синюю кепку. Всех, кто может сообщить какую-либо информацию о местонахождении Чарли, просим позвонить по телефонам. Дженнифер часто видела эти объявления в городе, и ей было очень жаль бедного мальчика. Если его схватил тот страшный человек, которого разыскивает волшебник — то он, скорее всего, уже погиб. — Смотри, мы пришли! — пискнула Марри, тихонько пихнув её в бок и вырывая из мрачных мыслей. Дети дошли до лужайки с непримечательным серым кирпичным домом, перед которым, они с восторгом увидели загон с курами, козами, и кроликами. — Так, спокойно! Соблюдайте порядок! — строго осадила их мисс Фишер, видя, что воспитанники уже готовы ринуться дружной гурьбой и затискать животных. — Все по очереди погладят животных, только не шумите и не толкайтесь! К ней подошёл высокий улыбающийся мужчина с очень загорелой кожей, чёрными волосами и короткой бородкой. — Поздоровайтесь, это мистер Адам Уилсон — хозяин контактного зоопарка, — представила человека мисс Фишер. — Здравствуйте, мистер Уилсон! — нестройным хором протянули дети. — Привет! — ещё шире улыбнулся мужчина. — У меня к вам только одна просьба, мои юные друзья. Сразу все руки не тяните и громко не шумите. Животные не любят невоспитанных и визгливых детей. Как только он это произнёс, дети стали разговаривать гораздо тише, демонстрируя, что их-то точно нельзя назвать невоспитанными, визгливыми детьми. — Проходите, тут у меня Маргарет, Дора и Кудряшка Сьюзи, — подвёл он их к первому загону, где мирно щипали траву козы коричневого и чёрного цвета. И белая, словно облачко, овечка. Вид у них всех был совершенно равнодушный. — Они любят, когда их угощают капустой или морковкой, — поднёс мистер Уилсон детям коробку с угощением. Быстро расхватав листья капусты, ребята стали подзывать животных. Те, с неохотой подошли, будучи в довольно сытом состоянии — Дженнифер видела у них под копытами валяющиеся недоеденные овощи, оставшиеся ещё от малышей. Она дотронулась до чёрной козочки, когда та потянулась к капустному листу в руке Оливера. Шерсть у неё оказалась довольно жёсткой и плотно прилегающей к телу, а рожки очень твёрдыми и острыми. Овечка же напротив оказалась очень мягкой и, судя по всему, ей очень приглянулась Марри. Она тянулась к ней, и рыжая девочка взаимно гладила её по довольной мордочке. Дженнифер в это время подошла к бело-коричневому пони, отдыхающему в теньке. Она протянула ему морковку, и он, скептично фыркнув, куснул угощение один разок, явно только из вежливости. Погладив длинную чёлку очень тёплого и воспитанного пони, Дженнифер подбежала к круглому невысокому заграждению, где прыгали разномастные кролики, и запоздало поняла, что оказалась очень близко к опасности, когда прямо перед ней из толпы вынырнул Терри. Зажмурившись, она ждала от него мстительного удара, но боль так и не последовала. Боязливо приоткрыв один глаз, она с удивлением обнаружила Терри, гладящего белого кролика. Выражение лица у него было до того необычно добрым, что будь у неё фотоаппарат, она бы сфотографировала его, чтобы потом доказывать остальным, что и такие чудеса, как улыбающийся Терри, тоже бывают. До этого он не проявлял особого интереса к животным, но кролики, видимо, настолько ему понравились, что он не замечал никого вокруг. В том числе, слава Богу, и её. — Кушай маленький, — произнёс он, поднося к носику пушистика морковку. Быстро погладив другого кролика (пушистый и такой мягкий!), Дженнифер поспешила ретироваться, пока Терри, чего доброго, не опомнился. Пробегая мимо Оливера и Теда, заливающихся смехом, пока их с ног до головы облизывал терьер Коди, быстро виляя хвостом, она остановилась возле большой, пушистой белой кошки, с тёмными ушами, хвостом, и пятном на мордочке, похожим на маску. — Это Кити, — пояснила мисс Фишер, гладя мурчащую, как мини-трактор, кошку. Она весьма интересной и доброй породы. Называется «Рэгдолл». — А чем интересна эта порода? — спросила Дженнифер, и кошка медленно повернула к ней голову с небесно-голубыми глазами. — Тем, что если её поднять, она, как тряпичная кукла, смиренно повиснет на руках, — со смешком сказала воспитатель и бережно взяла кошку на руки. И правда, стоило поднять гордую представительницу кошачьих, как лапы её безвольно повисли, но урчание стало только громче. — Ничего себе! — Дженнифер погладила обвисшую, но довольную Кити. Её мурчание вибрацией прошло по тонкой руке. — Подходите, в доме есть ещё животные! — подзывал мистер Уилсон. — Они просто не любят яркий дневной свет, поэтому я держу их в тени дома. — Да? А кто там у вас? — подошла к нему мисс Фишер. — Пауки, летучие мыши, игуана, есть даже удав! — надувшись от важности, гордо произнёс владелец зоопарка. Марри, услышав про удава, сразу отказалась заходить в дом и с большей охотой вернулась к овечке. — Проходите! — приглашающим жестом, распахнул широкие двери мужчина, и дети, щурясь после яркого солнца, вошли в прохладное, тёмное помещение. В душном воздухе пахло неприятно, Дженнифер вспомнился хомяк из группы малышей. Если ему неделю ленились чистить клетку, то от неё стоял похожий запах. — Впрочем, я мог бы вас и не приглашать. — усмехнулся мистер Уилсон. — Вы при желании и сами смогли бы зайти. Здесь двери без замков. — Как без замков? — мисс Фишер оглянулась на деревянные двери. — А как же вы здесь будете? Вдруг кто захочет украсть животных. — Я сомневаюсь, что кому-нибудь придёт в голову украсть паука или удава, — с сарказмом ответил владелец. — Ну, а если вдруг и придёт, то у входа висит камера наблюдения. Когда глаза привыкли к темноте, Дженнифер смогла разглядеть комнату получше. В общем-то в самой комнате ничего примечательного не было. Стены были покрыты деревянными панелями, на полу лежала пыльная плитка. Но самое интересное было в стоящих возле стен больших аквариумах, подсвечиваемыми ультрафиолетовыми лампами. Подойдя к стеклу первого, Дженнифер увидела под сухой корягой огромного волосатого паука, с яркой чёрно-красной расцветкой. Он был абсолютно неподвижен, и можно было подумать, что паук мёртвый или ненастоящий. Но блеск восьми круглых глаз недвусмысленно предупреждал, что это существо на самом деле вполне себе живо и опасно. Дженнифер слышала до этого такую фразу, как «Волосы встали дыбом», но никогда до конца не понимала значения этого выражения. Сейчас же смотря на пушистые длинные лапы этого паука и его внушительные жвала, она почувствовала, как на затылке зашевелились волосы. — Матерь Божья, какой он здоровый! — с круглыми глазами, приглушённо воскликнула мисс Фишер. — Это самка паука-птицееда, — явно польщённый такой реакцией, пояснил мистер Уилсон. — Он ест птиц? — спросила Алиса, с явной брезгливостью на лице. — Она, это девочка, — улыбнулся мужчина. — Да, может съесть и птицу, но редко. В основном питается крупными насекомыми и грызунами. Хотите её погладить? — вдруг спросил он, приоткрывая крышку аквариума. Паук занял бы всю его руку. — Нет! Нет! Нет! — хором завертели головами девочки и воспитатель. Кого-кого, а этого «питомца» им гладить точно не хотелось. — А чего вы так? — притворно удивился мистер Уилсон. — Долорес — мирная паучиха. Я иногда даже беру её с собой в кровать. Дженнифер ярко представила, как она просыпается, а рядом на подушке лежит такая соседка и её аж передёрнуло. После черепашек, жующих клеверные листики, дети подошли к квадратной клетке, у которой с потолка свисали шевелящиеся тёмные «капли». — Это летучие мыши, — чуть постучал по прутьям решётки мистер Уилсон, и ближайшая мышь, дрогнув, раскрыла кожистые крылья, показав миру свою пушистую серую тушку с сонной сморщенной мордочкой. Дженнифер с видом делового биолога рассматривала и запоминала, как выглядят её тонкие размашистые крылья. — А это игуана. Мне её подарили, и честно говоря, я ещё так и не разобрался, самец это или самка… В высоком террариуме на толстой ветке, зажмурившись под лампой, сидела большая зелёная ящерица. Несмотря на то, что любопытные дети смотрели на неё во все глаза, она (или он) даже не пошевелилась. Рассмотрев ещё двух чёрных пауков-тарантулов, мистер Уилсон заговорщицки им подмигнул. — А сейчас я покажу вам гордость моей коллекции! — с сияющими глазами произнёс он, направляясь с группой к дальнему прямоугольному террариуму. Приблизившись с остальными к стеклу, Дженнифер увидела длинную, толстую змею, кофейного цвета с тёмными ромбами по бокам. Она неподвижно лежала, свернувшись кольцами, а её треугольная голова, кажущаяся маленькой по сравнению с телом, покоилась на гладком валуне. Глаза с вертикальными зрачками, не моргая, уставились в одну точку. Лишь блестящий раздвоенный язык иногда высовывался из пасти. — Это удав, — представил змею мужчина ахающим и шепчущимся детям. — Я сам поймал его в лесу Южной Америки. — Как вам это удалось? — поинтересовалась мисс Фишер, завороженно рассматривая узор на чешуе змеи. — Я же профессионал, — подмигнул, улыбающийся в тридцать два зуба, мистер Уилсон и, смеясь, добавил. — К тому же добротный укол снотворного усмирит кого угодно! — А это что? — спросила Дженнифер, заметив красные разводы на стекле в углу. — А это он попробовал стекло на прочность, — хохотнул мистер Уилсон. — Он пока ещё дикий и не прирученный. Последние две недели, он, гад такой, устроил забастовочную голодовку и мне пока приходится кормить его насильно. Но я уверен, что в итоге, смогу покорить его сложный характер. Честно говоря, чем больше говорил владелец этого зоопарка, тем больше неприязни испытывала к нему Дженнифер. Зачем было ловить змею и упрятывать в этот узкий ящик? Ещё и кормить её насильно, как когда-то поступала с ней миссис Эшорт. На минуту ей показалось, что зрачок удава посмотрел прямо на неё, но переведя взгляд на голову змеи, девочка убедилась, что удав по-прежнему равнодушно смотрит в стену. Бедный удав, теперь всю будет жизнь сидеть в этой коробке, ради непомерного хвастовства мистера Уилсона, подумала она, искоса глядя на надутого от важности, как мыльный пузырь, загорелого мужчину. — Я хочу в будущем приобрести ещё рысь и пуму! Уже даже договорился и заказал вольеры для них, — делился он планами с мисс Фишер. Однако по её лицу было сложно понять, нравятся ей эти идеи или нет. Она ничего не говорила, только молча слушала мужчину и задумчиво смотрела на кровавый подтёк на стекле. На этой змее детская экспедиция и закончилась. Всю обратную дорогу в приют, дети вдохновенно болтали о том, кто им больше понравился из животных. Уже вечером, после ужина, когда дети уселись возле телевизора, а мисс Фишер присела почитать газету, Дженнифер приступила к своей задумке. Притащив с улицы одну изогнутую палку и четыре коротких, девочка старательно склеила их клейкой лентой, чтобы получился скелет существа с длинной шеей и хвостом, устойчиво стоящий на четырех ногах. — Это что за урод? — проходя мимо, усмехнулся Терри. — Не твое дело! — огрызнулась Дженнифер. — Топай себе дальше! Мальчик, было, угрожающе начал надвигаться, но отступил, увидев пристальный взгляд воспитателя, брошенный поверх газеты. Весь оставшийся вечер Дженнифер вспоминала увиденных днём животных, и чаще других в голове возникал не прошеный образ равнодушного удава, уставившегося в одну точку. В какой-то степени, девочка ощущала свою схожесть с ним. Она ещё много лет проведёт в приюте бок о бок с местными хулиганами, издевающимися над ней. А он обречен провести остаток дней в тесном террариуме, рядом с пауками и черепахами.***
На следующее утро, уже вся группа старательно корпела над своими идеями. Марри обложилась пластилином и ватой. Алиса и Оливер что-то старательно рисовали, а Тед для своей поделки попросил у мисс Фишер ракушки из уголка природы. Дженнифер тем временем наматывала вату на скелет из деревянных палок, чтобы фигурка стала более объёмной. Сначала она думала использовать для этого пластилин, но его ушло бы слишком много, и скорее всего, тогда остальные дети остались бы вовсе без него. Так же вполне вероятно, что его и не хватило бы до конца. Солёное тесто бы растеклось. Глины тоже было мало. А вот ваты у них в группе было более, чем предостаточно, специально для детских творческих работ. — Ух ты! А кого ты делаешь? — изумилась Марри, наблюдая, как Дженнифер формирует сужающийся к концу длинный хвост. Существо получалось размером с маленькую кошку. — Увидишь, — загадочно ответила она и, встав, чтобы взять ещё ваты, пошла к стеллажу, где в контейнере лежали разные материалы. — А, я кажется, поняла! — улыбнулась Марри, оглядев ещё раз неизвестное животное. Многие к середине дня уже доделали свои поделки. У Марри получилась круглая и пушистая овечка из ваты на ногах-спичках. Завершающим штрихом, девочка с серьёзным видом прикрепила к её чёлке цветочек. Оливер нарисовал косматого щенка, а у Теда получилась интересная морская черепаха из ракушек. — Тебе правда из всех животных понравилась черепаха? — скептично поинтересовался Оливер у друга. — Она же ничего не умеет. Только и делает, что медленно ползает, да спит. — У неё есть твёрдая броня, и она смешно ест листик, — пожал плечами Тед. — А ещё про неё есть комикс, что делает её невероятно крутой. Дженнифер же ещё сделала только половину задуманного. У дракона уже появились чёткие очертания тела, но не хватало чешуи. Девочка изломала всю голову в мыслях, из чего же её можно было бы сделать. В итоге выбор пал на обычную белую бумагу. И вот тут начался весьма рутинный этап работы, неплохо так развивающий усидчивость и нервную систему. Наблюдая со стороны, мисс Фишер только поражалась недетскому терпению девочки. Без устали орудуя ножницами, она разрезала каждый лист на несколько прямоугольников и складывала из каждого маленький конвертик. Затем смазывала клеем получившуюся «чешуйку» и приклеивала её поверх предыдущей. Особенно молодую воспитательницу поразил момент, когда Дженнифер не понравилось, как получается чешуя, и, содрав уже немало проделанную работу, она начала заново! Только начиная теперь с хвоста. — Тебе может помочь, Дженни? — аккуратно поинтересовалась она, наблюдая, как та скомкивает не получившийся прямоугольник. — Ну… Было бы здорово. А то чешуи надо много. А одна я буду её делать, кажется ооочень долго… — поколебавшись, протянула Дженнифер, критично осматривая масштаб поделки. Мисс Фишер села рядом с ней. Вдвоём работа пошла гораздо быстрее, и дракон потихоньку «обрастал» белой, бумажной чешуёй. — Думаю, на сегодня хватит! — произнесла мисс Фишер через довольно продолжительное время. — Да и надо сделать перерыв, а то голова заболит от запаха клея. Распрямившись, она глянула на часы и резко поднялась со стула. — Вот же!.. Опаздываем на физкультуру! Быстро собираемся! — засуетившись, она забегала по группе, собирая детей. — Быстро! Оставляйте игрушки, потом соберём! Бегом переодеваться! — Я не хочу на физкультуру, — угрюмо заявил Терри. — Терри, давай не сейчас! — нетерпеливо отмахнулась воспитатель. — Иди скорее переодевайся. — Я не хочу, — повторил он, злобно глянув исподлобья. У мисс Фишер покраснели щёки. — Мне не с кем оставить тебя Терри. А ведёшь ты себя в последнее время настолько отвратительно, что я не хочу потом опять вернуться в разгромленную группу! — Это сделала она! — возмутился Терри, показывая пальцем на Дженнифер. — Все уже говорят, что она ведьма, только вы не хотите ничего слышать! — Довольно! Марш переодеваться! — гневно оборвала его мисс Фишер. Он ещё раз бросил на неё яростный взгляд и мрачной тучей поплёлся в раздевалку. Переодевшись в одинаковую спортивную форму (белые футболки и чёрные шорты), дети, спустившись с лестницы, вошли в спортивный зал, где мистер Олден уже смотрел на часы и нетерпеливо потопывал ногой. — Опаздываем, мисс Фишер, — добродушно произнёс он, глядя на запыхавшуюся молодую воспитательницу. — Простите, мистер Олден. Я помогала девочке с поделкой к конкурсу и, увлёкшись, потеряла счёт времени, — выдохнула покрасневшая как помидор, мисс Фишер. — Ну, ничего страшного. Бывает! — посмеялся пожилой мужчина. — Что ж, забираю у вас этих спиногрызов, и верну через двадцать пять минут. Как всегда. Как только мисс Фишер вышла за дверь, воспитатель по физкультуре звонко свистнул в свисток, висящий на его худой, морщинистой шее, призывая балующихся детей к порядку. — Ну что мои юные спортсмены, сегодня мы с вами потренируем прыжки, бросок мяча в корзину и затем немножко поиграем, — оглядел он построившихся по линейке воспитанников. — Начнём с разогревающей пробежки. Направо! Шагом марш! Дети за маршировали по залу. Следующий свисток — и вот по залу раздаётся грохочущий топот быстрых молодых ног. — Не болтайте! Старайтесь правильно дышать — вдох через нос, выдох через рот! И смотрите под ноги! Никто никого не обгоняет! Не толкайтесь! — напутствовал их во время бега воспитатель, поглядывая на тикающий секундомер. Дженнифер была полностью погружена в свои мысли, и это даже помогало ей не сбиваться с дыхания. Мысли её вращались вокруг вновь пропавшей волшебной силы. С тех пор, как она подставила подростков… «И тем самым подписала себе смертный приговор» — скептично добавил внутренний голос. Прошла неделя, и у неё совершенно не получалось вызвать прилив магии. Даже опробовав вновь на пёрышке, её ждала неудача. «Возможно, я ещё слаба, — думала она, заворачивая с остальными детьми на второй круг. — А может, волшебная сила не бесконечна и у неё есть свой предел? И до следующего колдовства ей надо накопиться…» Из мыслей её вырвал резкий рывок за ногу, будто она ей за что-то зацепилась. Не удержав равновесие, Дженнифер на всей скорости полетела вперёд и упала на твёрдый пол. Бегущих следом детей едва тоже не постигла эта участь, налетев на неё. — Дженнифер! — испуганно воскликнули Алиса с Марри и подбежали к ней. Послышался громкий свист. Подняв глаза, Дженнифер видела, как к ней быстро подходит обеспокоенный мистер Олден. — С тобой всё в порядке? — дотронулась до её плеча маленькая ручка Алисы. — Да… — прохрипела в ответ та, подымаясь с пола и чувствуя, как ладони, локти и коленки обожгла боль. — Дженни, ты как? — спросил воспитатель, помогая ей подняться на ноги. — Ай, больно! — поморщилась она от противной, щиплющей и пульсирующей боли в местах ушибов, будто на них посыпали солью. Повернув пыльные ладони, она обнаружила на них множество царапин, из которых быстро выделялись бисеринки крови. Та же ситуация была и с ободранными красными локтями и коленями. — Ай-яй-яй, осторожнее надо быть. — цокнул языком мистер Олден и, придерживая её за плечо, повёл к выходу. — Это Терри ей подставил подножку! — вдруг сказал Тед. — Я видел. Стоящий в стороне, и ухмыляющийся до этого, Терри, вдруг резко потемнел и предупреждающе посмотрел на Теда. — А ты точно уверен, жирдяй, что я это сделал?! — громко проговорил он, прожигая Теда глазами. Тот, покраснев, сжался под этим взглядом, но продолжил упрямо смотреть перед собой. — Не обзывайся, Терри! Так нельзя, — расстроено посмотрел на Терри мистер Олден. — Я уверен. Я тоже это видел! — выступил Оливер. — Ты догнал Дженнифер и подставил ей подножку! — Я тебе все зубы выбью, придурок! — прошипел Терри, подобно рассерженной змее, и бросившись вперёд, ударил кулаком Оливера в челюсть. Послышались детские крики. Но Оливер, едва устояв на ногах, смог зарядить ногой обидчику в живот. Защищая друга, сверху на Терри обрушился Тед. Упав яростным клубком на пол, мальчишки не на шутку били друг друга. Дети, стоявшие в стороне, испуганно попятились назад, хотя кто-то начал кричать из толпы: «Драка! Бей его! Давайте, задайте ему! Бей Терри!» Дженнифер глядя на эту потасовку видела, как Терри ловко раскидывает друзей. Он определённо знал какие-то приёмы борьбы. Но ребята горели праведным гневом и только по этому не проигрывали ему «в холостую». — Ну-ка прекратили! — в мгновении ока очутился рядом воспитатель по физкультуре и твердой рукой расцепил дерущихся растрёпанных драчунов. — Что на вас сегодня нашло?! Минутами позже Дженнифер, Терри, Оливер, и Тед сидели в кабинете медсестры и в очередной раз слушали её нотации, пока она обрабатывала им раны. — Прям даже странно, что это вы так поздно? Я-то думала, вы появитесь ещё неделю назад, — скептично произнесла миссис Уайт, как всегда одетая в накрахмаленный белый халат. Она протёрла царапины Дженнифер ватой, смоченной в перекиси водорода. Это вызвало новую жгучую волну щиплющей боли. Девочка, закусив губу, старалась из-за всех сил не издать ни звука, чтобы лишний раз не слушать проповеди медсестры и не давать повода для злорадства Терри. — О, вы только поглядите на этих красавцев! — усмехнулась медсестра, глядя на лохматых и насупившихся детей. — Ну, прямо, будто специально для фотографии! Вид у них и правда, был несколько комично потрёпанный. У Дженнифер на одной коленке пластырь, другая коленка и локти замотаны бинтами. У Оливера с челюсти на щёку плавно перетекал здоровенный синяк, а в носу засохла кровь. Тед в свою очередь, старался отвлечься от разбитой и саднящее-распухшей нижней губы. Так же у него покраснело и распухло левое ухо. А Терри теперь мог похвастаться щурящимся сливовым глазом и ещё более широким носом. Сидя рядом, с одинаково нахлобученными бровями и скрещенными руками они представляли собой картину маслом. Самое неприятное для них было, когда выяснилось, что мисс Фишер по каким-то своим делам отпросилась и уехала на весь день, а за ними стала присматривать миссис Эшорт. — Ну и бардак! — первое, что она сказала, перейдя порог их группы. — Быстро убрали за собой игрушки! Иначе ни о какой прогулке и ужине можете даже и не мечтать! Стоило ей один раз рявкнуть, как дети в спешке стали убирать игровую комнату. Миссис Эшорт же тем временем разглядывала их поделки, отбрасывая на стену сгорбленную тень. Дойдя до работы Дженнифер, она сощурила глаза, рассматривая дракона. Девочка, видя это, внутренне вся напряглась и готовилась к перепалке. — Кто это? — облизнув сухие губы, она скосила глаза на девочку. — Дракон. Разве не… похож? — нервно закусила ноготь Дженнифер, стараясь не смотреть в строгие глаза воспитательницы. Она чуть было не спросила: «Разве не видно?», но это прозвучало бы несколько агрессивно, а у неё была надежда, что всё разрешится мирным путём. — Не грызи ногти! Поспешно убрав руку ото рта, девочке хотелось как можно скорее оказаться на улице, где она сможет отбежать от этой воспитательницы как можно дальше. — Похож, — неохотно признала миссис Эшорт. — А ты знаешь, что драконы в сказках и легендах это страшные и злые существа? — Да, — упрямо произнесла Дженнифер. — Что они плохие и наводят ужас на людей. Как их описывают… — задумалась на мгновение она. — Их чешуя крепкая как камень и служит им бронёй. Огромная тень от крыльев накрывает весь город. Острые зубы и когти могут сокрушить всё на своём пути. А пламя, вырывающееся из горла, оставляет от любого лишь пепел. — тихо произнесла женщина, наблюдая за реакцией Дженнифер. Её слова были направлены на то, чтобы вызвать трепет и страх, но невольно для себя, она лишь подогрела восторг и симпатию к легендарному существу у ребёнка. Дженнифер, глубоко в душе, хотелось бы быть хоть немножко такой сильной и могущественной, как дракон. Вряд ли бы тогда кто-нибудь осмелился её задирать. И уметь летать тоже было бы здорово… — Что, не пугает? — спросила воспитатель. — Нет, — вновь по упрямствовала юная любительница драконов. — Мне кажется, что они не все злые. А как люди, есть хорошие, и есть плохие. Миссис Эшорт на это лишь хмыкнула и удалилась прочь. Остаток дня прошёл более-менее спокойно. Уже лёжа в кровати и глядя в окно на полную луну, Дженнифер размышляла, что будь у неё мама и папа, они могли бы в такую светлую ночь прогуляться по улице. И полюбоваться на звёздное небо. Ей было не ведомо, что в это время в нескольких кварталах от неё, именно так по дороге гуляет молодая семья с двумя детьми. *** — Мам, почему мы так рано ушли от Милтонов? — чуть обиженно спросила девочка шести лет, в пышном белом платьице и короткими светлыми хвостиками, старательно наступая в центр дорожной плитки. — Потому что уже совсем не рано, — сдержанно ответила её мать, миниатюрная женщина с серьёзными, строгими глазами. Её так и подмывало добавить: «И потому, что наш папочка ещё чуть-чуть и хлебнёт лишнего. А в пьяном состоянии он несёт всякую чушь». Высокий отец семейства, Роб Периш шёл весьма уверенной, твёрдой походкой, приобнимая одной рукой жену, доходящей ему лишь до груди. Но ей, как никому другому, было известно, ещё парочка бокалов шампанского и её муж перейдёт от стадии лёгкого, приятного опьянения, до открытых сентиментальных откровений. Вполне вероятно — неприличных для приличного общества. — А хорошо посидели, да? — поцеловал он в макушку жену. — Да, — улыбнулась Лора, заправляя за ухо светлую прядь, — Мне понравился фасон нового платья Сильвии. — Ага. И ты наверно, теперь хочешь себе похожее? — хитро глянул на неё Роб. — Не отказалась бы, — в тон ему ответила Лора, чмокнув его в щетинистую щёку. «Наждачка» — как дразнила она мужа, когда он не брился дольше одного дня. — Папа, раз такое дело, может на мой день рождения, вы с мамой подарите мне игровую приставку? — невинно поинтересовался старший сын, идущий впереди. — Ага, и чтоб ты совсем задвинул уроки, — усмехнулась мать. — Нет уж Кевин, давай подождём, когда тебе исполниться хотя бы тринадцать лет, и ты хоть чуть-чуть станешь посознательнее. — Да не буду я задвигать уроки! — возмутился мальчик. — И что изменится за два года? Эшли сегодня подарили приставку, а ему столько же лет, сколько и мне! — Ладно! — с нажимом произнёс отец. — Давай так, молодой человек, ты весь следующий год учишься на пятёрки, и мы с мамой подарим тебе приставку. По рукам? — Ну-у… А побыстрее никак? — По рукам? — По рукам, по рукам! — сдался паренёк, думая, что следующий год будет весьма непростым. Они шли по дороге, освещённой высокими фонарями. Деревья от света луны отбрасывали причудливые чёрные тени. Проходя мимо большого парка Виктории, Роб потянул Лору за руку. — Может сократим дорогу через парк? — наклонился он к ней, очаровательно улыбнувшись. — С ума сошёл? Кто ночью ходит по парку? — притворно возмутилась Лора, хотя парк прекрасно освещался луной. — Да там светло. К тому же мы ведь не пойдём вглубь парка. А только по дороге к нашему дому. — Ну, вообще, да. Так получится быстрее, — зевнув произнесла женщина, мечтая поскорее снять красивые, но натирающие пятки, туфли. Смыть косметику, принять горячий душ и лечь спать. — Ура! Мы идём в парк! — весело поскакала маленькая Дебби. Зайдя в парк, они пошли по широкой дороге мимо озера, в котором иногда раздавался всплеск. — Папа, а что это? — спросила девочка, прижавшись к отцу. — Не бойся, это просто лягушки прыгают, — погладил её по голове Роб. — Или рыбки ловят комаров. — Как красиво, — произнесла Лора, зачарованно наблюдая за россыпью ярких звёзд на небе, похожих на алмазы среди тёмно-синего бархата. — Да, — обернувшись, согласился мужчина. — Тут вообще прекрасный город! Спокойствие и природа. Хорошо, что мы всё-таки сюда переехали. — Мам, у меня шнурки развязались! — раздалось сзади. Обернувшись, пара увидела присевшую на корточки Дебби, пытающуюся совладать со шнурками на белых туфлях. — Когда же ты научишься завязывать шнурки? — устало произнесла мать, подойдя к дочери. Присев рядом, она стала распутывать множественные узлы. — Опять только запутала. — Кевин подожди! Не отходи далеко. — позвал Роб мальчика, убежавшего чуть вперёд. — Да здесь я. — остановился Кевин между густых, высоких кустов. — Не убегай. Хоть и… Внезапно откуда-то со стороны раздался громкий и протяжный вой. От него у Роба всё нутро натянулось в звенящую струну. Что-то в этом вое было не правильное и жуткое. Это явно не собака. На волка тоже смахивало весьма отдалённо. Да и какие волки в городе! Голос у животного был пронзительный и утробно низкий. Во всём парке наступила звенящая тишина. Ни шелеста деревьев, ни стрекота светлячков. Мёртвая тишина. — Это что такое было? — раздался голос Лоры. Встав в полный рост, и приобняв притихшую дочь, она озиралась по сторонам. За густыми кустарниками и их чёрной тенью ничего не было видно. Было тихо. Слишком тихо. — Может, у кого-то дог скучает, — попытался пошутить мужчина, встревоженным взглядом осматривающийся по сторонам. Этот полный внутренней тревоги взгляд резко контрастировал с нарочито беззаботным тоном, выдавая с головой его фальшь. Вокруг никого, но Робу стало ужасно неспокойно. Каким-то подсознательным чувством он ощутил нависшую над ними беду. Опасность. Угрозу. Такое бывает, когда остаёшься в тёмной комнате и усиленно убеждаешь самого себя, что никаких монстров и чудовищ не существует. Однако сердце всё равно учащённо стучит, и ты невольно ждёшь, что из темноты высунется страшная лапа и утащит тебя во мрак. От возникшего напряжения всё опьянение будто в миг сняло рукой. — Кевин, иди сюда скорей! — позвал он сына. Стоило Кевину сделать пару шагов к родителям, как из-за кустов выскочила громадная тень чудовища и накрыв собой мальчика, утащила с собой прочь. Зазвенели визги Лоры и Деби и, от чего оборвалось отцовское сердце, раздались не человеческие крики Кевина. — КЕВИН! — заорал в ужасе Роб и пустился со всех ног в кусты, где скрылась тень существа, утащившая его ребёнка. Кусты, будто стараясь задержать, цеплялись колючими ветками за брюки и рубашку, царапали руки и лицо, но мужчина стремительно прорывался к сыну, чтобы успеть спасти его. По нарастающему низкому рычанию, вязкому чавканью и оглушительным захлёбывающимся крикам сына, которые теперь останутся в его памяти навсегда, он понял, что бежал в нужном направлении. Выбежав на частично освещённый луной участок, он в шоке застыл на месте. Всё его тело словно окаменело. Мир замер. Только сердце, шумно ухающее в груди и глаза, жестоко посылающие в мозг увиденное. Его сын больше не кричал. Побелевший и окровавленный он лежал на спине. Остекленевшие, расширившиеся от ужаса и боли глаза смотрели на луну. А над ним уродливой лохматой горой возвышалось существо, размером не меньше медведя. Утробно и отвратительно довольно урча, оно склонило длинную окровавленную морду над мальчиком. Роб отчаянно хотел вопить, но не мог выдавить из себя ни звука. Руки тряслись. Нелепые, одеревенелые ноги подрагивали. Глаза не мигали, кажется сердце исступлённо пульсировало и в них, а не только в груди. В его голове боролись понимание, что сын погиб, с отчаянным отрицанием этого. Также на краю сознания он точно понимал — эта картина из ада отпечатается в его мозгу до самой смерти. Существо, внешне напоминающее какой-то уродливый гибрид волка с человеком, казалось, не обращало на него никакого внимания. — КЕВИН! — раздался сзади полный боли женский вопль, рывком выдернувший Роба из оцепенения. И не только его. Чудовище резко подняло голову, и зелёные глаза ярко блеснули в лунном свете. Губы, с которых капала кровь мальчика, поднялись, показывая острый волчий оскал, из груди раздался низкий рык. Косматая шерсть на загривке и широкой груди встала дыбом, увеличив и без того исполинские размеры существа. Приподнявшись на неестественно длинных передних лапах, с проступающими жилами и острыми когтями, чудище переводило злобный взгляд то на Роба, то на Лору. Заметив позади матери еле живую от страха и шока девочку, к ужасу мужчины, оскал существа стал шире и будто бы ехиднее. В животе и груди Роба будто образовалась глыба льда. «Это оборотень!» — промелькнуло белой вспышкой детское воспоминание, как он, будучи мальчишкой, читал ужастики и комиксы про этих существ. Помнится, у него даже была целая книжная полка с этими комиксами, соседствующими с графом Дракулой и Франкенштейном. Но вырастая во взрослого, ответственного человека, твёрдо знающего, где реальность, а где выдумки, пришло осознание, что всё эти истории про зверо-людей, меняющих облик под полной луной, не более, чем просто страшилки. Оборотней на самом деле не существует… Не существует… Не… Монстр приоткрыл бордовую пасть, с нижней челюсти потекли красные нити слюны. — Лора… — выдавил Роб из пересохшего горла, делая шаг вперёд. Оживший детский кошмар тут же перевёл взгляд зелёных глаз обратно на него. — Бери Дебби и бегите отсюда… Чудовище ещё громче зарычало, вставая на задние лапы и становясь в два раза больше мужчины. Впрочем, свою судьбу он уже увидел в глазах зверя, и сейчас ему было важно спасти хотя бы жену и дочь. Горе от потери сына придало отчаянности. Женщина же не могла сдвинуться с места. Закрывая собой Дебби, она сквозь шок и слёзы смотрела на тело своего мальчика. Этого не может быть! Это просто кошмар! Сейчас она проснётся в своей кровати, а на кухне будут смотреть телевизор дети, и Роб будет собираться на работу. Но как бы отчаянно она не желала, пробуждение не наступало. А чудовище облизнувшись, приготовилось к прыжку на мужа… — Лора! Очнись! — закричал Роб, переводя взгляд на неё. — Бегите отсюда!!! Существо с громогласным рыком двинулось на мужчину, но дальше она смотреть не стала. Развернувшись, она схватила дочь за руку и побежала со всех ног прочь. За спиной раздался крик и рёв зверя. — Папа!!! — закричала Дебби, с трудом переставляя ноги. — Беги, милая! Беги! — тащила её за собой Лора, оглушённая криками мужа, продираясь сквозь кусты обратно на дорогу. — Беги же!!! — Помогите! — кричала она на бегу, но никто не отозвался. Крики за спиной смолкли. Они выбежали на дорогу и побежали мимо озера, как из тени им перегородило путь то же самое существо. — Мама! — испуганно вскликнула девочка, прижавшись к матери. «Этого не может быть! Оно же только что было сзади! Оно не могло так быстро нас обогнать!» — путались мысли в голове, перепуганной на смерть женщины. Страшная догадка озарила одурманенный ужасом разум. «Их двое!» Существо стало стремительно приближаться, раскрывая зубастую пасть. — Дебби, беги из парка! — встав перед дочерью, крикнула Лора, мысленно попрощавшись с жизнью. — Нет, мама! — зарыдала девочка, намертво вцепившись в юбку матери. — Беги немедленно! Беги! — проорала женщина, отцепляя от себя маленькие руки. — Быстрее!!! Девочка на негнущихся ногах побежала в сторону, слыша, как мать велит ей убегать. Чудище было, рвануло за ней, но Лора расставив в стороны руки перегородила ему дорогу. — Ну, нет, тварь! Даже не думай! — закричала она в оскалившуюся морду монстра, защищая дочь. Когда зверь набросившись, сбил её с ног, она успела подумать, что, зато теперь она вновь встретится с сыном и мужем. Затем почувствовала острые зубы на шее, горло обожгло, и на глаза накатила красная пелена. Дебби, растирая по лицу слезы, забиралась на холм. Мысли все перемешались, горло начало саднить от бега со сбитым дыханием. Забравшись, ей удалось выбежать на ещё одну тропинку. Было тихо, но в её голове всё ещё звенели крики родителей и брата. Сердце разрывалось от жалости и скорби. «Мама… Папа… Кевин…» Всё произошло слишком быстро, её разум отказывался принять, что они все погибли. «Они не могли умереть…» Против того громадного и страшного чудовища не выстоял бы ни один человек. «Они не могли умереть!» Споткнувшись, девочка упала, разодрала ладони и колени, но в панике не почувствовала боли. Быстро поднялась, помчалась дальше. Ноги плохо слушались, теперь жгло не только горло, но и в груди. Добежав до высокого дерева, она на миг остановилась, прислушиваясь. Впереди послышался рёв машин и отдалённые голоса людей. Спасение! «Люди!» Бросившись вперёд она, едва опять не споткнувшись, быстро остановилась. Мелькнувшая надежда на лице растаяла. Сердце сжалось до боли. Прямо на неё из чёрной темноты, словно отделяясь от тени, высовывалась здоровая волчья морда. Яркие зелёные глаза приковывали на месте. Дебби никогда не была трусихой, но сейчас она чувствовала себя запуганным маленьким зайцем. Когда из темноты вынырнула скрюченная жилистая лапа, она рывком развернулась обратно, и на её лице отразился ужас. Сзади неспешно подкрадывалось такое-же чудовище. Оглядываясь то на одного, то на другого монстра ей казалось, что она попала в ночной кошмар. Такого просто не может быть! Чудовища были абсолютно одинаковыми. Одинаковый рост и строение мощного поджарого тела, покрытого неравномерно растущей серой шерстью. Одинаковые длинные конечности, как у обезьян в зоопарке. Одинаковые страшные зелёные глаза, светившиеся фонарями в темноте. Когда они были в паре шагов от неё, она дернулась в бок и скатилась со склона. Упав на дорогу, девочка сильно ударилась головой об камень. Сознание помутившись, забрало Дебби в спасительную и обрекающую темноту. Она не видела, как с холма бесшумно к ней спустились Девлин и Кеннет. Они едва не подрались между собой за право тащить в логово добычу. И едва удержавшись от того, чтобы не вонзить клыки в молодое мясо, один из них аккуратно поднял с земли маленькую девочку, казавшуюся в огромных лапах крохотной фарфоровой куклой. Когда Дебби очнётся, она обнаружит, что заперта в холодной комнате с железной дверью, с ещё четырьмя такими же похищенными детьми. На утро город содрогнётся от новостей о без вести пропавших четырёх семьях за ночь. Весь следующий год местные жители и полиция будут ломать голову, что за зверь выломал дверь в доме на Касл-стрит, где жила одинокая женщина с внучкой, и куда исчезли двенадцать человек, не оставив ни следа.
